Том 6 · Глава 56. Послесловие автора

ПОСЛЕСЛОВИЕ

—А что, если, продолжая жить, я в конце концов умру? — думаю, каждый человек рано или поздно сталкивается с этим вопросом. Но когда я, будучи ещё относительно молодым писателем, наткнулся на него, то отмахнулся глупейшим выводом: — Бред, полнейший бред, люди ни за что не умирают! — И всё же люди, как это ни очевидно, смертны. Однажды они непременно умрут. Хочется возмутиться: — Да что ты такое несёшь? — но, похоже, всё именно так и предрешено. Это даже не прилично. И уж точно не смешно. Пусть даже появится какой-нибудь Ответственный за всё это, этот самый ответственный тоже когда-нибудь умрёт. Как бы сильно вы ни растягивали среднюю продолжительность жизни, как бы ни снижали вероятность смерти, сам факт того, что вы проживаете день за днём, судя по всему, лишь увеличивает ваши шансы умереть. Представьте коробку с лотерейными билетами, где соотношение выигрышных и проигрышных составляет примерно один к сорока тысячам, так что, даже вытягивая по одному билету каждый день, вы всё равно будете оставаться в проигрыше. И всё же день за днём люди продолжают жить, цепляясь за ненадёжные, ничем не обоснованные стратегии выигрыша в духе: — Вон с той стороны билеты кажутся выигрышными, — или: — Те, что лежат сверху, не перемешаны, брать их опасно, — либо просто довольствуются жалкими утешениями вроде: — Обычно такое не вытягивают. Поистине печальное зрелище. Когда придёт твоё время — ты умрешь, пусть даже от падения метеорита на голову. Лотерея — это азартная игра, но если шансы на победу ничтожно малы, это уже не азарт, а нечто совершенно иное.

Дальнейшие разглагольствования будут звучать сумбурно и никак не связаны с персонажами этой книги, однако ключевая фигура этой истории, Мадока Кучиха, — бессмертная девушка. И хотя повествование ведётся от первого лица, поскольку об этом факте написано и в других источниках, он верен с вероятностью в девяносто девять процентов. Но если сами значения таких устоявшихся слов, как «жизнь» и «смерть», не являются чем-то незыблемым, то меня это беспокоит, пусть это и чужие проблемы. Впрочем, если уж на то пошло, брат и сестра Ниоуномия — это сущность, разделившая изначально единую силу и слабость надвое. По большому счёту, они были лишь мостами, так и не сумевшими привести Повелителя бессмыслиц — нашего рассказчика — к его смерти. Да они и сами-то не жили толком. Сдаётся мне, в этой истории появились исключительно те персонажи, чьи проблемы лежали далеко за пределами таких понятий, как жизнь или смерть. Не сказать, чтобы книгу не штормило. Уж не знаю, какая карма привела к такому исходу, но в конце концов явился финальный босс — Волшебный Людоед: Близнецы Ниоуномия, Мастера резни.

А теперь, что касается моего ответственного редактора Ооты Кацуси-самы и иллюстратора Такэ-сан. Я бы с радостью выразил им традиционную благодарность, но у меня банально заканчиваются варианты того, как именно говорить им спасибо. Я уже и не знаю, какими словами это выразить, но даже если слова иссякнут, само моё чувство признательности не иссякнет никогда. И чтобы не иссякла моя любовь к читателям, ваш покорный слуга продолжит и впредь писать достойные тексты. Что ж, если между нами есть связь, я буду рад нашей следующей встрече.

Нисио Исин