Том 1 · Глава 36. Смех над лазурной водой (2)

Женщины, ах! Дайте им немного солнечного света, и они будут сиять. Дайте им немного дождя, и они затопят…

Мужун Ци Ци не чувствовала никакого интереса к играм, в которые играли эти девушки, но просто позволить им сделать из неё шута, было не в её характере. Она подошла к гейше и взял на гучжэн.

—Позволь мне позаимствовать его на время! — Мужун Ци Ци прошла с гучжэном к передней части корабля и устроилась на перилах. Она положила гучжэн и тронула струны.

—Правда, что ты не можешь... — Мужун Синь Лянь увидела Мужун Ци Ци и её сердце резко подскочило. Может ли быть, что сегодня она вновь попыталась быть умной, а в конце осталась с яйцом на лице?

Умничать, а в конце остаться с яйцом на лице – перехитрить самого себя и остаться в дураках.

—Кажется, я вновь должна разочаровать тебя, — с сарказмом произнесла Мужун Ци Ци. Её пальцы начали своё движение по струнам и зазвучал "Смех над лазурной водой".

Смех над лазурной водой–ещё одна песня из кинофильма «Swordsman».

«Лазурное море смеётся, приливные волны бушуют на обоих берегах,

Дрейфуя вместе с волнами, я помню только сегодня.

Лазурное небо смеётся, приливные волны человеческого общества бесчисленны и запутаны,

Кто победит, кто проиграет, знают лишь Небеса.

Реки и горы смеются, туманный дождь далеко,

Как много мирских событий в человеческом обществе стёрты волнами?

Чистый ветер смеётся, внезапно вызывая чувство одиночества,

Благородные чувства всё ещё сохранились.

Простые люди смеются и одиночества больше нет,

Но благородные чувства во мне всё ещё безумно смеются…»

Ветер. Чёрные волосы Мужун Ци Ци удерживались лишь белоснежной лентой, и он гулял в них, делая её уверенной и непринуждённой.

Внезапно подул сильный ветер и её белое платье разлетелось солнцем. Ци Ци воспользовалась этим и голос её зазвучал громче, словно она хотела уйти с ветром, заставляя людей протянуть руку, в желании схватить, но не в состоянии дотянуться до неё.

«Почему?» — Лунцзэ Цзин Тянь сжал в руке нефритовую чашу. Почему сейчас голос в его сердце кричит: удержи её! Она принадлежит тебе! Если ты отпустишь её, то пожалеешь об этом! Почему это так? Почему подобная уверенность появилась именно на эту девушку? Почему несмотря на то, что она выглядит обычной, его взгляд всё ещё притянут к ней?

Ли Юн Цин достал нефритовую флейту и присоединился к Мужун Ци Ци. Шангуань У Цзи тоже начал подыгрывать, прихлопывая в ладоши. Даже Бай Му Фей не мог не развеселиться.

—Шлюха! — ругнулась в полголоса Лунцзэ Юй Эр, увидев выражение лица Бай Му Фэя. — Она на самом деле очень хорошо умеет обольщать мужчин!

То, о чём говорила Лунцзэ Юй Эр, Мужун Синь Лянь думала в своём сердце.

—Я на самом деле не знала, что третья старшая сестра обладает подобной способностью. Мне стоит поучиться у неё. Вторая старшая сестра, посмотри на своего Принца, его тоже привлекла Ци Ци, — кивнула сидящая в стороне Мужун Цин Лянь.

Её слова были действительно неприятны и, после того как Мужун Синь Лянь услышала их, она одарила её яростным взглядом.

—Ай, вторая старшая сестра, почему ты на меня так смотришь? Если хочешь убить взглядом, то иди смотри так на третью старшую сестру. Это она в центре внимания всех мужчин! — Мужун Цин Лянь усмехнулась, глядя в, переполненные желанием убивать, глаза Синь Лянь. — Если у тебя столько времени, то почему бы не подумать о том, как заполучить благосклонность твоего Принца?

Хоть Дуаньму И И ненавидела Мужун Ци Ци, но глубоко в сердце не могла не восхищаться ей. Создать такую песню в подобной ситуации… Однако она всё ещё не любила её, по крайней мере, заметив каким взглядом Принц Цзин смотрит на Мужун Ци Ци, в её сердце вновь вспыхнула неприязнь.

Ощущая ревность девушек, находящихся на корабле, Бай И Юэ вздохнула. Если бы это было возможно, то она бы предпочла, чтобы Мужун Ци Ци осталась. Даже если она выйдет замуж за Бай и станет её невесткой, это будет не плохо. Такая девушка, с подобной ясной душой, на самом деле должна выйти замуж в Бэй Чжоу, очень–очень жаль…

—Ла–ла–ла, — Шангуань У Цзи подошёл к передней части корабля и присел рядом с Мужун Ци Ци. Его ладони хлопнули по палубе, и он громко запел с ней.

Голос Ци Ци был немного тонким для этой песни. Теперь же объединившись с высоким голосом Шангуань У Цзи: один сильный и один мягкий голос делали песню идеальной. А игра Ли Юн Цин’а на флейте добавляла ещё больше очков.

—Лишь Небеса могут иметь подобную песню, ах!

Бай Му Фэй молча рассматривал Мужун Ци Ци. Это было похоже на мысли в слух, но он чувствовал, что, говоря, позволяет слушать Лунцзэ Цзин Тянь’ю.

—У меня такое ощущение, что страна Си Ци в конце концов пожалеет, что потеряла её.

Хоть голос Бай Му Фэя и был тихим, но достигая слуха Цзин Тянь’я, становился отчётливо слышным. Лунцзэ Цзин Тянь слишком хорошо знал способности Му Фэя, а Мужун Ци Ци была первым человеком кого он когда-либо хвалил.

—Ха–ха–ха, — когда песня закончилась, Мужун Ци Ци отпустила всех и громко рассмеялась. Смех этой девушки был подобен цветку, такой же свободный, а уверенность и гордость, исходящие от неё, ослепляли.

Много лет спустя, кто–то спросит Лунцзэ Цзин Тянь’я, когда тот влюбился в Мужун Ци Ци.

После долгих размышлений, его память вернётся в этот день. На корабль, где в передней части эта девушка стояла вместе с ветром, и он изящно развивал её чёрные волосы. Именно в этот момент она вошла в его сердце и стала мечтой, которую он преследовал всю свою жизнь. Просто тогда он не понимал этого. Вот почему он упустил её и прожил жизнь в сожалении.

Единственная ошибка, разрушившая всю его жизнь.

Недалеко Мин Юэ Чэнь держал удочку и спокойно наблюдал за девушкой в белом, находящейся на корабле.

—Кто эта девушка?

—Ваше высочество, это Мужун Ци Ци из страны Си Ци, которая недавно получила титул принцессы Чжао Ян и является будущей Ванфэй Нань Линь.

—Жаль… — Мин Юэ Чэнь забросил удочку в воду. Марлевая шляпа закрыла его лицо. — Такая девушка, такое настроение, действительно жаль…

После того как он произнёс «жаль», то внезапно рассмеялся. Когда это он стал таким сентиментальным? Он научился жалеть других.

—Ваше высочество, однажды мы вернёмся обратно в Нань Фэн, — с уверенностью сказал Фу Эр, смотря на своего хозяина.

—Вернуться назад? — взгляд Мин Юэ Чэнь из туманного превратился в решительный.

Прошло уже десять лет с тех пор как он прибыл в Си Ци в качестве заложника. Юэ Чэнь уже почти забыл, что такое горы Нань Фэн и как сладка вода в них. Если бы Отец-Император хотел вернуть его, то Нань Фэн уже давно бы отправил кого-нибудь.

Та, кто во дворце, должна ждать, пока он умрет здесь. Тогда никто не преградит её императорскому сыну дорогу к тому, чтобы стать наследным принцем. Иначе почему она позволила Хэ Лань Юй спровоцировать Си Ци? Это было ничем иным, как попыткой испортить ему жизнь здесь.

—Я слышал, что императорская знатная супруга хочет послать вторую императорскую сестру чтобы сформировать альянс…

—Это правда, Мин Юэ Синь уже в пути. Этот подчинённый узнал, что они хотят заключить союз с принцем Лунцзэ Цзин Тянь’ем. Ваше высочество, как вы думаете, что нам следует делать?

—Они отлично всё рассчитали! Они помогут Лунцзэ Цзин Тянь’ю получить трон, а он в свою очередь поможет моему младшему брату стать наследным принцем. Действительно отличный расчёт! Фу Эр, пусть люди обратят особое внимание на все движения Нань Фэна. Мне также нужен список всех людей, которые прибудут в Си Ци.

—Да! — Фу Эр легко поклонился. Его глаза были необычайно умны. — Императрица отправила кого–то с письмом. Тело императора выглядит не очень хорошо, и императорский врач в эти два года должен был проверять его…

Выслушав Фу Эр, Мин Юэ Чэнь улыбнулся, он поднял удочку на конце которой болтался ярко–красный карп.

—Знак удачи!

—На лодке наследный принц Нань Фэна? Наш принц приглашает Вас к себе на корабль! — к ним приблизился большой корабль, на котором кто–то сначала закричал, а затем спустил лестницу.

—Ваше высочество… — Фу Эр голосом выдал свои опасения.

—Фу Эр, я в порядке, — Мин Юэ Чэнь улыбнулся и, подняв марлевую шляпу, открыл пару ярких глаз. — Этот маленький. Так это лодка вашего высочества принца Цзин’а!

Этот маленький – это ответ на вопрос о том, что он наследный принц. Он называет себя маленьким, чтобы понизить свой статус.