Том 1 · Глава 388. Соблазнительная красотка (часть 2)
С момента как Кан У стал Богом Великолепия прошла неделя. За это время он уже успел привыкнуть к Божественности.
Ух…
Он медленно поднял руку и кольцо силы начало принимать форму меча, переливающегося золотистым светом. Будь Сатана жив, то при виде этого клинка он в ужасе раскрыл бы рот и не смог его сомкнуть. А все потому что меч выглядел один в один как тот, что использовал Сатана, разве что светился золотым.
Кан У взмахнул мечом, разрезая пространство. Благодаря тому, что теперь он мог использовать Божественность, его контролю поддалось и пространство, а каждое движение мира было пропитано разрушающей силой. Благодаря Божественности Кан У удалось получить от меча еще больше сил, чем мог использовать сам Сатана.
«Но все же этого недостаточно для сражения с ним»,
Насколько бы мощной ни была сила, заложенная в мече, Владыка Отчаяния сильнее. Так что один мечом его не одолеть.
Кстати, пора выдвигаться,
Только потому что мечом его не победишь, битвы избегать нельзя. Нет, наоборот, Кан У был в предвкушении и делал предположения, когда же они смогут снова встретиться.
«Будет увлекательно».
Сдерживавшийся в течение долгого времени Кан У наконец-то мог почувствовать наслаждение. Предел был близок, как и самое дно.
Кан У не брался давать гарантий, что сможет победить его, даже если снова откроет дверь.
Ох-х…
Сердце колотилось с бешеной скоростью. Сколько времени прошло с того момента, как он в последний раз встречал настолько сильного и отчаянного противника? Пожалуй, встреча с Ваалом, которого он встретил, впервые оказавшись в аду, — это первый и последний такой случай.
С ума сойти…
У него даже появилось впечатление, что он влюбился. Желание единожды разожгло огонь и сдержаться теперь было невероятно сложно. Он чувствовал себя девчонкой, мечтающей о парне. Кан У закрыл глаза и представил Владыку Отчаяния.
Паллок ошибался.
Он думал, что Кан У сражался с Владыками для того, чтобы уберечь от лишних жертв свою команду, а желание выступало всего лишь в качестве предлога.
Кто услышит, тот точно примет это за правду,
В какой-то степени это и есть правда. Ему действительно не хотелось смотреть на то, как его близкие люди, такие как Хан Соль и Си Хун, страдают, а тем более умирают. Но он не герой каких-то комиксов, чтобы бездумно бросаться в бой ради своих друзей. Да и сам по себе он не такой человек.
«Я преследую другие цели».
Он хотел убить двух зайцев одним выстрелом, так сказать. Сразиться с Владыкой, а заодно опуститься на дно и испытать свой предел. Он желал освободишься от жара, который охватывает все тело, а заодно ему не хотелось больше терпеть.
Это все равно что диета. Все знают, что без очередной вкусняшки не умрешь. Но в итоге все поддаются своим соблазнам и объедаются по ночам. Люди могут это выдержать, просто не хотят на подсознательном уровне и находят различные предлоги. Так вот с ним то же самое. Он хорошо держался, но теперь хочет до отвала наесться, поэтому и пошел против Владыки в одиночку.
Он решил не пользоваться чьей-либо помощью и насладиться пожиранием в одиночку.
«Но в будущем может настать время, когда придется терпеть»,
Он и сам прекрасно знал, что примерно будет происходить дальше.
«Однажды весь корм, который меня устраивает, просто закончится».
А это значит, что уйдут дни, когда можно будет насладиться боем, а затем вкусно покушать. Но это вовсе не значит, что мир заживет спокойной жизнью. Это просто значит, что он станет настолько сильным, что уже никто из ныне существующих монстров не сможет сравниться с ним по силе.
«Сколько времени прошло с моего возвращения? Года три или четыре?»
Кан У вспомнил момент, когда он только вернулся на землю и почти все его силы оказались запечатаны. Так вот с того, момента не прошло и пяти лет. За такой короткий промежуток времени он успел настолько сильно вырасти в плане силы. Теперь, задумываясь о том, каким он был в Аду, он ощущает себя милым карапузом.
Также в развитии помогла и система, хотя периодами она, наоборот, вставляла палки в колеса. Он и сейчас продолжал становиться сильнее, причем невероятно быстрыми темпами.
«А все потому что Океан силы продолжает увеличиваться».
За последнее время он сожрал аж трех Владык. А если еще и учесть адских существ и демонов, которых он поглотил на Земле, их количество превысит несколько тысяч.
Хотя нет, если быть точным, то полностью сожрал он всего одного Владыку. Но все равно, было бы странно, если бы Океан силы не стал еще больше.
«Да и не только поэтому».
Кан У спокойным взглядом осмотрел свое тело. После того, как он получил Божественность, он о кое-чем узнал.
«Даже не используя Силу Пожирателя, Океан силы расширяется».
Точно также как Вселенная расширяется, так и Маги в его теле делает его сильнее. Но даже при этом он был уверен, что сможет контролировать новую силу.
Проблема заключается в том, что если так и дальше пойдет, то он действительно быстро перестанет наслаждаться имеющимся кормом и не сможет утолить голод. Останется лишь пустота и мука.
Он уже решился и принял то, что ему придётся терпеть. Но только тогда, когда это станет необходимо. А до этого ему хочется испытывать новые чувства и узнать свой предел.
Господин… — Вы словно мотылек, летящий на свет.
Хотя в Аду и не было никаких мотыльков, она где-то услышала это выражение и сказала его.
Кан У рассмеялся.
Да уж, я пережил много опасностей.
Когда нем только появился Океан силы, он по десять раз в секунду мог переживать критические моменты. Да и после того, как он создал Ман Ма Чжон, он начал проводить Перерождение, которое всегда граничило со смертью. А после того, как он более или менее привык к Перерождению, он начал пытаться открывать двери, ведущие к силе.
Тогда он игнорировал пощечины Лилит и продолжал от раза к разу рисковать жизнью.
«Ну, что поделать».
Видимо, это судьба, и он продолжит повторять старые ошибки.
Кан У закончил свои тренировки в лесу и вернулся обратно во дворец.
А, Кан У!
Первой, кого он встретил по возвращению, стала улыбающаяся Хан Соль.
Вы закончили тренировку?
Да,
Он по большей части закончил курс тренировок по управлению Божественностью. В основном они были направлены на то, чтобы посмотреть, как Божественность будет вести себя с той или иной силой, ведь она действовала не сама по себе, а при взаимодействии с другой энергией, усиливая её.
Что насчет Си Хуна и Паллока?
Еще тренируются.
Все еще? Они же ушли на рассвете.
После произошедшего они оба посвятили себя тренировкам,
Кан У цокнул языком.
«Нужно будет с ними поговорить».
Не ему, конечно, об этом говорить, но безустанные тренировки утомляют тело и до добра не доводят. Лучше все делать в меру.
О, Кан У вернулся?
Наверное, она тоже была занята тренировками, из-за чего её волосы были слегка влажными. Почему-то, видя, как с её волос по ключицам стекают капельки пота, Ён Чжу показалась Кан У очень привлекательной.
Что?
Видимо, она о чем-то догадалась, из-за чего обхватила свое тело двумя руками. Кан У рассмеялся.
Да что ты там прячешь?
Мгновение и Кан У прилетело от Ён Чжу ударом ноги. Разумеется, он мог бы и увернуться, но подумал, что лучше этого не делать, и замер.
А-а-а!
Но атака не удалась, и в итоге ударилась она сама. Ён Чжу дрожащим от недовольства взглядом посмотрела на парня.
Вот же монстр…
Посмотрев на ничуть не пострадавшего Кан У, она прикусила губу. Тут вмешалась Хан Соль:
Кан У, как Вы?!
Все нормально, любимая.
Но вот если она до него сейчас дотронется, то все выйдет из-под контроля.
Ой, а я думала, что Вы позже придете, —теперь к ним подошла и Лилит.
Управлять Божественностью проще, чем я думал,
Ён Чжу сплюнула.
Вот уж подумать не могла, что ты станешь Богом Великолепия.
За кого ты меня принимаешь?
Ну разве он может быть Богом лжи? Бред.
Раздался звук уведомления.
«А, ну что еще? Может хватит? Опять реклама?»
Кан У, не смотря на сообщение, смахнул его.
Да не верится в то, что ты в принципе Бог…
Ён Чжу осмотрела Кан У снизу вверх. От не него совершенно не исходило божественной энергетики. Если бы не Лейла, то они бы ни за что не догадались об этом.
Потому что настоящие Боги отличаются от тех, которых мы привыкли представлять,
Да и в принципе всевластные Боги отличались от тех, кто просто наделен Божественностью. Последние не обладали ни всеведением, ни всевластием. Для них Божественность — просто приятный бонус, помогающий быть сильнее.
Бог Всевластия, а не желаете ли Вы выбрать апостола или что-то вроде того?
Что, хочешь им стать?
А я смогу стать сильнее? Примерно как Си Хун.
Ну… Взамен придется называть меня братиком.
Ой, свали. Все желание пропало,
Кан У рассмеялся.
На самом деле, он и сам не знал, как назначить кого-то апостолом. Нет, даже если бы и знал, то не стал бы этого делать.
«Все равно Ён Чжу не дотянула бы до уровня Си Хуна».
Си Хун стал настолько силен не потому что стал подчиненным Геи. Он с самого начала был одаренным и талантливым. Настолько талантливым, что мог бы составить Кан У конкуренцию.
«Если появится еще кто-то, кто получит Божественность, так это точно Си Хун».
Кан У вспомнил его и невольно улыбнулся.
Кстати, Кан У, можете поподробнее рассказать про Владык? Что-то не могу выйти на их хвост,
Кан У кивнул головой.
Был Владыка Отчаяния. Это мужчина средних лет с протяжным шрамом на лице…
Вы, вроде, говорила, что была еще и женщина…
Кан У снова кивнул.
Да, её звали Просерпина, но я не знаю, что она за Владыка.
Хм… — Красивая?
Да, очень даже,
Просерпина, которую он тогда видел, и правда обладала невероятной красотой.
«Она же эльф. Разве не все фэнтезийные существа обладают красивой внешностью? Тогда почему же суккубы такие страшные…»
Рассуждая об этом, он вспомнил о своей психологической травме и задрожал.
Так значит она красивая?
Впервые об этом слышу.
Хм, ты, наверное, так и ждал, пока она нападет?
«Что? Почему девушки так себя ведут?»
Нет…
«Что такого в том, что я подчеркнул её внешность?»
Ты же сам сказал, что она красивая!
Да, соглашусь, я красивая,
Кан У обернулся и увидел…
Нет…
Щупальца. Обвивающие все тело щупальца с гноем на концах, и восемь глаз на уродливом лице.
Что? Ты кто?
Кан У?.. — Это… Вам что, такое нравится?
Нет. Она совсем не в моем вкусе!
Кан У! Да как Вы можете называть её красивой?!
Некрасивая она.
Посмотрите! У нее же черные щупальца!
Да некрасивая она!
Они не блестят и не переливаются! А что более важно…
Да послушай же ты меня, твою мать!
У нее всего восемь глаз!