Том 1 · Глава 7. День пятый. Ложь

Тебе заняться больше нечем?

1

Ириа‑сан совсем освободила Хикари‑сан от обязанностей. «Вместо этого помогай Кунагисе‑сан и этому парню» — сказали ей. Мягкий способ сказать «Да ни за что не доверю работу по дому главному подозреваемому», ну или по крайней мере отчасти имелось в виду именно это.

И вот, мы трое всё ещё были вместе, даже после того, как обед подошёл к концу.

—Идите без меня, — сказал я двум девушкам, когда мы возвращались в комнату Кунагисы. — Я хочу ненадолго забежать к Ирии‑сан. Кунагиса, вот, держи.

Я вытащил из кармана небольшой ножик и отдал его ей.

—Вы ходите с чем-то таким опасным? — удивилась Хикари.

—Юноша всегда хранит нож в сердце своём.

—А девушка хранит пистолет, — пошутила Кунагиса, забирая нож. — Что же, пойдём, Хикари‑тян.

—Но…

—Ничего, ничего. Оставим это на И‑тяна, — Кунагиса полуговорила-полутянула Хикари‑сан за собой. Пока они вдвоём, у Кунагисы не возникнет проблем с подъёмом по лестнице. Это одна из причин, по которой в нашей команде три человека.

—Что же, тогда пойдём.

Развернувшись на сто восемьдесят градусов, я зашагал в сторону комнаты Ирии‑сан.

Время просить ещё об одной «аудиенции». Я морально подготовился, затем глубоко вздохнул.

Я постучал в толстую дверь, дождался ответа и вошёл. Внутри были Ириа‑сан и Рэй‑сан, а также Акари‑сан и Тэруко‑сан, чего, я думаю, стоило ожидать, раз уж они в одной команде. Они все сидели на диванах, элегантно потягивая чёрный чай.

Акари‑сан смущённо избегала моего взгляда, словно стараясь сбежать. Она, наверное, жалела об утренней вспышке в Кунагисиной комнате. Это вполне естественно, но я тут не знаю, что делать с тем, как открыто она со мной говорила.

Рот Ирии‑сан медленно искривился в улыбку.

—Что-то случилось, эм… м… как тебя. Это ты предложил работать в командах, а теперь ты тут один? В этом проблема, так ведь? Ты знаешь, в твоей команде Хикари, и…

—Ириа‑сан, — перебил её я. — Эм, вы по-прежнему не планируете связываться с полицией, да?

—Ни за что.

Ледяной ответ.

Крайне холодная, резкая реакция.

Она просто изумительна.

Вы и в правду чудесны, Акагами Ириа‑сан.

—Честно говоря, я не думаю, что это хорошо, — сказал я.

—Вы желаете чёрного чая? — Рэй‑сан. Не дожидаясь моего ответа, она встала и подошла к чайнику. Ириа‑сан посмотрела на неё так, словно это что-то должно значить, но затем вновь обернулась ко мне.

—Если сейчас приедет полиция, ты и сам окажешься в весьма щекотливой ситуации, не думаешь? В конце концов, Аканэ‑сан была убита из-за твоих предположений.

—Больше не важно, окажусь я в «щекотливой ситуации» или нет. Я родился, чтобы давать отговорки. Что важнее, а что насчёт вас, Ириа‑сан? Вас тоже могут убить, знаете ли. Что по этому поводу думаете?

По приглашению Рэй‑сан, я уселся на свободное место на диване, рядом с Тэруко‑сан. Тэруко сан на меня даже не покосилась. Её бессмысленный взгляд был направлен в пустоту за её тёмными очками. Казалось, что у неё что-то не в то с фокусировкой. О нет, тут дело не в выравнивании. Они просто были не настроены на меня.

Чёрный чай был неплох.

Ириа‑сан долго молчала, прежде чем мне ответить, словно пытаясь запугать меня.

—Что я думаю? Обо всей ситуации? Это ужасно. Это ужасное событие. Конечно, это не всё, что я думаю, но что, если я задам тот же вопрос тебе? Что ты думаешь?

—Это опасная ситуация. У меня нет желания торчать тут с убийцей в наших рядах.

А ещё у меня нет желания помещать в такую ситуацию Кунагису. Впрочем, я не знаю, что она обо всём этом думает. Без понятия. Но что до меня…

—Хмф! Ты считаешь, что убийство — это ужасно?

—Да, — тут же ответил я. — Я так считаю. Без вопросов. Какие бы причины там ни были, убийцы — это самые презренные люди.

—Хмм. Тогда что ты будешь делать, если тебя будут убивать? То есть, если или убиваешь ты, или убивают тебя — что станешь делать? Сидеть и ждать смерти?

—Наверное, я убью. Я не святой. Но с того момента я начну считать себя одним из презреннейших людей. Неважно, что за… что за человек это будет.

—Похоже, что ты говоришь по собственному опыту, — Ириа‑сан наградила меня противной улыбочкой. Это была злая улыбка, идеально подходящая женщине с такой абсолютной властью, с таким ошеломительным превосходством.

Кажется, она напоминает мне о ком-то.

Ах да, Канами‑сан. Точно такая же «а ты не знал?» форма улыбки. Но почему улыбка негениальной Ирии‑сан так похожа на улыбку Ибуки Канами‑сан?

—Считаешь, что убийство должно быть наказуемо? Но представь, ты кладёшь перед мышью еду, и каждый раз, когда она будет пытаться её съесть, мышь ударяет током. Как думаешь, что сделает мышь?

—Мыши способны учиться, так что, они перестанут пытаться есть, наверное.

—Наверно. Мыши способны учиться, так что они будут есть те куски еды, которые не под напряжением.

—Люди не мыши.

—А мыши не люди. — Она хлопнула ладонями. — Боже, раз уж мы всё равно говорим об этом, ответь-ка мне на вопрос. Почему убивать людей не хорошо?

Этот вопрос можно задать наивному ученику средних классов.

Кажется, она не шутила.

—Потому что это противозаконно, потому что проще быть в обществе, если в это веришь, потому что я не хочу, чтобы убивали меня.

—Всё перечисленное как-то неубедительно.

—Согласен. Так что вот мой ответ: причин нет. Чтобы убивать, причина нужна. Может, тебя достали, или же ты просто хочешь убить кого-то, но никто не убивает без причины. Но это не то, что будешь выбирать. Убить или не убить? Не это будешь выбирать. Об этой ерунде болтают лишь люди с комплексом Гамлета. В тот миг, когда начинаешь о таком задумываться, то перестаёшь быть человеком.

Это я терпеть не могу благородных?

Что за бред.

—Убивать не хорошо, — сказал я. — Это абсолют. Причина не нужна.

—Хм, вот как? — Она совершенно неискренне кивнула. — Пожалуй, я могу понять, откуда всё это. Но если мы узнаем, кто убийца, то дело будет закрыто. Когда на остров приедет Аикава, мы узнаем, кто же это был.

—Я не знаю этого Аикава‑сана.

—Но я знаю. Разве не достаточно? Акари, скажи ему, когда приедет Аикава‑сан.

—Через три дня, — ответила Акари‑сан, всё ещё избегая на меня смотреть. — Мы попросили приехать раньше, чем планировалось. Так что…

—Вот и ответ. Если узнаем, кто убийца, конечно, можешь уезжать. Ты на этом острове только потому, что ты под подозрением. Только по этой причине такой бесталанный и заурядный парень, как ты, здесь. Кстати говоря, у тебя самого нет алиби на момент смерти как Ибуки‑сан, так и Соноямы‑сан, так ведь?

Клац. Я поставил свою чашку, ещё более чем наполовину полную, обратно на блюдце, специально вздохнул и медленно поднялся на ноги.

—Прошу меня простить. Кажется, мы с вами говорим на совершенно разных языках.

—Тэруко, проводи его до комнаты, — сказала Рэй‑сан сидящей рядом со мной Тэруко‑сан. — Так, чтобы он не был совсем один. Тебе ведь не сложно, так?

Быстро кивнув, Тэруко‑сан встала с дивана. Я не совсем понимал, что под этим имела в виду Рэй‑сан или как на это реагировать, но несмотря на это Тэруко‑сан уже сама выдвинулась прочь из комнаты. Я поспешил за ней, оставляя комнату Ирии‑сан за спиной.

Когда я вышел в коридор, Тэруко‑сан уже была далеко впереди. Какой сопровождающий станет идти впереди и убегать от гостя? Как обычно, я не могу понять, о чём она думает. И дело не только в том, что она всё делает в своём собственном темпе. Я ускорился, чтобы догнать её.

Что важнее…

Мой разговор с Ирией‑сан совершенно ни к чему не привёл. Чего-то такого я и ждал, но всё равно удивился, как быстро он зашёл в тупик. Похоже, Ириа‑сан очень доверяет этому Аикава‑сану. Но есть ли в мире такие удивительные детективы на самом деле?

Надеюсь.

Искренне надеюсь.

Нет, я желаю.

Молю.

—Может, всё это тоже чепуха.

Я ещё раз вздохнул. Я просто ещё разок попытаюсь. Не думаю, что получится многого добиться без помощи владелицы поместья. Хвастаться тут нечем, но я могу быть на удивление решительным. И я не умею проигрывать с достоинством. Совершенно не умею. Ни за что в жизни я не сдамся так просто.

—

Э-э?

Кто-то что-то сейчас сказал? Могу поклясться, я слышал чей-то голос. Я огляделся, но в коридоре кроме нас с Тэруко‑сан никого не было. Наверное, это всё воображение. Мои уши меня обманывают. Возможно, я начал уставать.

Хм-м…

Нет.

Это был голос.

Что значит…

Есть ещё всего одна, очень, очень невероятная возможность. Знаю, что, трезво говоря, это практически невозможно, но что ещё? Могло это быть?

—Тэруко‑сан, ты что-то сказала?

Случайно?

Услышав мой вопрос, она остановилась.

—Я сказала, что было бы лучше тебе просто умереть.

Я не мог сказать ни слова.

Впервые вообще она заговорила рядом со мной, и я никак не мог ожидать, что скажет она что-то вроде «было бы лучше тебе просто умереть». Это уж слишком. Она это серьёзно?

А затем она повернулась и безмолвно уставилась на меня сквозь тёмные стёкла очков.

Это был обвиняющий взгляд, и я, не удержавшись, вздрогнул. Мы постояли так немного, играя в гляделки, но поняв, что мне не хватит стойкости переглядеть её, я решил оставить это и пойти дальше. Когда я попытался пройти мимо, она схватила меня за руку и туго её сдавила.

Сжатие.