Том 6 · Глава 51. Конец любви

Часть первая

«Странно», — такая мысль возникла в голове Чамо.

Ее предал Ханс, и она злилась. Ее раздражала глупость Фреми и Нашетании. И все же она не могла их бросить. Она отбивала атаки Кьема и искала Ханса. Она защищалась с помощью трех Джума.

Враги были намного слабее, чем те, с кем бился Ханс. Они не могли даже приблизиться к ней.

Большая часть Кьема разбежалась по руинам. И хотя некоторые еще вступали в бой, это уже не было проблемой. Она пустила на поиски Джума, приказав им возвращаться, если они найдут хоть малейшую зацепку. Но никто из них не вернулся.

Может, Ханса уже не было среди развалин? Но Чамо не могла дать ответ на этот вопрос.

—И все же что-то странно… — пробормотала Чамо.

Перед тем, как попасть сюда, они сражались с элитой Кьема. Они были сильными. Если бы Ханс был предателем, он бы бросил ее там, и Чамо уже погибла бы.

Значит, Ханс не хотел убить Чамо. Но тогда она не понимала, какая цель у Тгунея и Ханса. И тут к Чамо направился один Джума. Не обращая внимания на Кьема вокруг, он устремился к Чамо. Во рту Джума был метательный нож Ханса.

—А?.. Что это?

На лезвии были слова. Они немного стерлись, но слова можно было разобрать. Почерк явно принадлежал Хансу.

«Пусть все знают, что я — седьмой. Или сделай вид, что седьмой — это ты. Это условие, чтобы узнать, как спасти Фреми».

Чамо растерялась. Ханс явно передавал кому-то указания. Чамо задумалась. Этим ножом Ханс несколько раз бросал в Адлета.

—Как это понимать?

Чамо размышляла, глядя на слова на лезвии. Она ощущала странный запах, и Мора через горное эхо рассказывала о яде. Но Чамо не отвлекалась на это и думала. Она замерла на месте.

И вдруг вдали от горы вспыхнул огонь. Мора сообщила с помощью горного эха, что Фреми спасена, а стратегия провалилась.

Чамо не двигалась и смотрела на слова на ноже.

—Пора убить Тгунея, — сказав это, Адлет поднял меч.

Глядя на это, Тгуней невольно волновался. Таким ли он хотел видеть седьмого? Почему он не сдался в такой ситуации?

Адлет собирался сражаться, но это не меняло исхода боя. Были лишь он и Ханс, который страдал от эффекта яда. Они не могли позвать друзей. Они не могли убить Тгунея. Не могли помешать смерти Моры, Ролонии и остальных.

Но Тгуней теперь мог использовать силу любви еще раз. И его даже радовало то, как Адлет вмешался в его план. Он был очень рад.

Но Тгуней был и растерян. Почему он чувствовал, как дрожит его настоящее тело? Чего он боялся?

Превозмогая это состояние, Тгуней думал, что приказать своим подчиненным. Растворить паутину. Разбежаться по окрестностям. Схватить этих двоих и покинуть это место.

И тут Ханс сказал:

—Бежать собрался, Тгуней?

Тгуней не собирался отвечать, но следующие слова его задели.

—Потому что тебя победит это чудо любви.

Ханс усмехался. Это было провокацией, чтобы Тгуней задержался. Зная это, Тгуней все же замешкался.

—Не страшно. Убейте Ханса и поймайте Адлета.

—Ньяхи-хи! Ладно, нья, мы тогда убьем тебя!

Ханс смеялся, ведь знал, что Тгуней не сбежит. Если он сбежит, то покажет, что боится силы любви.

Тгуней не спешил убивать Адлета, он не мог этого сделать, он хотел использовать силу его любви. Ему было нечего бояться. Он использовал любовь. Топтал любовь.

Потому он и не собирался убегать. Если он испугается любви и хоть раз убежит, это останется в его памяти. И тогда он больше не сможет получать удовольствие от разрушения чьей-то любви.

Тгуней не собирался убегать, хоть этот выбор и был нелогичным.

Тгуней оскалился. Его когти удлинились, а хвост стал подобен хлысту. Медленно и беззвучно он приближался к Хансу.

Десять Кьема не участвовали в сражении, а охраняли Тгунея, но теперь и они явно намеревались напасть на Ханса с Адлетом. И сам Тгуней хотел участвовать в сражении.

Провокация Ханса сработала. Если бы Тгуней сбежал сейчас, они бы не победили.

—Ха-а! — закричал Тгуней и побежал. Скорость его была выше, чем у Ханса. Он использовал тело Кьема, похожего на мышь, обладающего хорошей ловкостью.

Когтями на обеих лапах он пытался задержать и Ханса, и Адлета. Они боролись, но едва задевали Тгунея. Первые два удара отбил мечом Ханс, третий остановил дротиком Адлет.

—Не отходи от меня! — крикнул Ханс. В одиночку они атаки Тгунея не выдержат.

Они отбивались от когтей Тгунея и других Кьема, присоединившихся к сражению.

—Адлет, у тебя осталось секретное оружие? — спросил Ханс, и Адлет сказал:

—Все разрушено — и световые бомбы, и свистки, и все остальное!

Ханс и Адлет стояли спина к спине и отбивались от атак Кьема. Если Тгуней сбежит, Героям конец. Но пока он был здесь, победить было почти невозможно.

Адлет отчаянно пытался придумать план. Но из секретного оружия у него остался лишь Гвоздь святых и разные дротики. Остальное он выбросил по приказу Тгунея. У него не было даже предмета, чтобы позвать друзей.

—Нья-р-ра! — Ханс ударил по Тгунею, а тот на ужасающей скорости замахнулся когтями. Движения Ханса были заметно замедлены. Адлет защищал Ханса, бросая в Кьема вокруг парализующие дротики. Но и они не были бесконечными.

Ему нужно было позвать Героев. Без них Адлет и Ханс не справлялись.

Кьема с головой птицы ударил Адлета сзади. Отлетев, Адлет не переставал размышлять. Он знал, что один из Кьема Тгунея использует способность, что скрывает их от внешнего мира.

И тут Адлет заметил, что несколько Кьема не участвуют в сражении. Кьема-козел и Кьема-обезьяна, что были рядом с Тгунеем и Адлетом. Они лишь следили. Кто-то из них мог стирать признаки их пребывания здесь.

—Нужно убить их! — Адлет указал на этих Кьема в углу площади. Ханс не успел ударить, Кьема-паук выстрелил паутиной и создал для них барьер. Адлет бросил дротик, но это не могло их убить.

—Блин… Придумай что-то, нья, Адлет, — сказал Ханс.

Им нужно было избавиться от этой сильной способности стирать признаки их присутствия. Хоть способность и была сильной, она не была идеальной, иначе не потребовалось бы уничтожать оружие Адлета.

Тгуней лишил его световых бомб, ведь вспышка света могла сообщить друзьям, где они. Теперь у него не было ничего, что источало бы свет. Но было не только это. Тгуней приказал сломать бомбы и свистки, призывающие Кьема.

И когда Ханс кричал, Кьема кричали с ним, чтобы заглушить его голос. Кьема шумели и сейчас в руинах.

Звук. Адлет был уверен. Нужен был звук, что разнесется эхом по руинам и будет громче голосов Кьема. Если так сделать выйдет, то они сообщат свое местоположение друзьям. Все было довольно просто.

Но Тгуней лишил их такого варианта. У Адлета не было оружия, что производит такой громкий звук.

—Нья-а-а! Делай что-нибудь! Нет времени мешкать! — жалобно крикнул Ханс.

Кьема не прекращали сражаться, лишь бы не дать Адлету позвать друзей. Атаки сыпались на Адлета справа и слева, он отбивался мечом и броней. Тгуней отбросил Ханса. Тот откатился по земле, и Тгуней отвел взгляд. Ханс сейчас для него опасен не был. И его жалкая попытка кричать ни к чему не привела.

—Унья! — Ханс перестал катиться и моментально бросился в другую сторону, оттолкнувшись руками. Он бросился на Тгунея, который собирался напасть на Адлета.

—!..

Один меч пронзил живот Тгунея. Тот попытался вытащить меч, и другой обезглавил Тгунея. Голова Кьема, похожего на мышь, покатилась по земле.

—Нья-а!

Но тело Кьема продолжало двигаться и без головы. Он вонзил лапу в свое брюхо и вытащил плод инжира. Он бросил его за спину. Даже со скоростью Ханса поймать его не удалось. Кьема-пес тут же бросился к инжиру. Адлет попытался остановить его дротиком, но Кьема отбил его хвостом. Кьема-пес поймал плод зубами.

—Опасно. Опасно. Я не ожидал… Нужно быть осторожнее, — Кьема-пес заговорил голосом Тгунея. До этого у Кьема-пса не было возможности говорить.

Но все это означало для Адлета и Ханса, что сражение продолжается.

И больше Тгуней отвлекаться не будет.

—Я буду поддерживать, а ты нападай, — Кьема не прекращали атаковать, и Адлету пришлось обратиться к товарищу.

Сколько бы он ни думал, он не мог найти способ заглушить шум и передать звук. Выхода не было. И тут Адлет вспомнил слова Атро. Вспомнил огромное количество тренировок. Атро всегда подчеркивал важность зрения в бою. Даже если при нападении ты был уверен в победе, нужно всегда осматривать окрестности.

И Атро тогда сказал: «Секретное оружие — лишь вещь в кармане. Думай обо всем вокруг, как о своем оружии».

Адлет напряженно озирался. Близился рассвет, и тусклый свет выхватывал детали, что до этого не было видно. Паутина. Состояние площади. Множество разрушенных зданий вокруг.

—Ханс, пригнись, — сказал Адлет. — Прикрой!

Ханс пытался попасть по Тгунею, скрывшемуся в теле Кьема-пса. Он послушно пригнулся и принялся защищать Адлета от атак Кьема.

Адлет в это время схватился за рукоять меча и бросил его. Меч летел не в Тгунея и не в Кьема, охраняющих его. Он целился в здание вне паутины. Самая высокая точка развалин. Это здание точно было в центре города, что когда-то здесь был. Адлет понимал это. И в центре города всегда находился предмет, что позволял оповестить людей о происшествии. На вершине здания виднелся колокол, и меч попал по нему. Колокол содрогнулся, не удержался и полетел вниз. Звук, что он издал, разнесся по окрестностям.

—Бесполезно, — рассмеялся Тгуней. — Такой звук не долетит до Героев. Они уже далеко.

Фреми продолжала бросать бомбы в Кьема, пытаясь найти брешь для побега. Ролония и Нашетания страдали от яда. Силы оставались только у Фреми и Доззу.

—Осторожно! — Доззу защитил Фреми от удара. Кьема пытались ударить по рукам и ногам Фреми. Они все еще не собирались ее убивать. Но вполне могли хотеть ее поймать.

Фреми прислушивалась. Адлет мог позвать на помощь. Но ничего такого не было. Она не слышала и ничего от Голдофа, что тоже сражался с Кьема. Слышались лишь крики горящих Кьема и их вопли издалека.

Глядя на нож, Чамо была уверена, что Ханс — не седьмой. Он играл и напал на нее, чтобы все подумали, что он — седьмой. Будь он седьмым, он бы не оставил Чамо в живых, и не просил бы у Адлета доказательств, что седьмой — тот.

Она не знала, о чем думал Ханс, какая у него цель. Но теперь было ясно.

Проблемы были не у Адлета. А у Ханса.

—Ахх! — яд начал действовать на тело. Но Чамо не созывала Джума, что разошлись по развалинам. Она не могла бросить одинокого Ханса. И тут Чамо показалось, что она услышала вдали металлический скрежет. Но она не знала, откуда именно он доносится.

—Гхм…

Кое-кто все же отреагировал на звук колокола. По приказу Чамо двое Джума двигались по развалинам. Они тут же направились к площади.

Из-за способности Темного специалиста Номер одиннадцать их отталкивало от площади, путались их мысли. Но, услышав звон колокола, Джума застыли и развернулись. Один из них остался недалеко от площади, а другой поспешил к Чамо.

Темный специалист Номер одиннадцать прятался в конце кокона из паутины. Прячась в тени развалин, он продолжал использовать свою способность.

Когда раздался звон колокола, Одиннадцатый испугался. Но этот звук не мог достичь Героев. И он был уверен, что звук не разрушит его способность.

Тгуней приказал Одиннадцатому умереть, но тот все еще был верен Тгунею. Нет. Он делал это не ради Тгунея, а ради Маджина.

Одиннадцатый все свои силы вливал использование способности.

Он и не заметил, как подобрались Джума и выстрелили ядом. А следом появилась и Чамо.

Адлет остался без меча и для сражения с Кьема ему пришлось одолжить один меч у Ханса. С одним мечом Ханс теперь сражался вполовину слабее.

Кьема застиг Ханса врасплох и собирался ударить по голове.

—Нья!

Адлет бросился на Кьема с мечом и дротиком и спас упавшего Ханса. Адлет понимал, что близится их конец. А все Кьема, включая Тгунея в теле Кьема-пса, бросились в атаку.

Они уже не могли спастись.

И тут эхом разнесся голос.

—Кот-сан!

Кьема повернулись в ту сторону. Адлет тут же оттащил Ханса в сторону от Кьема. Джума прорвали паутину и начали по одному пробираться на площадь. Тгуней и Кьема широко раскрыли глаза.

«Спасены», — но тут Адлет вспомнил, что Чамо считала Ханса врагом. Она злилась на него, потому и преследовала.

—Чамо! Ханс — не враг!

Джума бросились к Адлету. Но тут Ханс закричал, будучи в руках Адлета:

—Ради убийства Тгунея мы с ним объединились!

И Джума уже не атаковали. Адлет был удивлен. Чамо вряд ли знала, что он — седьмой.

—Вот как. Я поняла, что Кот-сан — не враг. Адлет? Ты предал Тгунея?

Адлет не знал, как все объяснить. Но Чамо уже озиралась по сторонам.

—Ладно. Значит, пора убить Тгунея. Где он?

В ответ вперед выступил Кьема-пес.

—Я здесь.

—Хи, сам вызвался. Больше не прячешься?

—Уже нет смысла бежать, — отозвался Тгуней.

И тут Адлет заметил, что Чамо тяжело дышит. Она двигалась скованно. С ней что-то было не так. Видимо, действовал яд.

—Если это ты, то я смогу победить.

Кьема и Джума бросились друг на друга. Две группы столкнулись в центре площади. Адлет и Ханс отскочили в стороны.

Кьема, внутри которого находился Тгуней, выплюнул нечто, похожее на витую ракушку. Кьема дунул в нее. И Адлет понял, что это аналог свистка для Кьема. Тгуней созывал всех Кьема, разбросанных по развалинам.

Чамо вытащила из кармана световые бомбы и бросила в небо. Вспышка яркого света на миг озарила руины. Они договаривались до этого, что таким будет сигнал при обнаружении Тгунея.

Кьема-пес, Тгуней, побежал к Чамо. Джума заслонили ее собой. Обе стороны созывали подкрепление, но не собирались полагаться только на это. Они хотели все закончить сами.

Трое Героев были окружены Кьема в северо-западной части развалин. Фреми не поверила глазам, увидев вспышку света. Это был сигнал об обнаружении Тгунея. Это бросил Адлет или Чамо?

И тут Фреми услышала звук, похожий на свист. Такой свист могли слышать только Кьема. И доносился звук с той же стороны, что и вспышка света.

Они продолжали попытки сбежать, но сразу же сменили курс побега. И попытки отбиться превратились в серьезное сражение. Они не могли медлить. Им нужно было напасть на Тгунея.

Кьема-волк, что мешал Фреми и остальным сбежать, тоже услышал свист. Это был сигнал тревоги. Это был приказ бросать все и защищать Тгунея. Кьема-волк подумывал побежать к Тгунею, но понял, что у него есть проблема важнее. Не дать этим троим подобраться к Тгунею.

—Слушайте все, я — не Тгуней-сама. Я лишь исполняю его приказ. Потому я и притворялся им.

Уже не было причины играть в Тгунея дальше. Кьема, что не знали всех подробностей, были удивлены.

—Нам нужно, чтобы эти трое и дальше оставались здесь! Даже если погибнете! И нужно убить Фреми! Это приказ Тгунея!

Фреми и остальные тоже слышали приказы Кьема-волка. Они побежали на юго-восток. Кьема-волк сам бросился за ними. И хотя по нему попадали пули, он продолжал попытки напасть.

Не меньше сорока Кьема охраняли Тгунея. Ханс уже разобрался с десятью, несколько не участвовали в сражении. У Чамо было около пятидесяти Джума. По количеству у нее был перевес.

Тгуней в теле Кьема-пса был в центре сражения и пытался напасть на Чамо, чему мешали ее Джума. Тгуней пока еще держался, но Кьема-пес был не таким и сильным. Это тело было хуже, чем Кьема с тремя крыльями, и намного хуже тела йети.

И все же в сражении Джума постепенно отступали.

—Блин! Чамо! — Адлет не ожидал, что Джума начнут нападать и на него.

—Чамо, Адлет сейчас на твоей стороне. Сосредоточься на Тгунее.

—Чамо понятия не имеет, что происходит, — холодно ответила Чамо. Адлет пытался проанализировать ситуацию. Враг неплохо сотрудничал. И хотя Джума было больше, Кьема казались сильнее даже в бою один против многих.

Джума двигались вяло. Некоторые из них падали и превращались в грязь. Адлет впервые такое видел. Чамо теряла контроль над Джума.

—Тгуней-сама! — раздался голос снаружи площади. Там собрались Кьема, что сбежались с развалин. Чамо направила туда двадцать Кьема, чтобы помешать врагу прорваться.

—Ох…

Тянуть дальше было некуда. Ханс подмигнул ему. Адлет взглянул на происходящее. Он думал о том же.

Кьема-волк, прекративший изображать Тгунея, атаковал Фреми. Она отбивалась, стреляя из ружья и откатываясь от ударов. Кьема-волк был сильным. Сколько бы она ни стреляла, он не падал, а она из-за его атак не успевала создать в руке бомбу.

Им нужно было спешить туда, где вспыхивал свет. Для этого нужно было пробиться через этих Кьема. Для этого Фреми нужна была очень сильная атака.

—Давай же!

Кьема-волк понимал цель Фреми, потому он хотел поскорее закончить бой.

—Жаль, Фреми. Если бы ты сдалась, тебя бы простили, — сказал Кьема-волк.

—Фреми-сан, разгони как-нибудь Кьема!

—Мы не можем прорваться! — сказали Доззу и Нашетания.

Доззу ударял по одиночным Кьема, но не спешил использовать молнию во всю мощь. Мечей Нашетании не хватало, чтобы очистить проход для них.

И тут Ролония, бившая врагов хлыстом, вдруг побежала к Доззу. Она схватила маленькое тело Доззу и бросила на восток.

—!..

Доззу пролетел и перекатился, но оказался за толпой Кьема.

Следующим хлыст обвил Фреми, и она полетела к Доззу. Возникла брешь, и Кьема напали на Ролонию. И хотя Ролония была в прочной броне, все атаки она так сдержать не могла.

—Плохо дело! Нашетания, помоги ей! — крикнул Доззу, но Ролония ответила:

—Не стоит!

На миг тело Ролонии покраснело. Красные брызги полетели из щелей ее брони. Кровь Святой была ядовитой для любого Кьема. Кровавый туман окутал Кьема, и они закричали.

Она отбросила Фреми и Доззу, чтобы эта атака не задела их.

—Ролония! — крикнула Фреми.

Но Ролония сделала так, чтобы помочь им. Фреми понимала ее намерения.

Ролония хотела остаться там, чтобы помочь им.

Фреми подавила в себе желание вмешаться. Не мешкая больше, она отвернулась и побежала туда, где видела свет. Доззу и Нашетания, которая смогла пробежать после атаки кровавым туманом, последовали за ней.

—Ох!

Фреми и остальные убегали от Кьема, но это продлилось всего минуту. Кьема-волк позвал на помощь, и другие Кьема бросились на них, пытаясь окружить.

Кьема нападали справа и слева. От их атак Нашетания отбивалась, создавая мечи из земли.

—Здесь я останусь, — Нашетания отвернулась от Фреми и остановилась. Доззу проявил недовольство, но Нашетания ответила со смешком. — Не переживай, Доззу. Я не умру здесь.

Нашетания призвала большой меч и ударила им Кьема, приближающегося сзади.

—У меня ведь есть Голдоф.

Фреми помчалась дальше туда, откуда в тот раз вспыхнул свет. Доззу последовал за ней, несколько раз оглянувшись на бегу.

Часть вторая

Кьема перед Тгунеем объединились и напали на Чамо. Они пытались пробить ряд Джума и добраться до нее.

Увидев это, Адлет и Ханс тут же побежали к Тгунею, разделились, и Адлет бросился вправо, а Ханс — влево.

И тут же Кьема бросились на них.

Адлет улыбнулся, увидев это. Так и было задумано. Адлет не отреагировал на атаку Кьема и забежал назад. Он устремился к развалинам здания и взбежал по стене, используя лезвие, встроенное в обувь. Кьема врезались в стену, здание задрожало.

Адлет обеими руками бросил дротики в Кьема, напавших на Ханса. Они отвлеклись на атаку сзади. Ханс тут же миновал их и направился к Тгунею, стоявшему в центре толпы Кьема.

Тгуней отвлекся на Чамо и не следил за ними. Кьема сражались с Джума и не могли защитить его.

—…Давай!

—Ньа-а!

Они смогли разделить Кьема. И с помощью Адлета Ханс смог ударить по Тгунею. На это Адлет и надеялся. Ханс не перечил ему, и план сработал.

Меч Ханса отсек голову Кьема-псу, но тот тут же вонзил переднюю лапу в живот, вытащил плод инжира и бросил. Кьема вокруг них потянулись, чтобы поймать его. Но тут напали Джума. Они помешали Кьема заполучить инжир и разорвали на куски тело Кьема-пса.

Один Кьема смог пробиться, но Адлет остановил его дротиком, обездвижив его. Плод инжира летел по воздуху, кружась, и никто не ловил его. И тут меч Ханса разрезал его на куски.

—А-а-а, — закричал хрипло Кьема, а за ним заголосили и все вокруг. — А-а-а-а!

—Тгуней-са… ма… Тгуней-сама!

Фреми говорила об этом, когда они прибыли на территорию Воющих демонов. Кьема были связаны между собой. И все они поняли в один миг, что Тгуней умер. Кьема тут же растерялись и не двигались.

—…Вышло.

Адлет смотрел со стены. Ханс и Чамо, уверенные в победе, могли расслабиться.

—Осторожно! — но Адлет закричал поздно.

Кьема держались за головы. Некоторые из них подобрались близко к спинам Ханса и Чамо.

В ответ на крик Ханс встрепенулся. Джума бросился на защиту Чамо.

—Нья-а-а!

Они опоздали на миг. Рог пронзил бок Ханса. Кьема ударил Чамо по спине, оставляя глубокую рану. Возможно, смертельную.

Кьема волной направились к Хансу и Чамо, намереваясь убить их.

Адлет спрыгнул со стены. Он бросил все оставшиеся дротики, чтобы спасти их. У Адлета не осталось секретных оружий. Он не мог помочь.

—Осторожно!

Послышался шум. Молния ударила по Кьема, что целились в Чамо. Пуля пронзила Кьема перед Адлетом.

Адлет оттащил Ханса, чтобы его не ударили еще раз. Фреми и Доззу выбежали на площадь, истекая кровью.

—Ханс — не враг! Не убивайте его! — крикнул Адлет.

Фреми и Доззу растерялись. Но они увидели рану Ханса и, казалось, все поняли. Поняли, что Ханс сражался с Тгунеем вместе с Адлетом.

Увидев, что прибыло подкрепление, Кьема тут же перестали атаковать. Они заняли оборонительную позицию и смотрели на людей.

Фреми вскинула ружье. Доззу окружили искры. Адлет, державший неподвижного Ханса, оказался за ними.

—О случившемся поговорим позже. Сначала нужно победить Тгунея.

—А где Тгуней, Адлет? — спросила Фреми, и Адлет не смог ответить. Он не мог поверить в то, что увидел незадолго до этого.

Тгуней использовал тело Кьема-пса. И сам Тгуней, видимо, был скрыт в теле Кьема-пса. Доззу говорил, что Тгуней может управлять только одним Кьема. И если Кьема уйдет от него дальше, чем на два метра, способность перестанет работать.

Значит, его тело точно было у Кьема-пса. Но Ханс разрезал обманку, обычный плод инжира. Но убитого Кьема-пса уже разорвали и растоптали Джума. И если Тгуней был в его теле, он уже погиб. Никто не забирал его оттуда, Адлет следил за Кьема-псом.

«Но где тогда тело Тгунея?».

Фреми с подозрением смотрела на Адлета, а тот молчал.

И тут раздался смех. Кьема-носорог встал на задние ноги.

—Я здесь, Фреми, Доззу.

По морде Кьема-носорога нельзя было понять эмоции, но он раскинул передние лапы, словно приветствовал их.

—Наконец-то вы пришли. Вы уже давно сражаетесь вместе, и остался последний шаг. Но враг должен быть подходящим.

Фреми направила ружье на Кьема-носорога. Но Адлет положил ладонь на ее ружье, не дав ей напасть.

—Это не Тгуней…

Фреми и Доззу уставились на Адлета.

—Это не он. Мы все еще должны найти его тело.

«Сработало?» — Тгуней мысленно смеялся.

Как и ожидалось, Адлет ничего не рассказал. У них были лишь догадки. Но было понятно, что у Кьема-носорога нет тела Тгунея внутри.

«Неужели Адлет и Ханс не ощутили подвоха?» — неужели они не поняли, почему Тгуней не сбежал, когда появилась Чамо и бросила световую бомбу?

Он был уверен, что точно не пострадает.

Увидев Фреми, Адлет хотел все бросить и обнять ее. Но они были посреди сражения. Он напомнил себе, что обнять ее сможет и после победы над Тгунеем.

—Чамо… еще может сражаться, — услышал Адлет голос Чамо. На ее пострадавшей спине Джума черными щупальцами пытался помочь ей. Но большая часть Джума превратилась в грязь. Их не хватило бы для сражения.

—Защищай Ханса. Не дай врагам пробраться сюда снаружи.

—Угу… — казалось, Чамо сложно дышать и говорить. Джума на ее спине тяжело дышал. Отряд Джума окружил Ханса, потерявшего сознание, остальные Джума выбежали наружу.

И хотя Чамо было больно, она не сдавалась и продолжала сражаться.

—Как это понимать? Тело Тгунея явно у Кьема-носорога. Он ведет себя не так, как Кьема-волк. Это настоящий Тгуней, — в смятении говорил Доззу.

—Не знаю точно, но Тгунея в гуще сражения нет.

Кьема сплотились вокруг Кьема-носорога и приближались. Адлет попятился.

—До этого мы победили другого Кьема. Казалось, что им управляет Тгуней. Но в нем не было Тгунея. Думаю, и сейчас такое происходит. В нем нет Тгунея.

—Глупо. Такая сила у Тгунея… — он не договорил. Доззу зажал лапкой рот. Он понял, что не знает размаха сил Тгунея. — Тогда… где Тгуней?

Адлет искал ответ. Но голова не работала. Тело было истощено от сражения и кровотечения.

—О чем ты, Адлет? Я здесь. В этом Кьема, — раздался голос, и все Кьема напали. Фреми и Доззу отчаянно отбивались. Но у Адлета не осталось оружия, чтобы сражаться.

—Адлет!

—Осторожно!

Фреми и Доззу прикрыли Адлета. Они смогли защитить его от атаки Кьема. Доззу не использовал кол, что дала Мора. Потому что не было смысла.

Они были загнаны в угол.

Адлет заставлял себя думать. Только он видел Тгунея достаточно долго. Он видел сражение, слышал слова Тгунея, отмечал поведение Кьема. Должна была остаться зацепка.

Даже если пытаться что-то хорошо спрятать, можно допустить неточность, что-то могло выглядеть странно.

—Ох! — несколько Кьема бросилось на Адлета. Он попытался увернуться, но не успевал. Доззу ударил молнией, но смог отбить атаку только одного Кьема, а второй продолжил наступление.

—Соберись! — Фреми бросила бомбу одной рукой, а другой выстрелила из ружья. Так Адлет смог избежать атаки Кьема.

Странностей здесь было много. Но была среди них одна, что казалась Адлету важнее остальных. Почему Кьема в этот раз так хорошо сотрудничали?

Когда сражались с Хансом. Когда передавали плод инжира от поверженного Кьема-мыши Кьема-псу. Когда притворялись сломленными, чтобы ударить по Хансу и Чамо. Почти все Кьема действовали как единое целое. Но приказов не было слышно. Это было странно.

Когда они подумали, что Тгунея убили, когда Чамо и Ханс отвернулись, Кьема начали действовать, как один, делая вид, что они сломлены. Как такое было возможно?

Но в этом участвовали не все Кьема.

Кьема-козел, что был рядом с Тгунеем, и Кьема-паук, создавший кокон из паутины, действовали, когда слышали прямой приказ Тгунея. В чем была разница? Одни Кьема прекрасно действовали сообща, но другие — нет.

—Ты не знаешь, где Тгуней? Как же так? Такое… — выдохнул Доззу.

Его маленькое тело сорвалось с места, он помчался между ног Кьема. Это было опасно. Атака была отчаянной.

—Доззу! Не надо! — крикнул Адлет. Доззу не ответил. Он ударил молнией носорога. Удар молнии на близком расстоянии сжег Кьема-носорога. И хотя Кьема-носорог погиб, другие Кьема бросились на Доззу.

—Ох!

Из груди носорога вылез Кьема-жук. И он пронзил рогом Доззу. Для маленького Доззу даже такая рана была опасной.

—Ой, вообще-то я здесь. А ты все такой же слабый, Доззу. Ничего не изменилось за двести лет, — заговорил Кьема-жук тоном Тгунея.

—Неужели…

В голове Адлета вспыхнула ужасная мысль. Он бы не хотел думать о таком, но других вариантов не было.

Тгуней управлял почти всеми Кьема здесь.

Адлет мог заметить. Последний секрет Тгунея. Ему не нужно было прятаться. Он лишь делал вид. С Тгунеем было пятьдесят Кьема. Он управлял сорока Кьема из них.

Он не манипулировал Одиннадцатым, Семнадцатым, способным исцелять, и летающими Кьема-посланниками. Он управлял только теми, кто был ему нужен в его плане. Тгуней долго готовился ко дню решающей схватки. Он растил Кьема, которого выбрал своим телом. Тот Кьема существовал только ради этой цели.

Темный специалист Номер один. Козырная карта Тгунея. Он был гибридом, в нем соединились несколько Кьема, чтобы получилась невероятная сила. Он чем-то напоминал Кьема с тремя крыльями, что до этого долго был телом Тгунея.

Особенностью Первого было то, что это были сорок тел, что могли двигаться независимо друг от друга.

Первый состоял из руководителя и тридцати девяти тел, названных подчиненными. Подчиненные двигались так, как думал руководитель. Все, что видел и слышал руководитель, передавалось подчиненным. Важнее всего было то, что с такой способностью сорок Кьема могли двигаться как единое целое.

Были и другие важные моменты. Пока руководитель не приказывал, подчиненные могли думать и действовать самостоятельно. Кукла, что двигалась бы только по приказу руководителя, не подошла бы для этого сражения. Идеально подходила группа Кьема, что могла действовать сообща, но при этом каждый в ней оставался разумным.

По силе они были примерно равными между собой. Слабым Тгуней давал свою силу.

Тело Тгунея было внутри руководителя. И этот Темный специалист стал козырной картой Тгунея не только потому, что подходил для того, чтобы спрятаться. Первый был еще и сильным.

—Фреми, Доззу, врассыпную! — крикнул Адлет. Увернувшись от атаки Кьема, он бросил товарищей и побежал по площади. — Фреми, нужна дымовая завеса! Доззу, не останавливайся! Убегай от врагов!

Тгуней управлял почти всеми Кьема здесь. И Адлет видел лишь один выход из ситуации. Нужно было найти того, кто руководил этими Кьема, выступал мозгом. Для этого нужно было понять врага.

Фреми создала бомбу в руке. Она бросила бомбу в форме кола на землю и разбила ее. После взрыва поднялся дым. Доззу бежал в дыму. Он мчался под ногами Кьема и постоянно призывал молнии.

Адлет разглядывал Кьема, пока избегал их атак. Кьема двигались самостоятельно. Они напоминали Джума Чамо. Они не были послушными марионетками.

Те, кого Доззу ослеплял, больше не преследовали его. Но другие Кьема в дыму все еще пытались на него напасть. Эти Кьема не делились между собой тем, что видели. То, что видел один, не передавалось другому.

Адлет смотрел на всех Кьема. Среди них был Кьема-руководитель. Тот Кьема должен был видеть все поле боя, чтобы отдавать приказы.

—Беги еще! Доззу, беги по кругу! Фреми, прячься от врагов! — крикнул Адлет.

Он искал Кьема, что двигался странно. Того, кто пытался увидеть все поле боя. Того, кто попытается избежать атак Фреми и Доззу. Такой Кьема и руководил ими. Тгуней мог быть в нем.

Фреми бросилась в облако дыма и побежала, отражая атаки Кьема.

Без дыма им пришлось бы сложнее. Все тело болело. Он заставлял себя двигаться, жалея, что у него нет эликсира, что позволял сражаться даже с раненым телом.

Адлет прыгнул в облако дыма и скрылся из поля зрения врага.

«Даже если я найду Тгунея, что тогда? Смогут ли победить Фреми и Доззу?» — у Адлета не было оружия, чтобы прикрыть их.

«Вот и Адлет. Хорошее начало», — подумал Тгуней. Он правильно думал о способности Темного специалиста. И даже пытался найти Кьема-руководителя. Но все это Тгуней допускал.

Сто лет Тгуней учился управлять телом Первого. Он изучал подчиненных, боролся с самим Первым. Первый не хотел признаваться, какое тело руководит всеми в бою. Но Тгуней сразу понял, где этот Кьема-руководитель. Он не хотел сражаться и должен был видеть поле боя, так что вычислить его было не сложно.

Тгуней долго тренировался. Обучение было сложным. Порой он нечаянно приказывал подчиненным бить друг друга в полную силу. Но после долгих тренировок Тгуней научился так сражаться. И Кьема-руководитель с Тгунеем внутри двигался так же, как все Кьема. Но нужно было следить, чтобы его не убили противники.

Тгуней гордился этим. Теперь он мог долго сражаться, не выдавая врагам себя. А враги не могли добраться до тела руководителя. Тгуней верил, что не зря приложил столько усилий. А он усердно трудился.

Если бы собрались все Герои в лучшем состоянии, они убили бы подчиненных, и способность Первого потеряла бы смысл. Но яд Тринадцатого забирал силы Героев.

Он дал подчиненным пока что сражаться самим, а не единой силой. Пока что он не мог проиграть. Он ждал этого момента. Фреми уже была здесь, и он хотел увидеть ее лицо, как и лицо Адлета, когда он доведет их до срыва.

Ради этого Тгуней продолжал сражаться.

В левой руке у него был меч Ханса, а в правой — Гвоздь Святых. Сжимая их, Адлет разглядывал Кьема.

«Почему я его не вижу?» — ни один Кьема не выдавал себя странным поведением. Кьема-руководителя он не замечал. Фреми и Доззу продолжали слушаться Адлета, но уже страдали от атак.

Джума Чамо сражались рядом с площадью, чтобы сюда не прибыло еще больше Кьема.

Они верили, что Адлет найдет Тгунея.

И тут Доззу, бежавший у ног Кьема, получил удар. Крыло появилось из тела Кьема, развернулось и ударило Доззу по передним лапкам.

—Доззу! — закричал Адлет. Он жалел, что заставил Доззу идти туда. Как бы быстро он ни двигался, бегать среди врагов было опасно.

—О… ох… — Доззу, шатаясь, побежал. Он уже не мог бегать там. Не мог атаковать. Но пока еще мог защищаться молниями. — П-прошу… прощения…

За Доззу побежали несколько Кьема. Остальные напали на Адлета и Фреми. Фреми была вся в синяках, Адлет пострадал не меньше.

—Эй, Фреми, ради чего ты сражаешься? — спросил Кьема, напавший на нее.

—Ради мира? Ради товарищей? Нет, я знаю, что у тебя за причина. Ты сражаешься ради Адлета, — сказал уже другой Кьема тоном Тгунея.

—Как же глупо. Не стоит верить в Адлета и продолжать сражаться, ведь он тебя совсем не любит, — раскрыл пасть другой Кьема.

—Нет. Адлет тебя ненавидит.

Кьема говорили по очереди, но Фреми продолжала сражаться, поджав губы.

—Хочешь правду? Седьмой — это Адлет.

—Прекращай уже… — раздраженно возмутилась Фреми. По спине Адлета пробежал холодок.

—Ханс — истинный Герой. Он пытался разобраться с седьмым, с Адлетом, но в итоге ему самому пришлось притвориться седьмым. А седьмой, тем временем, играл свою роль и охранял Черный Пустоцвет.

Фреми посмотрела на Адлета. И выражение на ее лице застыло. По его лицу она поняла, что Тгуней не врет.

—У меня есть способность, что позволяет управлять любовью. И я заставил его полюбить тебя, чтобы он всегда тебя оберегал.

Удар Кьема задел плечо Фреми. Она выстрелила бы раньше и отбила удар, но сейчас была подавлена.

Адлет хотел бы сказать ей, что это ложь, чтобы успокоить Фреми. Но ему было больно дышать и стоять. Адлет уже не мог кричать.

—Тебе не кажется это смешным? Зачем ты Адлету, ненавидящему Кьема? Как он мог простить без колебаний тебя, если ты помогала разрушить его деревню?

—…Ложь, — выдохнула Фреми.

—Сдавайся, Фреми. Если сдашься, будешь среди Кьема. Это последний шанс. Если откажешься, тебя никогда уже не примут. Ты пытаешься защитить иллюзию. Ты рискуешь жизнью ради лжи. Эта смерть будет самой глупой в мире!

—Замолчи! Ты врешь! Прекрати! — завопила Фреми.

—Ты уже кричала. Теперь выслушай Тгунея.

«Зачем Тгуней говорит это?» — подумал Адлет. Но он знал ответ. Тгунею нравилось смотреть на страдания других. Позавчера он пришел, чтобы посмотреть на страдания Голдофа. Потом он смотрел на Адлета, узнавшего правду о его силе управлять любовью. В этот раз он хотел посмотреть на Фреми.

И тут Адлет понял, где находится Тгуней.

—Ты верила, что Адлет любил тебя. Чем сильнее было это чувство, тем веселее будет мне, потому что твое лицо, когда ты примешь правду, будет прекрасным.

—Нет. Адлет… Адлет на самом деле меня…

—Прекрати, Тгуней! — закричал Адлет. Он старался сделать вид, что не замечает. Тгуней не должен понять, что Адлет разгадал, где он.

Тгуней, тем временем, перестал нападать на Адлета и Фреми. Все затихло на площади, но за ее пределами было слышно звуки борьбы. Чамо не давала врагам прорваться сюда.

«Угадал ли я?» — подумал Адлет. Не было времени на сомнения.

—Что прекратить? Говорить правду? Или управлять твоей любовью?

—Перестань причинять Фреми боль… — Адлет говорил, а сам следил за Кьема. Его окружали другие, и Адлет никак не смог бы пробраться и ударить. Даже если он поймет, кто именно из них Тгуней, ни одно оружие туда не достанет.

Даже если о месте Тгунея будут знать товарищи, они не победят. Уставшие товарищи не пробьют стену Кьема, закрывавших собой Тгунея. Чтобы победить, нужно действовать внезапно.

Чтобы убить Тгунея, нужна была брешь в его защите.

—Фреми… я… мной управлял Тгуней. Чтобы я любил тебя.

Фреми застыла от слов Адлета. Кьема напротив них одновременно оскалились, улыбаясь.

—Я… все время врал. Я говорил себе, что я — герой для всего мира. Говорил тебе, что люблю всем сердцем. Я говорил, что я — сильнейший в мире. И… все время врал.

—Адлет…

Кьема весело хохотали. Думали, что Адлет сдался. Но он знал, что может получить шанс на атаку, когда враг будет уверен, что победил.

—Но… Фреми, я… — Адлет говорил, приближаясь к Фреми, — всегда хотел сделать это правдой!

И тут Кьема помрачнели. Этого Адлет и ждал. Он собрал остатки сил и бросился на Кьема. Они одновременно атаковали Адлета. Но потрясение все же дало Адлету маленький шанс. И он побежал сквозь толпу Кьема.

Спереди и сзади, слева и справа его атаковали Кьема. Его нападение было безумием. Но Адлет доверял Фреми. Она без слов всегда прикроет его, ей для этого не требовался сигнал.

Просвистела пуля, Фреми бросила бомбу. Ударная волна надавила на его спину.

—Я сделаю тебя счастливой!

Адлет бежал. Он бежал к Кьема в центре толпы. К Кьема с двумя лапами и головой птицы. И Адлет вспомнил, что уже видел его. Недавно, когда он сдался. Этот Кьема был среди десятерых, окруживших его. И пока Адлет страдал, Тгуней в теле Кьема-мыши говорил с ним.

И потом Кьема-птица встал перед Адлетом.

Кьема, которыми управлял Тгуней, не могли передавать другим, что они видели. Тгуней не мог видеть то, что видел другой Кьема. И чтобы увидеть лицо сломленного Адлета, Тгуней сам встал перед Адлетом. Он подвинулся всего на шаг. Но этот шаг мог стать для него погибелью.

—Вперед!

Кьема, пережившие бомбы Фреми, атаковали Адлета. Но он не мог уклоняться. Если он сдвинется, то упустит Тгунея. Адлет двигался дальше, удары на себя принимала броня.

—Адлет-сан! — хоть Доззу и атаковали, он помогал ему ударами молнии. Джума Чамо вернулись на площадь и принялись поливать ядом Кьема.

Он был напротив Кьема-птицы, оставалось совсем немного. Раздался выстрел Фреми.

—Как глупо…

Глаза Кьема-птицы расширились. Адлет с воплем напал на него.

Часть третья

Тгуней был расстроен. Адлет обнаружил его укрытие. Но враги устали, и он все еще мог победить.

—А-а-а! — Тгуней не мешал Адлету нанести атаку мечом. Он мог отразить атаку телом Кьема-руководителя. Меч застрял в теле Первого. Тело его было прочным.

Адлет содрогнулся, когда меч врезался в тело Первого. Он оставил меч застрявшим. В другой руке у него был Гвоздь Святых, его козырная карта.

Тгуней понимал, что это бессмысленно. И все же Тгуней уклонился от удара и попытался выбить Гвоздь лапой. И лапа его ударила Адлета в живот, пронзая его.

—Убил…

Тгуней хотел сказать, что не собирается убивать его. Но тут Адлет, чей живот был пронзен, схватил Тгунея за голову. Тот сжал челюсти, но Адлет успел просунуть руку в его рот.

Тгуней не понимал, что Адлет понимается сделать. Он попытался отбросить Адлета.

Адлет глубоко вдохнул. Он набрал во рту кровь и выплюнул ее. Кровь попала в рот Первого, полилась в его живот. Туда, где был инжир, тело Тгунея.

И когда кровь Адлета коснулась его, Тгуней ощутил ужасную боль. Тело Тгунея плавало в крови. Он не мог управлять Первым. Тгуней, никогда не сражавшийся настоящим телом, не привык к боли.

Четыре года назад. Атро Спайкер перевязывал рану Адлета. Он умудрился вонзить гвоздь себе в грудь. Атро приказал ему найти способ применять его.

—И зачем нужны были такие глупости? — спросил Атро у Адлета, лежавшего на кровати.

—А вы не поняли? Вы же видели мою кровь? — улыбнулся Адлет. — Вы говорили, что на кончике Гвоздя кристаллизованная кровь Святой, яд для Кьема. И я подумал, что если растворю эту кровь в своей, то сделаю себя ядовитым. Я думал, у меня получится.

Атро был потрясен и удивлен. Адлет был уверен в своем успехе.

—Может, эффект будет сильнее, чем ты думаешь. Твоя кровь стала ядом сильнее, чем кровь Святых. Если Кьема выпьет твою кровь, то умрет за минуты, скорее всего. А если кровь коснется их кожи, то им будет очень больно.

Атро отвернулся от Адлета.

—Но кровь, как оружие, использовать можно только в отчаянных ситуациях. Это не сильно помогло с исследованием применения Гвоздя, но ты… можешь и дальше быть моим учеником.

Адлет сжал кулак и вскинул его вверх.

Кьема кричал на площади. Кьема-птица, пронзивший Адлета, кричал от боли. Атака удалась, и Адлет был рад. Он бы лишился шансов, если бы и это не получилось.

Тгуней не заметил. Он не заметил, что в тумане Адлет отломил кончик от Гвоздя, а потом сунул его себе в рану в животе.

—Адлет-сан, это еще не конец! — закричал Доззу.

И тут Кьема вокруг Адлета атаковали. Но теперь уже их движения не были слаженными. Они были в смятении, у них не было понимания ситуации.

В этот миг пуля Фреми снесла голову Кьема-птице. Вторая пуля пробила его живот.

Кьема вокруг перестали двигаться. И упали дружно на землю.

—Остановите его! — закричала Фреми, третья пуля полетела в голову мертвого Кьема-птицы. Из клюва его за миг до этого выпрыгнул плод инжира.

—А-а-а-а-а! — широко раскрыл рот-клювик плод инжира и заорал. — Больно! Больно! Больно! Почему так больно?! Помогите! Кьема! Помогите мне!

От Тгунея к земле потянулись лозы.

«Это Тгуней?» — Адлет забыл на миг о бое и смотрел на плод. На того, кто разрушил все в его жизни.

Настоящий Тгуней выглядел жалко.

—Адлет! Лови Тгунея! — закричала Фреми.

Тгуней не понимал, что произошло. Десять секунд назад они еще побеждали. А теперь он был беззащитен и корчился от боли.

—А-а-а-а! — кричал в панике Тгуней. Он еще никогда не показывал врагам свое беспомощное тело.

Он отбивал лозами руки Адлета. Он откатывался, избегая пуль Фреми. Тгуней на большой скорости пытался покинуть площадь.

Первый был побежден, но у него все еще было много подчиненных. Если он запрыгнет кому-то в пасть, сможет управлять телом, он будет спасен. Но если он останется открытым, долго не проживет.

Двадцать четвертый побежал на помощь Тгунею. Но на него напали сзади Джума и сбили на землю.

—Тгуней-сама! Сюда!

Кьема бежали на помощь Тгунею, готовые защитить его. Тгуней запрыгнул на лапу Кьема, и тут ударила молния Доззу.

Кьема, которого хотел захватить Тгуней, упал замертво, а Тгуней бросился прочь, унося обгоревшее тело.

—А-ай! — бомбы Фреми взрывались рядом с ним. Тгуней отталкивался лозами и избегал атак. И все же волна удара отбила Тгунея обратно к центру площади. — По-помогите… Помогите! — повторял он, крича, но Кьема не могли спасти его, не могли пробиться через ряд Джума.

И Тгуней посмотрел на Доззу.

—Прошу, помоги… Доззу… Мы же… друзья…

—Повторю. Мне стыдно, что я когда-то считал тебя другом, — Доззу ударил молнией.

Тгуней был уверен, что умрет. Но Доззу устал, и его молния была не такой сильной. У Тгунея сгорели почти все лозы, осталась только одна. Тгуней понимал, что он не сбежит, что он точно проиграл.

Он должен был победить. Ничто не предвещало поражения. Но он проиграл. Это случилось чудесным образом. И Тгуней знал, что чудеса могла творить любовь.

«Я проиграл. Себе. Адлету. Фреми. Силе любви, что поддержала их».

—А-а-а-а! — кричал Тгуней. Он размахивал оставшейся лозой.

Он проиграл силе любви. Это ранило его больше всего. Это было невыносимо для него. Тгуней верил в силу любви. Но он и ненавидел любовь.

—Нет! Нет! Все должно быть не так!

Он использовал любовь. Играл с ее помощью. Так все должно быть. И если он проиграл любви, то все для Тгунея было разрушено.

Тгуней кричал, беспомощно размахивая лозой.

И тут к нему протянулась рука.

—Поймал… — Адлет схватил тело Тгунея.

Адлет хрипло дышал, держа Тгунея. Конец был близко. Он думал об этом, но пальцы Адлета не двигались. Перед глазами его все расплывалось, ноги дрожали. Странно, что он еще стоял.

—Что ты делаешь, Адлет?! Убей его скорее! Ролония и Мора в опасности!

Фреми отбивалась от Кьема на площади. Доззу поднялся на шатающиеся лапки и стрелял молниями.

Адлет держал Тгунея и не двигался. Он не мог ни о чем думать, ничего планировать, едва стоял.

А Тгуней продолжал беспомощно размахивать лозой. Да, Тгунею уже не светила победа. Почему-то Адлет опечалился. Раздавить Тгунея было так просто. Он планировал месть годами. Отомстить и убить. Не мешкать. Не жалеть. Но тут Адлет все же замешкался.

Ему еще нужно было высказаться.

—Тгуней. Ты сказал, что я был твоей игрушкой. Что я здесь из-за тебя. Но правда другая.

—Что ты сказал?..

—Ты мне помог. Ты дал мне встретить Фреми.

Тгуней затих. И тут оставшаяся лоза удлинилась на несколько десятков метров. Кончик лозы пронзил тело Кьема.

«Все не так, Адлет. Я жил не ради тебя, — подумал Тгуней. — И я не побежден силой любви. Даже если я умру, я буду управлять любовью до последнего. Пока бой продолжается, я еще не проиграл. Адлет. Фреми. Я покажу вам силу вашей любви».

—Фреми! Выслушай еще кое-что! — крикнул Тгуней. Адлет увидел, что кончик лозы оказался в теле Кьема-мыши. И Адлет вспомнил, что у Кьема-мыши была Книга правды. Тгуней использовал этот артефакт. Он соврал, что ее можно использовать ограниченное количество раз. — Твоя мать на самом деле любила тебя! — крикнул Тгуней.

Услышав это, Фреми застыла. Адлет понял, что нужно заставить Тгунея и дальше говорить правду. Его палец вонзился в мягкое тело Тгунея.

—И, Адлет.

Тгуней сказал кое-что, и Адлет с такой силой сжал его тело, что его палец нащупал сгустки. Одним было ядро Кьема, крохотное, едва заметное. Другим был красный камень.

И тут все расплылось перед глазами Адлета. Но дело было не в ране. Его охватило неприятное ощущение, которого еще никогда у него не было.

Он не принадлежал себе. Что-то в голове мешало ему совершить месть. Адлет отчаянно боролся с этим ощущением.

И хотя Адлет едва держался на ногах, он не отпускал Тгунея. Если он не уничтожит ядро Тгунея, до которого добрался, они не смогут его убить. Пальцы Адлета попытались раздавить ядро.

В этот миг рот едва живого Тгунея дернулся. И он тихо произнес то, что услышал только Адлет.

Адлет успел это услышать, и ядро Тгунея раздавилось. Адлет рухнул, потеряв сознание.

От смерти Тгунея метка Фреми вспыхнула. Этот свет разделился на шесть сгустков и разлетелся. Свет слился с ногой Чамо, проник в тело Ханса, которого придерживали Джума. Оставшиеся огоньки полетели на северо-запад и слились с метками Моры, Голдофа и Ролонии. А еще с меткой Нашетании.

Черный Пустоцвет возвращал энергию, что забрал из их меток. Сила его со смертью Тгунея пропала.

Развалины заполнили крики. Вопили расстроенные Кьема. Они были в смятении, суетились. Кьема действовали по-разному. Некоторые все еще пытались спасти Тгунея. Некоторые убегали из горящего леса. Некоторые все еще пытались убить Героев. Были и те, кто просто замер на месте.

—Ролония…

Ролония проснулась от чьего-то голоса. Она продолжала бороться, когда помогла убежать Фреми и остальным. А потом воспоминания обрывались. Она не знала, как долго сражалась. Она думала, что умерла.

Техника, с помощью которой она выпустила кровь, была ее последним козырем. После нее сражаться уже не вышло бы. Даже у Святой Свежей Крови были бы проблемы, потеряй она много крови. Она устала, борясь с Кьема, которых было больше сотни.

Даже ребенок понял бы, что случилось. И все же Ролония не была уверена в своих догадках.

—Победили…

Услышала Ролония чей-то голос. Поле боя выглядело таким же, как и до того, как она потеряла сознание. Но разница все же была. Кьема стояли, а не атаковали. А рядом с Ролонией был Голдоф. Он нес Нашетанию и Мору, держал копье. При этом он стоял на коленях рядом с Ролонией, защищая ее от атак Кьема.

—Здесь было опасно. Но мы выжили, — Голдоф улыбнулся.

—Адлет!

Тгуней был мертв. Много чего случилось, и Фреми уже не понимала свои чувства.

Тгуней сказал, что Адлет — седьмой, а Ханс — настоящий Герой. Адлетом управляли, заставили любить Фреми. Тгуней, используя артефакт, рассказал правду о ее матери.

Растерянная Фреми подбежала к Адлету, потерявшему сознание.

—Ох… — она коснулась его тела, задела кровь, и пальцы содрогнулись от боли. Это помешало бы помочь ему.

Доззу подошел, едва передвигая лапками.

—Фреми-сан, Чамо-сан, скорее уходите отсюда. Поспешите.

Фреми не понимала причину, она не шевелилась.

—Теперь в бой вступит Каргикк. Он сдерживался, пока тут был Тгуней, но теперь здесь опасно. Если не скрыться, все будут уничтожены. Теперь он нацелится на нас.

Голос Доззу был угрожающим. Доззу боялся, что ситуация станет еще хуже, чем при сражении с Тгунеем. Фреми укутала Адлета в свой плащ. Она закинула его на плечо и посмотрела на Чамо.

—Сначала нужно найти Ролонию, Мору и остальных. Идем, Чамо.

Доззу крикнул Фреми вслед:

—Я не смогу идти… Можете меня понести?

Один из Джума закинул Доззу себе на спину. И все за Фреми направились на северо-запад.

На миг Адлет пришел в себя на спине Фреми. Мир раскачивался. Но голова работала. И все, случившееся до этого момента, прокручивалось в ней.

Воспоминания путались, словно кто-то их порезал. Незнакомый страх пронзил Адлета. Он не вынес этот страх и потерял сознание.

—Фре… — выдохнул едва слышно Адлет. Что-то его разбудило.

—Сколько раз можно это повторять!

Похоже, разбудил его голос Чамо. Адлет не знал, сколько прошло времени, пока он был без сознания.

—Чамо-сан, слишком громко, — услышал он голос Доззу. Открыв глаза, он увидел в полумраке потолок пещеры. Он повернул голову. В проход лился свет солнца. Глядя на него, Адлет нахмурился.

—Все ведь понятно. Адлет заставил Кота-сана так поступать. Мы же видели священные письмена. Не было никакой опасности в убийстве Черного Пустоцвета. Адлет соврал нам.

Чамо говорила, стоя в центре пещеры. Она говорила с Голдофом, Нашетанией, Морой и Ролонией. Они сидели на камнях.

—Н-но Ханс-сан хотел ее убить… — сказала растерянно Ролония. У всех тоже было смятение на лице.

—Уже было сказано, что Кот-сан — не седьмой. Он притворялся, чтобы выманить Адлета и Тгунея.

За Чамо лежал, скорчившись, Доззу. Ханс лежал в дальнем конце пещеры, не шевелился. Фреми сидела, обняв колени, рядом с Адлетом.

—Но, Чамо, ты сама сказала, что Адлет убил Тгунея, так? Зачем седьмому так поступать?

—Чамо не знает. Но ведь и Кот-сан сражался с Тгунеем?

—Это… — Мора задумалась. И тут Фреми тихо сказала:

—Адлет… Ты проснулся? — голос Фреми был слабым.

Лежащий Адлет ощущал себя маленьким.

—Уже полдень, прошло примерно пять часов после гибели Тгунея. Это восточная сторона гор Обморока. Мы довольно далеко от места, где хотели встретиться. Каргикк начал наступление. Нам пришлось бежать. Мы часами добирались до этого места.

—Вот как…

Чамо подошла к лежащему Адлету. Взгляд ее был враждебным.

—Ты должен все рассказать.

Он и не собирался ничего скрывать. В том не было причины. Адлет все рассказал. Про Кьема-ящерицу в Храме судьбы. Про голос Святой Одного Цветка, что слышал из метки. О том, как Тгуней сообщил ему, что Фреми — его заложница. Как он пересекся с Хансом, как их поймал на площади Тгуней.

И что он выдал всю стратегию, чтобы защитить Фреми.

Слушая его, товарищи молчали. И когда он закончил, они еще какое-то время не говорили.

—Это… правда?.. — выдавила Чамо.

—Тгуней использовал Священный инструмент… Книгу Правды. Так я все и узнал.

—Мы ее принесли, но, похоже, смысла в этом нет. Похоже, ее может использовать только Тгуней.

—Вот как… Прошу, поверьте мне. Это все правда.

Товарищи молчали. И это было не удивительно. Мора и Ролония верили в то, что Адлет — не седьмой.

—Я ошиблась. Я была уверена, что ты — настоящий Герой.

Нашетания была бледной. Доззу с укором поглядывал на нее. Голдоф растерялся, узнав правду.

—Я… — Адлет посмотрел на Фреми. Она безмолвно смотрела на Адлета. По ее лицу нельзя было сказать, что она расстроена. Но Адлет был рядом, он заметил. Фреми дрожала. — Я…

Чувство было непонятным. Фреми была для Адлета смыслом жизни. Причиной сражаться. Ради нее он предал Героев, для нее убил Тгунея.

Адлет обещал, что сделает Фреми счастливой.

Прошло пять часов, а Адлету казалось, что пролетела минута. Но теперь он ничего не чувствовал к Фреми.

—Фреми… — голос Адлета оборвался. Он должен был что-то сказать. Он ждал, что холод в сердце переменится. Но этого не происходило. Перед ним сидела девушка, которая не была важна для него. — Фреми… — он снова назвал ее по имени.

Он смотрел на ее лицо. Ничего не менялось в сердце Адлета.

«Не понимаю. Почему я был готов разрушить мир из-за этой девушки? Почему решил защищать ее?».

Адлет пытался пробудить в себе чувства. Найти какие-то чувства к Фреми.

Но он не мог пока ничего решать. Внутри была пустота, холод. Он потерял важные чувства, они уже не вернутся. Но он не мог сказать, что потерял любимого человека, он просто перестал испытывать чувства. Такую печаль он еще не испытывал.

—Так что с ним делать? Убить? Или сделать тело непригодным для боя? — спросила Чамо. Адлет потрясенно посмотрел на нее.

—Адлет уже не опасен. Тгуней управлял им, но теперь он мертв. А сам Адлет против Героев идти не собирался, так что и дальше можно считать его товарищем, — сказала Мора.

—Он ведь не был союзником Тгунея. Его заставили любить Фреми. Жаль только, что доказательств этого уже не получить, — сказала Нашетания. Голос ее был ужасно холодным.

—Убивать плохо. Но с этого момента верить Адлету… — Голдоф настороженно смотрел на Адлета.

—Но пока что Адлет безобиден, так что не стоит спешить его убивать, — сказал Ханс. Никто не заметил, как он пришел в себя.

—Кот-сан, милый, но ведь Адлет чуть нас всех не погубил, — сказала Чамо, но Ролония возразила:

—Н-нет. Не так. Ад-кун спас мир!

—Чего? — удивилась Чамо.

—Ад-кун победил Тгунея! Без него все бы погибли! Нельзя убивать того, кто спас вас!

—Нет! — закричал Адлет. Ролония задрожала. — Без меня с Черным Пустоцветом разобрались бы еще в Храме судьбы. Было бы проще одолеть Тгунея. И все не оказались бы в опасности.

—Но… Но…

—Тгуней рассказал мне. Если бы я не был седьмым, я бы не защитил Фреми. Думаю, так и есть. Без меня, или если бы я оказался слабее, Герои смогли бы… убить Фреми.

Глаза Фреми расширились. Адлет говорил о ее убийстве, и было странно слышать от него такие слова.

—Или можно было просто позволить Фреми убить себя. И тогда план Тгунея провалился бы.

Фреми, дрожа, смотрела на Адлета. Она заметила изменение в чувствах Адлета. На ее лице проступила печаль.

—Ад-кун… Ад-кун не злодей, — сказала с грустным видом Ролония.

«Почему так случилось? — думал Адлет, глядя на потолок. — Я хотел любить Фреми. Хотел бороться ради нее. Но уверен, теперь я так не смогу».

—Почему?..

Фреми была товарищем, они давно сражались бок о бок. В Барьере тумана иллюзий, в том числе. Он переживал за нее. Он спас ее в Храме судьбы, дал обещания. Он придерживался этого, а сам страдал, получал раны.

Он должен был сражаться ради себя.

Адлет не понимал, почему так сильно любил Фреми, но теперь этих чувств не было.

«Нет смысла и дальше верить Адлету. Сражаться ради него. Он ни капли тебя не любит», — прозвучали в голове слова Тгунея.

Адлет отказывался верить в это. Он считал, что любит Фреми, несмотря на манипуляции Тгунея. Адлет не хотел признавать, что Тгуней говорил правду.

Он не хотел признавать, что он — жестокий. Но Адлет не мог любить Фреми. Когда он проснулся, он не помнил о любви. Каким было то чувство? Он забыл.

Он понимал теперь, что был не в себе. Теперь он был другим. Кем? Кем теперь он стал?

—Фреми… — выдохнул Адлет.

Что-то горело в его груди. Жажда мести. Чувство, что вспыхнуло в нем восемь лет назад, когда его деревню разрушили. Хоть он и убил Тгунея, жажда мести не угасла.

Адлет обещал, что отринет все ради мести. Ему не нужны были чувства. Как и любовь, ведь в его сердце была лишь ненависть. Он был один.

Чтобы отомстить, ему нужно было только сражаться. Адлет поклялся, что будет бороться, пока не уничтожит всех Кьема, ответственных за разрушение его деревни, участвовавших в этом.

«Победил ли я всех врагов? Отомстил ли?» — задумался Адлет. Что-то было не так. Жажда отмщения все еще горела в нем.

Фреми. Осталась Фреми. Все было из-за нее. Деревню Адлета разрушили, чтобы он стал седьмым. Чтобы защищал Фреми.

Если бы не Фреми, деревню бы не разрушили. Раина не умер бы. Его жизнь не была бы сломана.

Фреми тоже пострадала из-за Тгунея. Как и Адлет, она стала его жертвой.

Адлет не знал, что делать. Факт оставался — без Фреми он бы не потерял все.

Но он понимал, что сама по себе Фреми — не плохая.

«Если бы я не полюбил ее, что бы изменилось? Жители деревни остались бы в живых?».

Он вспомнил последние слова Тгунея. Те, что он произнес, будучи в руке Адлета. Произнес, используя Книгу правды.

—Твою сестру Шетру убила Фреми.

Ролония все еще спорила с товарищами.

—Нет необходимости убивать Ад-куна. Не нужно совершать такое преступление. Все это было из-за Тгунея, а он уже уничтожен. Все ведь понятно?

Товарищи враждебно смотрели на Адлета. Ролония не сдавалась.

—Все так, Ад-кун? Мы будем вместе защищать мир. Ад-кун — наш друг. Вместе мы будем сражаться с Каргикком и Кьема. Вот так.

Адлет молчал. Ролония скользнула взглядом по всем и посмотрела на Адлета.

—Прошу, скажи что-нибудь, Ад-кун… Ад-кун?

Лицо Ролонии исказилось. Она долго смотрела на Адлета. А потом едва слышно сказала:

—…Ты точно Ад-кун?

Тгуней знал все. Что будет с Адлетом, когда он освободится от чар любви. Как он изменится. Тгуней знал, каким Адлет был раньше. Его сердце было закрытым, он не мог избавиться от прошлого, в нем пылал темный огонь жажды отмщения.

Он никого не любил, никого не считал другом. В его сердце была лишь ненависть. Такого человека Тгуней и искал.

Он дал Адлету любовь. Вложил в его сердце желание защищать, доброту. Но когда Тгуней умер, вернулся прежний Адлет. Он потерял все, кроме ненависти.

За миг до гибели Тгуней подумал:

«Фреми. Адлет. Я не проиграл. Я сыграл с вами. И чувства будут пытать вас вечно. Фреми. Ты захочешь убить Адлета. Ты возненавидишь всем сердцем человека, которого полюбила. Убьешь того, кто обещал защитить тебя. Ох, хотел бы я увидеть твое лицо. Фреми, я очень рад. Я рад, что решил создать тебя. Выражение твоего лица, когда ты страдала от любви, было прекрасным».