Том 1 · Глава 102. 2
Лица Фу Хэна и Гу Ланя буквально перекосились после прочтения переписки, разве что каждый думал о своём.
Почему люди всё ещё цепляются за мою сестру? Чего хотела эта женщина?
Я не знаю, кто она. Цинцин отказывалась рассказывать мне, — Я лишь знаю, что после свадьбы Цинцин и Фу Хэна ей часто поступали письма с угрозами. К ним были приложены… интимные фотографии её мужа в постели с другими женщинами. Может, было что-то ещё, но Цинцин не говорила.
До этого момента?
Сколько же ненависти копилось в человеке, если он неустанно преследовал и издевался над бедняжкой на протяжении двадцати лет?
Да,
Однажды она убедила подругу обратиться в полицию, но там так и не смогли вычислить злоумышленника, а потому заявление пришлось забрать.
Фу Хэн неосознанно крепче прижал спящего ребёнка к груди, стальным взглядом испепеляя одну точку.
Благодарим за информацию о Цинцин… Мы можем лишь сказать, что она в безопасности. К сожалению, всё остальное
Как вы можете обеспечить её безопасность?
Так как женщина знала о Фу Хэне только со слов подруги, у неё сложилось не самое приятное впечатление, а потому она и не собиралась верить его словам.
Я ведь её муж,
На мгновение Хань Вэйлань потеряла дар речи. Но как только она пришла в себя, от мужчины и его машины уже и след простыл. Он так и оставил её стоять в том углу, непримиримую и злящуюся.
Господин Фу, вам же лучше, если Цинцин будет жива и здорова. Иначе её матушка этого вам с рук не спустит!
По прибытии домой, Фу Хэн перво-наперво отнёс Цинцин в её спальню.
Маленькая пельмешка была плотно завёрнута в пиджак, и как только мужчина развернул одежду, ему в лицо пахнуло тёплым воздухом. Не теряя ни секунды, он завернул малышку в мягкое стёганое одеяло и положил в кроватку.
Дядюшка… — Конфетку…
Будешь есть много сладкого, на зубах появится кариес,
Что ещё он мог сказать ребёнку в полудрёме?
Он осторожно поднял руку и коснулся маленькой головы Цинцин, на что малышка только ближе прижалась к нему. Взгляд мужчины стал мягче, ласковее — а он этого даже не заметил.
Он выпрямился, обхватил тонкими пальцами галстук и затянул его потуже. От прежней нежности ни осталось ни следа, на её место ступило глубокое безразличие. Бросив последний взгляд на мирно спящее лицо Цинцин, Фу Хэн отвернулся и вышел, прикрыв за собой дверь. Притормозил он уже в коридоре, рядом с запертой комнатой.
Если бы Цинцин бодрствовала сейчас, то смогла распознать это место: однажды она играючи забежала внутрь.
Долго и мрачно глядя на закрытую дверь, Фу Хэн вытянул руку и, обхватив ручку, провернул её.
Последовал лёгкий щелчок, и темнота, сочившаяся из щели, становилась всё шире и шире, пока не распахнулась полностью. Единственным источником света в комнате стала полоска света из коридора. Вместе с ней внутрь, на коробки падала и длинная тонкая тень Фу Хэна.
Дядюшка, Цинцин хочет молочка.
Девочка уже успела проснуться и сонно водила ручками по комнате, пытаясь найти Фу Хэна. Когда же её поиски не увенчались успехом, она вдруг осознала, что осталась в тёмной комнате совсем одна.
Тонкие губы поджались в страхе, и Цинцин в ужасе уставилась в угол. Ей всегда думалось, что стоит только отвести от тьмы взгляд, как на тебя тут же бросятся несколько страшных чудовищ.
Малышка задрожала.
Страх — отличный мотиватор, и Цинцин выбралась из кроватки с такой ловкостью и скоростью, на которые, казалось, была неспособна, и бросилась к двери. Приподнявшись на носочки, она попыталась дотянуться до ручки.
Цинцин хотела убежать!
Однако, к сожалению, трёхлетний ребёнок был мал ростом и до желаемой цели просто не доставал.
Она тянулась и тянулась — но всё безуспешно! После очередной попытки девочка начала терять остатки храбрости. Цинцин плюхнулась на пол, прикрыв рот ладошками. В уголках глаз собрались горючие слёзы, но она усердно сдерживала их, не давая им сорваться вниз.
Будь… будь сильной. Цинцин большая девочка. Она не может плакать.
Правильно! Но комната ведь такая большая, такая страшная!
Пока Цинцин дрожала от страха, дверь в комнату, превратившаяся в непокоримую гору, вдруг отворилась, и в проёме показалась знакомая фигура.
Дядюшка… Дядя?
Кто-то неожиданно обнял малышку, и та, настороженно протянув ручки, ответила на объятие, погладив мужчину по спине. Словно утешала ребёнка.
Прижимаясь к нему и едва дрожа, Цинцин остро ощущала, что состояние Фу Хэна сейчас крайне нестабильное. Он казался разозлённым и виноватым одновременно, в душе его плескались боль и самобичевание.
Всё это было крайне запутанно, и Цинцин не могла прочитать его целиком, однако чувствовала, что с Фу Хэном не всё в порядке.
Прости… Прости… Прости…
На её плечи упали несколько холодных капель.
Фу Хэн… Плакал?..
Цинцин прощает тебя,