Том 1 · Глава 52. 1

Мы смогли лечь в кровать, лишь после того, как прошло много времени с тех пор, как мы миновали сражения под предлогом разговора.

Прежде всего, сложно было определиться, кто и где будет лежать в кровати. Каждый настаивал на том, чтобы спать рядом со мной, потому что около меня было два места.

—Давайте поспорим, и победитель будет спать с ней рядом!

—Разве это — не самый удобный для тебя способ, брат? Это несправедливо. Как насчет викторины по истории?

—Эй! А это удобно для тебя!

—Не начинай. Почему бы нам не объяснить теорию Шумаха, а Розиана выберет того, кто объяснит лучше всех?

—Шумаха? Это что? Я не хочу этого делать! Очевидно, я же проиграю! — бесстрашно закричал Эрайт.

—Серьезно. Тогда давайте поговорим о чем-нибудь несложном. Как насчет того, что составляет дружбу?

—Кажется, ты, наконец-то, изобрел хорошую идею, братишка.

—Не знаю, что-то в этом роде: друзья — это друзья, что ты подразумеваешь под составляющими дружбы? Прежде всего, у тебя хоть друзья когда-нибудь были?

В этот момент Лив и Берник умолкли. И тут Эрайт впервые в жизни побил их словами.

Лив с угрюмым выражением лица возразил:

—Что такого важного в друзьях? Пока сестра рядом, мне этого достаточно.

Берник кивнул и согласился.

—Верно. Пока Розиана у нас есть, этого довольно. Как насчет того, чтобы поспать на полу, брат-любитель друзей?

—Те, у кого беда с отношениями, много болтают? — усмехнулся Эрайт, воспользовавшись случаем.

—Но у меня тоже нет друзей.

При моих словах Эрайт, у которого на лице вдруг появилось такое выражение, будто он подвергся удару молнией, плюхнулся на землю, как главная героиня мелодрамы.

—Брат, перебор. Как можно так жестоко наседать на Розиану? Я точно расскажу отцу об этом, так что лучше готовься.

—Верно, брат. Как можно быть старшим братом и ранить сердце сестры такими злыми словами? Я и в самом деле не знаю, смогу ли найти в тебе хоть какие-то качества брата, даже если промою глаза.

Это было всего одно слово, но реакция получилась бурная.

Как только я зевнула от усталости и украдкой поднялась, чтобы вмешаться, Лив, который следил за мной, быстро сказал:

—Взгляните на это. Как же сестре, должно быть, мучительно подниматься со слезами на глазах? Ты так жесток, брат.

—Ты говоришь только правильные вещи, братишка. Как ты мог так издеваться над Розианой? Ведь ее растили с большой любовью.

—Я устала.

Я хотела сказать, что слезы выступили у меня на глазах просто потому, что я зевнула.

Во всяком случае, когда я заговорила, подумав, что, если я оставлю все кака есть, словесная перепалка не кончится, Лив уставился на Эрайта.

—Слова брата совсем как кинжал, которым ты ударил сестру, она устала от этого. Тебе лучше было бы почистить свой язык.

—Раз уж мы заговорили на эту тему, думаю, тебе нужно научиться говорить красиво.

Мне стало жаль Эрайта, который уставился в пол с таким выражением, словно был неудачником, подвергшись постоянным нападкам.

Поэтому я подошла к нему и осторожно потрепала по плечу.

—Как бы я над этим ни размышлял, а Розиана, безусловно, ангел. Тебе так не кажется, братишка?

—Ты прав, брат. Подумать только, ты жалеешь сумасшедшего пса, не будет преувеличением сказать, ты... ты — святая.

Я схожу с ума.

Услышав слова, которые сложно было услышать, будучи в здравом уме, я захотела алкоголя. Конечно, так как мне было девять, это было неосуществимое желание.

Чтобы быстро положить конец этой ужасной ситуации, я подошла к столу, порвала лист бумаги натрое, нарисовала на двух круг и на одном - Х, сложила их и положила на стол.

—На двух листах — круги, а на одном — Х. Если вы вытащите круг, то спите рядом со мной, если Х, то спите в изножье. Если выберете его, это нельзя будет отменить, и вам придется слушаться, не говоря ни слова. Поняли?

В ответ на кучу вопросов, я легла в постель. Не потому, что устала физически, но потому, что слишком утомилась умственно.

Честно говоря, эти трое пугают даже больше грозы.

Комната, полная криков и веселья, притихла. Эрайт лежал слева от меня, а Берник - справа.

Лив, вытащив Х, оскалил зубы и лег рядом с Берником.

—Всем доброй ночи.

Это и правда был утомительный день. Сегодня, думаю, я буду спать крепче, чем когда-либо.

Позавтракав, они отправились в свои дворцы на занятия. Вскоре я поприветствовала Шуйшу, который вошел в комнату.

—Тебе хорошо спалось?

В ответ на мой вопрос он, принявший вид кота, слился с тенью на полу и появился уже в человеческом обличье.

—Да.

Теперь, когда я увидела это своими глазами, это действительно показалось удивительным. Если бы не красная ленточка кругом шеи, вообще не догадаешься, что он и кот - это одно и то же.

—Я переловил всех мышей.

—И теперь ты уходишь?

—Да.

Это было быстрее, чем я ожидала. Я поднялась со своего места и встала напротив Шуйши. От него исходил приятный аромат рассвета.

—Что бы ты хотел получить в награду?

—Мне не нужна награда.

—А?

Я не ожидала такого заявления, поэтому ответила автоматически.

—Так нельзя. Ты обязательно должен получить плату за свои труды.

—Я не сделал ничего достаточно ценного для того, чтобы получать нечто в таком роде.

В мгновение ока я лишилась дара речи.

—Тогда...

Пока я неловко придумывала, что бы сказать, Шуйша исчез в полу, словно утонул в нем.

Как будто я всегда была одна в этой комнате. После торопливого прощания воцарилась только тишина.

Вскоре после прощания с неба начал литься дождь.

Я слегка раздвинула занавески, но снаружи установилась густая тьма, которая, казалось, отображала мою подавленность.