Том 1 · Глава 95. Удар красавицы (1)

За пределами пагоды хмурился Фэн Цан.

«Прошёл уже час. Хоть это всего час, почему моё сердце ощущает себя таким пустым?! Я чувствую словно Цин Цин ушла уже очень и очень давно…»

—Принц, эта подчинённая сделала как вы приказывали и развернула войска здесь. Теперь, даже мужа не сможет вылететь из этого храма Будды! — Цзя Сян держала чёрный зонтик над Фэн Цан’ом, чтобы защитить его от ветра и снега.

—Отлично, — взгляд Фэн Цан’а остановился на пагоде перед ним.

С того момента, как Мужун Ци Ци вошла в пагоду пошёл снег. Снег был словно гусиные перья, летающие везде. Сначала Цзя Сян хотела, чтобы Фэн отдохнул в комнате храма, но он настоял, что будет ждать здесь, пока Мужун Ци Ци не выйдет.

Слой на слой чёрных камней у основания возвышали эту пагоду. Поскольку возраст этой пагоды был очень большим, на камнях рос пёстрый мох. Он был словно следы, оставленные на протяжении всех этих лет, глубоко въевшийся в пагоду. Сейчас, в снегу пагода стала туманной. Так, словно она была одета в таинственный плащ и люди не могли увидеть её подлинность.

Говорят, эта пагода была построена последним Императором бывшего Цинь. Она строилась двадцать лет. Изначально, она не носила название пагоды, изгоняющей злых духов. Просто, когда в гареме бывшего Цинь появился девятихвостый демон лис, Император бывшего Цинь пригласил мастера, чтобы поймать и запечатать демона лиса в этой пагоде. Вот так эта пагода и получила своё название.

«Однако, это всего лишь легенда. Как демон лис может быть в нашем мире?»

Позднее бывший Цинь был уничтожен за одну ночь. Все сокровища бывшей империи исчезли. В то время были люди, которые говорили, что эти сокровища забрал демон лис. После этого, этот храм Будды крестили после пережитого огня войны.

Все искали в неё, но так и не нашли никаких сокровищ. Кроме того, они не нашли, так называемого, демона лиса. А позже решили оставить это дело незавершённым. Местонахождение этих сокровищ осталось неизвестным, а состояние храма Будды стало ухудшаться.

«Шух… шух…»

Послышался вдруг шорох снега. Старый монах, со скрюченной спиной, метлой подметал снег с земли. Хоть храм Будды опустился на дно с пика своего расцвета, но в этом храме осталось несколько монахов. Не много, всего десяток. В основном это были старики.

Седые брови монаха касались уголков его глаз, его седая борода также нависала над грудью. У него был худое телосложение и некрасивое лицо. А одежда была изношена. То тут, то там были грубо сделанные заплатки. Руки монаха, словно мёртвые ветви, сжимали метлу.

«Шух… шух…» — тихо скребла метла по снегу.

Когда монах, подметая снег, подошёл к Фэн Цан’у, он слегка поднял голову и посмотрел на Фэн Цан’а, но ничего не сказал.

—Извините! — Фэн Цан сделал шаг назад, чтобы освободить место монаху и встал с другой стороны.

Монах не сказал ни слова, он опустил голову и продолжил тщательно подметать и очищать землю.

—Цзи Сян, когда мы вернёмся, пусть кто-нибудь отправит еду: овощи и яйца, в храм Будды. Кроме того, пусть отправят одежду, а также хлопок. Скоро новый год, путь у монахов в храме тоже будет хороший год!

—Есть! Эта подчинённая запомнит это.

Старый монах услышал голос Фэн Цан’а очень отчётливо и ясно, однако он не остановился и не сказал спасибо. Он, продолжая подметать снег, медленно уходил.

—У Принца доброе сердце! — рассмеялся Цзя Лань и шагнул на чистую землю к Фэн Цан’у. — Похоже, что те слухи ложные. Принц Демон имеет не только холодное лицо, но и доброе сердце.

—Самонадеянно! — сердито крикнула Цзи Сян, услышав, как Цзя Дань использует “Принц Демон”, чтобы назвать Фэн Цан’а.

Она собиралась вытащить меч, но её остановил поднявший руку Фэн Цан:

—Ты хочешь что-то сказать? — взгляд Фэн Цан’а не двигался, он всё ещё оставался на пагоде. Фэн Цан хотел, чтобы его взгляд мог проникнуть сквозь толстые чёрные камни и увидеть Ци Ци.

«Не знаю, на какой этаж она сейчас поднялась. Не знаю, в безопасности ли она или ранена?..»

—Я просто пришёл спросить, почему орлиный отряд Принца окружил храм Будды? — не важно, кем являлась другая сторона, Цзя Лань всё ещё держал свою неименную улыбку. Иногда это могло так разозлить людей, что у них скрипели зубы, и они жалели, что не могут ударить это красивое лицо.

Фэн Цан протянул руку и сжал снежинку в пальцах. Он искоса посмотрел на Цзя Лань’я и показал улыбку, которая могла бы соблазнить весь мир:

—Если что-то случится с любимой супругой Бэнь Вана, Бэнь Ван заставит всех сопровождать её в смерти, включая тебя…

Улыбка Фэн Цан’а была дьявольски прекрасной, от чего Цзя Лань потерял свою душу. Когда он пришёл в себя, Фэн Цан уже отвернулся и продолжил смотреть на пагоду.

«Дьявол!» — оценил Фэн Цан’а, в своём сердце Цзя Лань.

Он прибыл в Юнчжоу несколько дней назад и успел несколько раз увидеть Фэн Цан’а. В прошлом, Цзя Лань считал, что все эти слухи являются ложными и, когда он увидел Фэн Цан’а, того не окружала убийственная аура. Цзя Лань несколько засомневался в его титуле “Принц Демон”. Он подумал, что люди преувеличили.

Но эта улыбка, только что, и тот мимолётный взгляд, заставили, наконец, Цзя Лань’я, ощутить, что репутация Фэн Цан’а не была придуманной.

«Так, высшая сфера не всегда излучает опасную ауру, которая заставляет людей бояться и трепетать. Прорвавшись через сферу “силы” и достигнув сферы “мира”, можно спокойно манипулировать аурой. Чем более спокойны ветер и волны, тем сильнее предупреждение о приближении ливня. Этот мужчина передо мной такой же: когда он зол, он может быть не опасен, но подобное спокойствие заставляет моё сердце похолодеть…» — следуя взгляду Фэн Цан’а, Цзя Лань посмотрел на пагоду.

«Не знаю, может ли особа, которая заставляет Принца Нань Линь так сильно волноваться, носить титул Ванфэй Нань Линь’я и обладать достаточным уровнем, чтобы стоять рядом с ним.

Через испытания семиуровневой пагоды Мишú не так легко прорваться, как представлялось ранее. На острове Пэн Лай столько высококвалифицированных людей, сколько на небе облаков. Однако, есть очень мало людей, которые прошли испытания всех семи уровней. Внутри – битва человеческих сердец. Есть множество испытаний, чтобы проверить природу человека. Если и правда есть кто-то, кто сможет пройти семиуровневую пагоду, то разум этого человека должен быть весьма мощным…»

Внутри пагоды четвёртый этаж не был таким тихим, как второй, а также не был таким ярким, как третий. Там было темно, словно ночью.

Не было ни одного источника света. Весь пол был похож на бездонную чёрную дыру с открытом ртом, которая была готова поглотить всех этих людей. Эта бесконечная темнота заставляла людей бороться. Необъяснимы страх поднялся в их сердцах.

—Ты, вперёд! — Лун Дао толкнул толстяка, который не хотел говорить им правду.

«Чжи, чжи, джи-джи…»

После волны звуков раздалась серия криков:

—Спасите меня! Нет! Спасите меня! Я не хочу умирать! Спасите меня… — голос толстяка пробирал до костей.

«Что это такое? Что же с ним случилось?»

—Толстяк! Толстяк, что случилось? — Лун Дао вытянул голову, желая хорошенько заглянуть внутрь. Однако, несмотря ни на что, он не мог видеть сквозь эту темноту. — Толстяк, если ты ещё жив, ответь! Толстяк!

Долгое время не было слышно ни звука и Лун Дао сглотнул:

—Должно быть он мёртв.

—Я принесла огонь! — Мужун Цин Лянь добровольно достала дрова для огня. Она зажгла их и бросила внутрь.

«Шшорх…» — группа чёрных тварей пронеслась мимо и потушила огонь. Весь пол вновь потемнел.

—Смотрите! — указала куда-то Бай И Юэ.

Посмотрев туда, куда она указывала, все, один за другим, увидели яркие красные камни. Они мигали словно звёзды на небе.

—Рубины! — один из участников Нань Фэн’а протянул руку, чтобы коснуться их. Тотчас же он погрузился в темноту, не сумев издать даже звука.

—Так страшно… — вновь потеряв одного конкурсанта, тело Хелань Лань И похолодело. — Что это такое?

—Крысы! — ответ Ци Ци всколыхнул сомнения во всех. Видя, что все смотрят на неё, Мужун Ци Ци глубоко вздохнула. — Если я не ошибаюсь, пол всего этого этажа переполнен крысами. Если мы войдём, то станем крысиной пищей.

—Что? Крысы?! — услышав это, Мужун Цин Лянь начала сердиться. Она всегда ненавидела отвратительных животных, особенно крыс.

—Ни за что! Дун Лу слишком извращён. Они правда притащили так много крыс? Отвратительно!

Крик Ваньянь Кана ещё не затих, когда наконец загорелся четвёртый этаж.

Цепь, толщиной с руку младенца, вела к лестнице пятого этажа. Под цепью была яма и десять тысяч крыс были собраны там. Эти крысы прыгали и подпрыгивали, желая выбраться из ямы. Высота их прыжка доставала до цепи.

—Оу… — увидев эту сцену, Мужун Цин Лянь вырвало желчью. — И правда отвратительно! Оу…

—Тц-тц, я думала, что четвёртая Мисс ничего не боится! Я не думала, что четвёртая Мисс может испугаться крыс! — увидев Мужун Цин Лянь в подобном виде, Су Мэй моментально воспользовалась возможностью, чтобы высмеять её. То, что она не могла заставить Мужун Цин Лянь страдать, уже делало Су Мэй весьма недовольной. Теперь, когда у неё наконец появился шанс, как она могла им не воспользоваться?!

—Оу… — у Мужун Цин Лянь не было сил сражаться с Су Мэй. Эти прыгающие крысы заставляли умереть даже её сердце.

—Эти крысы голодали много дней, — посмотрела на крыс Ци Ци.

«Я всё больше восхищаюсь человеком, который придумал эти испытания. Не ожидала, что в эту эпоху есть кто-то с таким гибким мозгом. Обычные крысы — не самое страшное. Предполагаю, что это испытание не такое простое!»

Предположение Мужун Ци Ци вскоре было проверено. Красное пламя исходило от лестнице, что располагалась с другой стороны. Когда участники подошли ближе, они обнаружили, что под цепью находится печь. А внутри она покрыта сосновым маслом.

Из-за огня крысы на некоторое время разбегались, однако, через мгновение, они ещё более упрямо пытались подняться. Одна за другой они прыгали на цепь.

—Разве крысы не бояться огня? Почему они всё ещё стремятся прыгнуть на цепь? Позже, когда цепь нагреется, тогда… — Хелань Лань И нахмурился, смотря на происходящее.

А его слова напомнили всем: как они должны пройти, если цепь горячая?

—Потому что, эта цепь покрыта веществами, которые им нравятся! И Юэ, ты ранена, поэтому иди первой! — Ци Ци толкнула Бай И Юэ к цепи. — Я пойду следом за тобой!

Понимая, что Мужун Ци Ци дала ей возможность, И Юэ была тронута. Она также боялась крыс и, сейчас, она также ощущала потерю сил. Стоя перед цепью и смотря на прыгающих крыс, Бай И Юэ была несколько напугана.

—Не бойся, ничего не случится. Смотри вперёд, не смотри вниз, а также не вслушивайся в окружающие звуки! Я буду позади тебя. Если ты не пойдёшь сейчас, то позже, времени уже не будет! Когда цепь нагреется уже никто не сможет перейти! — подбадривала Ци Ци.

С её поддержкой, Бай И Юэ наступила на цепь и перешла на другую сторону.

—Хороший цингун! — похвалила Мужун Ци Ци и тоже шагнула на цепь. В это время она уже слегка нагрелась, заставив Ци Ци удивиться. Пока, используя цепь, Ци Ци летела на другую сторону, она напоминала остальным участникам. — Все, будьте осторожны, цепь становиться горячее! Переходите один за другим, правильно используя время!

То, что Мужун Ци Ци смогла лёгкой перейти, тайно удивило Лунцзэ Цзин Тянь’я. Лёгкая и изящная фигура девушки, только что ошеломила его.

«Эта женщина явно обладает боевыми искусствами! Она знает боевые искусства! Она скрывала это ото всех! Даже Мужун Тай не знает! Мы были обмануты “обликом” Мужун Ци Ци!» — ощущение обмана глубоко вошло в сердце Цин Тянь’я.

«Вспоминая, об аннулировании помолвки, могло ли это быть спланировано Мужун Ци Ци? Может быть, она не хотела выходить за меня? Она была готова вынести плохую репутацию, чтобы получить письмо о разрыве помолвки от меня?!

Эта женщина играла со мной, как с обезьяной!» – Лунцзэ Цзин Тянь сжал кулак и безжалостно ударил стену. До тех пор, пока камень не оцарапал его кожу, которая начала кровоточить, лишь тогда он ощутил боль.

—Принц, с вами всё хорошо?! — крикнула Мужун Цин Лянь вытирая рвоту. — Принц, вы истекаете кровью!

—Я в порядке! — скрипнул зубами Цзин Тянь, а его взгляд был направлен на Мужун Ци Ци.

«Хорошо, очень хорошо! Ты действительно разыграла меня и заставила есть из твоих ладоней! Ты действительно забавлялась с помощью меня! Мужун Ци Ци, раз ты так хочешь сбежать от меня, я достану тебя! Я накажу тебя и заставлю стать моей рабыней!»

—Пошли!

Лун Дао и Хелань Лань И уже перешли по цепи, теперь, с этой стороны остались лишь участники Си Ци и три человека Дун Лу.

—Вы, идите первыми! — в эти мгновения, Лунцзэ Цзин Тянь испускал сильную ледяную ауру, заставляющую людей дрожать.

Три человека Дун Лу, увидев Лунцзэ Цзин Тянь’я таким, дрожа пошли по цепи.

«Шшорх...» — сильнее зашумели крысы в яме. Одна из них прыгнула к ноге человека Дун Лу и, открыв рот, укусила.

—Аа! — ощутил боль этот человек. Он не удержался и упал в яму полную крыс.

Все крысы столпились и окружили этого человека. Белые сверкающие крысиные зубы терзали тело этого человека. Мужчина из-за всех сил старался встать, но всё его тело было покрыто крысами. Одна из них открыла рот и выгрызла один глаз этого мужчины.

—Ааа!

Крик боли несчастного распространился по всему залу. Бай И Юэ закрыла глаза. Она не могла видеть эту жестокую сцену.

—Оу… — увидев крыс, поедающих живого человека, Мужун Цин Лянь вновь ухватилась за стену и её вырвало. Теперь её рвало всем, чем можно. По её лицу стекали слёзы. Она выглядела очень жалкой.

—Юн Цин, ты идёшь первым! Мисс Мужун, подойдите и залезьте мне на спину! — Цзин Тянь присел на корточки и похлопал Цин Лянь по плечу.

Мужун Цин Лянь замерла. Она не понимала значения слов Лунцзэ Цзин Тянь’я:

—Принц, вы?..

—Я перенесу вас!

—Это… это…

—Быстрее! Ещё немного, и мы не успеем перебраться на другую сторону! — Цзин Лянь схватил руки Мужун Цин Лянь и положил на свои плечи. Он наступил на цепь и жар распространился по его подошвам к ногам.

«Это плохо! Цепь почти раскалена!»

—Вперёд! — Лунцзэ Цзин Тянь побежал так быстро словно летел по пылающей жаром цепи.

«Тудум, тудум, тудум!» — это была редкость, но лёжа на спине Лунцзэ Цзин Тянь’я Цин Лянь была тихой. Она вела себя словно кролик. Не понятно, было ли её лицо красным из-за жара или потому, что она стеснялась.

Плечи Лунцзэ Цзин Тянь’я были очень сильными и очень широкими. Более того, от его тела шёл очень приятный аромат.

«Слабый аромат амбры, слабый мужской аромат…» — Мужун Цин Лянь не знала почему, когда Лунцзэ Цзин Тянь прикоснулся к ней, то место в её сердце, которое занимал Фэн Цан, было отдано Цзин Тянь’ю.

«Вы сможете увидеть истинное сердца людей в трудные времена! Сейчас был только Лунцзэ Цзин Тянь, который думал обо мне, а также помогал. Я смогла увидеть, каким должен быть настоящий мужчина!»

Пока Мужун Цин Лянь была в фантазиях, Лунцзэ Цзин Тянь успел достигнуть лестницы.

—Принц, как вы? — Ли Юн Цин увидел, что лицо Цзин Тянь’я выглядит не очень хорошо, а его лоб полот пота, поэтому он тут же приблизился к Лунцзэ Цзин Тянь’ю, чтобы позаботиться о нём.

К тому же, голос Ли Юн Цин’а отвлёк Мужун Цин Лянь от её фантазий. Она быстро спустилась вниз и обеспокоенно посмотрела на Лунцзэ Цзин Тянь’я:

—Принц, как вы?

—У вас обожжены ноги? — раздался голос Мужун Ци Ци. Она тут же протянула лекарство. — Ваши подошвы были сожжены. Сначала используйте лекарство, а затем перебинтуйте ноги. В противном случае, будет хлопотно, если ваши ноги получат заражение.

Видя, что Мужун Ци Ци постоянно “прочно” стоит в её глазах, Мужун Цин Лянь вновь сильно разозлилась.

«Почему эта женщина каждый раз заставляет меня чувствовать себя бесполезной?!»

Когда Цин Лянь уже собиралась отвергнуть добрые намерения Мужун Ци Ци, Ли Юн Цин уже принял лекарство из её рук:

—Спасибо!

Лунцзэ Цзин Тянь сел. Он стиснул зубы и снял ботинки. Когда он переходил, его подошвы оказались сожжены цепью, даже носки оказались обожжены. На ногах Цзин Тянь’я было полно кровавых волдырей большого размера. Увидев эти кровавые волдыри, у Мужун Цин Лянь полились слёзы:

—Принц, мне очень жаль. Это всё из-за меня!

«Если бы Лунцзэ Цзин Тянь пересёк яму самостоятельно, с весом обычного человека плюс цингун, он был лишь мимолётно соприкоснулся с жаром и не повредил бы ноги. К тому же, когда Лунцзэ Цзин Тянь пересекал яму, цепь уже так сильно раскалилась, что покраснела. Кроме того, на его спине была я. Вес увеличился и поэтому он так обжёг ноги…»

Мужун Цин Лянь осторожно наносила лекарство на ступни Цзин Тянь’я. Применяя лекарство, она плакала. Нужно сказать лекарство Мужун Ци Ци было превосходным. При его нанесении чувство жжения исчезало и появлялась лёгкая прохлада.

—Спасибо! — Лунцзэ Цзин Тянь посмотрел на Мужун Ци Ци.

«Сейчас я очень ненавижу эту женщину, но не могу не оценить её высоко. Если бы не её лекарство, то у меня могли бы возникнуть проблемы с ногами. Вполне возможно, я бы лишился своих ног, если бы пошло заражение. Эта женщина весьма ненавистна, но она же делает людей неспособными не полюбить её. Очень противоречиво…»