Том 1. Глава 187

—Мой Талант повысил уровень, — нашел отговорку Гао Ян. — Люди становятся сильнее, когда их Таланты повышают уровень.

В глазах Цин Линь мелькнул холодный блеск. Она схватила Гао Яна за руку и крепко ее сжала.

—Ай!

Острая боль пронзила пальцы Гао Яна. Хватка была такой силы, что, казалось, она вот-вот сломает ему кости.

Гао Ян глубоко вздохнул и приложил ровно столько силы, чтобы не дать ей нанести травму, но и не привлечь ее внимания.

Цин Линь посмотрела Гао Яну в глаза.

—«Копирование», «Огонь» и «Распознавание лжи» не улучшат твою силу и скорость. У Дахай — хороший тому пример. Его «Молния» могущественна, но во всем остальном он слаб. Ты другой. Твоя сила, скорость и телосложение — все стало лучше. Ты, должно быть, тайно занимался самосовершенствованием.

Гао Яну стало немного обидно. «Это потому, что я повысил свои характеристики, но я же не могу рассказать тебе о своей Системе, верно? Ты все равно можешь не поверить».

—Может, уже отпустишь меня? — Гао Ян не знал, что делать.

—Нет, — на лице Цин Линь промелькнуло упрямство. Она была похожа на капризного ребенка. — Не отпущу, пока не расскажешь мне правду.

—Хорошо, я расскажу. Расскажу.

Цин Линь отпустила его руку.

Гао Ян вздохнул и потряс онемевшей кистью. Затем он решил развить историю Цин Линь:

—По правде говоря, я действительно занимался самосовершенствованием.

—Расскажи мне, как, — глаза Цин Линь загорелись.

Гао Ян потерял дар речи. Она и вправду была одержима повышением уровня.

—Это не так-то просто, Цин Линь, — снова начал выкручиваться Гао Ян. — Каждый становится сильнее по-своему. Для меня правильный путь — самосовершенствование, а для тебя — тренировки. Лучше не делать того, что тебе не подходит.

—Я хочу и то, и другое, — сказала Цин Линь, будто это было очевидно. — Тогда я смогу совершенствоваться, пока отдыхаю.

—Лучше не тешь себя напрасными надеждами.

—Не узнаю, пока не попробую, — настаивала Цин Линь.

—Хорошо. Тогда я научу тебя одному методу.

Смирившись, Гао Ян решил научить ее тому же «методу», который он дал Ван Дзыкаю. После нескольких безуспешных попыток она сама от него откажется.

—Слушай меня: путь, по которому можно пройти — не вечный и неизменный путь. Имя, которое можно назвать — не вечное и неизменное имя…

Цин Линь нахмурилась.

—Это же просто «Дао Дэ Цзин».

«Дерьмо! Разве ты не спортсменка, которой плевать на учебу? Откуда ты это знаешь? Оказалось, только такого идиота, как Ван Дзыкай, можно было так легко одурачить».

—Кхм, это так, но слушай дальше. То, что будет потом, отличается, — Гао Яну не оставалось ничего, кроме как импровизировать. «Приношу свои искренние извинения, господин Лао-цзы».

—Безымянное — начало всего сущего. Именуемое — предок всего, что есть…

Гао Ян успел произнести всего пару предложений, когда Цин Линь резко бросилась к нему и зажала ему рот рукой. Одновременно другой рукой она отдернула плотную штору, чтобы укрыть их обоих.

В тусклом, тесном углу Цин Линь практически лежала на Гао Яне. Они встретились взглядами, их дыхание смешалось.

Медленно Цин Линь убрала руку со рта Гао Яна и приложила палец к своим губам, призывая к тишине. Гао Ян едва заметно кивнул.

Щелк.

Послышался звук вставляемого в замок и поворачивающегося ключа. Затем дверь открылась, и послышались шаги.

—Откуда у тебя ключ? — спросила девушка.

—На лабораторной днем учительница дала его мне, — взволнованно ответил парень.

—А-а.

—Тихо, правда? Здесь только мы вдвоем… — голос парня напоминал интонации главного героя из какого-нибудь слащавого сериала. — Этот мир только для нас.

—Отстань, — кокетливо сказала девушка. — Не собираюсь я быть в мире, где есть только ты!

—Пойдем, идем за мной. Там есть одно место…

Их шаги приблизились.

Сердце Гао Яна забилось чаще, он почувствовал необъяснимое волнение.

В этом не было ничего страшного. В худшем случае их застукают за объятиями с Цин Линь, что было сущим пустяком по сравнению с теми реальными опасностями, через которые им пришлось пройти.

Затем шаги и голоса стали еще ближе. Их разделял всего лишь шкаф.

—А в колледже мы будем вместе? — голос девушки внезапно погрустнел.

—Конечно.

—Я тебе не верю. Мама говорила, что мужчине можно будет доверять только в тот день, когда свиньи научатся летать.

—Я не из тех подонков, что меняют девушек как перчатки, — в голосе парня послышалось раздражение. — Ты знаешь Гао Яна из параллельного класса?

—Знаю.

—Он сошелся с Цин Линь сразу после того, как умерла его подруга детства!

—Что, завидуешь?

—Завидую? С чего бы мне?

—Думаешь, я не знаю? Ты так долго вздыхал по Цин Линь и обратил на меня внимание только потому, что понял — у тебя нет шансов.

—Кто это сказал? Это совсем неправда!

—Это правда! Ты постоянно говоришь о ней, когда мы общаемся…

—Что? Я говорил о Гао Яне.

—Но потом всплыла Цин Линь! Я не понимаю. Почему она нравится всем парням? Да, она красивая. Да, у нее отличная фигура и светлая кожа. Но под этой красивой внешностью нет души!

—Да, да, у нее нет души.

—Вам, парням, важна только внешность! Я разочарована!

—Хватит уже. Перестань делать из мухи слона.

—Делать из мухи слона? Хорошо, давай расстанемся! Иди ищи себе ту, которая так не делает!

—Эй, я не это имел в виду. Послушай…

За ссорой последовали быстрые шаги, а затем звук хлопнувшей двери.

Вскоре в лаборатории снова воцарилась тишина.

Цин Линь отдернула штору и поднялась с колен Гао Яна, поправляя растрепавшуюся одежду и волосы.

Гао Ян тоже сел и неловко одернул рубашку.

—Эм, не принимай близко к сердцу, — сказал Гао Ян, просто чтобы что-то сказать. — У тебя есть душа.

—Душа лишь замедлит мой клинок, — Цин Линь выпрямилась и серьезно посмотрела на него. — Давай вернемся к тому, на чем мы остановились.

—К чему вернемся? — на мгновение растерялся Гао Ян.