Том 1 · Глава 111. Будни (2)
В тот же вечер пришло сообщение и от Лиа. Поскольку после выхода дорамы мне написали многие, в ее сообщении не было ничего необычного.
Хотя я больше привык звать ее Лиа, на экране телефона высветилось «Хан Джэ Хи» — ее настоящее имя.
Никаких приветствий — просто чистые впечатления, ничего лишнего.
Я посмотрел на экран телефона и усмехнулся.
С момента выхода дорамы прошло уже прилично времени, так что она, должно быть, разрывалась из-за плотного графика и только сейчас выкроила минутку на просмотр.
Да и сама реакция оказалась настолько несвойственной обычной Хан Джэ Хи, что меня разобрал еще больший смех.
Ответ прилетел практически мгновенно.
Судя по ее словам, она не ожидала, что я сразу же приступлю к новым съемкам.
Неужели она правда хотела увидеть больше? От этой мысли стало приятно.
Да и не только в этой сфере — она в принципе была моей сонбэ в индустрии развлечений.
К тому же у нас изначально имелась приличная разница в возрасте.
Хотя во время общения это совсем не чувствовалось.
Справляться с трудностями вместе с кем-то определенно легче, чем в одиночку.
Возможно, это играет куда более важную роль, чем кажется.
Насчет одиночной работы она была права.
Но вот утверждение, будто мне не с кем разделить эти трудности, было не совсем верным.
Стоило мне отправить ответ, как над окном чата то появлялась, то исчезала надпись «печатает...» — и так продолжалось довольно долго.
Много... Хотя единственной девушкой из моего окружения, которую Хан Джэ Хи видела лично, была Ли Соль.
Я помедлил, подбирая слова для ответа.
Но даже набирая эти строки, я не чувствовал полной уверенности.
В конце концов, Лиа ведь не знала всей ситуации.
Быстро приближался день начала съемок фильма режиссера Хвана У Бома под названием «Улица мертвецов».
И стоило процессу запуститься, как потянулись привычные загруженные будни.
В этот раз съемки снова наложились на расписание после выхода моей предыдущей работы, поэтому я не мог часто участвовать в сторонних мероприятиях.
На самом деле я считал, что мне повезло.
Агентство с пониманием отнеслось к ситуации, посчитав этот период важным и полезным для меня, так что особо не настаивало.
Съемки обещали быть долгими. Ничего не поделаешь — масштаб у картины намечался грандиозный.
Во время прослушивания режиссер Хван У Бом, посмотрев мою сцену, сказал:
Должно быть, ты проделал колоссальную подготовку. Я верю, что есть вещи, которых можно достичь одними лишь стараниями, а есть те, которые подготовке не поддаются. Актер Ли Мин У, в тебе сочетается и то, и другое. Теперь я абсолютно уверен, что ты поможешь сделать этот фильм по-настоящему захватывающим.
Похоже, присутствующие впервые видели, чтобы режиссер Хван У Бом так высоко о ком-то отзывался, потому что остальные сотрудники заметно растерялись.
И это логично. Прослушивание ведь даже не подошло к концу.
По сути, он прямо на месте объявил, что я прошел.
Да и вообще, разве это обычное дело, когда режиссер, чьи фильмы собирают по десять миллионов зрителей, расточает подобные похвалы?
Что я тогда ответил?
Наверное, просто поклонился и поблагодарил.
Настолько банальная реакция, что воспоминание стерлось из памяти.
Услышав мой ответ, режиссер Хван У Бом лишь улыбнулся и больше ничего не добавил.
После этого прослушивание завершилось чисто формально. А вскоре мне пришло официальное подтверждение.
Снято!
Голос режиссера Хвана У Бома вернул меня в реальность.
Свет софитов бил мне в лицо, а позади суетилась съемочная группа.
Режиссер Хван У Бом сидел перед монитором, отсматривая только что снятый дубль. Он еще раз наклонил голову, вглядываясь в экран, и слегка кивнул.
Мин У, подойди-ка.
Поскольку это была моя сольная сцена, все остальные актеры в кадре играли лишь эпизодические роли.
Я слегка поклонился работавшим на площадке людям и направился к монитору.
После нескольких встреч мы с режиссером Хваном У Бомом успели неплохо поладить.
Мы виделись на предварительных встречах после прослушивания, на чтении сценария, он даже приходил пообщаться на тренировки по экшен-подготовке. Да и совместных съемочных дней у нас уже накопилось прилично.
За это время режиссер Хван У Бом незаметно перешел на «ты».
Учитывая нашу разницу в возрасте, мне так тоже было гораздо комфортнее.
Сблизившись с ним, я понял, что режиссер Хван У Бом — человек куда более дружелюбный, чем казалось. В нем не чувствовалось ни капли того высокомерия или давления, которых обычно ждешь от режиссера-десятимиллионника.
Когда я встал рядом, режиссер Хван У Бом заговорил:
Хорошо.
Всего одно короткое слово, но в нем отчетливо слышалось удовлетворение.
Изначально я планировал дать тебе больше указаний по этой сцене.
Да?
Но теперь вижу, что дубль получился отличным. Ты сам прекрасно понимаешь, где нужно поумерить пыл, а где показать эмоции. Если я начну объяснять это словами, сцена может потерять свою живость.
...Спасибо за столь высокую оценку.
Режиссер Хван У Бом негромко рассмеялся.
Ну вот, опять твои шаблонные ответы.
Но не мог же я вести себя развязно. Разница в возрасте была слишком велика для подобных шуток.
В любом случае мне нравится, как ты чувствуешь и передаешь персонажа.
Режиссер Хван У Бом поднял руку, обращаясь к съемочной группе:
Отлично. Переходим к следующей сцене.
Едва прозвучала команда, как площадка снова пришла в движение.
Я на мгновение замер посреди этой суеты.
Тогда режиссер Хван У Бом говорил, что уверен во мне... а теперь признал, что ему нравится моя игра.
Эти слова прозвучали как подтверждение того, что я двигаюсь в правильном направлении.
Съемки затянулись, так что после окончания каникул промежуточные экзамены пролетели в одно мгновение. Время словно испарилось.
Мне и раньше приходилось совмещать учебу с работой. Но тогда казалось, что я делю силы примерно поровну.
В этот же раз чаша весов явно склонилась в сторону съемок.
И той, кто помог мне со всем справиться, стала Юн Со Ха.
В дни, когда я пропускал занятия, Юн Со Ха всегда присылала подобные сообщения.
Она кратко конспектировала темы, на которые учитель делал упор, и вопросы одноклассников, а когда я приходил в школу, сама подходила ко мне на переменах, чтобы ввести в курс дела.
На вчерашнем уроке мы дошли вот досюда.
Ее тон всегда оставался деловым и спокойным, отчего моя благодарность становилась лишь сильнее.
Я оторвал взгляд от конспектов и буднично произнес:
Давай сходим куда-нибудь вкусно поесть, когда закончатся съемки.
Юн Со Ха замерла.
Вместо ответа она повернула голову и огляделась по сторонам.
Реакция оказалась неожиданной, поэтому я тоже огляделся.
Кого ты ищешь?
...Ли Соль.
Ли Соль? А зачем?
Потому что услышь она это, подняла бы жуткий шум.
А-а, тут мне пришлось согласиться — услышь Ли Соль эти слова, она бы точно не смолчала.
Пожалуй, ты права.
...Только мы вдвоем, верно?
Я кивнул в ответ на вопрос Юн Со Ха.
Юн Со Ха молча опустила взгляд обратно к тетради.
Ее лицо, на котором она отчаянно пыталась изобразить равнодушие, выглядело довольно мило, но я не стал ничего добавлять.
К слову, свое обещание Ли Соль я тоже выполнил.
То самое, которое дал после того, как она несколько дней подряд канючила, что хочет прийти ко мне в гости.
В тот день я отправил Ли Да Гён погулять, чтобы она где-нибудь скоротала время, и Ли Соль пришла ко мне, пока дома никого не было.
Но, к удивлению, ничего особенного не произошло.
Было бы несправедливо винить во всем меня — дело оказалось в самой Ли Соль.
Девчонка, которая так уверенно рвалась ко мне домой, стоило ей переступить порог, застеснялась куда сильнее меня.
Одно дело — воинственно заявлять об этом в переписке, и совсем другое — оказаться наедине в закрытом пространстве.
Оказавшись в квартире, она жутко засмущалась. До такой степени, что даже обычные разговоры, которые мы вели каждый день не задумываясь, стали натянутыми и неловкими.
Впрочем, наблюдать за ней в таком состоянии само по себе было отличным развлечением.
В итоге все свелось к тому, что мы поели приготовленную мной еду, немного посидели рядышком на диване перед телевизором, поболтали о всякой ерунде — и все.
Ведь вскоре должна была вернуться Ли Да Гён.
Мне запомнились лишь слова, которые Ли Соль, надув губы, бросила у самого порога перед уходом:
...Сегодня я тебя так и быть пощажу.