Том 1 · Глава 4207. Священные Письмена

Статус учителя их академии был даже выше, чем у императора, потому что каждый из них обязательно проходил здесь обучение.

Так кто мог даже помыслить о том, чтобы убить учителя?

Такого ещё никогда не было в их мире!

Даже император, управляющий жизнями миллионов своих подданных, не посмеет подумать об этом.

—Кто он такой, раз не побоялся убить учителя?

—Раз у него такие сильные служанки, то, возможно, он ещё сильнее...

—С того момента как вы сунулись в Шэнь Ло с Тянь Ду и Фан Янем, вы приговорили себя к смерти!

—Наш мир всегда вёл себя сдержанно и никогда не участвовал ни в каких войнах. Кун Лю, безусловно, совершил ошибку, но ему за это досталось. Неужели после этого нельзя поставить точку в нашем разногласии? — спросил старик.

—Одна ошибка иногда стоит целой игры, разве вы, как учёный, не знаете столь простую истину? Или вы думаете, что я такой же тупой, как эта безмозглая толпа, которую вы держите словно мышей в клетке? — спросил Нин Ци, показывая рукой на учеников, — все они обмануты вами, и для чего? Вы лишаете людей возможности достичь бессмертия. Например, вот этот парень, если бы не ваше стремление держать всех в узде, то он бы легко достиг второго царства, но не имея знаний о том, как поглощать духовную энергию, его может победить любой человек сферы Бойца.

Ученик, на которого указал юноша, с чувством изумления обратился к Нин Ци: — Старший, вы хотите сказать, что я могу стать бессмертным?

—Лу Янь, как ты смеешь задавать такие вопросы?!

—Лу Янь, ты что, когда на лекции сидел, спал?

—Не слушай этого самозванца, он всем тут зубы заговаривает. Учителя уже давно доказали, что бессмертия и чего-то приближённого к этому не существует!

Многие ученики, с промытыми мозгами, продолжали уверенно следовать учению академии, но Лу Янь внезапно подошёл к юноше и встал перед ним на колени: — Старший, я хочу узнать правду, я хочу стать бессмертным!

—Он совсем с дубу рухнул?!

—Учитель, выгоните его из академии, он предатель и отступник!

Ученики вновь сорвались на парня, бранясь и требуя для него наказания.

Но сам Лу Янь был непреклонен. С того момента как он попал в академию, у него появилось множество сомнений насчёт того, чему их учили!

—Вставай, поскольку ты первый решил попросить у меня помощи, то в качестве награды станешь новым правителем мира Священного Писания, — улыбнулся Нин Ци.

Парень со следом удивления на лице встал.

А у старика, что стоял перед юношей, резко побелели глаза.

Когда толпа увидела это, всех пробрал озноб.

Почему глаза учителя стали такими?

—Кто ты такой, чтобы назначать кого-то правителем?! — из уст старика раздался совершенно другой голос, не принадлежащий ему.

—Этим миром полноправно правишь только ты, а остальные, такие как Кун Лю и ему подобные, — это лишь твои воплощения. Можешь не отнекиваться от этого, мне хватило того, что я тут увидел, и переубедить меня у тебя не получится, но мне всё же хочется задать тебе один вопрос. Ты не чувствуешь себя одиноким? — спросил Нин Ци.

—Одиноким? Что такое одиночество? Я с самого своего рождения знал, что путь, по которому я пойду, будет таким, так что за прошедшее время привык к этому и меня это не гложет, — безразлично ответил Кун Да.

После чего пошёл мелкий дождь.

Юноша протянул ладонь, собирая несколько капель воды: — Ты прекрасно знаешь, что слабее меня, поэтому решил взорвать великий мир Священного Писания и в хаосе попытаться сбежать?

Взорвать великий мир?

Хотя ученики не совсем понимали, о чём говорил юноша, но зато отдавали себе отчёт, что разговаривал Нин Ци уже не со стариком, а с кем-то другим.

И этот кто-то вовсе не обычный человек!

Более того, он не отрицал сказанное юношей, а значит, всё, что они учили, было ложью?

Следовательно, этот незнакомец, что устроил переполох, говорил правду?

От внезапного прозрения, на сердце у людей появилась боль, которая разрывала их души на части!

У многих закружилась голова, кто-то даже упал и тупо уставился в пол, ни у кого больше не было сил что-то говорить или отстаивать вбиваемую годами в их головы ложь.

—Ты думаешь, что сможешь остановить меня? — спросил Кун Да.

—А почему нет? — улыбнулся Нин Ци и осторожно смахнул капли с ладони, — разница между тобой и мной слишком велика.

Дождь внезапно прекратился.

Тучи в небе почти сразу рассеялись и солнце снова вышло из облаков.

—Божественная Милость! — воскликнул юноша прямо в лицо Кун Да.

Холодное и безжалостное лицо старика, наконец, исказил ужас, но ничто уже не могло его спасти. За следующие несколько секунд от человека ничего не осталось, он превратился в золотую книгу.

Нин Ци взмахнул рукой и листок белой бумаги вылетел из его рукава, возвращаясь в книгу.

После чего золотая книга вспыхнула золотым светом и на её твёрдом переплёте появились два слова: Священные Письмена!