Том 1 · Глава 48. На бис? На бис!
Мы растерянно переглянулись.
Репортёр, забравший микрофон, уже поднялся на сцену и попытался успокоить зрителей.
На этом выступление Climax завершено. А теперь начинаем местный конкурс песни…
На бис! На бис! На бис!
Как это
Climax, повторите то, что показывали раньше!
Пожилые зрители не желали принимать окончание концерта. Требования продолжались, а менеджер и репортёр смотрели на нас всё тревожнее.
Для меня проблема была небольшой: старую хореографию я заранее восстановил. Остальные с трудом выучили одну дополнительную песню. На другие номера времени уже не осталось.
Отказывать после такой реакции было жалко, но сырым номером легко испортить впечатление от удачного выступления.
В момент колебания перед глазами возникло окно.
Что ещё за «Последний штрих»?
«И что от меня требуется?»
Пока репортёр принимал на себя недовольство старших зрителей, к нам поспешил продюсер.
Им очень понравилось. Сможете исполнить ещё одну песню?
Нет, не сможем. Группа не готова.
Мы только что показали лучший из возможных номеров. Если следом выдать нечто сырое, площадка мгновенно остынет.
Подождите… А если выступлю один?
Я вспомнил эффект навыка Сонвона.
Так сработает.
Я мысленно ответил окну:
«Да».
Оно ярко вспыхнуло и исчезло.
Пока остальные не понимали, что делать, я поднял руку.
Тогда исполню одну песню один.
Что?
О чём ты говоришь? Один петь собрался?
На меня посмотрели как на сумасшедшего.
Выберу песню, которую знают старшие зрители, и плавно передам сцену конкурсу.
И как ты собираешься…
Кёнхва покачал головой, призывая прекратить этот бред.
Может, лучше повторить наш последний сингл?
Компромиссный вариант я отверг.
Включите вступление Riverside Apartment.
Для деревенского конкурса минусовка такой песни наверняка была готова. Люди от сорока до шестидесяти не могли её не знать.
Что это?
Riverside Apartment? Есть! Сейчас сделаем.
Продюсер сложил пальцы кольцом и подал репортёру знак.
Вы пока спускайтесь. Я закончу сам.
Что ты задумал… Эх.
Остальные понятия не имели, что происходит, но остаться на сцене всё равно не могли.
Взгляд Сонвона был почти презрительным, и где-то в груди неприятно кольнуло.
Необязательно смотреть так, словно я окончательно сошёл с ума.
Под зазвучавшее вступление я прочистил горло и снова вызвал систему.
«Система».
После Кан Югона список вырос до одиннадцати.
«Сон Сонвон
Жалко. Тридцать очков — немало. Но именно ради таких случаев я их и копил.
Riverside Apartment была яркой песней в стиле сити-поп, покорившей музыкальный рынок в начале восьмидесятых.
«Ребята родились в девяностых и двухтысячных. Хит старше их на десятилетия».
Но мелодия оставалась бодрой и современной даже сейчас.
Выбери я My Eternal Love и устрой сольный вокальный конкурс, публика растрогалась бы и потребовала ещё один выход. Поэтому нужна была песня, которая разогреет людей и заставит подумать: «Я тоже могу это спеть».
Riverside Apartment подходила идеально.
Завершилось эффектное вступление. Начался первый куплет.
С первой строки стало ясно: работает.
После My Eternal Love это была любимая песня Им Хёнсона. Кроме оригинального исполнителя я никогда не слышал, чтобы кто-то пел её настолько хорошо.
Зрители сначала удивились, а затем оживились.
Молодые знают эту песню?
Как хорошо поёт.
Совсем мальчишка, а голос отличный.
Вслед за публикой ошеломлённо смотрели и участники.
Под бодрую мелодию я протянул руку к зрителям, предлагая подпевать.
Слова знали почти все — и корейская привычка петь хором сработала безотказно.
«Припев».
Теперь невозможно было понять, что перед нами: праздник деревни или соревнование хоров уезда Косон.
К самому небу! Высотный дом! Там живёшь! Ты, до кого! Не дотянуться!
Каждый выбирал собственную высоту, тембр и ритм. Но десятки смешавшихся голосов всё равно звучали хорошо.
Все вместе!
Я полностью протянул микрофон к публике.
Твой звонок, который молчит…
Никого! Нет в твоём! Доме!
Ещё раз!
Никого нет! В твоём доме!
«Готово».
Я закончил на пике, не оставляя времени потребовать ещё одну песню.
С вами был Climax! Спасибо!
Пока люди ещё напевали строки, репортёр быстро вернул себе управление.
Это было прекрасное выступление Чхон Исе из Climax! А теперь продолжаем конкурс песни жителей волости!
На этот раз серьёзных возражений не последовало. Я отошёл за сцену и перевёл дыхание.
Хён, ты был потрясающим!
Сону подбежал с широкой улыбкой. Я хотел уклониться, но с его разгоном он мог врезаться в стену. Пришлось принять удар.
Понял, что ты рад. Ничего особенного. Успокойся.
Я несколько раз потрепал его по голове и осторожно отодвинул. Глаза Еджуна тут же загорелись.
Я хотел подключиться, если станет тяжело! Но ты вообще не оставил места.
Слишком много переживаешь.
Менеджер откуда-то принёс бутылку воды. Я взял её и выпил почти залпом.
Теперь расписание закончилось?
Из-за песни на бис время перевалило за половину восьмого. Самолёт вылетал в десять. Если задержимся, можем не успеть.
Изначально вы должны были ещё раз коротко попрощаться со сцены. Но из-за задержки нужно быстро собираться и ехать.
Я кивнул и бросил пустую бутылку в контейнер для переработки.
Кому нужно в туалет — распорядился менеджер.
Все разошлись. Я уже собирался сесть в машину, но тело ещё горело после выступления. Хотелось немного постоять под морским ветром.
В этот момент появилось сообщение об успехе.
«Что это? Проверить сейчас?»
Звучало странно, но могло оказаться полезным.
Нельзя допустить повторения истории с прошлым камбэком.
«Как бы то ни было, ещё одно задание закрыто».
Фух…
Я вытер холодный пот и убрал со лба растрёпанную чёлку.
Где-то щёлкнул затвор.
Я прищурился и повернулся на звук. Передо мной стояли те самые две вежливые школьницы.
Съёмки закончились. Вам пора домой,
Можно, пожалуйста, автограф?
Они просили так жалобно, что я едва удержался от улыбки.
Интересно, откуда и каким образом добрались сюда?
Девочки старались говорить на литературном корейском, но местный акцент всё равно звучал почти как у деревенских стариков. Значит, жили неподалёку.
Отказать было бы слишком жестоко. Тем более других поклонников, готовых прорваться к нам, не наблюдалось.
Хорошо. Один раз подпишу.
Я протянул менеджеру ладонь.
Хён, ручка есть?
Мы принесли!
Тогда давайте вашу.
Мне протянули чёрный маркер для экзаменационных бланков, уже изрядно исписанный на пробных тестах. Вместе с ним — тетрадь, страницы которой были заполнены задачами по математике.
Интересно, как они собирались использовать всё это изначально?
Искренность трогала. Я снял колпачок и столкнулся с неожиданной проблемой.
«Я не знаю подпись Чхон Исе».
Всё внимание уходило на навыки, необходимые айдолу. О такой мелочи я даже не подумал.
Что делать?
Немного поломав голову, я просто вывел: «Чхон Исе».
«Любой поймёт, что это обычный почерк».
Пришлось отвлечь их разговором.
Рад, что сегодня мы встретились. Спасибо, что пришли. Возвращайтесь осторожно, уже поздно.
Да! Спасибо! Я сохраню это навсегда!
Хотя речь шла о тетради с программой второго класса средней школы.
Я доброжелательно улыбнулся, помахал им и сел в минивэн.
После чего немедленно набрал в поиске: «Подпись Чхон Исе».
С ходу ничего не нашлось. Я перебрал изображения и наконец наткнулся на нужную фотографию.
«Зачем так усложнять?»
Подпись оказалась несложной — прежний Исе просто неразборчиво выводил имя. Почерк ужасный.
Я открыл заметки на телефоне и нарисовал собственный вариант.
«Так намного лучше».
Если старая подпись широко известна, придётся привыкать к ней. Но известной она, судя по результатам поиска, почти не была.
На всякий случай я спросил менеджера:
Хён, можно поменять подпись на эту?
А? Никаких проблем. А зачем?
К счастью, само изменение ничего не нарушало.
Старая слишком неразборчивая.
Это правда. Используй ту, с которой удобнее.
Спасибо.
После этих слов усталость окончательно победила. Я уснул прямо в машине.
Остальные ещё не успели вернуться, а я уже провалился в сон.
Когда я проснулся после короткого сна, до аэропорта мы ещё не доехали.
Хён, ты уже не спишь? Быстро посмотри! Там сейчас полный хаос!
Еджун сунул телефон прямо мне в лицо.
Что случилось?
Я прищурился и посмотрел на экран, ещё не успев окончательно проснуться.