Том 1. Глава 47
Йохан поднял армейский нож и, подставив левую руку под рукоять, заблокировал удар бруска, словно пронзая его сечение.
Удар, который мог бы пройти мимо, если бы отклонился хоть на пару сантиметров. Острие ножа вонзилось прямо в волокна дерева. От силы столкновения рука Йохана отпрянула. Не пытаясь удержать удар, он позволил ему соскользнуть и выпустил нож. Оружие и брусок одновременно с грохотом упали на землю.
Йохан схватил врага за голову и с силой впечатал в стену. Крик. А следом — вой за спиной. Йохан вцепился в плечи противника, который до последнего отчаянно пытался дать отпор.
А-а-а-а!
Йохан, напрягая все силы, схватил его за плечи и резко развернулся. На шее и лбу вздулись вены. Его словно швырнули в толпу зомби, подошедшую вплотную. Мертвецы набросились на Пэк Чонсу. Первый же зомби вцепился ему в ухо. Хрусть! Ухо было оторвано. Затем пошли в ход кожа лица, одежда, плоть, видневшаяся сквозь разорванную ткань.
Йохан отпихнул ногой и врага, и вцепившихся в него зомби. В темном переулке началось настоящее шоу по расчленению.
Ха-а, ха-а...
Наблюдая за этим, Йохан поспешно выдернул застрявший в бруске тесак.
Прямо перед ним, в конце Т-образного переулка, сотни зомби сверкали своими холодными, мертвыми глазами.
Они сбились в кучу в тупике, словно рыба, попавшая в сеть.
Путь к отступлению был отрезан в одно мгновение.
Окрестности наполнились воплями. Стоя на краю пропасти, окруженный трупами, жаждущими плоти, Йохан принял свою судьбу.
Он преследовал Пэк Чонсу, а тот заманил его в ловушку. Словно хотел убедиться, что не умрет в одиночку.
Это место стало могилой для врага и смертельной ловушкой для самого Йохана. Его с таким трудом возведенный «фундамент» превращался в замок из песка, а все усилия и действия последних дней вот-вот должны были развеяться, как пыль. Но он не жалел. Если бы он упустил этого мерзавца, то жил бы в муках, худших, чем сама смерть.
Пока зомби терзали труп Пэк Чонсу, Йохан огляделся в поисках пути к спасению. По бокам возвышались высокие бетонные стены старых зданий, а сзади путь преграждала какая-то металлическая конструкция — то ли рольставни, то ли контейнер.
Окна находились слишком высоко. Окно, ведущее в полуподвал, было заколочено досками, словно им давно не пользовались. Не было ни единого выступа, за который можно было бы ухватиться, а бетонная стена была гладкой, не оставляя даже призрачной надежды. Без крыльев выбраться отсюда было невозможно.
Единственное, что попадалось на глаза — маленький ящик газового счетчика на уровне вытянутой руки и тонкая газовая труба, идущая вдоль него. Хрупкая ниточка, на которой едва помещались две ступни, и которая вряд ли выдержала бы его вес.
Йохан снова посмотрел вперед. Может, лучше прорваться сквозь толпу зомби?
Ответ был очевиден: это невозможно. Пробиться сквозь бесконечную орду было сродни чуду.
Йохан пронзил ножом голову зомби, который, не дождавшись своей доли в дележке добычи, потянулся к нему, и оттолкнул его подальше от счетчика.
Один, два, три. Три тела аккуратно сложились перед счетчиком.
Труп Пэк Чонсу был уже растерзан до неузнаваемости.
Зомби, оторвав ему конечности, с жадностью пожирали свою добычу, словно на барбекю-вечеринке, а его живот был вспорот, как у минтая, вываливая наружу темно-красные внутренности и кровь.
Йохан, содрогаясь от отвращения, прыгнул на груду зомби. Наступив на три тела, он оттолкнулся от стены и в момент приземления на счетчик...
Раздался треск, и труба, за которую он ухватился, прогнулась. Йохан пошатнулся, но в последний момент схватился за соседнюю трубу, чудом удержав равновесие.
Под ногами Йохана собрались как те зомби, что уже закончили пир, так и голодные новички. Их суетливые руки постоянно задевали его армейские ботинки.
Стоило хоть на секунду зазеваться и позволить схватить себя за лодыжку, как его тут же утащили бы в толпу и разорвали на куски.
В довершение ко всему, рация, видимо, выпала во время схватки с Пэк Чонсу — ее нигде не было.
Полный тупик.
Куски растерзанного тела Пэк Чонсу словно насмехались над ним.
Йохан одной рукой размахивал ножом, отсекая руки зомби, тянувшихся к нему. Он действовал осторожно, боясь, что труба не выдержит и сломается.
Отсечение рук, удар в лицо ближайшему зомби, постоянное движение вверх-вниз, чтобы не дать себя схватить — этот цикл повторялся бесконечно.
Пот лил градом. Это был пот не только от физического напряжения и жара, но и холодный пот от осознания смертельной опасности.
Йохан продолжал махать ножом, снова и снова. Обе руки ныли от невыносимой боли.
Он не знал, сколько прошло времени. Казалось, прошли часы, а может, всего несколько минут. Несмотря на то, что он постоянно уничтожал зомби, их количество, казалось, не уменьшалось, а только росло.
Один высокий зомби, наступив на труп своего сородича, дотянулся до лодыжки Йохана и крепко сжал ее. Йохан вздрогнул и с силой отшвырнул его руку.
Чем больше зомби он убивал, тем опаснее становились те, что лезли по телам своих собратьев. Йохан перестал целиться в головы, сосредоточившись лишь на том, чтобы отсекать руки и не дать себя схватить.
Но поможет ли это выбраться из ловушки?
Как долго он сможет так продержаться?
Три дня? День? Полдня?
Мышцы рук болели так, будто вот-вот разорвутся. Слабость овладела всем телом: «Может, просто отпустить и покончить с этим?»
Каждый раз, когда такие мысли приходили в голову, Йохан тряс мокрыми от пота волосами и продолжал махать ножом. Когда боль становилась невыносимой, он менял руки, держащие трубу и нож, и продолжал, продолжал махать.
Фух, фух...
Перед глазами плыло, дыхание перехватывало. Его мутило, словно от теплового удара. Собрав последние силы, Йохан поднял онемевшие руки и издал крик, похожий на боевой клич.
А-а-а-а!
Удар, нанесенный не столько силой мышц, сколько весом тела. Еще одна рука зомби отлетела прочь. Вокруг Йохана почти не осталось зомби с целыми руками.
Йохан опустил руки и прислонился спиной к бетонной стене. Поднять их снова он уже не мог. От всего тела исходил жар, словно марево.
«Неужели я так и умру?»
Он не знал, как долго сражался, но тьма в переулке начала рассеиваться.
Наступало утро.
Но даже с приходом утра ситуация не улучшилась. Йохан все еще стоял на краю пропасти.
Знал бы, что так умру, лучше бы наелся до отвала, не экономя припасы. Вспомнив о спрятанных запасах, он горько усмехнулся. Ради чего он так старался, чтобы в итоге так бессмысленно погибнуть?
После возвращения он мог бы просто уйти и жить там, где нет людей. Или взять с собой пару надежных человек и уйти. Тогда он прожил бы в покое хотя бы год или два.
Но сожалений не было. Упрямство или гордыня?
Йохан закрыл глаза. Если он уснет и больше не проснется, все закончится.
Брат!
Йохан резко открыл глаза. Его взгляд устремился на звук. В конце противоположного переулка девять человек пробивались к нему сквозь толпу зомби.
Брат! Ты жив?!
Из девяти человек он узнал только одного.
Это был Кан Хёк, младший брат Кона, который ушел из лагеря, чтобы похоронить брата.
Он мастерски сносил головы зомби, прорезая путь к нему, словно корабль сквозь волны. На лице Йохана промелькнула радость.
Ну надо же, паршивец, выбрал же время появиться. Даже умереть спокойно не даешь.
пробормотал Йохан.
Щелк. Дверь на крышу супермаркета открылась. Сери с тревогой посмотрела на вход. В дверях показались Хаджин и выжившие из супермаркета.
Аджосси...
Где Тонсок?
Не знаю, он потерял сознание и не приходит в себя. А те ублюдки внизу?
Их было трое, мы со всеми разобрались. Не волнуйся.
Сери кивнула. Видимо, выстрелы, которые она слышала несколько минут назад, были звуками расправы над врагами.
Сери и Тонсока перенесли в медпункт. Как только прибыл Хаджин, Соджун понял, что нападение отбито, завершил операцию и включил свет в супермаркете.
В медпункте доктор Пак Чэбом и Старик Пак, помогавший ему с оказанием первой помощи, лечили Чонхвана, в которого попала стрела. Они как раз закончили накладывать шину и перевязку, и теперь переводили дух.
Чонхван был весь в поту, а бинты, которые они с таким трудом наложили, уже пропитались кровью. Одна его рука была привязана кабельной стяжкой к изголовью кровати.
Чонхван!
Сери вскрикнула, увидев его раны. Чонхван, увидев ее, с облегчением вздохнул и слабо улыбнулся.
Сери.
Д-да?
Зови меня «оппа.»..
...Что за бред, ты же в порядке...
Ты выжила. Какое счастье.
Чонхван вцепился в край одежды Сери и не собирался отпускать, поэтому Хаджин вмешался, встав между ними.
Встречи потом, сначала лечение. Доктор Пак.
Доктор Пак тщательно осмотрел состояние Тонсока, обработал ему лоб, сделал укол противовоспалительного и внимательно проверил, нет ли других ран. К счастью или к сожалению, серьезных повреждений у Тонсока не было.
Зато Сери была вся в синяках и мелких царапинах. Эти следы говорили о том, какая ожесточенная битва была на крыше. Сери сказала доктору Паку, который обрабатывал ее раны:
Сначала свяжите меня, а потом лечите.
А? Но...
Все в порядке. Свяжите меня.
Если получил ранение — изолировать или связать. Правило выживания, на котором постоянно настаивал Йохан.
После твердых слов Сери Хаджин, наблюдавший за этим, надежно зафиксировал ее тело к ножке кровати в медпункте.
Аджосси, не слишком туго? Ты не держишь на меня зла?
Хаджин усмехнулся на слова Сери и коротко ответил:
Йохан — оппа, а почему я
А? Ну... это...
Она почесала голову свободной рукой и глупо улыбнулась. У нее язык не повернулся сказать: «Из-за возраста.»
Кстати, а где Йохан-оппа?
Атмосфера в медпункте мгновенно стала ледяной, словно на всех вылили ведро холодной воды.
От Йохана не было вестей.
Прошло уже немало времени с тех пор, как он оставил приказ возвращаться в лагерь, сказав, что вернется сам. И без того среди них шли жаркие споры: одни настаивали на том, что нужно идти спасать Йохана, другие — что выходить в эту тьму равносильно самоубийству.
Но они не могли сказать этого Сери. Если она, преданная Йохану до мозга костей, узнает об этом, случится беда. Она ведь из тех, кто в одиночку отправится на его поиски.
Просто отдохни. Тебе нужно отдохнуть.
На слова Хаджина Сери нахмурилась.
В чем дело? Почему вы молчите? До сих пор нет связи?
Никто не ответил, и Сери дрожащей рукой достала рацию с пояса. В ее больших глазах мелко дрожали темно-карие зрачки.
Йохан-оппа, ты слышишь?
Но из рации не донеслось ни звука. Сери снова нажала кнопку передачи.
Оппа, оппа, ты не слышишь?! Где ты?!
Повторив это несколько раз, Сери попыталась вскочить, но запуталась в кабельной стяжке, удерживающей ее запястье, и упала обратно. Она начала дергаться, пытаясь порвать стяжку, но Хаджин перехватил ее руки.
Отпусти. Я пойду искать оппу.
Мы еще не знаем, заражена ты или нет. Я сам возьму здоровых людей и пойду на поиски, а ты отдыхай.
Хватит. Почему вы до сих пор не ушли и чего-то ждете? Я сама пойду.
В этот момент вмешался доктор Пак Чэбом и неловко улыбнулся:
Простите, что прерываю, но можно я сделаю укол? Нужно же обработать раны.