Том 1 · Глава 21. Запись четвертая: Элмэксия Даск — Королевский орден семидесяти двух особых рыцарей (3)

Град огненных гор всё ещё во власти шума и нестерпимого зноя. Раскалённый ветер, дующий со стороны действующего вулкана, где затаилось одно из Пяти Великих Бедствий, не даёт прохладе коснуться улиц даже глубокой ночью, когда на мир опускается иссиня-чёрная завеса. Тело по-прежнему обволакивает липкий жар.

—Прости, что заставила ждать, Рэн. Кажется, ты изрядно утомился.

—А, старшая Фия... Да, только что закончил упражняться с мечом вместе с Килишэ. Всё-таки название граду дано этому месту не зря. И не предполагал, что ночи здесь настолько душные, поэтому решил немного передохнуть и поймать хоть каплю прохлады.

Рэн оборачивается к златовласой девушке, появившейся в коридоре общежития, и одаривает её кривой усмешкой, которая, впрочем, быстро сменяется выражением мучительной тревоги.

—... Только вот, даже во время отдыха, мысли мои никак не приходят в покой.

—Отчего же так?

—Должно быть, нервы... Для меня этот Генерал этот — неописуемо жуткое существо. И сколько бы ни тренировался с Килишэ, не покидает острое чувство собственной незрелости.

—И это совершенно правильно. — кротко кивает в ответ архангел. — Напротив, меня бы куда больше обеспокоила твоя излишняя самоуверенность. Сие состояние намного лучше того пыла, с коим окружающие отряды рвутся в бой, надеясь на славу и не соразмеряя свои скромные силы с мощью Великого Бедствия.

—Возможно, ты и права, но всё же...

—Осознание собственного несовершенства выступает лучшим подспорьем для роста. Эта скромность — одна из твоих сильнейших сторон, Рэн. Впрочем, не стоит вести беседы в коридоре. Не желаешь ли пройти в мою комнату?

Комната, на которую указывает Фия, располагается по соседству с той, где остановился Рэн. В забронированной гостинице нашлось всего два номера, поскольку остальные помещения оказались заняты другими группами. Было бы идеально распределить их между Реном и тремя девушками иначе, однако комнаты слишком тесны для троих, вследствие чего пришлось разделиться на пары: Рэн с Килишэ и Элиза с Фией.

—Прошу, входи. Элиза отправилась на ночную прогулку, но вскоре должна вернуться. Тем временем хочу кое-что поведать тебе.

—Касательно древней магии?

—Именно. Завтра нам предстоит столкновение с Ашендией, поэтому желала бы обсудить пару моментов, связанных с предстоящим боем. — она стремительно проходит в свои покои, всем видом показывая, что юноше не стоит стесняться.

—Ну, тогда я вхо-о-о-о... жу-у-уу-!..

Стоит Рену переступить порог, как комнату пронзает ослепительная вспышка. Мощный поток света, способный разогнать даже самую глубокую тьму, обжигает глаза, заставляя юношу рефлекторно отпрянуть.

—Ой, прошу прощения. Неужели было слишком ярко?

—Старшая, эти крылья...

Сильнейший архангел Небес, Фия, безмятежно улыбается, явив в пространстве комнаты свои белоснежные крылья.

—Прежде всего, обязана вручить тебе одну вещь. — ангел касается рукой своего оперения. Между её пальцев оказывается одно-единственное перо — прекрасное, сияющее первозданным светом, взятое от тех самых крыльев, что она только что материализовала. — Вот, возьми.

—Э? Но это же...

—Мой подарок. Сие есть магическое орудие, которое поможет тебе активировать древнюю магию призыва. — продолжает говорить самым обыденным тоном. — Пока мы добирались до города, ты тренировался вести диалог с малым духом, который к тебе привязался, не так ли?

—...Да. Я стараюсь, честно.

Последние три дня малый дух огня неизменно являлся к Рену во время ночёвок под открытым небом. В его симпатии к юноше сомневаться не приходится. Однако, сколько бы он ни концентрировался, пытаясь уловить хоть подобие звука, дух не проронил ни слова. Он лишь беспечно парил в воздухе, а затем исчезал по собственной прихоти.

—И как же твоё перо послужит инструментом для активации ритуала?

—Для древнего призыва необходимы две составляющие: способность слышать голос духа и катализатор для запуска формулы. Поскольку призыв духа представляет собой невероятно мощное плетение, ему требуется соответствующее вместилище силы.

—Значит, эта вещь... — юноша пристально всматривается в ангельское перо, покоящееся на его ладони. Таинственный артефакт испускает едва уловимое сияние. — Нас учили, что даже в обычном чародействе использование листьев Древнего древа или предметов, наделённых духовной силой, увеличивает мощь заклинаний. Я правильно понимаю, что сие перо относится к той же категории?

—В общих чертах — да. Однако обычные инструменты не способны даже пробудить древнюю магию. Здесь требуется не просто катализатор, а «Божественная реликвия» гораздо более высокого порядка. Не сочти за дерзость, но в Небесном воинстве я занимаю положение, следующее сразу за богиней. Имея столь могущественный источник силы, даже ты, Рэн, ещё не сведущий в тонкостях древнего призыва, возможно, сумеешь активировать упрощённую формулу.

—Даже в моём нынешнем состоянии?

—Именно. Но позволь повториться: важнейшим элементом остаётся способность к диалогу с духом. По правде говоря, намеревалась вручить его лишь после того, как овладеешь данным навыком.

—Тогда ничего, что принимаю его сейчас?

—Считай оберегом. А также наградой за те усилия, что приложил в течение трёх минувших дней. — златовласый архангел отвечает ему нежной улыбкой.

Но в этот самый миг...

—Я дома! О, и Рэн здесь!

Дверь распахивается, и в комнату вихрем влетает смуглая девчушка.

—Уже получил перо Фии? Тогда, пожалуй, и я сделаю тебе подарок.

—Ты тоже, Элиза?

—Ага. От меня получишь вот это. — озорно усмехаясь, владыка извлекает нечто из кармана.

Перед глазами предстаёт драгоценный камень, сияющий янтарным, почти золотистым блеском. Это янтарь — смола Великого древа, обретшая твердость за долгие века.

—Фия уже говорила тебе, что древняя магия призыва — высокоуровневое чародейство, воздействующее на пространство. Призывать можно не только духов, но и обычные неодушевлённые предметы.

—Это как?

—Считай, что перо ангела — катализатор для духов, а моя вещица — для материальных объектов. Иначе говоря, для каждой цели требуется своё магическое орудие.

—И такой камень тоже может стать источником силы?

Перо архангела выглядело по-настоящему могущественным. С другой стороны, подарок Элиза на первый взгляд кажется простым самоцветом.

—Ну, твои сомнения понятны. Только это не простой янтарь, а драгоценная сфера, в которой сконцентрирована смола Тысячелетнего древа из Мира мёртвых. Видишь чёрную нить внутри?

—...Э-э, вот эту?

Тонкая линия, которую сначала можно принять за трещину. Внутри янтаря запечатано нечто тонкое, словно волос.

—Это мой волос. Через него я заключила в сферу силу Повелительницы демонов. Я приготовила этот артефакт ещё триста лет назад, но его мощи не хватило бы, чтобы ускорить рост моего нынешнего тела после перерождения. Мне он без надобности, так что забирай.

—Ты уверена?

—Вполне. Ты ведь все эти дни упражнялся в призыве духов. Но, возможно, материальный призыв дастся тебе легче, хоть это и та же древняя магия. Тебе куда привычнее призывать знакомые вещи, чем вступать в контакт с особыми духовными сущностями. Говоря конкретнее, мог бы вызвать, например, учебник, оставленный тобой в академии.

—... Да это же невероятно полезно!

—Казалось бы, так. Но у этой способности есть свои сложности. — отвечает Элиза с многозначительной горькой усмешкой. — Как бы то ни было, эффективность древнего призыва зависит от способностей мага и силы, заложенной в реликвию. Ты ещё не приступал к серьёзным тренировкам, но в твоих руках теперь находятся артефакты прошлой Владыки демонов и архангела. Мы восполним недостаток твоего навыка мощью этих предметов.

«Перо ангела — для духов. Сфера демона — для вещей.» — сжимая в руках оба катализатора, Рэн кивает.

—Значит, с помощью этого янтаря смогу призывать не только духов?

—В теории. Призывать можно лишь неодушевлённые предметы, но давай проверим это на деле. Попробуй вызвать хотя бы одну свою книгу, которую оставил в своей академии.

—... А как именно мне это сделать?

—Понятия не имею. Древняя магия — искусство, созданное людьми. Говорят, для духов нужен диалог, а вот о материальном призыве информации крайне мало. — прошлая владыка демонов беспечно качает головой. — Однако у демонов есть схожие техники воздействия на пространство. Секрет прост: нужно очистить разум, сосредоточиться на образе искажения пространства, а потом — бах! И всё получится. Легко, правда?

—Что, прости?

—Ну, я же говорю: освобождаешь голову, ловишь образ и — бах!

—...Погоди. У меня сейчас голова кругом пойдёт. — остановив Элизу, Рэн прикладывает руку ко лбу.

К слову, метод обучения Килишэ заключался в том, что паренек должен был запоминать движения, наблюдая за её фехтованием. По её признанию, той «плохо даются объяснения словами», отчего тренировка и так шло с трудом. Однако наставления Элиза оказались непонятными совсем в ином смысле.

Нужно четко представить себе, как материализуется учебник. Вероятно, она хотела сказать именно это, но Рэн и помыслить не мог, что магическая теория демонов строится на столь расплывчатых ощущениях.

—Ну же, скорее! Мне и самой не терпится увидеть твой призыв!

—Я попробую, но не жди слишком многого. У меня ведь даже с духами пока ничего не вышло...

В левой руке сияет сфера Повелительницы демонов. Крепко сжав её, он воскрешает в памяти образ своего учебника, оставленного в академии — книгу, которую зачитал до дыр. До сих пор помнит её текстуру и тяжесть в своих руках...

В то же мгновение сфера Элиза озаряется ослепительным золотым светом.

—... что?! — от неожиданности Рэн едва не роняет артефакт, но вовремя спохватывается. Когда сияние угасает, на полу у его ног оказывается тот самый знакомый, потрепанный учебник. — ...Ох. Неужели... получилось? — несмотря на то что он сам сотворил заклинание, осознание пришло не сразу.

Но перед ним совершенно точно лежит та самая книга, которую он представлял.

—Хм, а ты молодец, Рэн. В этот раз удивлена по-настоящему. — малютка поднимает учебник с пола. Её детские, полные жизни глаза весело прищуриваются, и в них вспыхивает острый, демонический блеск, от которого даже у Рэна пробегает холодок по коже.

В этой улыбке на миг проглядывает истинное лицо Повелительницы демонов. Вот почему сие одобрение со стороны Элиза — искреннее и несомненное.