Том 1 · Глава 806. Так я хороший или ужасный?

—Может быть, замок принадлежит семье Хан? — Перечислив другие семьи, Лу Ман поняла, что она двигалась в неправильном направлении, так что оставалась только семья Хан.

—Какая еще «семья Хан»? Ты говоришь так, как будто мы чужие, это же наша собственная семья. — Кончиком пальца Хан Чжуоли легонько стукнул ее по кончику носа.

Лу Ман обнажила свои маленькие белые зубы и попыталась укусить его за палец.

Конечно же, Хан Чжуоли избежал ее зубов. Глядя на маленькую женщину, которая мило оскалила зубки, мужчина улыбнулся.

—Ну вот кто тебя научил кусаться? — Хан Чжуоли внезапно перестал говорить о замке и сменил тему разговора. — Ты даже не спросишь, какой подарок я тебе купил на день рождения?

—Чё? — с глупым видом произнесла Лу Ман, заподозрив неладное. — Разве твой подарок — это не вечеринка-сюрприз, которую ты для меня устроил?

Хан Чжуоли посмотрел на нее и потерял дар речи.

Он вздохнул. Как сильно эта маленькая девочка страдала в прошлом? Она на самом деле думала, что устроить праздничный прием на день рождения было достаточно, чтобы рассматривать его как подарок на день рождения, и что ему не нужно было готовить что-то еще.

Когда Лу Ман увидела, что ему грустно и больно, она заискивающе подергала его за руку.

—Так какой же подарок ты приготовил для меня?

Хан Чжуоли снисходительно посмотрел на нее. После недолгого молчания он, наконец, спросил:

—Разве ты только что не выпытывала у меня, чей это замок?

Лу Ман застыла. Ей казалось, что ее ноги парят в воздухе, что все вокруг нереально.

Музыка, играющая вдалеке, явно была ей знакома, и она явно была в объятиях Хана Чжуоли, но чувствовалось, что с ее слухом что-то не так.

Она даже протянула руку и пальцем прочистила ухо.

Судя по словам Хана Чжуоли, может быть, именно это он и имел в виду?

Увидев ее жест, Хан Чжуоли не знал, смеяться ему или плакать над ее действиями. Он схватил ее за руку, которой она теребила ухо.

—Почему ты иногда такой тормоз? С ручника не пробовала сниматься?

Лу Ман: «…»

Обидно. Она же не всегда такая дура.

Хан Чжуоли, наконец, вытащил Лу Ман из угла. Он потащил ее прямо через бальный зал и вывел ее из замка.

Держа ее за плечи, он заставил ее посмотреть на весь замок со стороны.

—Это мой подарок на день рождения. Тебе нравится?

Лу Ман глубоко вздохнула, и крепко зажала ладонями рот.

Этот странный парень…

Какой подарок он ей сделал!

—У принцессы должен быть свой собственный замок, — шепнул ей на ухо Хан Чжуоли, стоя позади нее.

В тот момент не было слов, которые могли бы описать, как потрясена и растрогана была девушка. Слезы затуманили ее глаза, а затем хлынули в три ручья.

Зная, что она плачет, потому что растрогана, Хан Чжуоли все равно забеспокоился. Он не мог без боли смотреть на ее слезы.

Повернув ее к себе, он крепко обнял и прижал ее к груди.

—Ты так и не сказала, нравится тебе мой подарок или нет.

—Нравится! Очень нравится! — с силой кивнула Лу Ман.

Честно говоря, даже если бы он подарил ей модель замка, раз это был его подарок, ей бы очень понравилось.

И все же он потратил чертову уйму денег, чтобы сделать ей такой грандиозный и экстравагантный подарок на день рождения.

Хан Чжуоли опустил голову, прижался губами к ее шее и поцеловал ее. Потом страстно поцеловал ее в губы, но она была намного ниже, и он просто поднял ее над землей, чтобы было удобнее.

В результате Лу Ман, держа согнутую руку на его плече, другой рукой вытирала слезы совсем как маленький ребенок.

—Как ты можешь быть таким хорошим? — всхлипывала она при этом. — Эй, странный парень, ты просто ужасно добрый!

Он ей так нравился, она очень сильно любила его, и это было просто душераздирающе.

Хан Чжуоли засмеялся, целуя ее слезы, и ухмыльнулся:

—Я что-то не пойму, называя меня странным, ты хвалишь меня или ругаешь? Так я хороший или ужасный?

—Ты злодей, который слишком добр ко мне, — всхлипнула Лу Ман.

Хан Чжуоли улыбнулся и не почувствовал никакого гнева.

—Ладно, я злодей, как скажешь, я на все согласен, — потворствовал он ей. Его голос был таким нежным, что любого мог околдовать.

—Будь умницей, не плачь больше, — уговаривал ее Хан Чжуоли, склонив голову и целуя ее мокрые щеки. — Я знаю, что ты взволнована и плачешь от счастья. Но даже если это так, я все равно чувствую себя ужасно, просто не хочу видеть, как ты проливаешь слезы.