Том 1 · Глава 1060. Никакого развода!

Потом она зловеще прищурилась.

—Ты еще не видел меня по-настоящему ревнивой. И советую тебе этого никогда не видеть, в гневе я ужасна. Лучше не заставляй меня ревновать!

В этих словах Лу Ман не было никакой угрозы, но у Хана Чжуоли все похолодело внутри и волосы встали дыбом от ее слов. Он всегда чувствовал, что если сделает что-то, что заставит Лу Ман по-настоящему ревновать, он возведет между ними стену, которую определенно не сможет потом преодолеть.

Хан Чжуоли был так напуган, что быстро обнял Лу Ман.

—Не ревнуй, не надо! Я никогда не заставлю тебя ревновать!

Лу Ман невольно улыбнулась, лежа в его объятиях, но сразу спрятала лицо, чтобы он не увидел ее лукавой победной улыбки. На самом деле, учитывая уровень порядочности этого странного парня, появится ли у нее хоть когда-то повод его ревновать? Она была уверена в нем вне зависимости от того, был он рядом или нет. Она никогда не поверит, что он приблизит к себе другую женщину.

Он просто не даст ей возможности по-настоящему ревновать его. Так что ей пришлось припугнуть его, чтобы он не чувствовал разочарования, что она вообще не ревнует.

Однако она никак не ожидала, что Хан Чжуоли вдруг выпалит:

—Никакого развода!

Лу Ман: «…»

Как же так вышло, что разговор опять вернулся к разводу?

Насколько же сильно он боится развода?!

—Как бы ты не заставлял меня ревновать, даже не надейся, что я разведусь с тобой! — Девушка крепко обняла Хана Чжуоли, желая вернуть ему душевное спокойствие. — Я буду мучить тебя ревностью до самой смерти!

Хан Чжуоли вздохнул с облегчением. Он наклонил голову и поцеловал ее, шепнув:

—Тогда спи, душа моя.

Лу Ман незаметно ухмыльнулась и шепнула в ответ:

—Спокойной ночи, муж мой.

Она подняла голову и чмокнула его в подбородок.

На следующий день Хан Чжуоли отправился на работу. Новогодние выходные закончились. Однако у Лу Ман все еще продолжались зимние каникулы. Она никуда не торопилась, и могла спать столько, сколькой ей спалось.

Часов в девять утра девушка проснулась, сладко потянулась и вспомнила о битве зрительских рейтингов между «Классикой Кино» и «Лицедеями». Она быстро встала, привела себя в порядок и позавтракала. Примерно без пятнадцати минут десять она позвонила Лу Дунлю.

—Лу Ман, привет! — Нынешнее отношение Лу Дунлю к девушке было исключительно любезным. Каждый раз, когда она звонила, он был так рад ей, словно был ее отцом или родным дядей, и всегда был исключительно полон энтузиазма.

—Директор Лу, доброе утро, — улыбнулась Лу Ман и спросила: — Рейтинги телезрителей уже вышли?

—Еще нет. Сводку можно ждать не раньше половины одиннадцатого, — ответил Лу Дунлю. — Ты позвонила так рано только для того, чтобы спросить об этом?

Лу Дунлю был тронут. Лу Ман показала себя настоящим профессионалом – она даже брала на себя ответственность за результаты рекламной акции.

—Конечно. Я не уверена, насколько я смогла увеличить разрыв между вами, поэтому беспокоюсь о результате, — честно сказала Лу Ман.

—А я вот уверен в тебе больше, чем ты сама. В любом случае, не зависимо от того, насколько велик или невелик разрыв, главное, чтобы мы могли победить их. — Ожидания Лу Дунлю были не очень высоки. Поскольку надежды его были невелики, то, когда он увидит результаты, особого разочарования тоже не будет.

—Вы говорите так, чтобы не давить на меня, — сказала Лу Ман, улыбаясь. — Тем более я надеюсь одержать убедительную победу. Ладно, тогда я перезвоню вам в десять тридцать.

—Нет, не надо, — остановил ее Лу Дунлю. — Как только мы получим сводку, я немедленно отправлю тебе ее скрин через ВиЧат.

—Хорошо, тогда спасибо, — поблагодарила Лу Ман с улыбкой.

—Не за что, не за что, — радостно ответил Лу Дунлю и повесил трубку.

Общение с таким ответственным человеком, как Лу Ман, и совместная работа с ней, всегда поднимали ему настроение.

С нетерпением ожидая сводки по рейтингам зрителей, Гэ Гуанчжэнь не мог спокойно сидеть в своем кабинете. Он расхаживал взад-вперед, все больше теряясь в догадках.

Когда ассистент Сяо Лю вошел, Гэ Гуанчжэнь сразу же спросил:

—Ну что? Рейтинги телезрителей вышли?

Сяо Лю напряжено посмотрел на него и подавленно кивнул.