Том 1 · Глава 21. Эпилог

Полагаю, в этом мире ты несёшь за себя личную ответственность, точно так же, как при исследовании мест с привидениями. Радости и несчастья, что скрываются в тени, — все они находятся на выбранном пути. В этот раз я познал это на собственном нелёгком опыте. Маленькая узкая тропка может вести к чистому роднику. В конце широкой и светлой дороги может поджидать зверь. Никто не знает, что ждёт нас в будущем, так что только вам решать, в какую сторону отправиться на этом распутье. Даже если держать глаза и уши открытыми и хорошенько думать головой, всё равно можно ошибиться. Но неправильно винить себя или окружающих, когда это происходит. Скорее, следует получать от этого удовольствие. Думаю, так жизнь будет намного лучше.

—…Думаю, так жизнь будет намного ярче.

Я рассеянно размышлял обо всём этом, раскинувшись на лавочке в Токийском вокзале. Экзамены у меня закончились, и мы с сестрой собирались домой. Я возвращался обратно в Фудзиэду, чтобы наконец расставить всё по своим местам. Акира обсуждала это с отцом, но тот просто вздохнул: "А, понятно", словно сбрасывая тяжкий груз со своих плеч. В любом случае, то, что я до сих пор даже не посетил могилу матери, было высшим проявлением сыновней непочтительности. Поэтому я собирался уделить немало времени для рассказов обо всём произошедшем со мной.

—Эй, Наги! — внезапно раздался такой гневный крик, что люди за сотню метров разом обернулись. — Какого чёрта ты там расселся так беззаботно на этой скамейке?!

Я повернулся на голос и увидел свою сестру — двадцатидвухлетнюю Акиру Ямада, держащую в руках кучу ланчбоксов, журналов, упаковок чая, сувениров и прочих малопонятных вещей. Она откинула назад свои пышные рыжеватые волосы и устремила на меня свой недобрый взгляд.

—Бедная девушка вынуждена в одиночку тащить весь этот багаж, пока ты, бестолочь, развалился спокойно на лавочке!

—Ой, извини, — ответил я практически рефлекторно и бросился помогать ей, чуть не споткнувшись по дороге.

—Знаешь что? Это ведь я оплатила тебе билет, так? Я приплюсую это к тому, что ты уже был мне должен за недавний переезд, поэтому давай-ка ноги в руки и отрабатывай долги, окей?

—…Ладно.

Я надеялся, что после всего произошедшего она станет хоть немного более добродушной и снисходительной, но, видимо, это было наивно с моей стороны. В любом случае, до возвращения домой оставалась всего неделя. Несмотря на то, что это был только второй её год работы в компании, сестра без колебаний взяла оплачиваемый отпуск и поселилась в моей квартире до самого нашего отъезда. Она взяла на себя заботу о еде и стирке, но взамен захватила себе место, где я спал, я больше не мог выбирать, что смотреть по телевизору, и лишился своего права на первую ванну. Со всем этим, экзамены мне удалось сдать исключительно благодаря семейному ресторанчику, открытому до поздней ночи.

В общем, всё как и ожидалось от предводительницы девушек, Акиры Зари, в прошлом известной на всю Фудзиэду.

—Вот, держи это всё. А, и ещё ты мне должен за обед с чаем, верно? Лучше бы тебе найти подработку и расплатиться со мной поскорее. Первые три месяца, так уж и быть, без доплаты, но дальше ты на счётчике на десять процентов ежемесячно.

…Дьявол. Она сущий дьявол. Интересно, она понимает, что я — бедный студент, у которого едва хватает денег, чтобы платить по счетам?

Сестра сунула мне в руки все шесть бумажных пакетов, а затем спросила:

—Так ты что, не заметил?

—Чего? — спросил я в ответ, и она цокнула языком, расправляя свои пышные волосы.

—Вот поэтому тебя и считают болваном. Удели чуток своего внимания на окружающих.

Я послушно огляделся и увидел молодую девушку, болтающую ногами на лавочке у лестницы. Знакомая форма с белой блузкой и чёрным галстуком принадлежала Мицуруги Ёиши.

—Ох, это же она. Откуда?..

—Вперёд, двигай к ней. У тебя меньше двух минут до отправления поезда, так что давай, в темпе.

Эти наставления, однако, не помешали моей сестре оставить все вещи на меня. Она как ни в чём не бывало повернулась и спокойно ушла к поезду. Пришлось мне тащиться к скамейке Ёиши со всем багажом в руках.

—Привет.

Девушка слегка подняла голову на мой голос.

—Ты что здесь делаешь?

Но она ничего не ответила, продолжая безучастно смотреть себе под ноги.

—А, понятно. Ты пришла проводить меня, да? Я уж думал, что больше не увижу тебя.

Я подсел к по-прежнему молчащей Ёиши и с широкой улыбкой на лице сказал:

—Не волнуйся, я обязательно вернусь. Я собираюсь домой, чтобы наконец открыть фусума, раз и навсегда. Неважно, что будет по ту сторону — я приму это и непременно вернусь.

Под конец я почувствовал спазм в груди, но продолжил говорить, не останавливаясь, чтобы не подать виду.

—Но, знаешь, на самом деле… это всё как во сне, — пробормотал я, и Ёиши посмотрела на меня. — Я имею в виду, в переносном смысле. Многое всё ещё не укладывается у меня в голове. Поверить не могу, что приду домой и обнаружу, что мамы больше нет… До сих пор не могу этого принять.

Я собирался сказать всё как можно более непринуждённо, но голос сорвался и вышло довольно жалко.

Однако Ёиши вдруг произнесла нечто неожиданное.

—Насчёт твоей матери… Она здесь.

—Что?

Ёиши медленно достала из сумки что-то завёрнутое в белую материю. Осторожно, обеими руками она сняла ткань — это оказалась старая кукла кокэси. По моей спине пробежал невыразимый холод.

—Ты… Это… Это же…

—Это трофей.

Ёиши убрала фигурку обратно в сумку. Её тёмные глаза сияли от радости.

—Покажи ещё раз. Это ведь не может на самом деле быть…

—Отказываюсь. Я сама её добыла.

Нет, такого просто не могло быть. Она просто пыталась напугать меня, купив похожую куклу в какой-нибудь антикварной лавке или вроде того. Я старался себя убедить в этом, но… Это ведь была Ёиши. С ней такие жуткие вещи с лёгкостью становились реальными, поэтому я сдержался и не стал развивать эту тему. Всё-таки, я проходил период восстановления, мне следовало избегать новых потрясений.

—Так ты специально приехала на вокзал, чтобы показать это мне? — спросил я, и Ёиши снова умолкла. Я тоже пребывал в растерянности, не зная, о чём можно поговорить за столь малое время. Так и мы потратили оставшиеся минуты, сидя на лавочке, словно изображая едва начавшую встречаться пару, которой предстоит скорое прощание.

В конце концов, объявление об отправлении поезда эхом прокатилось по перрону.

—Ну что ж… Мне пора.

Я встал, и Ёиши тоже молча поднялась на ноги. Когда я уже подошёл к дверям поезда и собирался втиснуться туда со своей кучей пакетов, сзади раздался её голос.

—Старшая школа Комей, первый курс, группа А. Ёиши Мицуруги, шестнадцать лет.

Я с удивлением обернулся. Ёиши стояла позади, сцепив руки за спиной. В это время прозвучал сигнал к отбытию, и я поспешил забраться в вагон.

—В следующий раз, если мы снова встретимся… — начала Ёиши, но тут двери поезда закрылись. Тем не менее, она продолжала говорить. Я изо всех сил старался прочитать её слова по движениям губ. Конечно, я этому никогда не учился, но каким-то чудесным образом послание дошло до меня.

—…я стану твоим другом.

Ёиши выглядела довольно напряжённой, произнося это.

—Да ты, должно быть, шутишь, — рассмеялся я. И что было мочи замахал ей рукой, прижимаясь лицом к окну в отходящем поезде.

Не знаю, удалось ли мне передать таким образом свой ответ. Что ж, значит, я постараюсь вернуться как можно скорее. На лице Ёиши было такое печальное выражение, когда она пришла проводить меня. И поэтому я собираюсь сказать ей следующее:

"Мы не просто друзья. Мы — напарники".