Том 1 · Глава 111. Как он любит (часть 2)

Смерть для меня – задача не сложнее пункта из списка ежедневных дел. Я знал, как облегчить свою смерть: нужно было окутать мозг с помощью Оро и взорвать его. Без боли и в одно мгновение оборвалась бы моя жизнь. Легко, просто и удобно. По этой же причине я и не умирал таким образом.

«Потому что это легко, просто и удобно».

Легко. Просто. Удобно. Человек теряет сноровку, когда привыкает к этим трем вещам. Даже если твое сердце холодно, словно сталь, со временем оно заржавеет.

«Огненный Император убил меня, потому что я потерял сноровку».

Поэтому я выбирал для себя более мучительную смерть. Я полагался на свой кинжал, чтобы сохранять холодный рассудок.

Впрочем, сегодня все будет иначе.

—Все будет хорошо. Все закончится в одно мгновенье.

Я медленно направил свое Оро по руке Серебряной Лилии. Но отчего мне было так неловко? Девушка нахмурила брови, увидев, как я покраснел.

—Тепло…

—Да.

—Кажется, будто по венам течет горячая вода. Твоя температура, похоже, выше, чем у меня, — Серебряная Лилия взглянула в мои глаза. — Я нервничаю. Раньше я никогда не беспокоилась о том, как вернусь во времени, потому что я думала только о себе, но теперь… Теперь я не хочу терять тебя. Но если я вернусь первой, и ты не сможешь меня вспомнить… — пробормотала Серебряная Лилия.

Я был счастливым ублюдком. Я был счастлив, что она беспокоилась обо мне. Да, возможно, я ублюдок…

—Не беспокойтесь.

Но я был ублюдком только для нее.

—Мы будем вместе.

Мир погибал, пока мы ощущали температуру тел друг друга. С громким треском разверзлась земля. Из трещины начала литься кровь. Демоны, те, что были фамильярами Серебряной Лилии, теперь вышли из-под ее контроля. Их было столько же, сколько капель в море. Вот только каждая капля была размером с гору.

—А?

Откуда-то издалека донесся крик:

—Демоны! Появились демоны!

Прошли обещанные десять дней. Желание вечной любви Серебряной Лилии, что стала наполовину созвездием, больше не могло сдерживаться. Но даже в такой ситуации Серебряная Лилия смотрела на меня совершенно спокойно. Как будто ее сердце и в самом деле было покрыто серебром.

—Я не потерплю ошибок.

—Да.

—Если я умру раньше тебя хотя бы на долю секунды, если ты умрешь раньше меня хотя бы на долю секунды… Я тебя никогда не прощу. Заруби себе на носу: у тебя только один шанс.

—Да.

—Следующего раза…

Системное сообщение [Сердце, покрытое серебром, смотрит на вас.]

—Следующего раза не будет.

—Да, — я крепче сжал руку герцогини.

Пока демоны бушевали по земле, наступил закат, и небо разбилось, словно зеркало, и пролился кровавый дождь. Земля постепенно залилась красным. Крики тонули в бурлении пузырьков. Этот мир разрушался не только из-за ухода Серебряной Лилии.

Системное сообщение [Появляется апостол «Коровы, что следует за разрушением».]

Были и апостолы других созвездий, которых она упоминала.

Системное сообщение [Появляется апостол «Боевого коня вечных равнин».]

Сквозь трещины разорванного неба сошли существа из внешнего мира. Серебряная Лилия была половиной созвездия. До этого рейдеры выжидали, когда в заграждении появятся щели, а теперь они перешли в полноценное наступление.

—Они одним миром мазаны.

Они были такими же разнообразными, как и созвездия, что их отправили.

—И не говори.

Так что я легко запомнил их внешний вид.

—Следует преподать им урок.

—Какой урок?

—Что не стоит вмешиваться в чужие отношения.

—Мне это нравится, — засмеялась Серебряная Лилия.

—Но сейчас это не имеет значения.

Закатное небо рушилось. С неба бесконечным потоком лилась кровь. Из подвала ползут демоны, с неба спускаются захватчики. Сцена апокалипсиса. И человек, стоящий передо мной, переживал все это в одиночку. До сегодняшнего дня.

—Дворецкий, — сказала Серебряная Лилия, — убей меня.

Мир стал красным. Только в радиусе трех метров от лодки, где сидели мы, водная гладь еще не обагрилась. Из красного озера выскакивало бесконечное количество языков и губ, что смеялись над нами. И тогда я впервые разрешил себе умереть легкой смертью. Оро, заполнившая до отказа наши два тела, обжигала.

Девятая Форма Умения Бога Дьявола – Меч Собственной Смерти.

Ни единой ошибки. Ни секунды промедления.

Системное сообщение [Вы умерли.]

Мы умерли.

Системное сообщение [Вы вернетесь на 24 часа назад.]

В момент, когда я открыл глаза, оказалось, что я лежу в тени белого дерева. Был вечер. Надо мной плыло желтое небо. Неудивительно, что я открыл глаза именно здесь. С того дня, как я решил стать дворецким Серебряной Лилии, я здесь гулял с ней по вечерам. Я поспешил подняться, и в ту же секунду…

—Ты очнулся? — раздался чей-то шепот.

Голос раздался совсем рядом.

—Пришел в себя только сейчас…

Я огляделся по сторонам.

—Ты отвратительный дворецкий.

Серебряная Лилия стояла спиной к яркому закату. Тень от зонтика в ее руке падала на ноги. Когда ветер развевал ее серебряные волосы, я невольно забыл, как дышать.

«Получилось?»

Мое сердце билось.

«Или нет?»

Я еще не знал. Я не знал, поэтому просто продолжал смотреть на Серебряную Лилию. Ее пальцы вцепились в ручку зонтика. Легким жестом она собрала растрепанные ветром волосы. Ее губы были плотно сжаты, как и всегда. Даже один жест Серебряной Лилии меня сотрясал.

—Дворецкий, ты солгал мне, — сказала Серебряная Лилия. — Ты пообещал мне, что мы отправимся в одно и то же время. Но разве я не вернулась сюда на девять дней раньше тебя?

А…

—Даже если это ненастоящие отношения, но ты оставил свою возлюбленную на десять дней. Это самое отвратительное преступление.

Получилось.

—Я в одиночестве прождала тебя девять дней. Я с тревогой пережила это ожидание. Ты поклялся всегда оставаться рядом, но не сдержал своего слова. Разве это не саботаж?

Получилось.

—Ты совершил преступление. И если хочешь искупить свою вину, тебе придется немало пострадать.

Получилось.

—Ладно. Меня мучает жажда, так что подай мне чаю…

Серебряная Лилия не смогла договорить фразу до конца, потому что я встал и обнял ее. Я не мог больше сдерживаться, мне так этого хотелось.

Дул ветер. Зонтик, что девушка держала в руках, упал и покатился по лужайке.

Хотя я уже обнимал ее, этого было недостаточно. Еще немного, еще… Мне хотелось еще. Я хотел обнять ее еще крепче. Хотел обнять не только ее тело, а и сердце.

—Мне жаль.

Я оставил ее в одиночестве на девять дней.

—Ничего, — Серебряная Лилия обняла меня в ответ. — Теперь все в порядке. Не могу сказать, что наблюдать за тобой в последние дни не было забавно.

—Вы лжете.

—Да, я лгу. Было не очень-то весело. Но все в порядке, я хорошо умею ждать.

—Мне жаль.

—Я прощаю тебя, — Серебряная Лилия прошлась рукой по моей шее.

Системное сообщение [Происходит погружение в персонажа…]

Я хочу любить как сумасшедший.

—Ты плачешь?

—Нет.

—Ты лжешь.

—Да, я лгу.

—Ненавижу ложь. Можешь шутишь, но не лги мне. Я тоже не буду лгать тебе. Я не буду лгать не только словами, но даже жестами и взглядами. Если не хочешь отвечать, просто молчи, я не буду тебя допрашивать. Нет, я подожду, пока ты сам мне все не расскажешь.

—Хорошо.

Какое счастье, что я полюбил ее. Я рад быть тем, кто любит ее.

—У меня есть просьба, герцогиня.

—Что такое?

«Можно я Вас поцелую?»

Но я сдержался. К счастью, я не видел своего лица.

—Мне правда очень жаль, но не могли бы Вы еще подождать?

—Какая невоспитанность. Сколько мне еще нужно ждать?

—Восемь дней.

—Что?

—Семь дней.

—Хм?

—Шесть дней… Количество дней будет продолжать уменьшаться, пока мы не окажемся вместе в первый день.

—Как возмутительно, — прошептала Серебряная Лилия мне на ухо. — В результате ты убьешь меня еще девять раз.

—Вам было больно?

—Нет. Как ты и говорил, это длилось всего мгновение. Но я уже один раз покончила с собой, и мне неприятно, что придется сделать это еще раз.

—Можно я Вас поцелую?

Мне жаль, но я не мог больше сдерживаться. Серебряная Лилия повернула голову и наши взгляды встретились. Ее глаза были красными. С каждым днем этот цвет нравился мне все больше и больше.

—Я просто промолчу.

И я поцеловал ее. Мы обнимали друг друга. С помощью своего дыхания, с помощью своих губ я передавал ей Оро. Какое счастье, что мое Оро красного цвета. Наше дыхание перемешалось и…

Системное сообщение [Вы умерли.]

В следующий момент, когда я открыл глаза, Серебряная Лилия была рядом. Мы не разговаривали. Видимо, я уже и так достаточно сказал. Серебряная Лилия взяла меня за руку, и я поцеловал ее.

Системное сообщение [Вы умерли.]

Я хочу позаботиться о Вас еще немного.

Системное сообщение [Вы умерли.]

Я слегка склонил голову перед Серебряной Лилией, которая вечно говорила о параллельных линиях, и поцеловал ее. Наше время пересекалось. Наши губы соприкасались.

В прохладном коридоре общежития.

Системное сообщение [Вы умерли.]

В темном подвале.

Системное сообщение [Вы умерли.]

Под белыми листьями магнолии.

—Герцогиня, — я выдохнул. — Вы же почистили зубы?

—Я промолчу, но вопрос хороший.

—Благодарю, герцогиня.

—В этом мире есть две ситуации, когда не нужно благодарить или просить прощения. Первая — когда ты воюешь. Вторая — когда ты любишь. Кроме того…

Когда я умираю, я возвращаюсь на 24 часа назад, но Серебряная Лилия возвращается в бальный зал в первый день. Она посчитала разницу во времени.

—Для меня это девять дней, восемь дней, семь дней… Разве ты не заставил меня ждать 39 дней? Моя благодарность облегчит муки твоей совести? Тогда я буду благодарна.

—Другими словами, 39 дней ради поцелуя…

—Молчи, иначе пожалеешь.

Системное сообщение [Вы умерли.]

В следующий раз я открыл глаза в личных апартаментах Золотой Сливы.

—Король Смерти! — засмеялся Следователь Еретик, который еще не стал Золотой Сливой.

Мой отсчет времени продолжался, а Следователя Еретика – нет. Таким образом, чем ближе первый день, тем больше я погружаюсь в персонажа, в то время как Следователь Еретик, наоборот, уменьшает свой процент погружения.

—Пришла Серебряная Лилия! Что она делает здесь так поздно ночью? Я слышал, она живет в отдельной резиденции, а не в общежитии. Меня смущает, что она приходит сюда в такое время…

—Где она сейчас?

—Ждет в саду перед общежитием.

Я тут же открыл дверь выбежал.

—Король Смерти? — звал меня Следователь Еретик, но у меня не было времени ему отвечать.

Кое-кто ждал меня.

Чуть быстрее. Еще немного. Ну же!

Серебряная Лилия стояла под магнолией. Белая шпилька с цветком лотоса виднелась в ночном небе. Цветок лотоса с заснеженной вершины похож на обескровленное сердце. Лишенного красного цвета сердце.

Наверняка из окон общежития за нами тайком подглядывали, но все равно мы подошли ближе друг к другу, обнялись и поцеловались.

—Знаете что? — прошептал я.

—Не знаю, говори уже.

—Я Гон Джа, а Вас называют герцогиней. Если даже поменять немного наши имена местами, все равно получится Гон Джа и герцогиня. Конечно, на языке Вашей страны это может звучать немного по-другому, но…

(П.п.: Первый слог в имени «Гон Джа» и слове «герцогиня» в корейском языке совпадают. Гон Джа (공자) и гон-нё (공녀).)

—Говоришь, мы идеальная пара?

—Думаю, да.

—Это всего лишь совпадение.

—Я люблю Вас.

Наши губы соприкоснулись. Дыхание перемешалось. Время остановилось.

Системное сообщение [Вы умерли.]

Наконец…

Системное сообщение [Вы вернетесь на 24 часа назад.]

Когда я открыл глаза, я был в великолепном бальном зале. С потолка свисала люстра, похожая на плакучую иву. Несколько десятков молодых барышень и господ в парах медленно кружили по залу. Это было место, где мы впервые встретились. Место, где Следователю Еретику отвесили пощечину. Первое место, где мы встретились взглядами в этой локации. Первый день.

Мы стояли посреди бального зала лицом к лицу. Я сделал шаг, Серебряная Лилия тоже. Пока никто ничего не успел сказать, под белым светом люстры, среди десятков теней, мы соприкоснулись губами. Слова были не нужны.

Я слышал вокруг себя изумленные голоса, но игнорировал их. Оркестр перестал играть, а молодые барышни и господа перестали танцевать. Все уставились на нас. Но мы их просто игнорировали. Глаза Серебряной Лилии, ее голос… Я просто погрузился в ее созерцание.

—Мы… — наши лбы соприкоснулись.

—Пока что первый день?

Серебряная Лилия приподняла уголки губ.

—Сейчас первый день. И он будет нашим первым днем навсегда.

—Навсегда?

—Если мы того пожелаем.

И мы снова поцеловались. Мы наслаждались этим мгновением целую вечность. В просторном бальном зале слышалось только наше тяжелое дыхание.

—Что? — через некоторое время сказал Следователь Еретик, стоявший позади нас. — Ах, я что-то пропустил?

Никто не ответил.