Том 3 · Глава 43. Интерлюдия: Петь, глядя на Луну
На закате, когда дневная жара спадала.
Старинное святилище на горе в Тсукиносе было залито алым светом.
У святилища была долгая история. Здание сохранило свой облик с эпохи Эдо.
За храмом стоял вполне современный дом, на кухне которого Саки находилась с серьёзным выражением, будто вдевала нитку в иголку.
Четыре столовые ложки соевого соуса, четыре столовые ложки мирина, четыре столовые ложки саке, четыре столовые ложки сахара...
Не только лицо было напряжено, но и руки, она добавляла в кастрюлю приправы.
Ощутив аромат, Саки улыбнулась.
Не надо так точно измерять, больше времени тратишь.
Н-ну-ка, мама, не мешай!
Да, да, про крышку не забудь.
М?! К-как раз собиралась закрыть!
Она спешно закрыла крышку.
Под контролем матери Саки готовила никудзяга.
В масле она обжарила мелко нарезанное мясо, добавила нарезанные крупными кубиками картофель и морковь, лук и снова стала обжаривать. Потом добавила бульон с даси и приправы, потом добавила сиратаки, сняла пенку и стала тушить на медленном огне.
Это одно из классических блюд. Наверняка и Хаято его готовит.
«У-у-у... Получится ли?»
Она придерживалась рецепта. Никаких экспериментов.
В последнее время Саки стала чаще готовить ужин. Всё потому, что в следующем году она покинет деревню и начнёт жить самостоятельно.
В Тсукиносе это не редкость. Так как до старшей школы два часа пути, многие покидают деревню. Обычно выбирают школу с общежитием, потому за питание переживать не приходится.
«Я-я тоже смогу помогать в готовке!»
Вдохновением послужила Харуки.
Чувствуя неловкость от того, что ей постоянно готовят, она стала учиться у Хаято и Минамо.
Раньше она только чистила и нарезала овощи, приносила приправы и посуду, но теперь ей позволяли готовить простые блюда.
Представляя это, Саки испытала небольшую, нет, самую настоящую ревность.
Хоть и понимала, что ничего с этим сделать не может, она обижалась, что между ними разница в целый год.
Она смотрела на то, как еда кипит. И переживала за вкус.
Получится ли? Посчитает ли он еду вкусной? Какие приправы ему вообще нравятся?
Мальчикам нравятся более насыщенные приправы, хорошо сочетающиеся с рисом. Хаято-кун после разделки кабана на барбекю добавлял много соуса.
М?! Мама!
Мать будто прочитала, что у неё на душе, и девочка запротестовала.
После ужина.
В преддверии фестиваля Саки никогда не пропускала тренировки.
Но на этой тренировке энтузиазма было меньше.
Мама могла бы хотя бы про мясо что-то сказать!
Смыв пот, Саки недовольно топала по коридору.
Дело в никудзяга. Мясо кабана имело слегка дикий вкус.
Что вообще значит «Запах кабана надо вывести саке и специями»?
Среди рецептов, найденных в сети, не было ни одного по приготовлению дикого кабана. Было похоже, что их вообще не едят.
Это была ловушка матери Саки — заменитель свинины. Типичная ловушка для Тсукиносе.
Кстати, над ней стали подтрунивать «Хорошо, что заметила до того, как это сделал Хаято-кун» и она обиженно закричала «Всё не так!».
... А.
Вернувшись в комнату, она увидела уведомление на телефоне. Похоже в групповом чате.
О чём сегодня пойдёт речь?
Чем занимался сегодня Хаято?
Случилось ли что-то драматическое с Харуки?
Гнев по отношению к матери сменился предвкушением, беспокойством и завистью, когда она неуверенно разблокировала телефон.
Сидя прямо на кровати, она глубоко вдохнула, держа телефон двумя руками перед грудью.
Ну ладно!.. М-м-м?
Набравшись решимости, она стала читать и не поверила своим глазам. Там писала Химеко.
«Живая знаменитость», «настоящая, вблизи», «место, которое я видела лишь по телеку», «я впервые увидела камеру, большая», «возможно меня по телеку покажут», «надо было одежду получше выбрать», «всё братик виноват».
Судя по тексту, она увидела знаменитость на мероприятии, пока гуляла. Это объясняло восторг. Она возбуждённо писала.
Саки улыбнулась, видя привычную Химеко.
Дальше тема сменилась, но энтузиазм Химеко никуда не делся. Однако она была тут не единственной.
«Не честно, не честно, не честно! Только братик якинику ел! Жаркое, кальби, язык, филе!»
«Съел... Стейк, вырезка, окорок... Хаято всё съел... Инстинктивно жевал...»
«Плевать на боль в животе, это вызов пределу. Есть ограничение по времени, и тут нужна стратегия... Тут не до переживаний о весе».
«Р-р-р-р...»
Это было похоже на обычную перепалку.
Девушки и сами хотели якинику, они не злились на него, просто дулись за то, что он пошёл без них. Хаято и сам это понимал.
Это была та самая сцена, которую она наблюдала в Тсукиносе и частью которой мечтала стать.
Она завидовала Харуки.
Появившись, Харуки стала близка и с её лучшей подругой.
Она понимала, что если ничего не предпримет, ничего не изменится. Она знала, что необходимо. Активность. Она глубоко вдохнула и сжала кулак.
«Добрый вечер. Брат, ты ходил есть якинику? В тайне от Химе-тян и Харуки-сан?»
«М-Мурао-сан?!»
«А, Саки-тян! Братик с друзьями в тайне от нас пошёл есть в заведение «ешь сколько влезет» и объелся! Ничего нам вообще не сказал! Жестоко, скажи!»
«Ещё и нам угрожает, что нас снова разнесёт и про жир говорит!»
Испытывая волнение, она вставила озорной комментарий.
Она переживала, что её могут возненавидеть, но девушки увлеклись разговором, а Хаято вставил шпильку. Было ясно, что Саки общается слегка не так, как обычно.
Это было забавно, и она подумала, что хоть Хаято и старше, но всё равно милый. Это был комфортный и предсказуемый диалог, который ждала девушка.
На лице играла улыбка, а в душе было волнение. Потому она добавила и своё желание.
«Раз уж брак так плохо себя повёл, пусть сам готовит барбекю, когда вы приедете в Тсукиносе».
Она с нетерпением ждала ответ.
Это было достаточно дерзкое для неё предложение.
«Ва, барбекю! Хочу поесть шашлыки с соусом! И кисло-сладкие рёбрышки!»
«Хочу гору курицы с травами! Хаято, ты говорил про трюк с огнём, мне как раз очень интересно!»
«Химеко, это не так легко... И не прыгай так, снизу слышно!»
Настроение Химеко быстро улучшилось.
Понимая, какая простая у неё подруга, Саки рассмеялась, но что-то её беспокоило. Что это, она не сразу поняла.
Но инстинкты подсказывали, что игнорировать это нельзя.
И прежде чем Саки успела понять, Харуки дала ответ.
«Саки-тян, я тоже еду в Тсукиносе. Могу я положиться на тебя?»
... А,
Никайдо Харуки приедет в Тсукиносе... Пусть её встретят бестактные слова и взгляды, она была полна решимости.
«... Харуки, ты тоже едешь?»
«Ва, Хару-тян тоже едет! Значит мы вместе в юката пойдём на фестиваль!»
«Ага, ага, надо, раз уж едем. Юката, ага, будет здорово».
«Хи-хи, я сделаю всё, чтобы ты была желанной гостьей».
Она ощутила перемену в Харуки.
Её сердце так сильно колотилось, что она переживала, что это могут услышать в чате. Саки выглядела более взволнованной, чем предполагала.
«Что касается конкретной даты, фестиваль будет...»
Она перевела тему. К счастью брат и сестра переключились на тему уборки дома, и никто ничего не заметил, так что Саки вздохнула с облегчением.
Но волнение вернуло следующее личное сообщение.
«Когда приеду, хочу пообщаться».
О чём, не написано. Но легко было представить, о чём речь.
В голове стало пусто, она так и не ответила Харуки, просто смотрела на луну.