Том 1 · Глава 823. Мысли о будущем

Когда взошло утреннее солнце, история длиной в тысячу пятьсот двадцать три года завершилась. В финале этой истории божество не снизошло в реальный мир, и хрупкие, ничтожные люди вновь уцелели в катастрофе. Истории многих ещё продолжались.

Семлер, сжимая боевой посох, неподвижно стоял посреди зала. Вокруг толпились затаившие дыхание, смертельно уставшие священники и рыцари. Донесения с поверхности только что доставили к верховному епископу, но тот аномальный феномен, что путал сон и явь, всё ещё не позволял ему поверить в окончательный исход. Он, как и все остальные, пребывал в напряжённом, тревожном ожидании и тихо ждал.

В этот краткий миг, когда утренняя заря залила всю область Оландейр, священникам казалось, что прошло целое столетие.

А затем в поле зрения каждого, в воздухе над залом, наконец заплясали искорки звёздного света.

Семлер услышал, как в его рассудок проникает древний, утомлённый голос:

—Всё кончилось… Собратья, мы в безопасности.

Это был голос Мейгора III.

После краткого безмолвия запоздалый взрыв ликования вдруг прокатился по всему залу!

—Получилось!! Мы остановили бога! — Межмировой Скиталец и верховный епископ Селена справились! — Мы живы! Мы живы!!

Под эти возгласы, накатывающие со всех сторон, словно прилив, Венди, ухаживавшая за ранеными, медленно выпрямилась. Заражение в глубинах её духа отступало, и она чувствовала, что её душа наконец-то по-настоящему, полностью освободилась. Она подняла голову и увидела, что стоявший неподалёку Юрил тоже смотрит на неё.

—Мы справились… — Венди медленно изогнула губы и улыбнулась улыбкой, идущей из самого сердца.

Юрил улыбнулся сложной, многозначной улыбкой. Он легко вздохнул и тихо проговорил, словно обращаясь к самому себе:

—…Мы хотя бы не уничтожили этот мир.

В центре зала вдруг возник поток света. Свет стянулся в единое целое, и у всех на глазах в нём сперва возник фонарь, а затем и женская фигура, держащая этот фонарь.

—Верховный епископ Селена! — Семлер тотчас направился к этой фигуре. — Вы снова спасли всю церковь…

Ореол света вокруг Селены постепенно угас. Конечно же, она здесь была лишь проекцией, отражавшейся в сознании окружающих. Перед лицом верховного епископа Семлера эта Святая с фонарём лишь покачала головой:

—На этот раз церковь спасла не я.

—Ах, Межмировой Скиталец, Он… — Семлер тут же понял. — Где же Он сейчас?

—Межмировой Скиталец пока вернулся. В конце концов, Он лишь спроецировал в нашу ментальную сеть своё воплощение. Вскоре Он снова свяжется с нами, — негромко ответила Селена, и её взгляд медленно обвёл весь зал. Ликующие священники, усталые, но возбуждённые рыцари, пережившие катастрофу служки — все они отразились в её глазах. Наконец она опустила веки. — Лишь благодаря вашим усилиям в реальном мире мы смогли добиться окончательного успеха.

Семлер с недоумением посмотрел на Селену. Он заметил, что выражение лица верховного епископа сложно, а чувства её, кажется, вовсе не так легки и радостны, как у остальных. Это сильно его озадачило:

—Верховный епископ Селена, вы, кажется… чем-то озабочены?

Селена вспомнила тот силуэт, гнавшийся за звёздным светом во тьме. Вспомнила самый трудный вопрос, на который ей довелось отвечать в этой жизни. Она долго молчала, потом наконец покачала головой:

—Я в порядке. Просто меня вдруг охватило сомнение.

—Сомнение?

—Верховный епископ Семлер, как вы считаете, каков величайший инстинкт цивилизации?

—Инстинкт? — Семлер задумался над этим несколько странным вопросом. Помедлив, он ответил неуверенно: — Продолжать самое себя?

—А за пределами продолжения самой себя? — снова спросила Селена. — За пределами простого «выжить»…

—Я… не знаю, — покачал головой Семлер. — На мой взгляд, нам на этом свете и просто продолжать себя уже достаточно трудно.

—И то верно, — Селена помедлила секунду и вдруг с облегчением, улыбнувшись, покачала головой. — И к тому же это вовсе не та область, в которой вы сильны.

Семлер догадался по её реакции, что эта «Святая», должно быть, пережила нечто в противоборстве со Всевышним Повествователем, оттого и явила вдруг такое, казалось бы, сентиментальное состояние. Но сейчас явно было не время расспрашивать о подробностях. В разлитом вокруг воодушевлении и праздничной атмосфере он первым овладел собой и задал вопрос:

—Верховный епископ Селена, теперь, когда угроза «богонисхождения» миновала, не пора ли нам подумать о будущем церкви?

—Разумеется, — кивнула Селена, тоже сдерживая свои чувства. — Хотя обстановка воодушевляет, времени на празднование у нас, увы, немного.

—Я только что тоже видела донесения с поверхности. Влияние Всевышнего Повествователя затронуло реальный мир. Слишком много свидетелей того, что творилось в Глотке Оландейра. Вести об этом, вероятно, вот-вот достигнут ушей Розетты. Эта штаб-квартира больше небезопасна.

—Согласно плану, ранее разработанному Его Святейшеством, мы должны немедленно начать перевод штаб-квартиры. Уходят все. Мы оставляем этот дворец, забираем все исследовательские материалы и припасы, какие можно унести. То, что нельзя унести, уничтожаем на месте. Взорвать центральные опоры, элементную оболочку и верхний свод — нельзя оставить ни следа.

—Следует перевести и опорные пункты, размещённые по территории Империи. В хаосе скоро появятся доносчики и перебежчики. При необходимости надо готовиться к полному оставлению всех опорных точек.

—Все собратья уходят в спячку, прекращают любую церковную деятельность и ждут единой команды. Согласно прежнему плану, партиями перебираться в сторону Сесила. Эту работу можно поручить Юрилу.

Селена говорила пункт за пунктом. Семлер с мрачным лицом всё выслушал, слегка кивнул и низким голосом произнёс:

—Вот до чего всё всё же дошло… Жаль только, что усилия семисот лет в одно утро обратились к начальной точке.

—Всё же лучше, чем полное уничтожение, — покачала головой Селена. — И у нас, по крайней мере, остались знания, накопленные за семьсот лет, и новая сила, готовая нас принять. Нельзя сказать, что мы целиком вернулись к началу.

—А что с ментальной сетью? — спросил Семлер.

—…Лишившись поддержки здешних устройств, функционирование ментальной сети сильно пострадает. Но, к счастью, её основа заложена в наш мозг, и пока выживет достаточно священников, она сможет работать на минимальных оборотах, — очевидно, Селена уже обдумывала этот вопрос и тотчас ответила: — Когда начнётся перевод, ментальная сеть перейдёт в базовый режим, Город Грёз больше открываться не будет — пока мы не построим новую штаб-квартиру в Сесиле. Его Святейшество сильно истощён поддержанием Изолята. Ближайшее время он посвятит отдыху и восстановлению. Делами сети будем ведать мы с верховным епископом Даниэлем. Главным образом — я. Верховный епископ Даниэль сейчас в Олдене. Учитывая соображения безопасности, он будет оказывать только техническую поддержку.

—Мм, понял, — кивнул Семлер. — Таким образом, пока есть ментальная сеть, общая координация будет гораздо удобнее.

Затем Селена посмотрела в другую сторону зала — туда, где находился зал вычислительных узлов с мозговыми слугами. Её взгляд упал на наблюдательные окна и распахнутые ворота.

Семлер заметил её взгляд и, не дожидаясь её слов, произнёс с ноткой чувства:

—Верховный епископ Магран… Не беспокойтесь, мы заберём его.

Но Селена покачала головой и тихо ответила:

—Нет. Заберём всех.

—Всех… — Семлер на мгновение опешил, а затем нахмурился. — Вы имеете в виду всех мозговых слуг? Боюсь, что это… нет, это определённо потребует больше человеческих сил и средств и замедлит перевод…

—Я знаю. Но я уже подсчитала всё необходимое. Времени у нас действительно в обрез, но если постараться, нам хватит запаса, чтобы перевести всех мозговых слуг в запасные безопасные убежища, — Селена смотрела Семлеру в глаза. Возможно, это был самый нерациональный её поступок за сотни лет, но и чрезмерная сентиментальность не могла заставить её действовать во вред общему делу. Всё, что она сейчас говорила, было результатом тщательнейших расчётов. — Переводим партиями. В южные пределы Оландейра, в округ Дюсон, в округ Энчихок и в область Тарренкинс. Сесильская Рельсовая Вкладная Компания поможет нам с поездами или секретными вагонами. Нужные линии вскоре расчистят. Всё будет устроено.

—…Но так, боюсь, удастся перевести лишь часть, — нахмурился Семлер. — Суть в том, что мозговые слуги есть не только здесь. В ещё более удалённых опорных пунктах, за пределами железных дорог, которые вкладывают и контролируют Сесильцы, существует ещё несколько узлов для поддержки других Изолятов. Перевозить неподвижных мозговых слуг куда труднее, чем обычный персонал.

—Сколько сможем — столько перевезём, — ответила Селена. — А тех, кого не сможем, постараемся сохранить на местах.

—Сохранить на местах? Какой в этом смысл? — снова нахмурился Семлер. — Ментальная сеть сама по себе не нуждается в мозговых слугах. Они нужны лишь для поддержки системы Изолятов. Теперь, когда Проект Номер Ноль остановлен и в будущем его уже не запустить, эти мозговые слуги…

Он в недоумении посмотрел на Селену, но увидел лишь глубокие, спокойные глаза, в которых невозможно было прочесть ни мыслей, ни чувств.

Селена закрыла глаза, словно размышляя.

Это — воздаяние. Искупление за неверно избранный путь. Это — освобождение для самих себя, первый шаг к возвращению культа Спящих на истинный путь. И это — осмысленное исправление ошибок. Сесил получил биотехнологии Культа Всеобщего Конца, и там не для всех мозговых слуг исцеление невозможно…

Но сейчас была и более важная, и для всех более убедительная причина.

—Это входной билет, — открыла она глаза и посмотрела на верховного епископа Семлера. — Билет, чтобы Сесил, чтобы Межмировой Скиталец принял нас. У Сесила свои порядки и свои уложения. Если мы хотим вернуться под солнечный свет, мы должны начать добровольно принимать эти уложения уже сейчас. Верховный епископ Семлер, непременно доведите до всех: каждый выживший мозговой слуга сокращает для некоторых из нас будущий срок принудительных работ в шахтах и на заводах.

И добавила:

—Кроме того, напомните всем — не тешить себя иллюзиями, не думать, будто возможно уклониться от призыва и преобразований, что готовит Межмировой Скиталец. Не забывайте: на сей раз Он лишь спроецировал сознание вовнутрь Изолята, но поглотил «Всевышнего Повествователя», ставшего божеством. А ещё до этого Он проник и поставил под контроль всю ментальную сеть.

В душе Семлера постепенно просыпался священный трепет. С предельно серьёзным лицом он медленно кивнул:

—Я понял.

Лишь тогда Селена облегчённо выдохнула, и на её лице вдруг проступило чуть странное выражение.

—А теперь… обсудим вопрос верховного епископа Маграна.

Услышав это имя, не только Семлер, но и только что подошедшие Венди с Юрилом не сговариваясь опустили взгляды. Их лица сделались сложными.

—Верховный епископ Магран на сей раз принёс высочайшую жертву, — глухо произнесла Венди. — Наверное, нам следует причислить его к лику святых…

—Нет, я не об этом, — подняла правую руку Селена и вознесла фонарь сновидений. — Я о том…

Фонарь сновидений испустил слоистые волны мягкого света, и вдруг из этого света раздался знакомый всем зычный голос:

—Эй! Эй! Э-эй! Кто-нибудь слышит? Кто-нибудь слышит?! Что это за проклятое место, кто-нибудь слышит?

—Хэй! Меня заперли! Это ничуть не похоже на Первый Изолят! Кто-нибудь может сказать, что снаружи? Есть тут кто?! Есть кто-нибудь!!

Селена провела рукой над фонарём, выпуская душу, запертую в лампе. Разлетевшийся свет внезапно сжался на глазах у всех в человеческую фигуру. Рыжеволосый, приземистый Магран стоял посреди зала, полупрозрачный, и вытаращенными глазами озирался по сторонам.

Вокруг мгновенно воцарилась тишина.

—Я собрала его осколки у «границы», как когда-то Его Святейшество собрал осколки мои, — голос Селены разбил мимолётное безмолвие и неловкость. — Но, судя по всему, это доставило ему некоторые затруднения.

Магран услышал голос Селены рядом и с недоумением воззрился на знакомый зал. Машинально почесав волосы, он проговорил:

—Что за дела… Я же чётко помню, что уже…

Едва эти слова сорвались с его губ, как он увидел стоящего перед собой Юрила Чарльвина.

Сквозь озадаченность на лице быстро проступило смущение. Уголки его губ дёрнулись и с трудом приподнялись, и он нерешительно поздоровался:

—А-а, верховный епископ Юрил. Как видно… мы победили?

Юрил не отрываясь глядел на стоящего перед ним Маграна. Он молчал несколько долгих секунд, а затем стал медленно, дюйм за дюймом, поднимать правую руку —

медленно и решительно он показал средний палец.

(Конец главы)