Том 1 · Глава 50. Он пришел сюда побыть третьим лишним?

Побледневшая Лу Ман мгновенно нахмурилась.

—Молодой мастер Хан, вы... я не могу себе позволить вас обидеть. Но… Какую бы игру вы ни затеяли, пожалуйста, найдите женщину, которая будет рада поиграть с вами, а я не хочу участвовать в ваших развлечениях. Что касается денег, которые я вам должна, я немедленно их верну. Раз вы хотите получить проценты, хорошо, я согласна заплатить их. Деньгами. Но таким способом выплачивать проценты, как сейчас, мне жаль, но это не для меня. Вы оскорбляете меня, если думаете, что можете купить меня за деньги. Я считала, что в отличие от легкомысленных распущенных парней, молодой мастер Хан сдержанный и достойный мужчина. Не заставляйте меня думать, что я переоценила вас.

Едва договорив, Лу Ман с темным лицом и холодом в глазах бесцеремонно захлопнула дверь перед носом Хан Чжуоли.

Дверь палаты на самом деле чуть не ударила его по носу. Задумчиво прикоснувшись к нему, Хан Чжуоли моргнул, размышляя о последней фразе Лу Ман. Она ведь похвалила его, не так ли??

Она видела его сдержанность и честность, которыми он выгодно отличался от других парней.

Довольный собой Хан Чжуоли гордо выпрямил спину, полностью игнорируя начальную часть речи Лу Ман. Он запомнил только, что Лу Ман думала о нем как о надежном человеке, а не как о недостойном повесе.

—Молодой господин Хан… — Капитан телохранителей подошел и осекся, увидев счастливое лицо Хан Чжуоли. Он понял, что его хозяин обманывает сам себя, но у него не хватило души разочаровать его, объяснив, что девушка вовсе не влюбилась в него, а скорее наоборот, очень сильно невзлюбила его.

Хан Чжуоли повернул голову и вернулся к своему обычному невозмутимому спокойствию.

—Оставь несколько бойцов присматривать за палатой.

Отдав приказ, Хан Чжуоли сразу направился к лифту. Поднявшись на верхний этаж, он зашел в VIP-палату.

Открыв дверь, он увидел, что у кровати сидит Чу Тянь и чистит яблоки для Мо Цзинчэна. Левая рука Мо Цзинчэна была в гипсе и висела в бандаже, закрепленном у него на шее.

—Ты в последний раз ходил на задание и получил, можно сказать, почетную травму, — Хан Чжуоли насмешливо поднял бровь и подошел к кровати.

Чу Тянь быстро придвинула ему стул:

—Старший брат Хан, пожалуйста, присаживайтесь.

Мо Цзинчэн беспомощно улыбнулся:

—К счастью, на этот раз это простой перелом, иначе я не смог бы смотреть в глаза Тянь-Тянь.

—Ха, у тебя все еще хватает наглости так говорить. Уже было условлено, что после решения этого вопроса тебя повысят до директора, и тебе больше не нужно будет выполнять опасные миссии. Но ты умудрился напугать меня до смерти на своем последнем задании, — Чу Тянь разозлилась, пока говорила, и грубо сунула большой кусок яблока в рот Мо Цзинчэну.

Поскольку рот Мо Цзинчэна был нафарширован яблоком, даже если бы он хотел защитить себя, он не мог, и поэтому у него не было выбора, кроме как быстро прожевать и проглотить яблоко, чтобы вернуть себе возможность говорить.

Слушая их краем уха, Хан Чжуоли вдруг встал, и начать рассматривать себя в огромном зеркале, стоящем в больничной палате.

«...», — Мо Цзинчэн, наконец, проглотил яблоко и насмешливо посмотрел на Хан Чжоули: — Хозяин, вы пришли сюда, чтобы увидеть этого пациента, или чтобы самовлюбленно рассматривать себя в зеркале?

Если ты хочешь полюбоваться собой, почему бы не сделать это дома?

—Я красив ли нет? — Хан Чжуоли наконец-то оторвал свой взгляд от зеркала и повернулся, задавая вопрос Чу Тянь.

Уголки губ Мо Цзинчэн недовольно дернулись:

—Спроси кого-нибудь другого! Почему ты спрашиваешь мою жену? Как бы ты ни был красив, она все равно моя жена.

Услышав это, Чу Тянь с радостью накормила Мо Цзинчэна еще одним кусочком яблока, который был не слишком большим, но и не маленьким.

—Ладно, ладно, с какого перепугу ты вдруг ревнуешь?

Хан Чжуоли: «…»

Ха, он пришел сюда побыть третьим лишним∗? Долго они еще будут перед ним миловаться?

(п/п ∗ в оригин. ‘пришел поесть собачьей еды’, но смысл тот же)

Хан Чжуоли было лень отвечать Мо Цзинчэну, и он снова спросил Чу Тянь:

—Сяо Тянь, я красивый?

В ответ Чу Тянь кивнула и очень искренне сказала:

—Красивый, очень красивый. Вы выглядите нечеловечески красиво, во всем мире таких, как вы, людей не больше одного процента. У вас правильные черты лица, великолепная фигура и вы способны свести с ума любую женщину.

Мо Цзинчэн немедленно потянул Чу Тянь за руку и жалобно спросил:

—А как насчет меня?

—Ты входишь в полпроцента красавчиков, — Чу Тянь повернула голову и восхищенно посмотрела на Мо Цзинчэна влюбленным взглядом.

Хан Чжуоли: «…»

О, Чу Тянь как замужняя женщина не может объективно сравнивать его и Мо Цзинчэна, но это было нормально, он это понимает.

—Почему ты вдруг спросил об этом? — Мо Цзинчэн поднял бровь и заинтересованно посмотрел Хан Чжуоли.