Том 1 · Глава 14. Кто осмелился навредить моей императрице?

В зеркале отразились два лица: одно — прекрасное, но холодное, другое — очаровательное и невинное.

Поза, в которой они находились, была двусмысленной, но тон Сяо Цзюэ был ледяным:

—Я не шучу.

Сердце Е Цин бешено колотилось, её мысли путались. Она не знала, как ответить на слова пса-императора, и в порыве сказала:

—Я не в силах расстаться с Вашем Величеством.

Эти слова рассмешили пса-императора. Он засмеялся так, что слёзы выступили на глазах, отпустил Е Цин и сел обратно в кресло.

Е Цин едва заметно вздохнула с облегчением, её ладони были покрыты холодным потом.

—Ладно, не буду вас дразнить, скучно, — сказал Сяо Цзюэ.

Он пристально посмотрел на неё, его глаза были как глубокий колодец, тёмные и пугающие.

Когда Сяо Цзюэ, позавтракав во дворце Чжаоян, вернулся во дворец Чжаодэ, он снова прислал богатые подарки. Е Цин всё ещё была в замешательстве.

На этот раз подарков было больше, чем раньше, и они были настолько роскошными, словно император хотел, чтобы весь дворец знал, что императрица теперь в фаворе.

Она всё ещё не понимала, что задумал Сяо Цзюэ.

Возможно, это было её воображение, но после того, как она ответила, что не покинет дворец, в его взгляде появилось что-то новое.

Она не могла описать это, но одна только мысль об этом вызывала у неё дрожь.

Сегодня слуги дворца Чжаоян ходили так, будто их ноги едва касались земли. Вчера их ещё высмеивали, а сегодня они снова могли гордо поднять головы, и в их сердцах царило удовлетворение.

Е Цин напомнила Цзы Чжу, чтобы они не вели себя так, будто они петухи и собаки, которые вознеслись на небеса∗.

∗П.п. Напомню. «Если человек обрел дао, его петухи и собаки возносятся на небо» — если кто-то получил высокий пост, то его родственники и друзья тоже получают должности или повышения.

Излишнее бахвальство всегда приносит проблемы, лучше быть скромнее.