Том 1 · Глава 248. Айвист, я в тебе очень разочарован (Два в одном)
Когда перед глазами Линна неожиданно предстала целая толпа, он, честно говоря, немного растерялся.
Он полагал, что сегодняшнее публичное разбирательство будет проходить куда более официально.
Но, вопреки ожиданиям, член совета Блейк привел всех прямо к двери его камеры.
На самом деле Линн устроил это представление только для того, чтобы предостеречь тех, кто пытался навредить ему из-под тишка.
Именно поэтому он и создал столь кровавое, жуткое зрелище.
Хотя результат оказался даже лучше задуманного, Линну совсем не хотелось показывать свою жестокую сторону некоторым людям.
К примеру, слезливая Элеонора сейчас тихо навзрыд плакала.
К счастью, ее брат остался цел и невредим, иначе она наверняка упала бы в обморок.
Или Тия, которая пыталась разглядеть его из самых задних рядов — ее лицо было бледным и напряженным.
Встретившись взглядом с Линном, Тия даже сама не заметила, как в ее глазах мелькнуло облегчение, после чего она подчеркнуто холодно отвернулась.
Лишь Айвист облегченно и глубоко вздохнула.
К тому же при виде покрытого кровью Линна — его высокого, мускулистого тела — ее щеки тронул легкий румянец.
Она и не подозревала, что у ее милого, послушного песика есть столь дикая сторона.
Он действительно повзрослел… во всех смыслах.
Розовый язычок мельком лизнул уголок губ, а в глазах вспыхнул пылкий огонек.
Все остальные, включая Великую имперскую принцессу Хиллену и члена совета Блейка, смотрели на происходящее с небывалым изумлением.
Особенно Четвертый принц Джошуа: лицо его перекосило так, словно он проглотил мертвую муху, а от прежней беззаботности не осталось и следа.
Словно… перед ним разворачивалось нечто из области фантастики.
В этом мире, где все решали Потусторонние способности и Божественные факторы, физическая сила человека считалась наименее значимым фактором и развивалась крайне редко.
Большинство полагалось на суть своих Потусторонних способностей и усиление от Божественных факторов.
Но стоит лишиться всего этого — и пусть эволюционировавшая суть жизни делала их крепче обычных людей, эта сила все равно оставалась ограниченной.
В условиях, когда Потусторонние способности запечатаны, даже Легенда Пятого ранга просто захлебнулась бы в непрерывной кровавой рубке.
В конце концов, один в поле не воин.
Это признавали абсолютно все.
Однако прямо сейчас перед ними предстал ужасающий факт: этот юноша в одиночку расправился более чем с тридцатью противниками.
Даже если разуму подсознательно не хотелось в это верить, залитые кровью факты были прямо перед глазами.
К тому же, судя по комплекции, все убитые Линном узники были здоровенными мускулистыми мужиками.
Нанеси каждый из них Линну хотя бы по одному удару, его бы забили до полусмерти.
Не укладывалось в голове, что абсолютно всех их перебил этот черноволосый юноша.
Какая жуткая сила таилась в его хрупком на вид теле?
И где, черт возьми, он обучился таким боевым навыкам?
На какое-то время ошеломленная толпа погрузилась в полную тишину.
…
Видя, что все продолжают смотреть на него так, словно увидели призрака, Линн лишь качнул головой.
Переглянувшись с Айвист, чтобы успокоить ее, и бросив обнадеживающие взгляды на Элеонору, Афию и стоящую позади всех Тию, он спрыгнул с горы трупов.
В тот миг, когда он ступил на пол, у двери возникли четверо решительно настроенных временно исполняющих обязанности карателей, опасливо косясь на этого опаснейшего человека.
Заметив это, Линн закатил глаза.
Расслабьтесь, — Я вовсе не хотел, чтобы все так вышло. Меня просто попытались подставить.
И еще, прежде чем член совета начнет допрос, могу я быстренько принять душ? Я весь в крови, и эта липкость ужасно досаждает.
…
Когда их перевели в чистую комнату для допросов, Тия замерла в самом неприметном уголке, выглядя растерянной.
Ее лицо было бледным, словно она только что пережила крушение всего своего мировоззрения.
Несколько минут назад, когда дверь камеры распахнулась и она увидела целого и невредимого Линна, у нее против воли вырвался вздох облегчения.
Затем Тия подсознательно перевела взгляд на стоящего рядом Сию.
В тот момент никто не ожидал подвоха, да и Сия не подозревал, что гипноз Линна на самом деле раскрыл правду.
Поэтому на его лице отчетливо читались самые сокровенные и настоящие мысли.
В его взгляде смешались досада и сожаление.
Словно он досадовал, почему этот парень не сдох во время тюремного бунта.
Сердце Тии мгновенно оледенело.
Как бы она прежде ни пыталась оправдать брата Сию, произошедшее стояло у нее перед глазами — неопровержимо и неоспоримо.
Единственным объяснением оставалось то, что под гипнозом Линн сказал чистую правду.
Впрочем, к этому и так всё шло.
Просто Тия до последнего не хотела приходить к такому выводу.
И вот теперь жестокая правда предстала во всей наготе.
Человек, которым она восхищалась, ослепительный, словно солнце, брат Сия, спасший ее когда-то из бездны отчаяния, на самом деле оказался темным и коварным типом, отдающим в тишине приказы об убийстве.
И что хуже всего — его целью стал человек, перед которым она чувствовала неизмеримый долг.