Том 2 · Глава 303. Одновременные действия

Не говоря уже о том, что делать с Лу Чжу, "Молодая Фужэнь" и "Молодой господин", о которых говорил Цзинь Эр, совершенно не были так влюблены, как предполагали слухи. Цзян Жуань сделала глоток медовой воды из листьев лотоса; Цзинь Ин Ван фу обычно казалась холодным и безрадостным, и его персоналу никогда не приходилось иметь дело с женщиной, поэтому управляющему Линю пришлось пройти через нескольких кандидатов, прежде чем он нашёл повариху, которая могла приготовить такой сладкий суп, и попросил её приготовить несколько видов выпечки и десертов.

Первоначальное намерение состояло в том, чтобы угодить будущей молодой Фужэнь, но, по правде говоря, Цзян Жуань не привыкла есть такие вещи. Жители Цзинь Ин Ван фу были слишком восторженны в своём подходе к ней, поэтому, хотя она предпочла бы держаться подальше от всех, девушка могла только следить за тем, чтобы у неё было нежное выражение лица.

Сяо Шао сел напротив неё. Утренний воздух был свеж, и солнечный свет косо падал в окно, окрашивая его элегантный профиль золотом. Его чёрная мантия была расшита золотыми нитями цилинь, что являло собой идеальный контраст с его нефритовой холодностью, так что он излучал аристократическую грацию до мозга костей, даже когда пил чай.

Некоторым людям ничего не нужно делать; они привлекали внимание, просто сидя на месте и ничего не предпринимая. В последнее время у Цзян Жуань было много возможностей посмотреть на него, и каждый раз, когда она становилась свидетельницей этих прекрасных сцен, девушка не могла не чувствовать себя немного не в своей тарелке.

Она наклонила голову, чтобы выпить ещё немного медовой воды из листьев лотоса. Это было немного слишком мило. Она посмотрела на Сяо Шао и сказала:

—То, что случилось с Сюань Ю, это твоих рук дело?

Сяо Шао кивнул.

Затем Цзян Жуань спросила:

—Ты послал его отрубленную голову Гуй Фэй Чэнь?

Глаза Сяо Шао холодно блеснули.

—Она может винить только себя.

Цзян Жуань прикоснулась краем своей чашки к подбородку. Сяо Шао сделала все это, чтобы дать выход своему гневу. Она внимательно изучала молодого человека, расположившегося перед ней. Сначала девушка думала только о том, как он помогает ей во многих отношениях, но затем какие-то странные, тонкие чувства в её сердце постепенно усилились в последние несколько дней. Цзян Жуань не была дурой; проживаю жизнь второй раз, если бы она не понимала, что на самом деле скрывалось за этим странным чувством в её сердце, то прожила бы впустую обе свои жизни.

Человек, являющийся гордым сыном Небес (1), помогал ей снова и снова. Если бы это была её предыдущая жизнь, Цзян Жуань бы давно попала под его чары. Было действительно жаль, что их пути пересеклись только в этой жизни. Цзян Жуань почувствовала оттенок горечи. Она пришла в эту жизнь, неся бремя ненависти, и её руки были обречены на то, чтобы вонять кровью, так что даже семья Чжао не осмеливалась подходить к ней слишком близко. Как она могла тронуть его? В своей предыдущей жизни Цзян Жуань умерла слишком рано и понятия не имела о будущих событиях. Однако Сяо Шао всегда был во фракции Императора. Когда Император умер, Сяо Шао всё ещё находился в Южном Синьцзяне. Если бы он вернулся, как мог Сюань Ли отпустить его? Она не знала, что стало с этим молодым человеком в конце концов.

Когда она подумала об этом, Цзян Жуань бессознательно нахмурилась. Сяо Шао заметил это и предположил, что её беспокоит вопрос, связанный с Гуй Фэй Чэнь. Таким образом, он тихо сказал:

—Я уже позаботился о ситуации во дворце, тебе не нужно слишком беспокоиться об этом.

Цзян Жуань собралась с мыслями и мягко сказала:

—Сяо Шао, ты мне очень помог. Однако Гуй Фэй Чэнь и я подобны огню и воде; мы не можем существовать в одном и том же пространстве. У меня есть свои собственные методы — тебе не нужно больше вмешиваться.

Сяо Шао помолчал мгновение, прежде чем сказал:

—Я понимаю, — он знал, что у Цзян Жуань было много секретов, которые не мог разгадать даже самый искусный шпион из охраны Цзинь И. Теперь, хотя у него и были подозрения, молодой человек не хотел совать нос не в своё дело. У каждого были свои секреты. Глаза Цзян Жуань были такими, что в них всегда таилась непостижимая тьма, тьма настолько глубокая, что, хотя девушка хорошо её скрывала, малейший намёк на это иногда непреднамеренно обнажался, заставляя всё её существо быть пронизанным аурой зла.

Прошлой ночью, когда она лежала без сознания, девушка выкрикнула имя: "Сюань Ли".

Сяо Шао опустил глаза, позволяя своим длинным ресницам скрыть его эмоции. Какая история была у неё с Сюань Ли? Прошлой ночью она выкрикнула его имя в состоянии бреда и тоном, полным горя и печали. Он послал своих шпионов на разведку, но они не смогли обнаружить никакой связи между Цзян Жуань и Сюань Ли.

После долгого молчания Сяо Шао спросил:

—Что ты собираешься делать?

—Сюань Ю мертв, и Лан Чжуну фу и Цзян Ли придётся понести последствия своих собственных действий. Гуй Фэй Чэнь потратила столько усилий, чтобы устроить это шоу, как я могу позволить ему закончиться так внезапно? — что-то тёмное промелькнуло в глазах Цзян Жуань.

Сяо Шао заметил это и сказал:

—Если что-нибудь случится, ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь.

—Большое спасибо, — даже когда Цзян Жуань поблагодарила Сяо Шао, она подумала, что этот его ход действительно был довольно умным. Со смертью Сюань Ю он выровнял игровое поле. В настоящее время всё выглядело так, как будто Цзян Ли и Лан Чжун фу сохранили свои жизни, но если эта ситуация будет развиваться дальше, вовлекая в неё ещё больше людей, то Лан Чжун фу окажется в глубокой беде. Она не испытывала бы жалости к Цзян Ли и Цзо Цзяну; оба этих человека хотели причинить ей вред, и смерть была бы слишком хороша для них. Единственным, кто избежал наказания, была Гуй Фэй Чэнь. Поскольку Гуй Фэй Чэнь нашла время, чтобы заняться делами Цзян Жуань, как могла Цзян Жуань разочаровать её?

Цзян Жуань мрачно усмехнулась про себя. Казалось, что прошло довольно много времени с тех пор, как она в последний раз видела Великого Мастера Хуэй Цзюэ. Однако к настоящему времени он должен быть Великим Наставником (2).

1. 天之骄子 (tian zhi jiao zi) – литературный перевод – гордый сын неба. Что означает кого-то с талантом, богатством и влиянием; человек, считающийся очень удачливым.

2. 国师 (guo shi) – литературный перевод – национальный учитель. Значение несколько отличалось в зависимости от династии. Так в династии Хань это была должность человека, назначенного наставником Императора и наследного (возможно, и других) принца. В династиях от Юань до Мин это был почётный титул, которым Император награждал монаха, считавшегося обладателем безупречной морали и больших знаний. Такой монах часто ходил во дворец, чтобы преподавать буддийские сутры.