Том 1. Глава 625

Все быстро одобрили план атаки. Учитывая пополнение в виде отряда каэдианок и припасов, добытых во время последнего боя, Боевые Волки были готовы к новому удару.

—Отличный выбор! Взять Пулориту — это все равно, что дать Мою пощечину прямо по его уродливому лицу. Если даже после этого он ничего не предпримет, то не сможет сохранить свой авторитет среди других городских лордов. — улыбнулся Ле Кэнь.

—Что ж, давайте сделаем это! Очень интересно посмотреть на королеву, которая производит темных.

Все посмотрели на Ван Дуна, который кивнул и произнес:

—Мы не сможем просто взять и войти в город, как сейчас. В этот раз заги будут готовы.

—Точно! Было бы неплохо прокрасться туда незамеченными и использовать запретное Искусство. — воскликнул Мишо. Прошло уже около трех дней с тех пор, как он последний раз призывал себе на помощь запретные силы, и к этому моменту молодой Небесный Наставник уже полностью восстановился.

—Именно это я и планировал. Мы можем прокрасться через стоки, а ты, Хайди, со своими девчонками подберешься к ним с воздуха.

Ван Дун очень внимательно взвесил все за и против своего плана. Будучи членом королевской стражи, Хайди не была обычной принцессой, которую нужно было спасать. Нет, она была компетентным бойцом «Металл». А как и большинство воинов «Металл», девушка скептически относилась к Искусствам. Хотя она и верила в силу Ван Дуна, как и почти во все его слова, отсутствие понимания подобных техник вызвало у Хайди сомнения. Однако, увидев, что все остальные были согласны с планом, каэдианская принцесса решила оставить эти сомнения при себе. Девушка была уверена, что Боевые Волки смогут взять город, но какой ценой? Каждый солдат сейчас на счету, и минимизация потерь должна быть в приоритете.

Хайди не планировала вести своих солдат на верную смерть. Она прибыла, чтобы помочь избранному в его миссии, и была настроена увидеть ее исполнение своими собственными глазами.

Все знали, что Ле Цзиньтянь не имел достаточно силы, чтобы убить Мою; иначе, он уже давно так бы и поступил. Благо, в начале войны для этого было множество возможностей. Ван Дун был единственным, кто может одолеть Темного Лорда.

Мою не был таким же тупым, как и его миньоны, а потому он постарается как можно дольше избегать этой битвы. И целью Хайди было создать для наследника Воина Клинка возможность сразиться с Темным Лордом. Ее план был прост: когда Ван Дун и его люди наконец найдут Мою, она встанет в окружение со своими солдатами, давая им возможность спокойно сразиться. Такова ее миссия, такая же простая, как и смертельная.

Когда оракул сказала, что Ван Дун — единственный, кто сможет победить Мою, Хайди без сомнений поверила в это. В конце концов, другого кандидата у нее не было.

Присоединившись к Боевым Волкам, принцесса увидела, что Ван Дун оказался гораздо более проницательным лидером, чем она думала. Даже когда казалось, что все идет хорошо, парень продолжал сохранять осторожность, внимательно взвешивая каждое свое решение.

Хайди думала, что как только она присоединиться к нему, наследник Воина Клинка сразу же направится в атаку на дворец Темного Лорда. Однако, девушка была приятно удивлена его стратегическим мышлением и острым умом.

Каэдинская принцесса признала, что Ван Дун отличался от мелких лидеров, вроде нее или Ле Кэня. Что-то случилось в жизни этого парня, из-за чего он стал тем, кем является сейчас, опередив всех остальных лучших воинов своего времени.

Ван Дун знал, чего он хочет. Знал, когда нужно двигаться вперед, а когда стоит подождать. Он видел все происходящее вокруг, как маленькие части огромного пазла. Способность видеть связь между всеми этими частями, давала ему понимание кратчайшего маршрута к главной цели. То, что в глазах других людей было отклонением от маршрута, в его глазах было необходимым маневром с целью избежать провал. Наследник Воина Клинка никогда не давал эгоизму и личным амбициям брать над собой верх. Строго говоря, у него похоже вообще не было никаких мирских желаний.

Хайди осторожно выслушала план боя и, увидев, что даже Ле Кэнь был со всем согласен, решила оставить свои сомнения при себе.

Молодой глава Дома Ле был достаточно умен, чтобы не противиться Ван Дуну, по крайней мере пока. Он должен был так поступить, все ради выживания.

Когда собрание было окончено, все отправились отдыхать. На следующее утро им предстояло выдвигаться дальше.

В конференц-зале остались только Ван Дун и Хайди. Они знали, что им обоим было что сказать друг другу. Ле Кэнь поначалу настаивал на том, чтобы остаться с ними, но Мишо силой выволок его наружу.

—Брат Ван, я никогда бы не подумала, что снова тебя увижу. — спокойно сказала Хайди.

—Спасибо, что не называешь меня избранным… Хаха! — рассмеялся Ван Дун. Он знал, что Хайди хотела ему что-то сказать, возможно попросить о чем-то.

—Если моя мать узнает, что я обратилась к тебе по имени, она будет расстроена. — на лице девушки наконец показалась еле заметная улыбка.

—Хехе, ты должна почаще улыбаться. Наполни себя позитивной энергией. — пошутил парень.

После этих слов, улыбка исчезла с лица принцессы: — Трудно быть позитивной, живя в таком мире.

—Почему нет? Неужели нужно постоянно быть такими мрачными, только из-за того, что идет война? Это мы решаем как жить… мы выбираем быть счастливыми.

—У нас и вправду есть выбор? — с сомнением спросила Хайди.

—Конечно! Но ты должна верить в свой выбор, жить им и учиться через него. Никто не сможет спасти нас, кроме нас самих, а потому не переставай верить в себя. — с улыбкой сказал Ван Дун. В ответ на это Хайди криво улыбнулась. Было легче сказать, чем сделать.

—Есть кое-то… Моя мать велела держать это при себе, но я считаю, что ты должен знать.

—Спасибо, я весь во внимании.

—Я привела с собой лучших наших солдат, и все мы готовы умереть ради выполнения твоей миссии. Однако, в обмен на это ты должен гарантировать выживание моей расы. Я хочу услышать твое обещание. — сказала Хайди с мольбой в голосе.

Ван Дун бросил взгляд на каэдианскую принцессу. Она отбросила всю свою гордость и честь, которой привыкла защищаться от окружающего мира, и обнажила перед ним свой хрупкий разум. Что бы он сейчас не решил сказать, ему нужно быть очень осторожным с подбором слов.

—Каэдианцы всегда были частью Конфедерации, а потому никто не посмеет навредить вам. Я рад, что ты решила сражаться бок о бок со мной, и даю слово: до тех пор, пока я жив, я не позволю никому причинить вреда тебе или твоей расе. — твердо заявил Ван Дун.

После этих слов на лице Хайди расцвела улыбка.

—Ты гораздо лучше, чем этот негодяй Ле Кэнь. Если бы на твоем месте был Ле Кэнь, то он попросил бы меня… — Хайди запнулась на полуслове, и на ее лице появился стыдливый румянец.

Ван Дун внимательно осмотрел прекрасное лицо девушки. Происходящее невероятно его забавляло.

—Как я и говорил, тебе нужно почаще улыбаться. Твоя красота — это тоже сила, особенно над такими мужчинами, как Ле Кэнь. Она способна дать им храбрость, способна заставить сражаться за тебя. Ле Кэнь может казаться неразборчивым плейбоем, но он нечто гораздо большее, я гарантирую. Говоря об этом, я тоже не такой уж и джентльмен, ха-ха! — рассмеялся Ван Дун.

Ван Дун любил шутить, и Хайди в этот раз сама напросилась.

Воины проявляли себя гораздо лучше, когда были расслаблены. Именно по этой причине Ван Дун всегда держал в своей команде несколько дурней, вроде Тан Бу. Они помогали снимать нервное напряжение.

Хайди покраснела. Она еще не раскрыла перед остальными, в чем заключается вторая часть ее миссии, но знала, что должна растопить лед, как бы неловко это не было.

—Я просто шучу! — объяснил Ван Дун.

Застенчивость переборола чувство долга, но Хайди все-таки собралась с мыслями и сказала:

—Я это сразу поняла.

…

На следующее утро город Пулорита наполнился напуганными воплями темных.

Человеческий Дьявол пришёл!

Каэдианцы атаковали с воздуха, в то время как Боевые Волки ринулись в атаку с земли на своих адских скакунах.

Спустя какое-то время заги начали покидать стены города, чтобы дать захватчикам отпор. Несмотря на огромные оборонительные силы, лютоволки прорезали их ряды, как нож масло. Они быстро миновали безвкусных примитивных загов, и кинулись прямо на переполненных питательными веществами темных.