Том 1. Глава 72

—Твои обещания уже ничего не стоят! — мрачно процедил Ван Баолэ.

Из автобиографий высокопоставленных чиновников он знал, как вести себя с врагами. Никакого милосердия и жалости. Вдобавок их следовало ослабить до такой степени, чтобы они в будущем больше не представляли угрозы. Особенно если учесть, что произошло в Туманолесье. От воспоминаний о нападении его взгляд посуровел, и он с необычайной скоростью бросился на Цао Куня.

Лю Даобинь и остальные арбитры наконец оправились от шока. При мысли о том, что Ван Баолэ пошел на прямую конфронтацию с бывшим главным префектом, у них немного сбилось дыхание, в особенности у тех, кто стараниями Цао Куня попал за решетку. Они с небывалым рвением бросились ему наперерез.

—С дороги! — прорычал Цао Кунь.

Оказавшись в ловушке, он, рыча как обезумевший зверь, пытался вырваться, спастись. Вот только он, похоже, забыл, что находился в Дао академии эфира. Даже если ему удастся сбежать, уйти далеко не удастся, да и он уже упустил шанс для побега. Лю Даобинь с арбитрами уже отрезали все пути к отступлению. Мгновением позже перед ним уже стоял Ван Баолэ.

Цао Куня била неконтролируемая дрожь. Всё внутри сжалось от страха. На грани истерики, он понял, что ему не сбежать.

—Ван Баолэ, я хочу видеть ректора. Я...

Не дав ему закончить, Ван Баолэ размашисто ударил в его даньтянь. Цао Кунь сложился пополам. С его губ брызнула кровь, а сам он побелел и рухнул на землю. Удар был очень болезненным. Как и в случае Цзян Линя, в результате были уничтожены меридианы. Культивация Древних боевые искусств Цао Куня была повреждена.

—Возьмите обоих под стражу! — покалечив двоих студентов, спокойно приказал Ван Баолэ.

Арбитры и Лю Даобинь оперативно схватили бьющегося в конвульсиях Цао Куня и подняли Цзян Линя, который всё еще находился без сознания.

Старшие студенты в воздушном порту почувствовали, как у них по спине пробежал холодок. Они смотрели на Ван Баолэ с благоговейным трепетом. Что до новых студентов, они практически ничего не знали о главных префектах, в отличие от их старших товарищей, поэтому просто завидовали власти Ван Баолэ.

—Главный префект такой сильный! — восхищенно сказал один.

—Это Ван Баолэ? С какого он факультета? Я тоже туда хочу! — добавил другой.

—Как мне стать арбитром? Крутые ребята!

Все новички с восхищенно галдели, а некоторые студентки по-особому смотрели на Ван Баолэ. Всё-таки они пока еще ничего не знали. Ван Баолэ впечатлял куда больше, чем остальные могущественные люди, которых им доводилось видеть. У него была аура человека, в чьих руках находились судьбы других людей. Она делала его особенно привлекательным.

Не обращая внимания на шушукающихся студентов, Ван Баолэ выпятил живот и с закрытыми глазами ожидал прибытия Линь Тяньхао. Цзян Линь и Цао Кунь были лишь пешками. Линь Тяньхао — вот кто дергал за ниточки. Именно ему Ван Баолэ хотел отомстить. Тем не менее Ван Баолэ не особо надеялся на это. Всё-таки семьи Цзян Линя и Цао Куня вертелись не в тех кругах, чтобы их могли заранее предупредить, поэтому они, ничего не подозревая, и вернулись в академию, где и были арестованы.

Линь Тяньхао, с другой стороны, был сыном сенатора. Воздушный корабль, на котором он находился, не прибыл в назначенное время. Ван Баолэ понял, Линь Тяньхао прознал о случившемся и не стал возвращаться в дао академию.

—Побоялся вернуться? — с холодным смешком сказал Ван Баолэ, а потом повернулся к стоящему рядом Лю Даобиню. — Сделай объявление об исключении Линь Тяньхао с факультета дхармического оружия за покушение на жизнь главного префекта!

Сказав это, Ван Баолэ накрыл ладонью кулак и поклонился толпе, после чего пошел к выходу с воздушного порта.

Лю Даобинь кивнул и вместе с остальными арбитрами двинулся следом. После поимки Цзян Линя и Цао Куня он быстро передал приказ факультету дхармического оружия и нижней академии об исключении Линь Тяньхао. Когда их группа двинулась к выходу, толпа студентов в порту взорвалась криками. Произошедшее уже обсуждали в духовном интранете. Со временем это стало самой горячей новостью дао академии.

Дао академия не только не стала наводить порядок, наоборот, было сделано объявление, где троица обвинялась в покушении на главного префекта. Два ареста в воздушном порту добавили Ван Баолэ известности. Теперь среди новых студентов он вообще стал настоящей звездой. Узнав о случившемся, люди не переставали говорить об этом.

С такой известностью куда бы Ван Баолэ ни направился к нему всегда подходили студенты просто поприветствовать или поболтать. Информация о нём распространилась не только по дао академии, но и за её пределами. О нём слышали даже в трех других дао академиях Федерации.

Жизнь Ван Баолэ вернулась в спокойное русло. Он догадался, что ректор намеренно скрыл информацию от Цзян Линя и Цао Куня. Эти двое стали агнцами на заклание, дабы умерить гнев Ван Баолэ. Линь Тяньхао так и не прилетел, однако объявление о его исключении подтвердили в нижней академии. Ван Баолэ понимал, это был лучший исход, на который он мог рассчитывать.

—Ничего еще не кончено, — процедил Ван Баолэ сквозь стиснутые зубы.

Погоня и кровопролитная схватка в лесу помогли ему понять, насколько важными оказались знания о дхармических артефактах. Именно с их помощью ему удалось выбраться из той передряги.

"Надо переплавить больше артефактов!"

Ключевую роль в том конфликте сыграл пурпурный меч. Ван Баолэ расправил складки на халате и привел себя в порядок перед встречей с деканом факультета. Он хотел поблагодарить его за подаренный меч!

Бородач в своей резиденции посмотрел на склонившегося перед ним Ван Баолэ. Как декана факультета дхармического оружия его ввели в курс дела. Его просто не могли не поставить в известность, ведь все участники событий были с его факультета. Узнав обо всём, бородач с трудом взял под контроль свой гнев.

—Баолэ, ты правильно поступил! Отпрыски именитых семей считают, что могут игнорировать законы. Думают, что могут бросить вызов четырем великим дао академиям. Наивные глупцы!

—Благодарю вас, декан. Если бы не подаренный вами летающий меч, то я... скорее всего, не выбрался бы из леса живым, — сказав это, Ван Баолэ накрыл ладонью кулак и поклонился.

Это тронуло бородача, он действительно беспокоился об этом студенте. Ван Баолэ вытащил из бездонного браслета обломки пурпурного меча. Бородач не смог скрыть захлестнувших его эмоций. Он, конечно, слышал о произошедшем, но состояние меча ясно говорило, насколько Ван Баолэ пришлось тяжело в схватке с убийцами. Декан поднял глаза на особого студента, которого он собственноручно выбрал.

—Не беспокойся, — с теплотой и гордостью за своего подопечного сказал он, — я сделаю еще один!

Ван Баолэ был приятно удивлен. Еще немного побеседовав, он поблагодарил декана и вернулся в пещеру бессмертного. Там он взялся за нанесение начертаний на духовные камни. Нападение убийц показало, насколько ему не хватало защитных дхармических артефактов.

"Эти артефакты были сделаны не то чтобы очень филигранно. Я бы даже сказал грубовато. Однако они оказались крайне полезными. В этот раз надо сделать еще больше. К тому же не помешают и защитные артефакты!"

Шло время. С началом учебного года и прибытием новых студентов на каждом факультете стало оживленнее обычного. В те редкие моменты, когда Ван Баолэ выходил на улицу, он ловил на себе восхищенные взгляды новых студентов своего факультета.

Ван Баолэ наслаждался вниманием, но не забывал о необходимости переплавить больше дхармических артефактов. По этой причине большую часть своего времени он проводил в Пещере духовной печи.

Две недели спустя от ректора пришли две шкатулки. В первой лежало зеркало, излучающее мощную подавляющую силу. На нём имелись три оружейных метки. Ван Баолэ оцепенело уставился на духовное сокровище третьего класса! Во второй он обнаружил нефритовый кулон с вырезанным водяным драконом. На нём тоже обнаружились три оружейных метки. Если смотреть на кулон достаточно долго, водяной дракон, казалось, едва заметно двигался.

"Еще одно духовное сокровище третьего класса!"

Ван Баолэ с шумом вдохнул. Он понимал всю ценность двух этих предметов. Не став доставать их из шкатулок, он включил кольцо-передатчик и связался с ректором.

—Я лично переплавил нефритовый кулон, — прозвучал из кольца голос старого доктора. — Это подарок, который будет тебя защищать! Что до зеркала, его прислал мэр города Эфира. Мы его тщательно проверили, оно в полном порядке. Если не хочешь его...

Слушая ректора, Ван Баолэ задумался. Похоже, отец Линь Тяньхао и Дао академия эфира пришли к какой-то договоренности.

—Конечно, хочу, — не думая, выпалил он. — Зачем мне отказываться от него?

Ректор добродушно рассмеялся. Он думал, что Ван Баолэ придется убеждать принять подарок, но тот, похоже, сразу сообразил значимость и смысл подарка. Немного помолчав, он продолжил, но уже тише:

—Баолэ, четыре великих дао академии и семнадцать сенаторов являются частью Федерации, поэтому некоторым вещам никогда не будет дан ход. Забудь о случившемся. Я гарантирую, что в будущем подобного не повториться!

—Исключение тоже отменили? — осторожно спросил Ван Баолэ, его глаза засверкали как две льдинки.

—Правила дао академии непреложны. Ни о каком восстановлении в нижней академии не может быть и речи! — успокоил ректор, а потом отключил связь.

В Пещере духовной печи Ван Баолэ перевел взгляд с кольца на две шкатулки. "Восстановление в нижней академии... получается, запрет на обучение в нижней академии не лишает тебя права учиться в верхней?"