Том 3 · Глава 19. Воссоединение

—Я хочу услышать, что вы думаете, — сказала Мора.

Шел четырнадцатый день с момента пробуждения Маджина. Адлет и остальные, разобравшись с ловушкой Тгунея, были у Вечного Цветка, в безопасной зоне на земле Воющих Демонов. Они ждали, пока Ханс и Мора залечат серьезные раны.

Вокруг почти не было Кьема. Было похоже, что Кьема ждали их в лесу на западе, что назывался лесом Сломанных Пальцев. Этот лес занимал почти две пятых всей территории Воющих Демонов, а назван он был в честь тысячелетнего события, когда Святая Одного Цветка была атакована в лесу и потеряла палец на левой руке.

Пока они ждали исцеления Моры и Ханса, Герои обсуждали возможность обнаружения седьмого, они предлагали разные догадки. Но даже со всеми этими обсуждениями они так и не нашли ответа. Не знали они и того, как была создана поддельная метка.

Они обсуждали подробно сражение в барьере Тумана Иллюзий. После того, как была раскрыта истинная сущность Нашетании, Адлет потерял сознание в той битве, а потому он спрашивал, что случилось после этого. Ханс, Мора и Чамо преследовали Нашетанию, но на рассвете они добрались до края барьера, и Нашетания исчезла.

Почему Нашетания предала их, насколько сильно Кьема влияли на мир людей? Они обсуждали эти темы, но так и не находили ответов.

Фреми рассказывала им все про внутренние порядки Кьема. Подчиненные Тгунея звались темными специалистами. Они не могли увеличивать свои силы, но каждый из них обладал особой способностью, которую они могли развивать.

Те Кьема были особенно хороши в преследовании. Фреми сказала, что Кьема собирали силы, чтобы проникать в тела Святых и связывать их силы. Кьема так же совершенствовались в добывании информации у людей. Они развивали особое чутье, они уже могли рожать детей от людей.

Даже Фреми не знала обо всех особенностях темных специалистов. Тем не менее, она рассказала все, о чем ей было известно, об их силах и внешности.

Они говорили и о другом, но к рассвету темы для разговоров исчерпались, и Мора поспешно предложила им высказать свои мнения.

—В чем дело, Мора? — спросил Адлет.

—Может, послушаем, кого каждый подозревает как седьмого?

—Лучше не высказывать неподтвержденных подозрений.

—Я понимаю. Но если даже скажешь, что не подозреваешь никого, я все равно кое-кого подозреваю. А если знание того, что каждый подозревает, поможет нам не быть обманутыми?

Адлет был в плохом настроении, но вместо него тихо ответила Фреми:

—Не думаю, что идея плоха.

—Нья, я не вижу в этом смысла, — сказал Ханс.

—Конечно, пока мы не докажем, никого убивать не будем. Но мы явно сможем убедиться в правоте догадок в будущем.

—Что ж… думаю, вас не остановишь, — пожал плечами Адлет.

—Я подозреваю Голдофа, — первой сказала Фреми. — Он был рыцарем Нашетании. Подозревать его естественно.

—Разве? А Чамо подозревает тебя, Фреми, — прервала ее Чамо. — Это очевидно. Чамо не забыла, как ты не так давно пыталась убить Чамо.

—Так и было. Есть еще мнения? — Фреми не обратила внимания на слова Чамо.

—…Вообще-то я тоже подозреваю Голдофа, — сказала Мора. — Да, он служил Нашетании, но я не поэтому думаю, что он седьмой. Но он никак не участвует в общем деле.

Голдоф тихо слушал их троих, но в его глазах не было жизни. Он смотрел в землю, согнув спину. Таким он был все время, которое они находились на территории Воющих Демонов.

—Голдоф, если ты не седьмой, то не мог бы ты больше помогать товарищам? Разве ты не понимаешь, что твои слова и поступки могут показать, что ты — не седьмой? Разве тебе нравится, что тебя подозревают? — говорила Мора, но ее слова, похоже, Голдоф не воспринимал.

Хотя он ее слышал, его сознание словно было закрыто. Когда Адлет впервые встретил Голдофа, он таким не был. Он был сильным, верным и порой показывал заносчивость, свойственную юным рыцарям. По крайней мере, таким его увидел Адлет. Но челочек, что остался после Нашетании, был совсем другим.

—Что ты думаешь, Голдоф? — спросил Адлет.

Но Голдоф молчал. Чамо вскинула руку в воздух.

—А, ладно. Чамо еще думает, что Ролония подозрительна.

—Что?! — тихая Ролония внезапно вскрикнула в истерике. — Ч-чт… почему… ты так думешь?

—Ну, смотрите. Чамо не понимает, что у тебя в голове. Это подозрительно.

—Я-ясно… П-простите. Я… буду стараться, — сказала Ролония, ее тело дрожало.

—Но все же я остановлюсь на Фреми. Ага, это Фреми.

—А ты что думаешь, Ханс?

Получив вопрос, Ханс прислонил к подбородку ладонь и задумался на мгновение.

—Я… а я подозреваю Адлета и Чамо, нья, — все, кроме Голдофа, уставились на Ханса в недоумении. — Я не говорю о подозрениях в целом. Я думаю, важнее посмотреть, кто будет опаснее всего, как седьмой. Адлет был самым опасным, когда мы думали, что он — седьмой. А дальше Чамо. И я подозреваю их.

«Я тоже так думаю», — отметил Адлет с уважением.

—А что скажешь ты, Ролония, нья? — спросил Ханс.

Ролония озиралась, словно ей было сложно сформулировать мысли.

—Говори честно. Чамо же сказала, что ей сложно тебя понимать?

Фреми ее подгоняла, и Ролония тихо сказала:

—Я подозреваю… Голдофа-сана. По той же причине, что и… Мора-сан.

Трое из пяти подозревали Голдофа. Был он невинным Героем Шести Цветов или седьмым, но ситуация для него складывалась плохая. Тем не менее, Голдоф никак не реагировал на это.

—А ты что думаешь, Адлет?

—Раз уж я лидер, я ничего не скажу. Если я обвиню кого-нибудь, это ударит по доверию, — решил Адлет.

—Что ж, так может быть лучше, нья.

И все взгляды переместились на Голдофа. Он поднял голову и посмотрел пустыми глазами вокруг.

—Голдоф, что скажешь? Ты нас вообще слушал, нья?

После молчания Голдоф ответил:

—…Я слушал.

—Тогда кого подозреваешь ты, нья?

—…Никого.

Его слова всех смутили. Разве он не должен был обвинить кого-то вместо себя?

—Кто бы ни был седьмым… мне плевать. Что это даст?

—Голдоф. Именно из-за такого отношения мы с Ролонией подозреваем тебя, — разозлилась Мора. — Почему ты не думаешь над тем, кто седьмой? Почему не рассказываешь о том, что знаешь о Нашетании? Ты вообще собираешься защищать мир?

—…защищать мир? — на миг глаза Голдофа ожили. Он посмотрел на ладонь, и она сжалась в кулак. — Верно, Мора. Я помню. Я защищу мир. Я должен его защитить. И по этой причине я…

Рука Голдофа затряслась, издавая странный звук. Он сжал кулак с такой силой, что захрустели кости.

—Верно, Голдоф. Ты — тот, кто защитит мир. Ты вернулся?

Мора положила ладонь на пальцы Голдофа. Но тот холодно стряхнул ее руку. А потом он спрятал в руках голову, не отвечая, что бы ни говорили товарищи.

—Смысла в одних разговорах нет.

—Похоже на то. Простите.

—Так хватит болтать. Меня больше интересует Тгуней, нья.

—Кстати, да. Впереди лес Сломанных Пальцев. Судя по всему, Тгуней устроит нам там засаду.

Даже когда тема разговора сменилась, Адлет продолжал смотреть на Голдофа.

«Защитить мир».

Почему-то Адлет не доверял этим словам Голдофа.

Хотя он ничего не сказал, Адлет тоже подозревал Голдофа. А все потому, что Голдоф не был похож на товарища. Хотя все были охвачены паранойей, понемногу они сплотились.

Адлет признавал знания и силу Ханса. И, несмотря на его слова, Адлет знал, что Ханс ему точно доверяет. Чамо было сложно понять, но, сам того не ожидая, он начал замечать в ней нежные и милые стороны. И, будучи доверчивым, Адлет был благодарен Ролонии и ее помощи в глубине сердца. И хотя он был во многом не согласен с Фреми, это не отменяло факта, что она – его самый ценный товарищ.

А вот Голдоф отличался. Адлет не мог найти к нему подход. Адлет его не понимал, порой Голдоф казался ему загадочным монстром.

Адлет все еще не знал правды о мальчике по имени Голдоф Аврора.

Шел пятнадцатый день с момента пробуждения Маджина. Раны Ханса и Моры зажили, а Мора даже смогла починить сломанные железные перчатки. Так что семеро отправились в путь. Они добрались до огромного леса к полуночи с помощью Фреми и Джума Чамо, что разобрались с Кьема, патрулирующими у Вечного Цветка.

Они шли, пригибаясь к земле, каждый был в черном плаще, что дал им Адлет. В кромешной тьме ночи они двигались на запад.

Они не думали об убийстве Тгунея, как и о личности седьмого. Они просто бежали и скрывались, словно от этого зависели их жизни.

—Мора, враги позади есть? — спросил Адлет, идущий впереди.

—Никого, — ответила Мора, что шла последней. Она сжимала кулаки, готовая к бою. Ханс следил справа, а Фреми — слева, и они бесшумно продвигались вперед.

Одинокая мышка прибежала к группе. Чамо подхватила ее и поднесла к уху.

—Враг соорудил стену через триста метров впереди. Там много Кьема.

—Ясно… Фреми. Что это за стена?

—Она около тридцати километров, идет с севера на юг, ее невозможно, скорее всего, обойти. Мора могла бы пробить ее кулаком. Но если мы там появимся, поднимут тревогу.

—Ты знаешь, что это за тревога?

—Там натянуты нити, они прицеплены к доскам. Если зацепить нить ногой, дерево затрещит.

—Нья, что за ерунда? Я легко пройду это.

Адлет прижал ладонь к подбородку и задумался на миг. А потом он подозвал всех и объяснил стратегию.

—Сначала мы отступим на километр. Фреми оставит на земле бомбы. Она взорвет бомбы в течение одного часа. А потом мы отправимся на север.

—Так это отвлекающий маневр, — сказала Мора, и Адлет кивнул.

—Когда взрывы прекратятся, Кьема, скорее всего, соберутся там. И Чамо с Джума атакует стену. И это тоже лишь отвлечение. Потом мы направимся на юг. Фреми расправится с оставшимися дозорными. А мы с Хансом прорвемся через сигнализацию. А потом Мора как можно тише проломит проход.

—Понятно.

—Постарайтесь, чтобы вас не раскрыли… ни Кьема, ни Тгуней.

И семеро сорвались с места. Они двигались тихо, а бомбы Фреми и Джума Чамо обеспечили смятение в рядах Кьема. Фреми отстреливала Кьема, создавая проход для Адлета, Ханса и Моры. Пока оставшиеся Кьема не вернулись на пост, они прорвались через созданную Морой брешь в стене и отправились на запад.

—Неплохо получилось, Ад-кун, — сказала Ролония, идя рядом с Адлетом.

—Это место… — Адлет вглядывался в переплетенные сверху ветви, смотрел на небо. Звезды почти скрылись, и небо медленно светлело.

—Может, Тгуней потерял наш след. Иначе он послал бы больше Кьема.

—Да… наверное.

—А теперь бежим. Пока не выберемся из леса, пока не пересечем долину, пока не доберемся до долины Пролитых Слез, будем изо всех сил бежать прочь от Тгунея, — сказал Адлет, и Ролония кивнула. Казалось, остальные были с этим согласны.

Они не собирались сражаться с Тгунеем. Они не могли даже понять, где он. Так что они могли лишь бежать к долине Пролитых Слез.

—Ты заметил, Адлет? — вдруг спросила его Фреми.

—В чем дело?

—Позади идут несколько сражений. Но я слышал их так слабо, что не могу понять, кто сражается.

Адлет прислушался, пока шел. Он слышал треск деревьев, шаги товарищей, слабые крики Кьема.

—Кто-то точно сражается. Но кто?

—Это, конечно, займет время, но можно Чамо сходить и посмотреть? — спросила Чамо, но Адлет покачал головой.

—Интересно, но нам важнее время, чем это. Двигаемся дальше.

Фреми и Чамо кивнули, и семеро продолжили путь на запад. Позади они уже не могли видеть стену.

Прошел час после того, как Адлет и остальные прошли стену, и один Кьема смотрел на дыру, что они оставили.

—Хмм, они и тут прошли? Даже не знаю, что с ними делать, — сказал Кьема, у которого было тело йети и голова ворона. В руке он держал большой инжир. Кьема-йети… Тгуней вздохнул. — Похоже, они убегают от меня.

Неподалеку было много Кьема, все хрипло кричали. Более умные Кьема, что могли говорить, приказывали низшим Кьема отыскать Героев Шести Цветов.

—Как думаешь, Восемнадцатый?

Рядом с Тгунеем был Кьема-змея. Он был такой тонкий, что можно было обхватить одной рукой, но длина его тела достигала десяти метров. А нечто, похожее на тонкие руки и бумажные полоски, росло из его тела на пятьдесят сантиметров ниже головы.

—Они невероятно трусливы. Их даже не стоит бояться, — сказал насмешливо Кьема.

Среди подопечных Тгунея были особые Кьема, названные темными специалистами. Кьема-змей был восемнадцатым. Он и прочие развивались под командованием Тгунея, у каждого было несколько особых способностей.

—Это тебя не стоит бояться, — сказал Тгуней и легонько ударил Восемнадцатого. — Если бы ты был на их месте, то как поступил? Какой была бы твоя цель и как бы ты действовал?

—…Будь я на их месте, я бы думал над загадкой, кто седьмой, но… — сказал Восемнадцатый, Тгуней снова вздохнул.

—Из всего, что они могут сделать, это было бы худшим вариантом. Сейчас они не смогут понять, кто седьмой. У них не будет даже подсказок, кто может быть седьмым. И что тогда ты бы делал?

—Ну…

—Я бы ждал, пока седьмой не ошибется. Так бы я поступил на их месте. Еще идеи есть?

—Они могут захотеть убить вас, господин Тгуней.

—Заурядно. Конечно, если они убьют меня, Герои тут же приблизятся к победе. Но они кое-что ценное потеряют. Понимаешь хоть что-то?

—А… я…

Не дожидаясь ответа Восемнадцатого, Тгуней продолжал говорить:

—Время. До воскрешения Маджина осталось не больше четырнадцати дней. Если Герои не успеют добраться до долины Пролитых Слез, то победим мы. Если Герои придут за мной, я всеми силами буду задерживать их. Если они не смогут убить меня, то они просто потеряют много времени.

—…

—Так теперь ты понимаешь, что для них лучше всего? Убегать от меня. Они будут избегать меня и идти к долине Пролитых Слез. А пока мы не знаем, где они, даже с моими силами наши действия ограничены.

Клюв Тгунея двинулся, казалось, что так он улыбается.

—Разве ты не хочешь убить меня, Адлет? Похоже, я ошибся в твоей целеустремленности.

—…Есть предложение, господин Тгуней. Может, приказать седьмому выдать нам местоположение Цветов?

Тгуней наступил на тело Восемнадцатого.

—Еще одна глупость, и я тебя раздавлю.

Кьема-змей опустил голову и в извинении опустил ручки на землю.

—Что ж, все не так уж плохо. Не стоит так нервничать. Искать их интересно, но еще лучше — выманивать их. Мы можем сыграть по-разному.

Через два дня после того, как они покинули Вечный Цветок, Адлет и остальные бежали через лес Сломанных Пальцев. В пути они действовали командой. Фреми вела их через запутанный лес. Джума Чамо обыскивали местность на предмет врагов и искали, где Кьема могли затаиться. Мора оглушала врагов горным эхом, а Адлет и Ханс своими знаниями предугадывали действия врагов. Когда они встретились с неудачником-Кьема, они разобрались с ним как можно быстрее, чтобы он не успел доложить о них Тгунею.

Чтобы окончательно убить Кьема, нужно найти его ядро и уничтожить. Если этого не сделать, то через несколько лет Кьема возродится. Но у них было мало времени. Потому они этого не делали, а продолжали движение.

Лес Сломанных Пальцев был огромным. Сколько бы Кьема тут не было, они не могли нормально оглядывать местность. Но за эти два дня Адлета и остальных Тгуней не нашел.

Небо на востоке заалело, знаменуя рассвет. И после долгого пути Адлет и остальные приблизились к выходу из леса.

—Вокруг нет Кьема. Можно продолжать, — сказала Фреми, вернувшись с проверки территории впереди.

—Позади Кьема тоже нет. Но Чамо думает, сможем ли мы убежать, — добавила Чамо.

—Тгуней думает, скорее всего, что мы на севере, нья. Если пойдем своим путем, думаю, все будет в порядке, — отозвался Ханс.

—А значит, первый барьер мы сломали, — сообщил Адлет.

В ответ все улыбнулись и начали пожимать друг другу руки. Хотя Фреми тоже протягивали ладони, она скрестила свои руки на груди и отвернулась. Адлет настойчиво протягивал руку, и она неохотно пожала его палец.

И тогда Ролония с Морой тоже решили пожать ей руку. С отвращением на лице Фреми приняла их рукопожатия. Ханс вытянул руку, но Фреми отказалась.

—А ведь седьмой снова ничего не делает, — сказала Фреми.

Товарищи двигались сквозь лес, постоянно следя друг за другом. Адлет думал, что седьмой нападет под покровом ночи, попытается сделать так, чтобы их заметил враг, в тайне свяжется с Тгунеем. Но никто не выглядел подозрительным.

—Не стоит так спешить. Седьмой что-нибудь еще сделает. Просто нужно не проглядеть этот момент.

—Думаю, это верно, но… — Адлет вдруг заметил Голдофа за их кругом. Он так и не пожал ему руку. Но, когда Адлет протянул руку, Голдоф неожиданно принял рукопожатие.

—Ты тоже многое сделал. Продолжим стараться, — сказал Адлет, но глаза Голдофа так на него и не взглянули, он ничего не ответил.

Пока они шли сквозь лес, Адлет особенно пристально следил за Голдофом. Тот верно исполнял приказы Адлета и не выказывал подозрительного поведения. Но все еще оставалось тайной, о чем думает Голдоф. Его отношение было поверхностным, и Адлет не мог понять, было ли это лишь исполнением или его настоящими чувствами.

—Пора идти, Адлет. Долина будет сразу за лесом. Не теряй бдительности.

—Ага, понял, — ответил он Фреми и пошел. Но Голдоф не покидал его мыслей.

«Интересно, о чем он думает. Кто теперь для него Нашетания?»

Не получив ответ, они вышли из леса и продолжили путь на запад.

Адлет не знал о невообразимом событии, что уже происходило в уголке леса Сломанных Пальцев. В то же время, как Адлет и остальные покинули лес, Тгуней лежал в гамаке. На его груди расположились книга и инжир. А над ним с неба спускался Кьема-орел.

—Господин Тгуней. Есть новости.

—Темные специалисты, что преследовали Героев, были атакованы и убиты Джума Чамо. Вы потеряли следы Цветов и их запах, то есть теперь мы не знаем, где они находятся. Так? — ответил Тгуней, не открывая глаз. Его голос был полон ноток недовольства.

—Д-да.

Тгуней вытащил карту из-под гамака и уставился на нее.

—Так, а куда вы шли? Остались в северной части лес или пробрались в долину? — пробормотал он под нос и замолчал.

—Господин Тгуней. Ваши приказы…

—Они уже вышли из леса. Оставь половину в лесу, а остальные пусть идут в долину. Мы поиграем там. Поймайте их, пока они буду пересекать долину. Обойдите их и нападите сзади.

—Как прикажете.

Когда Кьема-орел собрался улетать, Тгуней вытянул руку и схватил его за ногу.

—Что-то еще, господин Тгуней?

Какое-то время Тгуней не отвечал и просто оглядывался. Выражение его вороньей головы не изменилось, никто не мог узнать, что он чувствует.

—Отменяю приказ. Сзывай всех сюда.

—П-почему?

—Враг.

И тут же Кьема-орел взмыл в небо. Тгуней опустился на гамак и откусил инжир. А потом он поднял трость, что оставил на земле, и крепко сжал.

Неприятный звук кого-то, идущего к нему, разносился эхом по воздуху.

Герои шли около пяти часов, пока не выбрались из леса, солнце уже взошло. Семеро продолжали двигаться на запад, их не один раз атаковали Кьема, пока они пересекали две пятых территории Воющих Демонов.

Но когда они вышли к долине, Герои столкнулись со следующим препятствием.

—Ньяу! Да она огромная, нья! Я впервые вижу что-то настолько поразительное, — по какой-то причине Ханс, глядя на долину, счастливо кричал.

Но Адлет не винил его. Он тоже потерял дар речи при виде огромного пространства. Глаза Моры, Ролонии и Чамо тоже расширились от изумления.

Долина перед ними была около ста метров в глубину и больше пятидесяти в ширину в самой узкой точке. Она тянулась с юга на север, и хотя они озирались, так и не смогли увидеть ее начало или конец.

Утес, на котором они стояли, резко обрывался, он был покрыт гладким камнем, за который нельзя было зацепиться. На дне долины тянулась бурная река, от которой поднимался пар. Жар доходил даже туда, где стояли Адлет и остальные, и потому воздух был на пять градусов теплее, чем в лесу.

Адлет никогда не видел такой огромной долины. Три дня назад у Вечного Цветка они услышали о долине от Фреми. Но все равно размер долины превзошел ожидания Адлета.

—Невероятно. Это было выкопано Кьема? — спросила Ролония, будучи рядом с Адлетом.

—Кьема триста лет готовились к битве с Шестью Цветами. Вырыть такую долину — не проблема.

Все стояли перед огромной долиной. В этом месте никто не жил, ни когда Святая Одного Цветка сражалась с Маджином, ни когда его одолели предыдущие Шесть Цветов. Ее называли каньоном Каргикка. Тот был одним из командиров Кьема и вырыл ее, как самый большой в мире ров.

По словам Фреми, долина разделяла территорию Воющих Демонов на две половины. Чтобы попасть в долину Пролитых Слез, им нужно было пересечь ее.

Долгое время вид прекрасной долины пленял ребят. Но вскоре Мора посерьезнела и спросила:

—И как мы ее пересечем? Тгуней скоро заметит, что мы покинули лес. И сюда хлынут Кьема, окружая нас.

—Вскоре придумаем. Не о чем беспокоиться, — сказал Адлет и вытащил веревку из железного ящика на своей спине. Мора взяла один конец веревка, а Адлет начал спускаться с утеса.

После семидесяти метров жар в воздухе не давал дышать. Адлет не мог больше выдерживать и принялся карабкаться вверх по веревке, вернувшись на вершину утеса.

—Бесполезно, Адлет. Пройти там сложно даже с силой Святых, — холодно сказала Фреми.

—Моста нет, Фреми?

—Есть. По одному на севере и на юге. Но, думаю, к ним подобраться невозможно. Последователи Каргикка будут ждать нас там и тут же избавятся от нас, как только мы появимся.

—А другого пути нет, Фреми? Какого-нибудь тайного хода? Или долину все же можно пересечь без моста? — спросила Чамо.

—В этом не было необходимости, ведь Кьема ходят по мостам.

—И это понятно, но… — Чамо скрестила руки и склонила голову. Остальные Герои думали о способе пересечь долину. Но никто так ничего и не придумал.

—А хлыст до другого конца не дотянется, Ролония? — спросил Адлет.

Ролония с сожалением кивнула. Она могла управлять движениями хлыста из-за своей крови в нем. Но даже так она не могла растянуть хлыст как мост. А хлыст был не больше тридцати метров в длину. Даже если добавить веревку Адлета, этого не хватит.

—Твои питомцы не умеют летать, Чамо? — спросил Ханс.

—Будь так, Чамо бы не беспокоилась. Кот-сан, ты ведь не насмехаешься надо мной? — недовольно ответила Чамо.

—Была бы здесь Эсли… Она бы сделала мост изо льда, — горько сказала Мора.

Эсли была Святой Льда, претендентом в Герои. Но ее убила Фреми, Убийца Шести Цветов.

—Святая Льда была первой, кого я убила, именно для того, чтобы Герои не могли пересечь долину. Так приказал Тгуней, — холодно сказала Фреми.

Они еще долго спросили. Но понимали лишь, что своими силами они перейти долину не могут.

Кьема создали ров, чтобы не дать врагам приблизиться. Атака в лоб была самой простой. Но теперь продвижение вперед стало проблемой. А ведь прямые атаки были ценны своей скоростью.

«Может, Каргикк куда опаснее, чем Тгуней», — подумал Адлет.

—Тогда нет смысла и дальше болтать. Разделимся на три группы и поищем путь через долину. Каким бы специфичным ни был план. Найдите что-нибудь. Ханс и Мора, идите на север. Я с Ролонией и Голдофом пойду на юг. Чамо и Фреми останутся здесь и будут следить, чтобы не напал враг.

—Похоже, это будет сложнее, чем я ожидала, — сказала Мора.

Адлет сделал вид, что все так и должно быть, и ответил:

—Мы легко одолеем этого Каргикка, но если тут не было бы самого сильного человека в мире, то вам пришлось бы застрять тут.

—Эй, давно ты не говорил, что ты — самый сильный в мире, нья, — сказал Ханс с кривой улыбкой.

—Потому что все и так знают, что я — сильнейший. Мне и не нужно постоянно это повторять.

—Но так думаешь только ты, Адлет, — раздраженно сказала Чамо.

—Я-я верю в это. Я верю, что Ад-кун — самый сильный в мире, — сказала Ролония. Адлет подумал, что так она, видимо, пыталась не злить его.

—Я тоже верю. Адлет может быть самым сильным, в каком-то смысле, — добавила Мора.

—Не только в каком-то смысле. Я — сильнейший в мире, — возмутился Адлет.

Фреми холодно ответила:

—Ты говоришь, что ты — сильнейший в мире, когда чувствуешь тревогу.

Она угадала, но Адлет все равно был возмущен.

—Ньяхи, а разве ты не влюблена в его беспомощность?

—Нет, — ответила Фреми.

—Уньяньяньяу. Так ты влюблена в этого дурака?

—…Ты раздражаешь.

Мора встала между ними.

—Нет времени на это. Давайте искать проход. Идем, Ханс, — сказала Мора и потащила его за руку на север.

Адлет увел Ролонию и Голдофа на юг. И Фреми крикнула:

—Ролония.

—Д-да? Что? — Ролония испугалась внезапного обращения. Фреми нагнулась к щеке Ролонии и что-то прошептала. Ролония кивнула, а потом подбежала к Адлету.

—Что она тебе сказала? — спросил Адлет, они побежали. Но Ролония почему-то колебалась.

—Эм, хмм… Она сказала защищать тебя.

Адлет оглянулся и увидел, что Фреми смотрит на него. Смутившись, Адлет отвернулся и продолжил бежать на юг.

—Фреми-сан хорошая, да? — сказала Ролония, и Адлет согласно кивнул.

Адлет чувствовал, что вскоре Фреми и Ролония смогут подружиться. Но он задумался, повлияла ли Ролония на Фреми, или причина была в другом.

Примерно в то же время около пятидесяти Кьема были в двадцати километрах на юго-востоке от Героев.

Они были на границе леса Сломанных Пальцев. Земля была пустынной, покрытой лишь шершавыми камнями. Горячий воздух собирался под землей и вырывался наружу несколькими гейзерами. Кьема называли это место Поясом Лавы, потому что в десятках метров под землей подземные воды испарялись под действием магмы.

Среди почти пятидесяти Кьема был Кьема-амфибия. У него было огромное тело, большой рот, а кожа – покрыта камнями. Иногда от его тела поднимался странный на запах пар.

Был и Кьема-обезьяна. Ростом он был с человека, но тело его было ужасно тонким. Шерсть его была взлохмаченной.

А еще здесь был милый Кьема, что сидел в центре. Его тело было маленьким, внешность – странной, а ноги выглядели как лапы собаки или белки.

—Все готово, Нашетания, — тихо сказал милый Кьема. Его звали Доззу, он был предателем, что восстал против Маджина и покинул территорию Воющих Демонов. А еще он был одним из командиров Кьема.

—Сегодня решится наша судьба. Каким бы ни был результат, мы будем сражаться, не сдадимся, — голос Доззу был тихим, он не достигал никого, кроме девушки, что сидела рядом с ним, Нашетании.

—Ты обо мне беспокоишься, Доззу? — улыбнулась Нашетания. — Спокойно. Я ничего не боюсь. Ведь понятно, что мы победим.

—…Нашетания.

—У нас есть Голдоф, нечего бояться.

Доззу тихо кивнул.

—Мы должны сражаться за наши цели.

—За будущее людей и Кьема.

—И за наших павших товарищей, — сказала Нашетания, а потом подняла и вытерла со спины грязь.

—Итак, все. Начнем. Устраните Чамо Россо.

С этими словами осуществление плана началось, а Нашетания с улыбкой смотрела на окружавших их Кьема.

Прошло десять минут.

—…Эй, Ад-кун, Голдоф-сан, — позвала Ролония Адлета и Голдофа, что смотрели вниз с утеса.

—Что-то нашла? — спросил Адлет. В его голосе была тревога. Сколько бы он ни смотрел с обрыва, он не мог ничего придумать.

—Нет, не нашла, но… разве не странно?

—Что странно?

—Где все Кьема?

Услышав это, Адлет огляделся. Тгуней уже должен был понять, что Герои выбрались из леса. Но, даже если и не так, здесь должны были ходить патрули. Но они никого не встретили, и это было необычно.

Адлет вытащил из одного из кисетов фейерверк, что дала ему Фреми. Если случится что-нибудь странное, Фреми тут же взорвет такой же и возвестит Адлета и остальных об этом.

—Фреми и Ханс тоже еще не встретили Кьема?

—Это странно, но… что это? — Ролония быстро указала на небо. Огромный Кьема-мотылек летел из центра территории Воющих Демонов. Но он, похоже, летел не к ним. Он просто направлялся на юго-восток как можно быстрее.

—В ту же сторону летели и раньше.

—…Странно.

Адлет склонил голову, глядя на юго-восток. Он понимал, что Кьема там собираются, но не понимал, зачем. Тгуней уже мог предугадать, что Герои выбрались к долине. И если принять это, то Кьема собирались там по другой причине.

В тот же миг Голдоф медленно развернулся на юго-восток и направился прочь.

—В чем дело, Голдоф-сан? — окликнула его Ролония, но Голдоф не остановился.

Сначала он шел медленно, но начал набирать скорость, отдаляясь от Адлета и Ролонии.

Адлет помчался за ним и схватил за плечо. С ним что-то было не так.

—Эй, не твори, что хочешь. Тебе там нечего делать.

И тут же Адлет почувствовал, как Голдоф схватил его за запястье, его тело взмыло в воздух. Не поняв, что происходит, Адлет спиной рухнул на землю и уставился на синее небо.

—Ад-кун?!

Только после крика Ролонии он понял, что его откинули.

—Да что ты творишь, Голдоф?!

Адлет оттолкнулся и встал на ноги.

—…Принцесса в опасности.

—Что случилось? Что с принцессой… Нашетанией?

Голдоф не ответил, продолжая быстро двигаться на юго-восток.

—Стой, Голдоф. Объясни. Что случилось с Нашетанией?

—Принцесса в беде. Я спасу ее.

—О чем ты думаешь? Нашетания — враг.

Адлет обошел Голдофа. В следующий миг кулак врезался в его живот, весь воздух вышел из легких. Силы покинули ноги, и он рухнул на колени.

—Голдоф-сан?! Что ты творишь?! — прокричала Ролония, двигаясь к Адлету.

Голдоф обернулся и сказал им:

—Адлет, Ролония. Я собираюсь помочь принцессе.

—Почему так внезапно? — спросила Ролония вместо Адлета, который не мог говорить.

—Слушайте внимательно. Не стойте на моем пути. Я помогу принцессе.

Когда они пришли на территорию Воющих Демонов, Голдоф был лишь оболочкой. Но теперь в его глаза вернулся свет. Пламя мерцало в темном взгляде.

—Я пойду один. Не ходите за мной.

—Прошу, постой. Голдоф-сан! Что случилось?! — крикнула Ролония.

—Обстоятельства изменились. Вмешаетесь, я и вас убью.

—У-убьешь? — испугалась Ролония.

Адлет заметил нечто необычное. Голдоф плакал. Он безмолвно плакал, отвернувшись в сторону, куда направлялись все Кьема.

Когда Адлет встал, Голдоф уже побежал прочь. Адлет и Ролония могли лишь смотреть ему вслед.

Полчаса спустя все шесть Героев бежали за Голдофом.

—И как это понимать? — спросила Фреми.

Услышав обо все от Адлета и Ролонии, товарищи проявили смятение. Адлет тоже не понимал.

—Может, он просто сошел с ума? — спросил Ханс.

Честно говоря, Адлет тоже рассматривал такую возможность. Поведение Голдофа не имело смысла.

Адлет понимал, что Голдоф скучает по Нашетании. Было понятно и его желание привести Нашетанию, что была на стороне Кьема, на сторону Цветов. Может, он это имел в виду, говоря, что поможет ей. Но Адлет не понимал тогда, почему Голдоф решил отправиться ей на помощь именно сейчас.

Впереди на дороге Адлет и остальные нашли три тела Кьема. Адлет склонился к ним и разглядывал раны.

—Их убил Голдоф? — спросила Мора.

Насколько Адлет видел, причина была именно такой. Все три Кьема были пронзены огромным копьем. Странным было лишь то, что после убийства им вспороли животы.

—Он совал руку им в животы и что-то искал. Что же ты творишь, Голдоф?

—Вряд ли он спасает Нашетанию, — сказала Фреми. — …Как такая расправа над Кьема ей поможет? В чем смысл?

Все сильнее казалось, что Голдоф сошел с ума.

Закончив исследовать тела, Адлет и остальные последовали дальше за Голдофом.

—Что-то впереди есть? — спросила Мора, пока они бежали.

—Если продолжим бежать прямо, скоро вернемся в лес. А там рядом пояс лавы. Магма течет прямо под землей, отовсюду бьют гейзеры. Опасное место.

—Зараза… что ему понадобилось в таком месте? — проворчал Адлет, в тот же миг Фреми остановилась. Другие товарищи, что следовали за ней, тоже замерли.

—В чем дело, Фреми?

И когда Адлет посмотрел в ее глаза, то понял, что Фреми хочет сказать.

—…Нам не стоит идти за Голдофом.

—Фреми?

—Понятно, что Кьема собираются посреди пояса лавы, а Голдоф пытается завести нас туда. Не знаю, что за ловушку для нас подготовили Тгуней и Нашетания, но если мы пойдем дальше, это можно назвать самоубийством.

—Хочешь сказать, что Голдоф — седьмой?

—Это еще не решено. Но он очень подозрителен.

—Н-но… Фреми-сан, — робко сказала Ролония. — Голдоф-сан тоже мог попасть в ловушку. Нашетания-сан может обманывать его и заманивать куда-то…

—О чем ты?

—Разве Голдоф-сан не любит Нашетанию-сан? Если он услышал, что Нашетания-сан в беде, то он пойдет помогать ей. Может, враг лжет Голдофу-сану и тоже заманивает его в область пояса лавы.

—Вряд ли. Как бы Нашетания обманула Голдофа и куда-то позвала? Вы с Адлетом же ничего не видели и не слышали?

—Ага… хмм…

Возражение Фреми было верным. Чамо повернулась к замолчавшей Ролонии.

—Что? Разве ты не говорила раньше, что подозреваешь Голдофа? Зачем ты его защищаешь?

—А… кхм… насчет этого…

Пока Ролония и Чамо говорили, Фреми, подумав, сказала:

—А ведь это мысль, Чамо. Если посмотреть с твоей стороны, все выходит иначе. Ролония обманула Голдофа и отправила в пояс лавы. А потом заставила нас идти за ним, чтобы и мы туда попали. Такое возможно.

Хотя Ролония была подавлена, она не смогла и слова выдавить изо рта, а потому только открывала и закрывала рот.

—Хватит необоснованных подозрений. Нам нужно спешить и решить, что делать с Голдофом. Адлет, что нам делать? — спросила Мора.

Но Адлет и сам не знал. Враг, несомненно, ждал их впереди, Голдоф был подозрительным. Не зная, что делать, Адлет посмотрел на Ханса, намекая, чтобы он дал совет. Но Ханс только покачал головой.

—Ты решаешь, нья. Тот, кто не может принять решение, не может быть лидером.

Верно. Адлет устыдился того, что хотел переложить все на плечи Ханса.

—Честно говоря, я тоже подозреваю Голдофа. И потому мы могли бы… бросить его. Но… — Адлет замолчал, какое-то время не зная, как продолжить. — Я смотрел в глаза Голдофа. Он не мог соврать. Голдоф, действительно, хочет спасти Нашетанию. Это точно. Потому это не похоже на предательство.

Ролония кивнула.

—И?

—Я все еще думаю, что есть шанс, что Голдоф — не седьмой. И пока такой шанс остается, мы не бросим его. Если не помогать и не защищать товарищей, мы все погибнем.

Фреми посмотрела на Адлета холодным злым взглядом.

—…Ладно. Предположим, что Голдоф — не седьмой. Предположим, что Голдоф пытается помочь Нашетании. Но она все равно враг. И если Голдоф помогает ей, то он нам не товарищ. Он предатель. Так зачем нам помогать предателю?

—Он не предавал нас. Он любит Нашетанию. А тот, кто хочет защитить любимого, не может быть предателем.

—…Так ты серьезно хочешь помочь Голдофу?

Адлет кивнул, Фреми в ярости схватила его за воротник.

—Хватит придуриваться!

—Ф-фреми–сан… — пробормотала Ролония.

—Ты слишком доверчивый! Если Голдоф седьмой, предатель, просто сумасшедший, это не имеет значения! Так зачем нам рисковать собой из-за него?!

—Нья. Да ты кричишь, Фреми, — сказал Ханс, пытаясь помочь ей. Но даже его слова не достигли ее ушей.

—Я не брошу товарища. Я так решил. И я не собираюсь менять решение, — сказал Адлет, убирая от себя руку Фреми.

—Не понимаю.

—…Фреми-сан. Я думаю, Адлет прав, — вступилась Ролония.

—Почему?

—Мне не нравится ситуация. Я не знаю, в какую ловушку мы можем попасть. Не знаю, когда начнут подозревать меня. И мы должны бороться с такими проблемами в будущем.

—И?

—Но я знаю, что Ад-кун меня никогда не бросит. Он будет верить мне до конца. И это придает мне силы сражаться. Я могу сражаться, потому что Ад-кун никогда не предаст меня. И не только меня. Думаю, все здесь такое чувствуют.

Герои замолчали.

—Фреми, хватит. Я понимаю твои чувства… но давай поверим Адлету.

—Мы решили довериться ему. А потому придется следовать за ним, нья, — сказал Ханс, улыбнулся и пошел.

Фреми опустила голову и плечи, глядя на пол.

—Адлет, я… — что бы ни собиралась сказать Фреми, она не позволила себе договорить.

Ей было больно, Адлет понимал это. Но он не знал, как ее подбодрить.

Часом позже Герои, озираясь, пришли к поясу лавы.

Поверхность его была покрыта темно-серыми гладкими камнями. Камни становились красными, нагреваясь. Жар был таким сильным, что они чувствовали это подошвами ботинок.

Иногда из щелей между камнями вырывался пар. Он был смешан с серой, из-за запаха Герои кривились. Здесь не было жизни, насекомые, растения, животные здесь умерли бы.

Адлет не знал об этом месте ни из истории о Святой Одного Цветка, ни из записей прошлых Героев. Фреми же много раз проходила мимо пояса лавы, но не была внутри.

—…Странное место, — пробормотал Адлет.

Были здесь и каменистые холмы, что колебались в высоте от пяти до двадцати метров.

Здесь почти не было ровной местности. Поверхность каменистых холмов была неровной, было сложно выглядывать врагов. Даже с вершины холма не было видно всей территории.

Прекрасное место для засады.

—Не похоже, что это сделала природа, — сказал Адлет.

—Здесь вроде бы раньше был большой вулкан. Когда Каргикк копал долину, он заставлял магму отсюда течь туда.

Ханс, что взобрался на соседний холм, указал в сторону.

—Уньяу. Там есть тела Кьема. Похоже, Голдоф идет к центру пояса лавы.

Адлет и остальные посмотрели в ту сторону.

Мертвые Кьема были очень похожи на тех, что они видели в лесу. Они были убиты одним ударом, животы были вспороты.

—Что Голдоф делает? — проворчала Мора.

Адлет и остальные продолжили идти. За полчаса они прошли много невысоких холмов. И по пути встречали все новые тела Кьема. Адлет ожидал, что их ждет засада. Но они видели лишь тела Кьема. Не было признаков засады.

—Здесь никого нет. Чамо не видит ловушку, — сказала Чамо.

«Мог Голдоф уже убить всех?» — подумал Адлет.

Они продолжали идти, вдалеке виднелся большой трапециевидный холм. Когда они взобрались на тридцатиметровый холм, то обнаружили, что по центру была яма около семидесяти метров в диаметре.

Глядя на эту дыру, Адлет сглотнул:

—…Да что за…

В яме было множество тел Кьема, около двухсот. Адлет взял себя в руки и отправился дальше.

—Мог ли Голдоф-сан сделать это сам? — спросила Ролония.

—Невозможно. Если он сам убил их всех, то он — не человек.

Адлет разглядывал тела Кьема. Раны, что были смертельными, были от укусов и когтей. Были и те, кого убило пламя или яд. Их раны были свежими, они умерли несколько часов назад.

—Кьема сражались? — пробормотал Адлет. Земля была неровной, валялись выломанные куски камней. Битва была жестокой.

Глядя на Кьема, Фреми сказала:

—Большинство было на стороне Тгунея. Но среди них есть и Кьема Каргикка. Нет сомнений, что среди Кьема была битва.

Они уже слышали от Фреми, что среди Кьема были сложные отношения. По ее словам, Кьема делились на три группировки. Самая крупная была у Каргикка, дальше шел Тгуней. А вот последователи предателя-Доззу были среди Кьема Каргикка и Тгунея.

—Каргикк и Тгуней сражались? — спросил Адлет.

—…Не знаю. Каргикк и Тгуней враждуют, но они не так глупы, чтобы затевать сражение, когда на носу битва с Шестью Цветами.

—А если это Доззу, нья? Я вообще не знаю, кто это.

—Даже если среди них были те, что на стороне Доззу, кто мог устроить такое сражение… не понимаю, — Фреми в раздумьях склонила голову на бок.

Хотя они знали не все, они все равно понимали, что что-то не сходится. Была ли ситуация Героям на руку или добавляла опасность? Как в это был втянут Голдоф?

—Если Кьема убивают друг друга, то я рад. Но мы все же ищем Голдофа.

—Что? Вы ищете Голдофа? — за спинами их послышался голос.

И в тот же миг Адлет сбросил железный ящик и выхватил меч.

Все, кроме Ролонии, тут же вооружились. Они не могли забыть этого пронзительного и нежного голоса, элегантную манеру речи.

—Я думала, вы пришли убить меня.

На склоне ямы была девушка. Она сидела на теле одного из Кьема, глядя на Героев с холодным видом. Она была в необычной черно-белой броне, а на шлеме были уши кролика.

«Как она могла так внезапно возникнуть?» — задумался Адлет. Ее здесь не было лишь пару секунд назад.

—Давно не виделись, Герои Шести Цветов.

Адлет понимал, что они все же встретятся. И теперь она была здесь, первая предательница, что четыре дня назад едва не убила его, - Нашетания.