Том 1 · Глава 48. Последствия губной помады

Жэнь Синьсинь только что родила ребенка, и вдруг мать Жэнь начала заботиться о благополучии своей дочери. Каждый день ее можно было увидеть в больнице, навещающую дочь и внучку.

Юй Дун могла видеть реакцию Жэнь Синьсинь на это. Перемена матери явно сделала Синьсинь очень счастливой, и улыбка стала преобладать на ее лице. Даже с Лу Сюанем, слоняющимся вокруг, она не расстраивалась так сильно, как раньше.

Однако Сян Сяоюэ наблюдала со стороны и в частном порядке анализировала ситуацию с Юй Дун. Она не верила во внезапную перемену личности матери Жэнь, которая ежедневно посещала больницу.

Юй Дун также боялась дальнейших осложнений со здоровьем Синьсинь, поэтому она находила время навещать ее раз в день, часто обедая с Ся Фэном.

Именно в этот день, когда Юй Дун вошла в палату, где находилась Синьсинь, она увидела мать Жэнь, идущую к отделению новорожденных. Впечатление о матери Жэнь у Юй Дун всегда было плохое, и оно только ухудшалось во время их противостояния и постоянной поддержки матери Жэнь по отношению к Лу Сюаню.

Подумав об этом, Юй Дун сменила направление и медленно последовала за ней.

Мать Жэнь прошла всю дорогу до комнаты внучки и остановилась возле кровати, дразня ребенка и болтая с медсестрой. Похоже, девочка ей действительно нравилась.

Увидев эту гармоничную сцену, Юй Дун внезапно почувствовала, что, возможно, у матери Жэнь действительно есть сердце.

—Мисс, — когда она увидела, что медсестра, болтающая с матерью Жэнь, выходит из комнаты, Юй Дун остановила ее с улыбкой, — как ребенок с кровати №12?

—А, так вы возлюбленная доктора Ся! — воскликнула молоденькая медсестра с горящими глазами.

—Э-э... вы меня знаете? — Юй Дун была немного ошарашена.

—Конечно, доктор Ся был золотым холостяком в нашей больнице. Когда мы узнали, что он женился в прошлом году, многие медсестры долго плакали! — медсестра засмеялась, — Разве вы не были на том новогоднем гала-концерте по телевизору в прошлом году? Мы все видели, что вы очень хорошо поете.

—Благодарю вас! — Юй Дун смутилась, когда услышала это.

—Верно, вы спрашивали о двенадцатой кровати? — поскольку Юй Дун была своей, медсестра с энтузиазмом объяснила, — Ребенок все еще немного слаб, потому что она родилась преждевременно, но после трех дней в инкубаторе она в значительной степени стабилизировалась. Если через два дня все будет хорошо, ее можно будет выписать. Кстати, бабушка тоже только что спросила меня об этом.

—Бабушка ребенка спросила, когда малышка сможет вернуться домой? — с сомнением спросила Юй Дун.

—Может быть, потому что она нашла свою внучку слишком милой, она была очень нетерпелива, спрашивая об этом каждый день, — рассмеялась девушка.

Юй Дун кивнула и поблагодарила медсестру.

Поскольку ей нужно было переодеться в хирургическую форму, чтобы войти в палату, она была слишком ленива, чтобы сразу же переодеться, и некоторое время стояла рядом. Глядя сквозь стекло на младенцев в кроватках, Юй Дун вдруг подумала о своем будущем ребенке.

—Ну разве они не милые? — как только Ань Ань вышла из своего кабинета, она увидела поблизости Юй Дун.

Увидев в отражении зеркала приближающееся к ней девушку, Юй Дун удивилась. Она с улыбкой поздоровалась с доктором Ань.

—Вы любите детей? — спросила Ань Ань.

—Да, они очаровательны, — кивнула Юй Дун.

—Я чувствую то же самое, поэтому и выбрала педиатрию, — сказала Ань Ань с улыбкой, — раньше Ся Фэн всегда комментировал мою любовь к детям, говоря о том, что у нас будет много детей…

Ань Ань внезапно оборвала себя, и это было так, как будто она только что поняла, что порвала с Ся Фэном, и что в настоящее время она разговаривает с его женой. Безупречно извиняясь, она поспешила сказать:

—Извините, я…

—Все в порядке. В конце концов, вы были возлюбленными раньше, и это нормально, что вы обсуждали возможность завести детей. — Юй Дун безразлично рассмеялась, — но Ся Фэн действительно любит детей, мы планируем завести одного в ближайшее время.

О боже... пытаешься заставить меня вспылить... даже не думай об этом, сестренка, я тебя раскусила.

Улыбка Юй Дун не дрогнула, несмотря на ее ненависть к детскому поведению Ань Ань.

—Это верно, — лицо Ань Ань застыло, затем она продолжила, — тогда поздравляю.

—Я еще не беременна, но мы продолжим усердно работать, — Юй Дун застенчиво улыбнулась, как будто ей было очень неловко.

—Тогда... надеюсь, вы достигнете своей цели! — хотя Ань Ань чувствовала себя так, словно ее ударили ножом в сердце, она мужественно сохраняла улыбку на лице.

—Спасибо, доктор, вы очень добры, — Юй Дун изобразила невинное личико.

Ань Ань сначала хотела обсудить детей между собой и Ся Фэном, а затем перевести разговор на его чувства к ней. Но в результате впечатляющее выступление Юй Дун прервало ее намерения. Похоже, что Юй Дун делала это специально?

«Откуда взялась эта наивная молодая женщина? Ведет себя так мило, когда она явно интригующая стерва».

Ань Ань сохраняла улыбку на своем лице, но как будто только что что-то вспомнив, торопливо произнесла:

—О, кстати, Ся Фэн оставил мне кое-что, у меня все не было возможности вернуть это ему, но раз уж вы здесь, я просто передам это вам.

—Что это? — с сомнением спросила Юй Дун.

—Они у меня в кабинете, я сейчас принесу, подождите здесь, — сказав это, Ань Ань повернулась и пошла обратно в свой офис.

Юй Дун посмотрела на удаляющуюся Ань Ань. В глубине души она подумала: «Если ты собираешься подарить мне кольцо с бриллиантом, я с радостью приму его».

Ань Ань вернулась с небольшим пакетом, протягивая его любопытной Юй Дун.

—В последний раз, когда мы встречались в Америке, мы пересеклись в торговом центре, и я случайно взяла помаду, которую он купил для вас.

При этих словах глаза Юй Дун вспыхнули.

—Я возвращаю это вам сейчас, в конце концов, вы были первоначальным получателем.

Юй Дун, взяв пакет, открыла его и увидела две помады внутри.

—Шанель номер одиннадцать и шесть. Мне тоже нравятся эти цвета. — Ань Ань рассмеялась, — Я думаю, у нас довольно схожие вкусы.

Юй Дун глубоко вздохнула и медленно подняла голову, чтобы показать широкую улыбку:

—Мы действительно похожи, иначе как бы мы могли влюбиться в одного и того же мужчину?

Выражение лица Ань Ань стало жестким, на нее нападали так много раз, как она может стоять здесь и продолжать терпеть это?

—Кхе... ну... я очень занята, боюсь, мне пора идти, — Ань Ань посмотрела на свои часы.

—О, тогда не буду удерживать тебя, — Юй Дун улыбнулась и помахала рукой Ань Ань.

После того, как Ань Ань покинула ее поле зрения, Юй Дун крепко сжала сумку, костяшки ее пальцев стали твердыми и белыми. Она хотела немедленно найти Ся Фэна и спросить его об этом.

—Твоя жена должна кое-что уладить с тобой, Ся Фэн, тебе лучше подготовиться! — после этого она жестко, скомкала пакет, который держала, и пошла навестить Жэнь Синьсинь.

«Ся Фэн, подожди до вечера!»

—Дундун, ты здесь! — Жэнь Синьсинь села в постели, когда радостно поприветствовала Юй Дун.

—Как ты себя чувствуешь сегодня? — Юй Дун села на стул рядом с кроватью.

—Гораздо лучше, доктор сказал, что завтра мне снимут швы. Меня выпишут через два дня, — Жэнь Синьсинь улыбнулась.

—Это хорошо, — Юй Дун взяла яблоко и начала чистить его, продолжая, — ты хочешь вернуться в квартиру Сяоюэ или вернуться в свой дом?

—Я.. моя мама велела мне идти домой, — Синьсинь поколебалась, а потом сказала, — но я действительно не хочу видеть Лу Сюаня.

—Что ты собираешься делать?

Синьсинь и Лу Сюань выросли вместе. В конце концов, Юй Дун на самом деле не знала глубины чувств Синьсинь к своему другу детства. Она не знала, захочет ли Синьсинь дать Лу Сюаню еще один шанс.

—Вообще-то... он приходил в гости пару раз... — сказала Жэнь Синьсинь, — он все время извиняется передо мной…

Юй Дун терпеливо ждала, пока Жэнь Синьсинь изложит свои истинные мысли.

—Но я действительно не чувствую себя хорошо, когда вижу его... — горько улыбнулась Жэнь Синьсинь. — Я не хочу его видеть.

Юй Дун вручила Жэнь Синьсинь только что нарезанное яблоко и сказала:

—Независимо от того, каково будет твое решение, мы с Сяоюэ всегда будем на твоей стороне.

—Я знаю, — Жэнь Синьсинь была взволнована, когда улыбнулась. Иметь таких замечательных подруг в этой жизни-поистине благословение.

Юй Дун провела некоторое время с Жэнь Синьсинь, а затем уехала.

Она сначала отправилась в студию Сяоюэ, чтобы помочь, а затем направилась на радиостанцию, чтобы возобновить прямые трансляции «Полуночного призрака». Когда она наконец вернулась домой, было 2:30.

Глядя на пустой дом, Юй Дун вошла в спальню и сразу же бросила пакет Ань Ань на кровать Ся Фэна. Затем она направилась во вторую спальню, чтобы поспать, плотно закрыв за собой дверь.

Когда Ся Фэн вернулся домой и увидел, что его кровать пуста, его первой мыслью было, что Юй Дун еще не вернулась. Однако вскоре он понял, что ошибся, потому что увидел у входа пальто и ботинки Юй Дун.

Ся Фэн на мгновение задумался, затем подошел ко второй спальне. Осторожно приоткрыв дверь, он увидел на кровати спящую фигуру.

Ся Фэн беспомощно вздохнул, привычка Юй Дун спать не в той комнате должна быть немедленно исправлена. Подойдя к кровати, он решил тихонько отнести спящую фигуру обратно в хозяйскую спальню.

Но как только он поднял Юй Дун, она открыла глаза, явно насторожившись.

—Ты не спишь? Почему ты не спала в главной спальне? — прошептал Ся Фэн.

—Отпусти меня! — холодно попросила Юй Дун.

Ся Фэн был удивлен, но сделал, как она сказала, и положил Юй Дун обратно на кровать.

Юй Дун снова забралась под одеяло и повернулась спиной к Ся Фэну, чтобы продолжить спать.

—Что случилось? — Ся Фэн не был дураком и уже мог сказать, что Юй Дун создает проблемы. Но подумав немного, он был уверен, что не сделал ничего, чтобы спровоцировать ее в последнее время.

—Я хочу жить отдельно! — сказала Юй Дун, все еще лежа спиной к Ся Фэну.

п.п.: раздельное проживание, а не развод.

—Не смей так шутить! — когда Ся Фэн услышал слово «отдельно», он стал очень серьезным.

—Кто это шутит? Возвращайся в свою комнату, я сплю здесь! — закричала Юй Дун, сев, и указала на дверь.

—Что, черт возьми, происходит? — Ся Фэн знал, что что-то должно было случиться, потому что Юй Дун не была неразумным человеком.

—Я буду спать, а ты убирайся! — разве этот человек не видел помаду на своей кровати? И он все еще имеет наглость спрашивать меня, что случилось. Юй Дун так разозлилась, что стащила с себя одеяло и завернулась в него, как гусеница.

Ся Фэн попытался откинуть одеяло и спросить ее, что случилось, но Юй Дун не сдвинулась с места.

Хотя Ся Фэн совершенно ничего не понимал, его интуиция подсказывала ему, что он абсолютно не мог позволить Юй Дун злиться всю ночь. Поскольку Юй Дун отказывалась говорить, у Ся Фэна не было другого выбора. Он наклонился и поднял гусеницу из одеяла, унося завернутую в него девушку в главную комнату несмотря на то, что она боролась в его руках.

После того, как ее уложили обратно, Юй Дун некоторое время боролась, чтобы выбраться из одеяла. Когда она наконец вылезла, то сердито крикнула Ся Фэну:

—Я хочу жить отдельно!

—Дундун, не шути так. — Ся Фэн почувствовал, что у него начинает болеть голова.

—Кто это шутит? Веришь ты мне или нет, но завтра я съезжаю! — фыркнула Юй Дун.

Услышав, что Юй Дун планирует съехать, как Ся Фэн мог это вынести? Увидев, что Юй Дун собирается слезть с кровати, он внезапно наклонился и снова толкнул ее на кровать.

—Отпусти меня, что ты делаешь? — попыталась оттолкнуть его Юй Дун.

Глаза Ся Фэна потемнели, и он опустил голову, чтобы закрыть рот Юй Дун.

Юй Дун сначала сопротивлялась, но поцелуй в конце концов парализовал все ее тело. Ненавистный язык Ся Фэна взбудоражил ее, заставив Юй Дун захотеть укусить его, но в конце концов она могла только сдаться.

Когда Ся Фэн наконец закончил с поцелуем, его встретило раскрасневшееся лицо Юй Дун и слезящиеся глаза. С нежным взглядом он спросил:

—Сейчас ты можешь сказать мне что происходит?

—Ты... ты встань первым, — Юй Дун застеснялась, когда попыталась оттолкнуть Ся Фэна.

—Сначала скажи мне. Когда ты все объяснишь, я встану, — возразил Ся Фэн.

—Ты... — как это Юй Дун никогда не замечала, каким негодяем был Ся Фэн? — я больше не буду пытаться сбежать, сначала встань.

В конце концов Ся Фэн расслабился и сел.

Юй Дун последовала за ним, приводя в порядок свою растрепанную пижаму. Затем она повернулась к Ся Фэну и сердито спросила:

—Ты встречался с Ань Ань, когда был в Америке?

«Ань Ань?» — Ся Фэн нахмурился, но все же кивнул:

—Я видел ее дважды, но мы почти не общались ни в первый, ни во второй раз.

—Если вы почти не общались, то почему помада, которую ты купил мне, оказалась у нее? — сердито возразила Юй Дун, хватая пакетик с помадой, лежавший на краю кровати, и бросая его в сторону Ся Фэна.

Ся Фэн не рассердился, когда поймал брошенный ему пакет, просто удивился. Открыв пакет, он увидел внутри две помады. Посмотрев на них некоторое время, Ся Фэн медленно вспомнил, о чем говорила Юй Дун.

—Я ей их не давал. Я выбирала для тебя помаду в торговом центре и случайно встретил Ань Ань и ее одноклассницу. Они тоже ходили по магазинам, и когда увидели помаду, то подумали, что я купил ее для Ань Ань, и сразу же забрали, — объяснил Ся Фэн.

—Ну и что, если она взяла, почему ты ей это позволил? А потом ты пошел и купил для меня совершенно другую марку, — яростно продолжала Юй Дун.

Юй Дун хотела и дальше ругать Ся Фэна, но не знала, что сказать - в конце концов, чувства Ся Фэна к Ань Ань, должно быть, были сильнее, чем его чувства к ней тогда. Но сердце Юй Дун было застигнуто врасплох и стало хрупким. Неожиданно, слезы внезапно потекли из ее глаз.

—Не плачь, — когда Ся Фэн увидел ее слезы, его сердце немедленно запаниковало, и он попытался вытереть слезы Юй Дун, — я был не прав, не плачь.

Юй Дун чувствовала себя особенно бесполезной в этот момент, плача из-за такой тривиальной вещи. Но по какой-то причине ее слезы никак не могли остановиться.

—Это моя вина, что я не забрал их обратно, просто я не думал, что тебе понравится помада от Шанель, поэтому купил другую марку, — объяснил Ся Фэн.

—Кто сказал, что мне это не понравится, я обожаю помады от Шанель! — всхлипнула Юй Дун.

—Хорошо, хорошо, тебе нравится, — Ся Фэн кивал в ответ на все, что говорила Юй Дун, — просто ты уже говорила мне, что тебе не по душе, когда я думаю о тебе как об Ань Ань, и я подумал, что ты расстроишься, если я куплю тебе бренд, который нравится ей. Если ты любишь Шанель, завтра я куплю тебе все цвета, которые у них есть.

—Что... ты имеешь в виду? — задохнулась Юй Дун.

—В списке, который ты мне дала, не было указано, какую марку ты хочешь. Я не очень разбираюсь в таких вещах, поэтому, войдя в торговый центр, направился прямиком к бренду «Шанель». Когда я встретил Ань Ань, я понял, что пошел именно туда, потому что я часто сопровождал ее. Позже я решил, что тебе это не понравится, и купил другую марку.

—Это... даже если и так, ты не можешь отдать их ей! — после того, как Юй Дун выслушала объяснения Ся Фэна, ее сердце почувствовало облегчение, но она все еще была немного сердита. — Даже если ты покупаешь вещи, которые мне не нравятся, ты не можешь отдать их кому-то другому.

—Хорошо, я не буду этого делать в будущем, — Ся Фэн поднял руку, — обещаю!

—Я ненавижу Ань Ань, — проворчала Юй Дун.

—Хорошо.

—Она нарочно пыталась спровоцировать меня сегодня этой помадой, коварная сучка!

—Э-э…

—Неужели она думала, что я неправильно пойму тебя, и это заставит нас поругаться, а потом расстаться? Нет, я собираюсь держаться за руки с тобой и жить в гармонии, просто чтобы разозлить ее до смерти!

—Э-э... ладно, как скажешь.

«Пока ты не плачешь, все, что ты говоришь, хорошо».

—С этого момента я ненавижу Шанель. Я буду ненавидеть все, что ей нравится! — Юй Дун на мгновение заколебалась, прежде чем дополнить, — Кроме тебя!

Ся Фэн наконец-то не смог сдержать смех. Как его глупая жена может быть такой милой?

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)