Том 1 · Глава 69. Что произошло в больнице (3)
Юн Сорин, которая какое-то время молча обирала виноградины с ветки одну за другой, наконец, кажется, привела свои мысли в порядок.
Она посмотрела на меня глазами, в которых читалась непривычная серьезность, и спросила:
Виноград... будешь есть?
А... да, если угостишь, я съем.
Юн Сорин поднялась со своего места, прошла мимо Амелии, подошла вплотную ко мне и принялась отправлять виноградины мне прямо в рот.
При виде этого Амелия на заднем плане издавала странные звуки, расплывшись в слегка двусмысленной улыбке,
а я, растерявшись от столь внезапного напора, послушно принимал и жевал ягоды.
Лишь спустя мгновение, продолжая жевать, я пришел в себя и подал голос:
Эм... вообще-то я могу двигать руками, обязательно было кормить меня с рук?..
Нет, спасибо, что покормила. Так даже удобнее, не нужно лишний раз шевелиться, спасибо тебе.
Заметив, как мгновенно переменилось лицо Юн Сорин, мой инстинкт выживания подсказал, что открывать рот дальше не сулит ничего хорошего.
Поэтому, словно птенец, принимающий пищу от матери, я просто продолжал послушно глотать виноградины, которые она одну за другой отправляла мне в рот.
Спустя примерно три минуты такого кормления в неловком молчании,
Юн Сорин с загадочным выражением лица, которое было невозможно прочесть, осторожно заговорила:
Я узнала обо всем, что там произошло, от охотника Джин Тэхуна, лидера Группы стратегии №2, который был на месте. Он сказал, что если бы ты вышел хотя бы на минуту... нет, на тридцать секунд позже, демоническая энергия полностью поглотила бы твое тело, и ты бы погиб.
Но ведь я выжил...
Почему ты сделал такой выбор? Разумеется, если бы Демон спустился вот так просто, в округе были бы десятки или сотни жертв. Так что я могу понять, почему ты бросился туда, чтобы остановить Прорыв Врат.
Мне хотелось как-то оправдаться... но ее голос и выражение лица были настолько серьезными, что я решил просто молча слушать.
Казалось, она действительно хотела выговориться.
Но судя по показаниям Чхве Ынхи, которая тогда зачищала Подземелье вместе с тобой, ты собирался войти туда, даже если бы ее не оказалось рядом... Неужели ты действительно не понимал, что это была бы собачья смерть?
...Понимал.
Тогда почему ты пытался войти, зная, что умрешь, зная, что это бессмысленная жертва?
Я какое-то время смотрел на Юн Сорин, которая все еще глядела на меня серьезным и встревоженным взглядом.
Затем я перевел взгляд на потолок больничной палаты и ненадолго задумался.
«И правда... даже сейчас, если подумать, это загадка. Почему я пытался войти туда, зная, что погибну?»
Если проанализировать ту ситуацию, правильным решением было не входить в Подземелье, а быстро покинуть этот район и эвакуировать как можно больше мирных жителей.
Затем следовало запросить поддержку и сдерживать монстров по мере сил, прежде чем отступить.
Это было бы верным решением.
Возможно, будь у меня талант Охотника S-ранга или кого-то вроде Ким Доюна, все сложилось бы иначе, но я был слаб.
И все же, хотя у меня явно было два пути, мысль о том, что пострадают десятки невинных людей, оказалась настолько невыносимой, что я попытался остановить Прорыв Врат в одиночку.
Я совершил глупость, на которую не пошли бы даже большинство Охотников S-ранга.
Поэтому даже в тот момент, когда я входил в Подземелье, и даже во время битвы с монстрами, я продолжал задаваться этим вопросом...
Но когда я вспомнил некоторые обрывки прошлого первоначального владельца этого тела, Кан Хёнсоля, я понял, почему сделал такой выбор.
«Наверное, это можно назвать своего рода травмой... чем-то похожим».
Пусть это был всего лишь фрагмент воспоминания, запечатлевший краткий миг во время Великого Бедствия.
На сердце стало тяжело, и нахлынула неописуемая ярость — чувство, что я больше не хочу видеть, как люди гибнут от рук Демонов.
Мне показалось, что именно гнев Кан Хёнсоля и это подсознательное желание, чтобы люди больше не умирали, заставили меня сделать такой выбор.
Конечно, никто никогда не узнает точной правды.
Я просто допускаю вероятность, что все было именно так.
Возможно, я просто не смог сохранить хладнокровие в пылу момента и принял глупое решение.
«Как бы то ни было, в итоге я выжил и спас людей, так что все в порядке... но как мне это объяснить...»
Повернув голову вбок, я увидел, что они обе все еще смотрят на меня, требуя объяснений.
Я мог бы просто как-нибудь отмахнуться... но почему-то именно сейчас.
Когда я наконец узнал хоть крупицу правды о туманном прошлом статиста по имени Кан Хёнсоль.
Я подумал, что если воспользуюсь этим и правильно все преподнесу, то смогу хотя бы немного развеять недопонимание, в котором они пребывали.
Поэтому я с трудом сглотнул слюну и медленно заговорил:
Просто... я очень не хотел видеть, как невинные люди гибнут от рук этих чертовых Демонов. Даже если бы это был всего один человек.
Они обе хранили молчание, никак не реагируя, словно внимательно вслушивались в каждое слово.
Десять лет назад, во время Пришествия Апостола, мои мама и папа погибли от рук этих чертовых Демонов прямо у меня на глазах...
Возможно, из-за этого воспоминания я подумал, что больше не хочу, чтобы люди становились жертвами Демонов,
и, кажется, бросился туда подсознательно, сам того не осознавая.
Выслушав это, Амелия и Юн Сорин какое-то время молчали.
Абсолютно ничего не говоря.
Не знаю, сколько именно секунд или минут длилось это молчание...
Но я физически ощутил, как воздух в больничной палате внезапно стал тяжелым и плотным.
И после долгой паузы первой заговорила Юн Сорин.
...... Вот как.
Выражение ее лица осталось прежним, но взгляд смягчился... самую малость.
Это была едва заметная перемена, но казалось, что она склоняется скорее к пониманию, нежели к простой жалости или сочувствию.
Теперь я понимаю, почему ты сделал такой выбор. Дело не в том, что ты хотел умереть, а в том, что ты хотел спать чью-то жизнь.
...Да.
И все же это было безрассудно, и это факт.
Юн Сорин слегка опустила голову и заговорила очень тихо, но твердо:
Я понимаю, почему ты так отчаянно стремишься стать сильнее и почему принял такое глупое, отчаянное решение в той ситуации... но надеюсь, в будущем ты будешь осторожнее. Если ты тот, кто познал боль утраты...
Эти слова попали в самую точку, поэтому я просто молча кивнул.
На этот раз Амелия слегка подалась вперед и мягко положила свою ладонь на тыльную сторону моей руки.
В этот раз даже не пытаясь это скрыть.
У Хёнсоля было такое печальное прошлое. Так вот почему ты каждый день так усердно тренировался, чтобы стать сильнее?
Ну... вроде того.
От этого я тоже чувствую себя немного виноватой! Не зная о таких обстоятельствах, я постоянно приставала к тебе с просьбами оценить вкус моих блюд! Прости меня!
Не стоит извиняться, еда помогает восстанавливать выносливость, так что все в порядке.
Вот как?
Амелия слегка улыбнулась.
Тогда, пожалуйста, не делай больше таких опасных глупостей в будущем и цени свою жизнь чуточку больше! Ведь тебе еще предстоит оценивать вкус моей стряпни!
Эти слова не были слишком легкомысленными, но и тяжелыми их назвать было нельзя.
Они звучали спокойно, словно констатация простого факта.
Затем Юн Сорин тоже вполне естественно кивнула.
Да, в столь юном возрасте, в двадцать лет, поддаваться жажде мести и безрассудно бросаться в пекло
...Почему вы обе сегодня выглядите такими крутыми?
Когда я заговорил, с трудом пытаясь похлопать в ладоши, они обе одновременно тихо рассмеялись.
Благодаря этому напряжение и негласное соперничество между ними до некоторой степени улеглись.
После этого, раз уж они пришли навестить меня в больнице, мы просто болтали о всяких пустяках.
О том, что София сегодня снова что-то увлеченно щебетала репортерам перед общежитием.
О слухах в Академии, которые уже успели смениться с «смерти Кан Хёнсоля» на «Героическое пробуждение», а затем и вовсе на то, что он просто лежит в больнице.
Высказав все, что хотели, и напоследок аккуратно прибрав корзину с фруктами, они осторожно поднялись со своих мест.
Что ж, я пойду. Если будет время, загляну завтра или послезавтра.
Я тоже обязательно приду проведать тебя, как только разберусь со своими делами~
Я кивнул.
Счастливо~
Доброй ночи.
Дверь тихо закрылась.
Больничная палата снова опустела.
Я медленно лег на кровать и выдохнул.
Потолок казался размытым.
Мои мысли сошлись воедино.
Ракмаэль, демон класса Монарха, убивший родителей Кан Хёнсоля... нет, моих родителей, которых я увидел в просвете воспоминаний.
Тот силуэт, ухмыляющийся, пока разрывал мою семью на части, словно игрушки.
Эмоции, которые вскипели во мне в тот миг.
Горло сдавило, а в кончики пальцев сама собой хлынула сила.
...Я обязательно найду тебя и убью.
Поклялся я шепотом, но твердым, непоколебимым голосом.
Звездная мана тоже начала очень медленно... и слабо сиять в самой глубине моего сердца, словно откликаясь на мою волю.
И благодаря тому, что Звездная мана проявила себя, я вспомнил о кое-чем забытом.
Точно. Мне нужно купить Порог накопления.
Благодаря получению крупной суммы в 40 000 СО, теперь я мог приобрести Порог накопления, который позволил бы мне без особых проблем использовать Магию Звезд вплоть до 6-го круга.
Поэтому без малейших колебаний я тут же открыл окно магазина и приобрел эту характеристику.
ТИРИНЬ!
Ранг: А
Описание: Постоянно действующая характеристика стойкости, которая позволяет запускать цикл медленного накопления ==> поддержания ==> использования магической силы, выносливости и силы воли внутри тела вместо того, чтобы мгновенно истощать их все.
Даже во время боя она управляет силой, стабилизируя дыхание, частоту сердечных сокращений и поток магической силы, накапливая их по крупицам вместо того, чтобы высвобождать все разом.
Она не делает вас заметно сильнее, но формирует базовую систему, позволяющую держаться до самого конца даже на грани обморока. Специализируется на затяжных боях, так как потеря эффективности со временем снижается.
Другими словами, это характеристика, которая не увеличивает мощь, но позволяет поддерживать ее в течение длительного времени, стабильно и без срывов.
Кх... это оно.
Поскольку эту характеристику я использовал уже сотни раз, я помнил ее описание почти наизусть, но, быстро пробежавшись по нему глазами,
я издал восхищенный вздох и закрыл окно описания.
Затем я с трудом поднял дрожащую руку и, потянув совсем немного маны из ноющего сердца и круга,
создал на ладони маленькую сферу, состоящую исключительно из Звездной маны.
...Ощущения определенно изменились.
Я потянул магическую силу из круга, как обычно делал при сотворении магии, и способ расхода магической силы явно немного изменился.
Как бы это объяснить?
Раньше каждый раз, когда я использовал магию 1-го круга, магическая сила размером с бейсбольный мяч расходовалась разом.
После получения характеристики Порог накопления расходуется тот же объем магической силы размером с бейсбольный мяч, но...
Процентов двадцать? Или тридцать словно очищаются и снова поглощаются телом?
Я использовал магическую силу, но часть ее восполнилась.
И к тому же, именно в виде Звездной магической силы.
Проведя эксперименты с Порогом накопления в течение почти тридцати минут, я внезапно уснул, словно провалившись в беспамятство.
На следующее утро.
Мои веки медленно приоткрылись.
Первым делом я увидел потолок, который оставался точно таким же, как и вчера, но мне показалось, что запах воздуха немного изменился.
«......? Что это за невероятно теплое чувство, из-за которого хочется, чтобы тебя обнимали вечно? Словно материнские объятия...»
В то же время, ощущая этот уют, я поправил растрепанные волосы и медленно приподнялся на постели.
И тут я обнаружил тонкую, белоснежную руку, обвившую меня.
Повернув голову еще немного и медленно проследив взглядом за рукой, на другом ее конце я увидел обладательницу волос лимонного цвета...
Чхве... Ынха?
...А? Хёнсоль!!
В мои уши ударил невероятно бодрый и звонкий голосок.
Эй, эй, ты чего?! Погоди... Чхве Ынха, постой минуту!..
Лицо Чхве Ынхи, которая обнимала и трясла меня всем телом, вцепившись в мою руку, оказалось прямо перед моим лицом.
Ее лимонное каре переливалось, словно утреннее солнце, а видимый левый небесно-голубой глаз влажно поблескивал.
Какое облегчение...! Ты наконец-то очнулся!! Хнык, я... я правда думала, что ты умрешь...
Я... благодарен за это... но что вообще происходит, не могла бы ты пока отпустить меня?
У меня появилось очень опасное предчувствие.
Тепло и прикосновения, передававшиеся от всего тела Чхве Ынхи, были настолько близкими, что, не будь я осторожен, мои инстинкты могли бы дрогнуть.
Поэтому я попытался поскорее успокоить ее и отстранить, пока никто не увидел... но, к несчастью, именно в этот момент.
ЩЕЛК.
Дверь палаты плавно открылась, совсем как вчера.
И на пороге показалось совершенно неожиданное сочетание людей.
Вечно энергичная исследовательница София Литвелл и невероятно сильная Воль Хаён пришли навестить меня одновременно.
Разумеется, завидев меня, обе они одновременно замерли у входа.
Хныыыык!!
Чхве Ынха все еще продолжала рыдать, повиснув у меня на шее.
«Ах, блять, серьезно, гребаный ты Обет удовольствия!!!»
Вчера мне едва удалось выкарабкаться, но сегодня у меня было стойкое ощущение, что меня действительно разорвут на части.