Том 1 · Глава 77. Уверенность
Атмосфера на съемочной площадке была на удивление умиротворенной.
Конечно, это вовсе не значило, что все сидели без дела. Наоборот, съемки продвигались настолько гладко, что работы хватало с головой, но само ощущение оставалось именно таким.
Указания режиссера Ким Сан Тхэ порой казались туманными даже мне. И все же каждый раз, когда я пытался истолковать их по мере сил и отыгрывал роль, одобрительное «снято» звучало почти сразу.
«...Неужели всё правильно?»
Раз режиссер дает добро, значит, так оно и есть, но от этого становилось только непонятнее.
Даже ребенок-актер, из-за которого я так переживал, вел себя куда спокойнее, чем ожидалось. Глядя на него, невольно думалось, что он прирожденный артист.
Его родители утверждали, будто всё дело в том, что я ему понравился... но это явно было сказано просто из вежливости.
В этот раз... давай попробуем сыграть еще более сдержанно, чем раньше? Чтобы дыхание шло чуть медленнее.
Указание, словно бросающее вызов: возможно ли вообще такое сыграть?
...Я попробую.
Ответ был предрешен. Если просто попытаться, режиссер наверняка снова похвалит.
Помощник режиссера вышел вперед с хлопушкой. Камера вновь нацелилась на меня. Шум на площадке постепенно стих, и прозвучала команда:
Мотор!
В этой сцене тоже почти не было движений. Чем дальше, тем сильнее всё сводилось к статике и монологам.
Когда я произнес последнюю реплику, режиссер Ким Сан Тхэ не отрываясь смотрел в монитор.
Чем дольше тянулось молчание, тем сильнее нарастала тревога.
«Вышло слишком пресно? Он просил сыграть сдержанно, и я сыграл, но вдруг со стороны это выглядит как полное отсутствие эмоций?»
Но едва эта мысль промелькнула в голове...
Идеально, правда?
...
Похоже, и в этот раз мне удалось попасть в точку.
Отлично. С этой сценой закончили, лучше уже не надо.
Лицо режиссера оставалось невозмутимым, но в глазах читалось явное удовлетворение.
Отличная работа, Мин У. Осталось снять лишь пару дополнительных кадров, и на этом всё. Правда, график для них довольно гибкий, так что тебе могут позвонить внезапно. Ничего страшного?
Всё в порядке. Я постараюсь подстроиться.
Ты, должно быть, устал за сегодня, но отлично справился.
Что вы, совсем нет. Я многому научился.
И это было чистой правдой. Если попытаться выразить это словами, то... я обрел уверенность.
Уверенность в том, что мои смутные догадки и были именно тем, чего хотел режиссер.
Режиссер Ким Сан Тхэ не отличался разговорчивостью вне рабочих моментов.
Он спокойно посмотрел на меня и произнес:
Чем дольше я наблюдаю за тобой, тем больше мне нравится твоя манера игры. С нетерпением жду, каким актером ты станешь через несколько лет. Оттого мне даже немного жаль.
Слово «жаль» озадачило меня, но он тут же пояснил:
У меня есть отдельный сценарий, над которым я сейчас работаю. Полный метр. Но ты пока не подходишь по возрасту.
Услышав это, я неловко улыбнулся:
Тут уж я ничего поделать не могу.
Верно. За одну ночь тебя не состарить.
Режиссер окинул меня еще одним взглядом и добавил:
Но на всякий случай я буду иметь тебя в виду.
Спасибо. Я буду стараться еще усерднее.
На этом моя часть съемок подошла к концу.
Всего две серии за всю дораму.
Да и съемочного времени потребовалось совсем немного. Куда меньше, чем я рассчитывал.
Неужели режиссер Ким Сан Тхэ всегда снимает так стремительно? Казалось именно так.
Я не удержался и спросил у ребят из съемочной группы:
Он обычно всегда так работает?
Нет. Ни в коем случае. Обычно он подолгу возится даже с одной сценой. Меняет эмоциональные акценты, перестраивает тон диалогов. Да и требует от актеров он обычно очень многого.
Другой сотрудник, стоявший рядом, со смешком добавил:
Точно. Указания у режиссера довольно специфические, так что новички поначалу теряются.
Они даже упомянули, что среди персонала об этом ходит немало разговоров.
А...
Тогда через что же только что прошел я?
Должно быть, мои мысли слишком явно отразились на лице, потому что сотрудник тихо рассмеялся:
Думаю, Мин У просто необычайно быстро схватывает то, чего хочет режиссер.
Хм... Правда?
Собеседник пожал плечами, явно забавляясь моей реакцией:
Ты, похоже, не веришь. Но я от него еще ни разу в жизни не слышал слова «идеально».
Неужели больше никого нет?
Сценическое имя — Лиа, настоящее — Хан Джэ Хи.
Подперев подбородок рукой, она сидела перед монитором.
На экране крутился черновой монтаж только что отснятого клипа. Синяя подсветка, плавные пролеты камеры и в меру стильная мизансцена.
И главный герой, стоящий в самом центре кадра.
Лиа некоторое время пристально всматривалась в происходящее, затем вздохнула и нахмурилась с мыслью: «Как я и думала».
Это совсем не годится. В утиль.
От этих слов воздух в переговорной застыл.
Разумеется, присутствуй здесь руководитель отдела планирования или сотрудники продюсерской компании, простым оцепенением дело бы не ограничилось.
Единственный человек, находившийся рядом, — менеджер Лии — лишь потер лоб.
Джэ Хи.
Да.
Ты же говорила, что он тебе нравится.
Говорила.
Ты.
Да.
Это ведь ты сказала, что он тебе нравится, и велела его позвать!
Лиа ответила, не отрывая взгляда от экрана:
А теперь не нравится.
...
Губы менеджера задрожали:
Ты... ты же сама сказала, что он хорош! Велела его утвердить, ты, чертова... чертова...
Сумасшедшая сучка?
Менеджер глубоко вдохнул. «Держи себя в руках. Ты обязан сдержаться. Если сорвешься прямо сейчас, то твоя карьера, человеческое достоинство и остаток отмеренных лет жизни полетят ко всем чертям одновременно».
Выдай она такое уже после полного завершения клипа, он бы наверняка не сдержался и высказал всё в лицо.
Хотя Лиа, понятное дело, и сама бы не стала затягивать до такого момента.
В любом случае, процедил он сквозь зубы:
Так или иначе... Ха-а... Послушай, из-за того, что ты всё забраковала, нам придется заново искать локации, проводить новый кастинг... Убытки прямо сейчас будут просто колоссальные.
Зато результат будет во столько же раз лучше.
Лиа произнесла это так, будто речь шла о чем-то само собой разумеющемся.
Результат?
Да. Разве я хоть раз выпускала то, чем сама осталась недовольна?
Такого не было ни разу.
В этом-то и заключалась проблема, если это вообще можно было назвать проблемой.
На взгляд менеджера, Лиа была маниакально помешанной на контроле. И одновременно с этим — законченной перфекционисткой.
Она никогда и ни за что не выпускала в свет то, в безупречности чего не была абсолютно уверена.
Для окружающих это было сродни пытке, выжимающей все соки, но конечный результат неизменно затыкал любые рты.
Этот образ с самого начала выстрелил на ура.
Тексты песен, музыка, продюсирование. Девушка-айдол, способная делать всё сама. Причем делающая это не спустя рукава... А главное — она была ослепительно красива.
Действующая императрица айдолов. Такой титул за красивые глазки не дают.
Вот только для менеджера всё это не служило ни малейшим утешением.
Тебе придется переснимать клип всю ночь напролет, и кто от этого пострадает?
Я сама и пострадаю.
Стоило Лие это признать, как менеджер в сердцах хлопнул по столу, словно наконец добился признания своей правоты:
Вот именно! Тебе снова придется не спать всю ночь. А завтра у тебя еще одно расписание, придется всё переносить, вся накопившаяся работа пойдет кувырком. Ни один нормальный человек такого не выдержит...
Я справлюсь.
Не выдержит... ты не выдержишь такой график!
Кто это сказал?
Ты просто невыносима...
Менеджер уставился в пустоту.
Это лицо. Это совершенно невозмутимое выражение лица. Ее талант выворачивать людям душу наизнанку со столь спокойным видом был поистине гениален.
Она выводила из себя настолько, что менеджер не сдержался и озвучил свои мысли вслух:
Честное слово... если бы ты не выступала уже седьмой год...
Ты только что случайно сказал то, о чем думал.
...Извини.
Менеджер тяжело вздохнул и продолжил:
И все же, следи за своим поведением хотя бы немного...
Разве я веду себя так перед фанатами?
...
С чего бы мне так обращаться с теми, кто меня любит?
Менеджер издал нервный смешок:
А как же мы?
А мы с вами коллеги по работе.
Обалдеть.
Точнее говоря, люди, которые вместе со мной создают мое творчество.
В конце концов менеджер лишь всплеснул руками:
Какое счастье, что нам снизошел поистине просветленный айдол, рождающийся раз в тысячелетие.
Меня так и называют.
Менеджер понял, что дальнейшие пререкания лишь поднимут ему давление.
Лиа снова повернулась к монитору. Кадр всё еще стоял на паузе: момент, где главный герой смотрел на Лию.
Он был красив.
Отличные пропорции, правильные черты лица. Типаж, который просто обожает камера. Проблема заключалась в том, что больше за этим лицом ничего не стояло.
Лиа вгляделась в экран и произнесла:
Души нет. Совсем нет души.
А она правда так уж нужна в музыкальном клипе? К тому же, если он сыграет слишком хорошо, это тоже будет не к добру...
Но ведь в этом весь концепт клипа, разве нет? Я же не продаю фанатам иллюзию дешевой романтики.
Придирчивость Лии ни для кого не была новостью, но в такие моменты каждый понимал: она вовсе не просто капризничает.
В голове Лии уже существовала законченная, идеальная картина. Проблема была лишь в том, что она безжалостно отсекала любую деталь, не дотягивающую до ее видения.
С усталым видом менеджер спросил:
И кого же ты тогда хочешь?
В тот же миг Лиа взяла телефон, словно только и ждала этой фразы. Ее глаза сверкнули, как у человека, услышавшего именно тот вопрос, на который был заготовлен ответ:
Его.
На экране застыл кадр из веб-дорам, наделавшей немало шума в последнее время.
Та самая веб-дорама, которая недавно гремела... Как ее там...
«Температура восемнадцати».
Точно, она самая.
Менеджер снова глянул на экран смартфона:
Разве он сейчас не должен отдыхать после съемок?
Я слышала, он уже взялся за новый проект.
...Что-то ты слишком много об этом знаешь. Да и вообще, если он уже снимается в другом месте, мы не сможем его позвать. График и без того трещит по швам.
Да ладно тебе, это же просто съемки клипа.
Ты всегда умеешь подогнать всё под свои хотелки.
От одних только мыслей об этом у него начинала раскалываться голова. Если всё забраковать и начать заново, сколько еще проблем свалится на их плечи?
Но что он мог поделать?
Менеджер посмотрел на стоящую перед ним девушку.
Лиа. Семь лет со дня дебюта. Но ей всего двадцать два года.
Ее характер был невыносимо придирчивым, а упрямство могло вывернуть наизнанку любого, однако...
Она уже побила бесчисленное множество рекордов и добилась таких высот, которые было невозможно уместить в простое слово «айдол».
Прирожденная звезда, олицетворявшая собой выражение «айдол, рождающийся раз в тысячелетие» лучше, чем кто-либо другой.