Том 3 · Глава 106. Чудодейственное лекарство

Возвращаясь на свою фабрику, Бахус застал лишь её руины.

Лицо, которое он сделал при виде горящей базы, навсегда останется одним из самых дорогих воспоминаний Райана. Такая тонкая смесь неверия, гнева, ужаса... Священник стиснул зубы с такой силой, что курьер забеспокоился, что он их сломает.

Реакция Августа, однако, была намного менее забавной.

Приземлившись на остров, чтобы увидеть всё своими глазами, и выслушав доклады о причастности Карнавала, мафиозный босс устроил выжившей охране децимацию[1]. Буквально. Он наугад выбирал одного из десяти и заставлял его коллег забивать его до смерти.

Голыми руками.

Хотя Райан наблюдал за этим представлением из безопасной подводной базы Лен через батисферу-шпиона, ведущую прямую трансляцию, от этой сцены у него по спине побежали мурашки.

Особенно курьер опасался за жизнь Вулкан. Она отвечала за поддержание оборонительного периметра, с которым легко справилась их ударная группа, а Зевс-мафиози явно жаждал крови. Гений была слишком ценна, чтобы её убивать, но Август не произвёл на Райана впечатление самого рационального человека на Земле.

—Мне даже жалко этих солдат, — сказал Райан, когда трансляция прервалась.

—Они это заслужили, — ответила Лен, сидевшая возле него в мастерской и печатавшая на компьютере. Серверы гудели рядом с металлическими трубами, выполненными в стимпанковской стилистике, исполняя песню пара и жара. — Они охраняли бойню, Рири.

—Я согласен, но быть забитым до смерти своими товарищами — это ужасный способ умереть. — Более того, это дало представление о том, что Август сделает с друзьями Райана, если когда-нибудь узнает об их причастности. — Ты сможешь в кратчайшие сроки эвакуировать базу, если возникнет такая необходимость? У меня такое чувство, что Молниеносный зад может нанести сюда визит в ближайшем будущем.

—Я могу переместить жилища, если меня предупредят, — ответила его лучшая подруга. — Они были, э, спроектированы, чтобы быть самодостаточными. Каждое из них. Если я их разъединю, они смогут передвигаться независимо друг от друга.

—Крошечные островки коммунизма посреди капиталистического моря... ты назвала это «Кубинским протоколом»?

Лен оторвалась от компьютера, её прекрасные глаза излучали вину.

—Ты и правда так назвала, — ужаснулся Райан.

—«Кубинская инициатива», — слабым голосом сказала она.

Райан изучающе посмотрел на свою бедную заблудшую сообщницу, и его взгляд упал на её одежду. В то время как путешественник во времени так и не снял броню Сатурна, Лен в своём логове устроилась поудобнее: вместо привычного комбинезона на ней были синий полукомбинезон[2] и белая рубашка. Этот костюм напомнил курьеру советские плакаты с рабочими.

—Рири?

—Это новая одежда? — спросил Райан, так и не вспомнив её за те плюс-минус полдюжины циклов, которые они провели вместе.

—Да. — Она, испугавшись, слегка покраснела. — Терапия Алхимо хорошо влияет на моё настроение, и я... я подумала, что мне стоит попробовать что-нибудь другое. Что-нибудь поярче.

—Всеми руками за, лишь бы не красное, — добавил условие Райан.

Лен отвела взгляд.

—Я... я не хочу его носить. Я насмотрелась красного на всю жизнь.

Райан вдруг задумался, не была ли её одержимость коммунистической иконографией подсознательной попыткой сохранить память об отце. Но, на его вкус, звучало это слишком надуманно и по-фрейдистки.

—Ты обдумала ситуацию с Кровотоком? — спросил он. Он знал, что нужно сделать, но она должна была это принять.

—Да, — кивнула Лен, её взгляд ожесточился. — Если... если терапия, которую мы разрабатываем для лечения Психов, на него не подействует...

Она сделала долгий, тяжёлый вдох.

—Если она не подействует, — решительно сказала Лен. — Я сделаю это своими руками.

Она сделает своему отцу эвтаназию.

—Ты уверена? — спросил Райан, волнуясь за её самочувствие. Это было бы ужасающим испытанием для любого человека. — Я могу сделать это за тебя.

—Нет, Рири. Ты уже многое сделал ради меня. Это... это мой долг. Мой выбор. Он... память о моём отце. Он заслуживает этого.

—Ты будешь нести эту боль всю свою жизнь.

—Я знаю, — ответила Лен, её взгляд был полон решимости. — Я знаю. Но я всё равно это сделаю. Должна сделать.

На это ушло немало времени, но она наконец решила вырваться из тени своего отца, похоронить его призрак, если человека внутри больше не было.

Райан сочувственно положил руку ей на плечо, заставив её грустно улыбнуться.

—Спасибо, Рири, — сказала она, положив свою руку на его. Он мог поклясться, что чувствовал жар сквозь металлическую перчатку. — Я... я знаю, что со мной тяжело. Что я развалина. Большинству не хватило бы твоего терпения. Не оставалось бы так долго, чтобы помочь.

—Мы оба тонущие корабли, — сказал Райан. — Нам нужно держаться вместе, если хотим оставаться на плаву.

—Мы были тонущими кораблями, — ответила она, убирая руку. — Были.

Компьютер Лен запищал, сообщая о входящем звонке из бункера Мехрона. На экране появилось изображение Стича, на заднем плане мистер Волна гладил Эжен-Анри.

—Приветствую, сэр, — сказал чумной доктор. — До меня дошли сведения, что рейд прошёл успешно.

—Мистеру Волне нравится это уютное местечко, — сказал мистер Волна, и Эжен-Анри на его руках мяукнул. — Но мистеру Волне кажется, что здесь не хватает его портрета.

—В моей комнате есть плакат, — сказал Райан. — У меня также есть кукла мистера Волны, кольцо мистера Волны и шляпа мистера Волна.

—А фургончики со сладостями в тематике мистера Волны?

—Вы мне нравитесь, но не так сильно, как моя машина, — ответил Райан. Эта старая машина была рядом с ним гораздо дольше, чем его коллекция товаров мистера Волны.

—Мистер Волна уважает человека, который любит свою машину, — сказал супергерой. — Мистер Волна приносит извинения за то, что не посетил вашу подводную базу. Мистеру Волне не нравится быть мокрым.

—Мой товарищ по команде не очень хорош в подводных условиях, — сказал Стич. — Об этом свидетельствует наша битва с бандой Кракена семь лет назад.

—Мистер Волна не тонет, — возразил Красный Геном. — Он выжидает. Как аллигаторы.

—В любом случае, жертвы «блаженства», которых вы мне прислали, прямо сейчас получают медицинскую помощь, — сказал Стич. — Алхимо с энтузиазмом занимается восстановлением полученных ими повреждений мозга, и первые результаты испытаний нашей вакцины от «блаженства» обнадёживают. Лекарство от Кровотока также оказалось эффективным.

Лен что-то ввела на клавиатуре, и на экране появились видеозаписи подводных жилищ Комара и Дворняги. Подделки в паре с настоящими Эликсирами превратили их в Психов, и они оба получили дозу вакцины.

Райан едва их узнал.

Опухоли Дворняги исчезли, его обезображенное лицо стало гладким и безупречным. Налитые кровью глаза вернули естественный коричневый цвет, а на голове снова начал расти чёрный пучок волос. Он остался таким же тощим, но теперь с прямой осанкой, а одежда была чистой.

Что касается Комара, то курьер не узнал бы его, если бы на видеозаписи не был указан номер его камеры, ибо насекомое превратилось в человека. Низенький, пухлый мужчина лет сорока, со смуглой кожей и безбородым лицом. Он был похож на испанца, с глазами заядлого пьяницы.

Похоже, без Психо-мутации Комар мог переключаться между инсектоидной и человеческой формами.

В качестве логова им обоим было предоставлено отдельное подводное жилище. Дворняга, ярко улыбаясь, резал лук на маленьком кухонном столе. Он выглядел счастливым, как больной раком, чудесным образом выздоровевший. Комар, напротив, читал книгу и явно скучал. Райан не мог его винить, поскольку библиотека Лен была ограничена Карлом Марксом и Жюлем Верном.

Они выглядели такими... нормальными.

И что самое главное — у них получилось.

Они вылечили двух Психов.

—Зарин это видела? — спросил Райан. Мисс Скунс с нетерпением ждала лечения, особенно потому, что Алхимо так и не нашёл способ вернуть ей память. — Мы всё ближе к идеальному лекарству.

Чумной доктор внезапно утратил энтузиазм.

—На данный момент исцелить возможно только тех Психов, которые получили свои силы от подделок, поскольку наша вакцина разрушает частицы Кровотока в их кровеносной системе и обращает вспять генетические повреждения. Как мы можем наблюдать на примере Комара, настоящий Эликсир берёт верх и превращает его обратно в того Генома, каким он раньше был. Проблема возникает в случае, если Псих использовал два настоящих Эликсира.

Лен переключила изображение на видеозапись с Фрэнком Безумным — или Владимира Русского, в зависимости от того, кого вы спросите. Металлический гигант ошарашенно смотрел на бездну за иллюминатором.

—У нас нет возможности уничтожить лишний Эликсир, если это вообще возможно, — объяснил Стич. — Я слышал, что среди Августи есть Белый Геном, который мог бы помочь.

—Отмена только подавляет связь Эликсира с его цветным измерением, — сказал Райан. — Она не уничтожает ни сам Эликсир, ни вызываемые им мутации.

—А в чём проблема с лекарством? — спросила сбитая с толку Лен.

—В отличие от подделок, Эликсиры не используют ДНК для обмена информацией, — пояснил Стич. — Они могут понять и изменить её, как художник — холст, но работают они на другом уровне. Если одна из моих чум изменяет ДНК цели, даже используя соотношение генов неандертальцев, которое, по вашему мнению, является ключом к управлению сразу двумя силами, Эликсиры вновь начинают действовать по старым схемам.

—Если мы не сможем сообщить Эликсирам об их «ошибке» в процессе связывания, они будут воспринимать любую модификацию ДНК своего носителя как внешнее воздействие, которое следует отвергнуть, — предположил Райан.

Стич кивнул.

—В точности мои мысли. Проблема ещё острее с Психами с аномальной биологией, не основанной на ДНК, таких как ваша подруга Зарин, Фрэнк или Близнецы. Их тела состоят из газа, металла или теней, а не из плоти. Моя сила не знает, что с ними делать.

И это затрудняло перенос памяти. Их сознание не находилось в мозгу, из-за чего Алхимо испытывал такие сложности с переносом воспоминаний Зарин.

—Может быть, Эликсиры используют для обмена информацией Поток? — предположил Райан. Это было его лучшая теория, исходя из того, что он знал на данный момент.

—Возможно, — согласился Стич. — Но, опять же, это выходит за рамки моей компетенции, не говоря уже о моих коллегах Алхимо и докторе Тирано. В базе данных Мехрона есть много информации по этому вопросу, но её далеко не достаточно. На создание несовершенных подделок у ИИ ушли годы. Ему может потребоваться десятилетие, чтобы полностью воссоздать оригинальные зелья.

—Нам нужно больше информации о процессе связывания, — сказал Райан. — Я знаю место, где мы могли бы больше узнать об Эликсирах.

—Если это правда, то я хотел бы сопровождать вас, — с рвением сказал чумной доктор. — Поначалу я скептически относился к этому проекту, но теперь я считаю, что мы близки к великому открытию. Если мы сможем свести на нет опасные побочные эффекты Эликсиров, то сможем помочь обществу восстановиться.

Курьер не видел причин отказывать ему.

—Конечно, но вам стоит поменять перчатки на варежки.

—Мистер Волна обеспечит тепло, он — глобальное потепление в лице одного человека, — сказал мистер Волна, после чего Лен завершила звонок.

Райан, скрестив руки, обдумал варианты, а затем посмотрел на свою лучшую подругу.

—Коротышка, ты можешь как-нибудь с этим помочь?

—Это не моя специальность, — ответила Лен. — Я расширила пределы своей силы с помощью машины по передаче воспоминаний, но связаться с Эликсиром... это мне не по плечу, Рири.

—Тогда начинаем готовиться к зимним каникулам, — сказал Райан. — Ты сможешь снарядить подводную лодку к путешествию?

—Да, конечно, — кивнула она. Похоже, ей не терпелось покинуть Новый Рим. — У нас будет время остановиться по пути на Канарских островах? Детям там понравится.

—Конечно, — ответил Райан с гордой улыбкой. Несколько циклов назад Лен подумывала о том, чтобы вообще покинуть поверхность. Она попросила бы без промедления отправиться в Антарктиду, отказавшись от возможности перевести дух и просто насладиться чудесами по пути.

Это потребовало больших усилий, но она снова начала жить.

Когда наступили сумерки, Райан заехал за Ливией на гору Августа и отправился к дому Марса и Венеры.

Влиятельная пара Августи, в отличие от их дочери, жила в усадьбе в английском стиле недалеко от горы Августа. Особняк с витражами был трёхэтажным и построен не из мрамора, а из серого камня. Райан счёл это приятным отличием от одержимости Августа античностью и римским эстетизмом.

Дом, однако, оставался роскошным: в саду стоял фонтан, а гостей дожидались швейцары в шикарных одеждах. Райан заметил у входа несколько машин, в том числе Джейми и Отмены.

После разрушения фабрики «блаженства» Августи решили усилить охрану Нарцинии и дочери Молниеносного зада. Когда Райан забрал свою девушку, Мортимер и Воробей сопровождали их до места назначения на мотоциклах. На мгновение путешественник во времени снова почувствовал себя президентом, у которого есть телохранители, готовые умереть ради его сохранности. Или, по крайней мере, ради сохранности его первой леди.

Однако они не подозревали его в предательстве. Райан отправил Инкогнито, члена Мета-банды, действовать в качестве обманки. Используя свои способности, чтобы выдать себя за курьера, Псих обеспечил ему надёжное алиби. По мнению Августи, Райан просадил в их казино колоссальные суммы денег, пока горела фабрика «блаженства». И всё это стоило лишь нескольких поддельных Эликсиров, чтобы утолить зависимость Инкогнито.

Кроме того, Райан заразил его нанитами, которые взорвались бы в его крови, если бы он плохо себя вёл. Это была мехроновская версия электронного браслета, причём весьма эффективная.

Курьер сменил броню Сатурна на фиолетовую рубашку и чёрные брюки — наряд простой, но элегантный. Ливия же решила надеть чёрную водолазку и брюки, как будто отправилась на похороны, а не на ужин. Что в данном случае было не так уж далеко от истины.

Во время поездки девушка Райана не сказала ни слова.

—Ты что, дуешься? — спросил курьер, припарковав машину возле фонтана. Воробей и Мортимер сделали со своими мотоциклами то же самое. Первая осталась возле Плимут Фьюри, а второй говорил с швейцарами, чтобы проверить периметр охраны.

Ливия достала из кармана мобильный телефон и молча показала Райану экран.

Это была фотография, которую её парень прислал ей после разрушения фабрики «блаженства». Курьер, подняв большой палец верх, позировал перед дымящимися обломками крепости, а мистер Волна выглядывал справа. Райан нарисовал на песке слова — послание Молниеносному заду.

«Эй, Авги, всё ищешь этот громоотвод!»

—Это было ужасно, — сказала Ливия, выключая телефон. — Будь мы женаты, это было бы основанием для развода.

—Неужели шутка не поразила тебя в самое сердце?

—Нет, не... — Она прервалась на полуслове и закатила глаза. — «Поразила», серьёзно?

—Я был столь же шокирован, когда эта идея пришла мне в голову. — На этот раз она хихикнула. — Наверное, я не уделил достаточно времени на мозговой шторм.

—Не засуха, так ливень[3], — посетовала Ливия с улыбкой на лице.

—Ой, да ладно, я же вижу, что тебе нравятся мои каламбуры.

—Они плохие, Райан, — сказала она, ранив его чувствительное сердце, — но настолько плохие, что в итоге всё равно получаются смешными.

Райан посмотрел на здание.

—Так каков план по вызволению Нарцинии из когтей её родителей? Они не выпустят её из виду после того, как потеряли свою нарколабораторию.

—У меня есть одна идея, но мне нужно немного времени, чтобы её доработать, — сказала Ливия. — Каждый раз, когда твои действия оказывают большое влияние, мне требуется время, чтобы увидеть их последствия.

Руки её парня крепко сжали руль.

—Бахус держал подопытных в подвале фабрики, — сообщил он ей. — Один из них умер.

—Я видела такую возможность, — сказала она, отводя взгляд. — Я надеялась, что ошибаюсь.

—Выжила бы жертва несколько дней назад? — спросил Райан, его девушка нерешительно кивнула. — Тогда в следующим цикле я нанесу удар по фабрике сразу же, как разберусь с Мета-бандой.

—Нарциния и Бахус будут внутри, — предупредила она. — Это будет намного сложнее.

—Я справлюсь. — Теперь, когда он смог уничтожить Гейста и получил доступ к системам фабрики «блаженства», он в своём следующем забеге мог легко разрушить защиту. — Я могу забрать Нарцинию к Карнавалу, пока буду этим заниматься.

—Мой отец плохо отреагирует.

—Я не дам ему времени.

Ливия сложила руки и посмотрела в глаза своему парню.

—Ты собираешься с ним драться, — сказала она срывающимся голосом.

—Да.

Райан не осмеливался открыто затронуть эту тему, но... он не мог приукрасить правду. Даже если это могло испортить их отношения, Покров был прав. Ливия нравилась курьеру, но не до такой степени, что позволить её отцу избежать наказания за свои преступления. Его нужно было остановить ради блага всех остальных.

—Ливия, твой отец знал о пленниках Бахуса, — сказал Райан. — Мы видели это в терминале фабрики. Он не просто дал своё согласие, он послал своему ручному священнику новых жертв, чтобы тот улучшил свой продукт. Он убил родителей Нарцинии и тысячи других людей. Чёрт возьми, он предпочёл свести старые счёты, а не помочь, когда Кровоток собирался превратить всех в томатный сок. Это показывает, как мало его заботит жизнь. Твой отец не перестанет убивать, если его не заставить.

—Я знаю! — Её голос сорвался, и провидица закрыла глаза и перевела дыхание. — Я знаю это, Райан. Я знаю, что он из себя представляет. Но у него и так осталось мало времени. Я видела это. Ты... ты не можешь просто подождать? Если мы продержимся достаточно...

—Когда он почувствует приближение своей смерти, Молниеносный зад впадёт в буйство и убьёт бесчисленное множество людей. — Райан несколько секунд молчал, давая своей девушке прийти в себя. — Ливия, ты не сможешь отговорить его от его безумия.

—Мы сможем, — сказала она. — С твоей помощью я смогу найти способ.

—Ливия, я помогу, чем смогу, — пообещал Райан, — но я не думаю, что слова убедят твоего отца. Даже твои. Если апокалипсис не заставил его остановиться, то ничто не сможет.

—Тогда что мне делать? — спросила она, сдерживая слёзы. — Дать тебе разрешение на убийство моего собственного отца? Ты этого хочешь?

—Мне не обязательно убивать твоего отца, чтобы нейтрализовать его.

—Тогда как? Dynamis и Карнавал перепробовали всё. Ничего не помогло. Ничего из того, что у них есть, не поможет. Я видела, к чему это приводит. — Её пальцы судорожно сжались на коленях. — Ты убил Гейста. Каким-то образом.

—Да, убил.

—У тебя есть что-то, что может убить моего отца. Или ты считаешь, что может.

—Да, — признал Райан.

Ливия прикусила нижнюю губу, совсем как Лен.

—Райан, почему ты говоришь мне об этом?

—Потому что я доверяю тебе.

Ну вот, он сказал это.

—Я доверяю тебе. — Райан взял её руки в свои, заставив её слегка покраснеть. — Я хочу, чтобы ты была со мной. Я хочу остаться с тобой даже после того, как мы очистим этот город. Я хочу, чтобы наши отношения продолжались. Я не хочу, чтобы они строились на лжи. Я видел, к чему это привело Safelite и его золотистого ретривера.

—Не называй так мою лучшую подругу, — ответила Ливия, сжимая его пальцы. — Я тоже хочу, чтобы у нас всё получилось, Райан... но я не хочу, чтобы мой парень и мой отец убили друг друга. Я не хочу этого видеть. Это чуть не случилось, когда он поймал тебя, и... не думаю, что смогу это выдержать. Даже если потом ты повернёшь время вспять.

—Я... я думаю, что смогу заточить твоего отца, — сказал курьер. — Там, откуда его никто не сможет освободить.

—Ты отправишь его в Монако или в карманное измерение? — Ливия покачала головой. — Он вырвется. У него есть Гении на службе, верные лейтенанты, непредвиденные обстоятельства.

—Это ненадолго.

—Ты не можешь в одиночку уничтожить целую организацию.

—Могу, и я это делал, — ответил Райан. — И на этот раз я не один.

—Райан, я знаю, что решение есть. Мирное решение. — Руки Ливии вырвались из его рук. — Я... я не против лишения свободы или принудительной отставки. Но не смерти. Меня уже тошнит от всех этих убийств и насилия. Где-то это должно прекратиться.

—Ты не против убить Бахуса, — заметил Райан, — но не того, кто отдаёт ему приказы?

—Бахус — не семья, — ответила Ливия, ёрзая на сиденье. — Это эгоистично, я знаю. Я не буду этого отрицать. Райан, я хочу спасать людей, но не хочу, чтобы моя семья погибла. Я не хочу делать этот выбор. Если бы тебе пришлось убить любимого человека, чтобы спасти мир, ты бы сделал это?

—Я бы нашёл третий вариант.

—И я так думаю. Ты сказал, что можешь сделать что угодно, будь у тебя время, и... и я надеюсь, что мы сможем найти третий вариант.

Райан некоторое время молчал, пока Ливия собиралась с мыслями. Она знала, что Августа нужно остановить, и на каком-то уровне понимала, что мирным путём этого не сделать. Он видел это по её лицу.

В конце концов, она снова открыла рот и прошептала:

—Обещай мне, Райан.

—Что обещай?

—Что ты не убьёшь моего отца, — сказала Ливия с тяжёлым и серьёзным лицом. — Не убивай его, пожалуйста. Или между нами всё кончено. Сбрось его с трона, разрушь его царство порока, заточи его под водой, пока он там не умрёт, и я... я смогу с этим жить. Но не убивай его. Пожалуйста.

Напряжённые полминуты они смотрели друг другу в глаза.

Если Райан откажется, Ливия станет его врагом. Она заботилась о своей семье так же сильно, как он любил своих друзей. Даже если он переживёт последующее возмездие, то будущее, которое они могли бы вместе построить, погибнет вместе с Молниеносным задом. Они останутся заклятыми врагами.

Август заслуживал смерти за свои преступления. Он, может, и не был настолько плох, как Большой Жирный Адам, но его преступления были почти такими же ужасными. Он убивал по всему миру в течение многих лет, но так и не раскаялся.

И всё же... Райан прожил достаточно долго, чтобы знать, что есть наказания гораздо более ужасные, чем смерть. Всё зависит от воображения.

—Я не убью твоего отца, — поклялся Райан, к облегчению Ливии, — но я его одолею. Решительно. Я сломлю его так основательно, что он больше никогда никому не будет угрожать.

Чёрный Абсолют наделил его силой причинить вред Августу, и путешественник во времени воспользуется ею.

Его девушка не могла не ответить нервным смехом.

—Ваше последнее столкновение не назовёшь удачным.

—В этом-то я и хорош, принцесса. Я могу проиграть тысячу раз, но победить мне требуется лишь единожды. — Райан снова посмотрел на усадьбу. — Ради тебя я не убью его. Но я изобью его, и он не избежит кармы. На его руках слишком много крови, и его жертвы заслуживают справедливости. Его наказание не будет смертельным, но и милосердным оно не будет. Тебя это устраивает?

—Это компромисс, — ответила она, покачав головой. — Никто из нас не получит всего, чего хочет.

Возможно. Но это было лучше, чем не получить ничего.

[1] Децимация — высшая мера дисциплинарных взысканий в древнеримской армии, представляющая собой смертную казнь каждого десятого по жребию.

[2] Обычно Лен носит jumpsuit, а в этот раз надела overalls. И то, и то вроде бы переводится как комбинезон.

[3] Русский аналог пословицы «when it rains, it pours», которую использует Ливия, — «беда не приходит одна», но, чтобы хоть как-то продолжить каламбуры с молниями, я использовал перевод этого выражения из фильма «Догма»: «не засуха, так ливень».