Том 1. Глава 16
Судя по тому, что владелец этого тела видел той ночью в возрасте четырех лет, Гао Ян был почти уверен, что его дедушка — монстр, хотя и не знал, какого именно вида. А поскольку дедушка с бабушкой жили в одной комнате, она, скорее всего, тоже была монстром.
Что до его отца, матери и сестры…
Гао Яну пришлось остановить себя. Он так желал, чтобы вся его семья оказалась людьми, хотя шанс на это был сродни выигрышу в лотерею. И все же он не мог отказаться от надежды, какой бы призрачной она ни была. В конце концов, это была семья, с которой он провел каждый день последних двенадцати лет.
Если бы он не столкнулся с тем человеком в ночь своего восемнадцатилетия, если бы он просто прожил жизнь в неведении до самой зрелости, завел семью и в итоге мирно скончался, возможно, он был бы счастливее.
Не было ничего жалкого в том, чтобы жить во лжи и обмане — до тех пор, пока он не пробудился ото сна.
Но это были лишь несбыточные мечты. Гао Ян пробудился, и его прежним мирным дням пришел конец.
Теперь ад — это другие! [Прим. переводчика: Знаменитая цитата из пьесы Жан-Поля Сартра «За запертой дверью», означающая страдание от невозможности избежать осуждения окружающих.]
Он должен был осторожно делать каждый шаг, словно ступая по тонкому льду. Один неверный шаг — и он сорвется в бездонную пропасть.
Было три часа ночи. Его семья давно легла спать, и Гао Ян был уверен, что завтра утром родители устроят ему хорошую взбучку. Но, по крайней мере, сегодня ему не придется с ними сталкиваться. У него было время мысленно подготовиться, чтобы найти правильный способ относиться к своей семье.
Измученный физически и морально, Гао Ян лег в ванну, намереваясь насладиться горячей водой. Однако, подняв глаза, он увидел перед собой сияющую гексаграмму. На этот раз он не стал ее трогать, а вместо этого закрыл глаза и мысленно отдал команду: «Доступ к Системе».
«Да».
Гао Ян тут же заметил, что его базовые характеристики выросли, хоть и незначительно.
«Характеристики повышаются сами по себе?»
«Тогда если я буду делать сто отжиманий, сто приседаний, сто скручиваний и пробегать десять километров каждый день в течение трех лет, пока не облысею, стану ли я сильнейшим человеком на Земле? [Прим. переводчика: Отсылка к манге/аниме «Ванпанчмен».]»
«Тогда как мне стать сильнее?»
«А что насчет Таланта Цин Линь, «Бог Клинков»?»
«А как насчет «Бога Огнестрела»?»
«Блядь».
[Трава?] [Прим. переводчика: Тут игра слов. В оригинале Гао Ян сказал «艹». И Система ответила: «Трава?». Этот иероглиф произносится как «цао» и означает «трава». Но по звучанию он почти идентичен иероглифу «操», который на мандаринском диалекте означает «блять», отличаясь лишь тоном.]
«Дерьмовая же ты Система!»
[Суеверия не сделают вас удачливее, а траты денег недостаточно, чтобы изменить свою судьбу.] [Прим. переводчика: Отсылка к поведению игроков в гача-играх. У многих есть свои ритуалы для «вытягивания» персонажей или предметов, например, делать это в туалете или приносить в «жертву» определенную еду и напитки.]
«Не надо. Мое сердце не выдержит».
«Всего лишь тридцать очков. Что тут распределять? К черту, вложи все в Удачу. Посмотрим, насколько удачливым я стану».
«Да, да! Просто сделай это уже!»
«Всего шесть очков? Какая же ты скупая. Погоди, это же тридцать шесть очков в сумме за все шесть характеристик. Неплохая сделка.»
«Открыть! Сейчас же!»
«Тогда зачем ты спрашивала?!»
......
На следующий день Гао Ян проснулся рано утром. Как он и ожидал, мать его отругала.
На носу вступительные экзамены, — А ты два дня подряд шляешься допоздна и не отвечаешь ни на сообщения, ни на звонки. Ты заставляешь нас все больше и больше волноваться.
Гао Ян солгал, что у Ван Дзыкая был день рождения, и его затащили в караоке, где они пели до полуночи.