Том 2 · Глава 70. Попался

Порой Райан задавался вопросом, существует ли судьба.

Он наблюдал её во многих циклах: события не повторялись один в один, но часто искажённо воспроизводились даже после его вмешательства. Хотя обстоятельства были совершенно иными, этот цикл закончился так же, как и предыдущий: Новый Рим пылает, Райан сидит внутри механической брони, а Гений пытается перенести во времени своё сознание.

Это имело смысл. В конце концов, Райан — всего-навсего один человек, брошенный в реку камень; пока он не освоит петлю настолько, чтобы добиться максимального влияния и выбить её с колеи, последовательность событий испытывала искушение вновь заявить о себе. Курьер буквально боролся против целой вселенной и правила причинности.

И пусть приходилось многое принести в жертву, в конечном итоге Райан всегда выходил победителем. Он никогда не отказывался от надежды, что всё будет по-другому, потому что каждый цикл был немного лучше предыдущего. Его жизнь была процессом, каждая итерация которого оптимизирует финальный забег.

И если курьеру удастся переправить во времени больше людей, он сможет больше, чем просто бросать камешки в реку. Он сможет изменить её русло, вызвав сход оползня.

—Мне нужно, чтобы ты активировал свою силу, когда я попрошу, — сказала Лен, надевая модифицированный шлем от брони на голову Райана и подключая курьера к своей технике. — Из того, что я поняла, Фиолетовый Поток должен накапливаться, достигнув критической массы прежде... прежде, чем ты приблизишься к десятисекундной отметке.

—Хорошо, я бы предпочёл не создавать новую точку сохранения. — Райан посмотрел через линзы шлема, но никакие данные на них не выводились. В отличие от брони Жасмин, версия Лен была более грубой, экспериментальной. Она будет точкой опоры для его силы, но фактические вычисления будут выполняться на компьютере Гения. — Итак, как всё должно пройти?

—Я отправлю карту памяти своему... своему прошлому «я». — Лен села за свой компьютер. — Мои текущие воспоминания должны перезаписать старые. Может быть. Будем надеяться.

—У нас получится, — сказал Райан, чтобы подбодрить как её, так и себя. — Должно получиться. Всё, что для этого нужно, готово.

—Мы не можем быть уверены... — Лен покачала головой. — Я... я надеюсь, что у нас получится, Рири. Но я ничего не могу обещать.

Дверь мастерской открылась, прервав обсуждение. В комнату вошёл перевязанный Феликс, переводя взгляд с Лен на Райана. Курьер видел неверие в его глазах, а затем молчаливое принятие.

Он какое-то время простоял за дверью.

—Как долго... как долго ты слушал? — обеспокоенно нахмурившись, спросила Лен.

—Достаточно долго, — ответил Феликс, усевшись на верстак перед Райаном. — Хорошая броня, но я предпочитаю кашемировый костюм.

—Однажды я сделаю кашемировую силовую броню, — пошутил Райан.

—Видимо, у тебя есть всё необходимое время на свете, когда ты можешь повернуть его вспять? — Феликс сделал короткую паузу, не сводя глаз с бывшего товарища по команде. — Путешествие во времени. Безумие, но это очень многое объясняет. Сколько ты этим занимаешься? Как далеко ты можешь вернуться?

—Если честно, я сам не знаю, сколько мне лет, — признался Райан, прежде чем вспомнил одну из своих ранних встреч с Плутон. — От пятисот до тысячи, плюс-минус. Что касается того, как далеко я могу повернуть время вспять, — прямо перед моим приездом в Новый Рим.

—Ты занимаешься этим почти тысячелетие. — Феликс недоверчиво покачал головой. — Это безумие.

—Тебе... тебе Ливия рассказала? — спросила хмурая Лен.

—Нет, но у меня начали возникать вопросы. Когда вычеркнешь невозможное, то, что остаётся, должно быть правдой, какой бы невероятной она ни была. — Феликс покачал головой. — Я слишком долго был в компании Гардероб.

—Ты помирился с Ливией? — спросил Райан. Это была одна из надежд, которую он возложил на себя во время этой петли, и она, вероятно, перенесётся в его идеальный забег.

—Я бы так не сказал, но... думаю, она теперь понимает, почему я ушёл. Для этого понадобилась война, но её вера в отца наконец пошатнулась. Но слишком слабо, слишком поздно. — Феликс сжал кулаки. — Ты можешь спасти мою сестру?

—Да, — сказал Райан. — Я спасу её.

—Спасибо. — Герой вздохнул с облегчением, но лицо его осталось озабоченным. — Можешь и меня взять с собой? Тебе понадобится помощь.

—Нет, извини, — сказал Райан. Машина могла перенести только одну карту мозга. — Поверь, я бы взял, если бы мог.

—Мы... — Лен откашлялась. — Мы даже не уверены, что у меня вообще получится.

Феликс воспринял это хорошо, учитывая все обстоятельства. Или, что более вероятно, всё, через что он прошёл в последнее время, притупило его эмоциональную реакцию.

—Понятно. И как только ты вернёшься, мы все умрём?

—Вы забудете, — заверил его Райан. — Как от амнезии.

—Амнезия... Наверное, можно смотреть на это и с такой стороны. Ты... — Атомный котёнок прищурился, глядя на Райана. — Ты трахал меня до этого?

—Нет, — ответил Райан, к большому недоверию его Котёнка. Из всего прочего, он беспокоился именно об этом? — У меня есть целый список «Трахни, женись, убей», который я хочу выполнить перед идеальным забегом. Выйти замуж за Джейми, жениться на Юки, трахнуть Вамп, убить Псипси...

Лен закатила глаза, а Атомный кот скрестил руки на груди.

—Не знаю, почему я даже не удивлён, — сказал он, прежде чем замолчать. Было ясно, что ему нужно многое обдумать.

—Котёнок?

—Я не понимал, как сильно она меня любила, — сказал Феликс, глядя в пол. — Фортуна. Я думал, что она выберет наших родителей, а не меня, но я ошибался. Ошибался насчёт неё, и насчёт Ливии тоже. У них ещё есть надежда. Я... я никогда не ценил свою сестру, Райан. Теперь я это понимаю. Родители подписали мне смертный приговор, но Фортуна... она выбрала меня. Когда её загнали в угол, она поступила правильно.

Ни Райан, ни Лен ничего не сказали. Оба понимали, что герой говорит от всего сердца, что ему нужно снять камень с души.

—И когда ты повернёшь время вспять, я это забуду. Я опять буду беситься и злиться на неё. Её смерть ничего не будет значить.

—Будет, потому что я буду помнить, — заверил Райан Феликса. Его мнение об Удачливой девушке было не лучшим, но после того, как он увидел её жертву, оно значительно улучшилось. Так или иначе, но она выживет в его идеальном забеге.

—Квики, могу я попросить об одолжении? Убедись, что я... — Атомный кот затаил дыхание. — Убедись, что я пойму это к тому времени, как ты закончишь, и без её смерти. Я... я не думаю, что когда-нибудь помирюсь с Фортуной, если ты не вмешаешься.

—Не волнуйся, я найду способ. — Скорее всего, он похитит их обоих и отведёт на семейную терапию. Даже если ему придётся превратить одного из них в огурчик[1].

—Спасибо. — На лице Феликса расплылась искренняя улыбка. — Мне было весело работать с тобой, Райан. Ты хороший друг.

—Чёрт побери, Коротышка, тебе лучше начать процесс, пока я не умер от диабета. — Райан отвёл взгляд от Феликса, пока его друг-Гений печатала на клавиатуре. — Мы так и не дошли до тренировок с Пандой.

—Ага, я унесу это сожаление в могилу. — Феликс задумался. — Было бы весело.

Страшная тревога разнеслась по подводной базе, прервав счастливый момент.

Райан повернул голову к Лен, его тяжёлый шлем медленно двигался вместе с черепом. На экране её компьютера появилось изображение бездны вместе с очертаниями огромной подводной лодки. Прожекторы с базы Лен освещали её стальной корпус, на который был нанесён известный логотип.

Dynamis.

Компьютер запищал — это кто-то пытался установить связь. Нахмурившаяся Лен насторожена приняла вызов, и на экране появилось новое видео. Омерзительный сияющий череп уставился на Геномов в мастерской.

«Так ты выжил, Атомный кот». — В голосе Альфонса Манада не было облегчения, только намёк на любопытство. — «Мне было интересно, куда ты сбежал».

—Fallout? — сказал Феликс, слезая с верстака и подходя к компьютеру Лен. — Что это значит? Разве ты не в Новом Риме?

«Был, но мы переносим нашу штаб-квартиру и лаборатории за город. Август уничтожил наши предыдущие сооружения». — Генеральный директор Dynamis уставился на Лен. — «И мы подберём мисс Сабино по дороге».

Лен ощетинилась от ужаса, к большому разочарованию Райана.

—Et tu, Нагасаки? — подначил он ядерного киборга.

«Квиксейв, это ты внутри брони?» — ответил Fallout, усмехнувшись. — «Хорошо, ты тоже идёшь. Даю вам десять минут, чтобы выбраться из этой подводной дыры и зайти на борт нашей подводной лодки. У нас плотный график, и Вулкан может скоро пуститься в погоню».

—Нет, — возразила Лен, качая головой.

—Мы вежливо отклоняем твою просьбу, — сказал Райан. — Не заставляй нас воздвигать новую Берлинскую стену.

«Похоже, вы не понимаете». — Альфонс направил свой сияющий, лишённый эмоций взгляд на Лен. — «Она нужна нам, живая или мёртвая. Если вы сейчас же не сдадитесь, мы затопим весь этот комплекс и соберём генетический материал с трупа».

Лицо Коротышки потеряло весь цвет.

—Здесь дети!

—Мы помогли тебе против Меты, — заметил Райан, решив добавить этого человека в свой убойный список. — У тебя странное представление о долгосрочном партнёрстве.

«Я знал о твоих делишках с Ливией Августи, Квиксейв. Ты первым предал нас». — хмыкнул Альфонс, проигнорировав комментарий Лен. — «Это не имеет значения. Если хотите сохранить жизнь, присоединяйтесь к нам».

—Я думал, ты из хороших парней, — не скрывал своей ярости и разочарования Феликс.

«Так и есть. Пока я жив, Август никогда не будет лицом Европы. Всё, что я делаю, — это гарантирую, что он и его извращённый вид не победит».

—И чем ты от него отличаешься? — злобно зарычал Феликс. — Ты слышал Харгрейвса: Август вырезал целую мирную общину, чтобы заполучить в свои руки мою сестру Нарцинию. А ты сейчас угрожаешь детям, чтобы завладеть Гением.

«Отличаюсь тем, что я делаю это ради спасения человеческих жизней, а не для их уничтожения. Ты хоть можешь представить, скольких убил Август? Скольких ещё убьёт, сейчас, когда он лишился последних тормозов, которые у него были?» — Альфонс перевёл взгляд на Лен. — «Чем быстрее мы закончим эту войну, тем меньше людей погибнет. Если она пойдёт с нами, мы будем на шаг ближе к победе».

—Почему я? — спросила Лен дрожащим голосом. — Что... Что я тебе сделала? Это из-за фабрики?

«Какой смысл тебе сейчас рассказывать?» — грубо ответил Альфонс, но всё же пролил некоторый свет на свои мотивы. — «Ты — ключ к совершенствованию наших Эликсиров, Сабино. К массовому производству этих зелий, чтобы они больше не были орудием угнетения со стороны меньшинства».

—Ты хочешь сделать всех Геномами, — сообразил Райан.

«Да. Август и подобные ему полевые командиры обладают таким большим влияниям потому, что собирают Геномов в своих организациях. Но когда все сильны, никто не силён. Вы не понимаете? Единственный способ разрушить эти диктатуры суперсил — это демократизировать Эликсиры. И Сабино — ключ к осуществлению этой мечты».

Он был коммунистом во многих отношениях. Как жаль: Fallout и Коротышка, вероятно, отлично поладили бы, не желай он её вскрыть.

—Потому что ты удерживаешь Кровотока в своих лабораториях? — спросил Райан, и Лен ощетинилась от его прямолинейности.

Fallout проигнорировал их, лишив информации для следующих циклов.

«Я устал от этой ерунды. Что выбираете? Мёртвыми или живыми?»

Лен посмотрела на Райана, и её ответ последовал быстро.

—Лучше мёртвой, чем корпоратом, — сказала Гений, резко оборвав связь.

Альфонс немедленно ответил на этот акт неповиновения бомбардировкой, весь подводный комплекс содрогнулся, когда снаряды поразили убежище.

—Давай, Рири! — приказала Лен, загружая свою программу.

Райан немедленно остановил время, частицы Фиолетового Потока вылетели из его брони. Пока росло их число, курьер воспользовался моментом, чтобы в последний раз осмотреть происходящее вокруг него. Вода прорывалась через потолок благодаря торпедам Dynamis, Лен с ужасом и надеждой смотрела на экран, и Феликс с молчаливым достоинством ждал конца.

Не на такую концовку надеялся Райан, и он поклялся, что она больше не повторится.

Фиолетовые частицы поглотили окружающий его мир, и эта петля подошла к концу.

Это было 8 мая 2020 года в Новом Риме. Не первое и не последнее.

По крайней мере, он снова чувствовал ноги.

Вместо того чтобы ехать прямо в город, Райан припарковался поблизости и стал ждать. Из Хронорадио доносилась музыка, а не сообщения из стёртой временной линии. Как и в случае с Эжен-Анри, какая бы сила ни воздействовала на устройство в предыдущем цикле, её больше не было.

Теперь всё зависело от Райана.

Курьер не произнёс ни слова, не двинулся ни на дюйм. Страх охватил его тело, поскольку он отчаянно ждал знака от Лен. Какого угодно знака, что у неё получилось пройти. Какого угодно знака, что потеря Жасмин и все последующие жертвы что-то значили.

Райан никогда не верил ни в одного бога, но прямо сейчас он испытывал сильное искушение помолиться.

Музыка в Хронорадио резко оборвалась, и из него донёсся её голос.

«Рири».

Сердце Райана ёкнуло, и его накрыла волна сильного облегчения.

—Коротышка? — спросил он, ёрзая пальцами по рулю. — Ты... ты помнишь?

Последовало короткое молчание, а затем настал момент истины. Два слова, которые Райан надеялся однажды услышать, с тех пор, как впервые обрёл свою силу.

«Я помню».

Сработало.

Сработало.

Сработало!

После стольких испытаний, стольких неудачных попыток, такого количества одиночества и боли терпение Райана наконец окупилось. Он провёл бесчисленное количество циклов, исследуя свою силу и накапливая необходимые знания; и много другие циклов, собирая инструменты, необходимые для этого. Этот квест нуждался в помощи Лен, Жасмин и многих других, но, наконец, он достиг своей финальной стадии.

На этот раз всё было иначе.

Всё изменилось и никогда не будет прежним.

Ни в одном человеческом языке не было слова, чтобы описать радость Райана. Многовековое проклятие, наконец, было снято, и он больше не будет одинок перед лицом вечности.

«Рири», — закашлявшись, сказала Лен, и он почувствовал что-то неладное в её голосе. — «Ты должен прийти в приют. Сейчас же».

—Сейчас? — Райан моргнул, облегчение сменилось беспокойством. — Но Гуль убьёт...

«Ты должен быстрее прийти», — перебила его Лен, её кашель усилился. — «Времени мало. Процедура... возникла проблема, и я чувствую... чувствую себя нехорошо. Забудь о Гуле, мне... мне прямо сейчас нужна твоя помощь. Или всё будет напрасно».

—Коротышка, что ты имеешь в виду? — Тишина. Она оборвала связь. — Коротышка!

Райан вдавил педаль газа и немедленно направился в Ржавый город. Хотя идея позволить Гулю избежать наказания за убийство, пусть и не навсегда, раздражала курьера, он заткнул свою совесть. Лен нуждалась в нём. Просила о помощи.

И она вспомнила.

—Сработало, — бормотал под нос Райан, двигаясь на север. Он не мог в это поверить. — Сработало.

Идея Лен сработала! Возможно, она наносила ущерб здоровью или имела побочные эффекты, но она сработала! Он был так счастлив, так полон надежд, что швырнул деньги в парней из Частной охраны, чтобы они пропустили его через границу Ржавого города.

Неважно, были ли у переноса сознания побочные эффекты; тот факт, что он вообще работал, означал, что его можно усовершенствовать. Будущее было светлым и обнадёживающим.

Когда приют оказался в поле зрение курьера, зазвонил телефон Райана. Номер был не определён, но курьер его узнал.

Ливия.

Она сдержала своё слово, но Райан не поднял трубку. Лен ждала его у дверей приюта, совсем одна. Она была в комбинезоне и держала в руках водяное ружьё, её глаза были мрачными, а лицо бледным.

Что ещё более тревожно, из её носа капала кровь.

—Коротышка! — Райан поспешно припарковал свою Плимут Фьюри, вышел из машины и тут же бросился к другу. — Коротышка, ты в порядке?

Его лучший друг молча смотрела на него, определённо больная. Не повредил ли перенос её мозг?

—Коротышка, я здесь, — сказал Райан, подходя к ней. — Всё будет хорошо, кля...

Она выстрелила в него.

Будь это кто-то другой, он бы уклонился. Будь это кто угодно, кроме Лен, курьер остановил бы время и отошёл в сторону. Но его разум... его разум просто не мог представить, чтобы Коротышка наставила на него оружие и спустила курок. Райан застыл на месте на долю секунды, и этого было достаточно.

Прежде чем он понял, что произошло, вокруг курьера образовалась сфера воды, которая немедленно поглотила его. Сильное давление сковало его тело, и жидкость проникла под маску.

Почему? Райан задержал дыхание, совершенно потрясённый, когда его друг наблюдала за ним с другой стороны водянистой тюрьмы. И когда он посмотрел в её холодные бездушные глаза, он понял, что произошло что-то ужасное.

Лен вернулась сквозь время.

Но вместе с ней прошёл кто-то ещё.

[1] Отсылка к одной из серий «Рика и Морти», в которой Рик превратил себя в огурец, чтобы не идти на сеанс семейной терапии.