Том 1 · Глава 53. Отрубить ей руки

Мин Юэ Синь обратилась к своему старшему брату лишь по имени, заставляя Мужун Ци Ци нахмуриться. «Кажется, Нань Фэн действительно хочет сменить наследного принца, раз Мин Юэ Синь может вести себя так нагло по отношению к Мин Юэ Чэнь’ю перед людьми Си Ци.»

Когда хмурый взгляд Ци Ци попал на глаза Мин Юэ Чэнь’ю, его сердце потеплело. «Так много людей и лишь Мужун Ци Ци ощутила обиду за меня. Так много людей, но лишь она дала бы мне искреннюю поддержку и не смотрела другими глазами.»

Ци Ци не знала, что простая хмурость поможет этому несчастному принцу принять решение, которого он будет решительно придерживаться всю оставшуюся жизнь.

Мин Юэ Чэнь не отвечал, заставляя Мин Юэ Синь ощущать, что он был не прав, и она одержала победу.

Мин Юэ Синь приказала двум служанкам показать её работу толпе. Она не верила, что картина Мужун Ци Ци могла быть лучше её. Юэ Синь начала учиться живописи в три года и с тех пор прошло уже тринадцать лет. Краски, которые она использовала позволяли реке менять свой цвет. Как её работа мола быть хуже, чем у Мужун Ци Ци?

—Смотрите! — не дожидаясь триумфа Мин Юэ Синь, кто-то закричал и указал на небо.

Приближалось красочное облачко и, лишь, когда оно подошло ближе, люди поняли, что это были бабочки. А самой первой была кроваво-красная бабочка.

Сейчас уже наступила осень и бабочки не были обычным явлением. Теперь же их появилось так много, и они летели к картинам, заставляя всех удивляться. «Что происходит? Может ли быть, что эти бабочки прилетели к картинам?»

Присутствующие всё ещё не понимали происходящее, когда бабочки полетели в сторону Мужун Ци Ци. Эти маленькие существа приземлились на нарисованные хризантемы. Их маленькие крылышки мерцали и, тут же, появилось “чудо”.

Изначально, картина Мужун Ци Ци имела лишь цвет чернил и цвет крови, но теперь из-за бабочек хризантемы были покрыты цветами.

Эти бабочки были разноцветными и приземлялись они на разные хризантемы. Их крылья сверкали и цветок тут же оживал. А самая большая кроваво-красная бабочка, выбрала самую большую хризантему в центре картины. Сверкающие под солнцем крылья демонстрировали самые разные цвета.

—Какая красота!

“Какая красота” Бай И Юэ озвучила внутренние мысли каждого. Даже увидев множество картин, ни одну из них нельзя было сравнить с такой “живой” живописью.

—Это чудо! — закричал старый чиновник и опустился на колени. — Благоприятный знак с небес, благослови мою Си Ци!

Увидев, что кто-то воспользовался случившимся, люди тоже стали опускаться на колени и кричать “десять тысяч лет”. Это лизание сапог, заставило Лунцзэ Юй ‘я улыбнуться так, будто это он написал эту картину. Теперь Мужун Ци Ци очень приятно смотрелась в его глазах, однако он совсем забыл о пари. В мгновенном порыве, Лунцзэ Юй открыл рот и объявил: «Чжэнь объявляет, что Мужун Ци Ци победила!»

Лишь несколько слов поставили Мин Юэ Синь и Лунцзэ Юй Эр в тупик. Их лица моментально посерели. Особенно лицо Юй Эр, ведь её собственный отец сказал это. Может ли быть, что он действительно хочет, чтобы она оставила Мужун Ци Ци пару своих рук?

—Бэньгун отказывается соглашаться! — Мин Юэ Синь бросилась к столу и, схватив со стола кинжал Мужун Ци Ци, разрезала картину на две части.

—Будьте осторожны! — закричал Мин Юэ Чэнь, увидев действия Мин Юэ Синь против Ци Ци.

Юэ Чэнь хотел броситься на помощь к Мужун Ци Ци, однако один человек опередил его. Фэн Цан, не дожидаясь пока кинжал в руке Мин Юэ Синь коснётся одежды Ци Ци, летящим ударом отбросил её прочь.

«Бах!»

Тело Мин Юэ Синь ударилось о стол словно сломанный воздушный змей, и она сразу закашлялась кровью. Увидев его пустые руки, Юэ Синь горько улыбнулась. «Как я могла забыть, что Мужун Ци Ци уже обещана Фэн Цан’у?»

Наблюдая за Мужун Ци Ци в объятьях Фэн Цан’а, эта девушка так близко, но он не способен протянуть ей руку. Это заставляло Мин Юэ Чэнь’я ощущать ненависть. Он ненавидел себя за бессилие, ненавидел себя за то, что не смог защитить её. Вместо этого он может лишь наблюдать как она уходит с другим…

Даже зная, что с Ци Ци ничего не случилось, сердце Фэн Цан’а не могло перестать бешено биться.

—Цин Цин, с тобой всё в порядке?

—Да! — Мужун Ци Ци посмотрела на бабочек, лежащих на земле, которых убила Мин Юэ Синь и ощутила лёгкую боль в сердце. Она выскользнула из объятий Фэн Цан’а и направилась к разорванной картине, чтобы осторожно поднять крылья и разрезанные тела бабочек и с осторожностью завернуть их в платок.

—Это было жестоко к вам. Я отомщу за вас! — Ци Ци махнула рукой бабочкам в воздухе. И они, казалось, поняв Мужун Ци Ци, покружились вокруг неё, сверкая своими крыльями, а затем улетели.

После этого Ци Ци медленно направилась к Мин Юэ Синь, заставляя ту очень сильно испугаться.

—Что… Что ты хочешь сделать, что?!

—Это моя вещь! — Мужун Ци Ци подняла с земли кинжал и тщательно оттёрла с него кровь.

—Не надо, не подходи ко мне! Старший имперский брат, спаси меня! — видя, что Мужун Ци Ци подходит всё ближе и ближе, Мин Юэ Синь скрепя сердцем произнесла: — Старший брат, наследный принц, спаси, спаси меня!

—Слишком поздно!

«Теперь, когда она наконец призналась, что Мин Юэ Чэнь является наследным принцем и её старшим братом, она хочет от него помощи?» — Ци Ци улыбнулась, обнажив ряд белых зубов. Шаг за шагом она приближалась к Мин Юэ Синь и кинжал в её руке тоже медленно поднимался.

—Нет! Нет! Старший брат, наследный принц, спаси меня! — Мин Юэ Синь ползла по земле и желала сбежать отсюда. Теперь она знала, что значит бояться. Она осознала, что Мужун Ци Ци не та, кому можно создавать проблемы! Однако теперь слишком поздно…

—Цин Цин… — когда кинжал Мужун Ци Ци собирался опуститься, Фэн Цан подошёл к ней сзади. Он забрал кинжал её кинжал и заключил Ци Ци в свои объятья.

Увидев, что Фэн Цан спас её, Мин Юэ Синь почувствовала благодарность и даже забыла о том ударе, что получила от него недавно. Она посмотрела на Фэн Цан’а: «Принц…»

Мин Юэ Синь думала, что сердце Фэн Цан’а волновалось за неё. Вот почему он не позволил ей потерять свои руки и вот почему помог ей. Только Юэ Синь не ожидала, что следующие сказанные Фэн Цан’ом слова будут для неё подобны удару молнии!

—Цин Цин, позволь мне сделать это, чтобы ручки Цин Цин не оказались запачканными…

И не дожидаясь пока Мин Юэ Синь придёт в себя, пара её нефритовых рук была отрезана Фэн Цан’ом.

—Ааа… — можно было услышать лишь её крик. Мин Юэ Синь упала в обморок, а пара её рук взлетела в воздух.

—Ааа… — те, кто наблюдали, увидели летящие к ним руки и увернулись от них. В конечном итоге, обе руки упали на землю и были запачканы грязью. Изначально гладкая поверхность стала уродливой из-за смешавшейся крови и грязи.

—Ай, как жаль… — все были шокированы, но Мужун Ци Ци сказала, что жалеет.

В тот момент, когда руки Мин Юэ Синь были отрезаны, Фэн Цан отлетел от платформы, чтобы кровь Мин Юэ Синь не запачкала их одежду. И произнесённое, в это время, Мужун Ци Ци “как жаль” не могло не заставить Мин Юэ Чэнь’я ещё раз посмотреть на Ци Ци. «Может ли быть, что она размышляла о поддержке Мин Юэ Синь, страны Нань Фэн и теперь сожалеет об этом?»

—Несомненно на теле они очень привлекательны, так почему такие уродливые, когда отрезаны? Действительно жаль! — голос Мужун Ци Ци звучал тихо.

Мин Юэ Чэнь почувствовал себя потрясающе… «Так вот почему ей было жаль! Эта девушка действительно другая, поэтому люди не могут не любить её.»