Том 1 · Глава 216. Жизнь и смерть (1)
Вместо мертвенного холода Ли Гона окутало мягкое золотисто-зелёное сияние.
Смерть, которая старательно растила из него бога бедствия, увидела это и пришла в ужас.
Однако уговоры не помогли. В колышущейся мане проступило новое лицо, будто сошедшее с картины Мунка.
Со Смертью его было не спутать.
Та щурилась по-разбойничьи, а её растянутая до ушей ухмылка больше подошла бы демону. Впрочем, выглядела она скорее злобной хулиганкой, чем настоящим чудовищем.
Жизнь выглядела иначе. Ни улыбки, ни озорства — только спокойное, строгое лицо. Казалось, перед ней стояло само зло и она уже вынесла ему приговор.
Так выглядела вторая ступень Жизни.
Смерть окончательно впала в истерику.
Ли Гон хмыкнул.
«Так вот почему эта дрянь с самого начала не давала мне пустить Изобилие на подношение».
Он и раньше догадывался, в чём дело. Всё-таки Жизнь и Смерть редко уживаются мирно.
Система тут же подтвердила его догадку.
Первым перемену почувствовал Чхон Сонджэ.
Охренеть! Меня прямо распирает! Дядя, ты лучший!
Изобилие управляло жизненной силой, поэтому Жизнь получила от него мощную подпитку. А раз Сонджэ стал Святым Жизни, часть этой силы досталась и ему.
Результат оказался внушительным.
Рост Жизни заметно укрепил всё, что помогало не сдохнуть: здоровье, защиту, запас маны. Смерть, напротив, усиливала урон, проклятия и прочие способы отправить врага в могилу.
«Выходит, Смерть — зомби... Нет, щит».
На этом подарки не закончились. Когда Смерть перешла на вторую ступень, Ли Гон получил новый навык. Жизнь тоже не осталась в долгу.
Заодно вырос запас маны. Его вечная нехватка давно портила Ли Гону жизнь, а развитие Жизни со временем могло решить эту проблему.
Вот только сама Жизнь восторга не разделяла.
...!
От Смерти он привык ждать чего угодно, но эта укоризна заставила его насторожиться.
Причину, впрочем, искать долго не пришлось. В последнее время Ли Гон слишком охотно пользовался силой Смерти. Недавно он одним ударом уничтожил сотни миллионов существ. Для Жизни это едва ли выглядело образцовым поведением.
Строгое лицо в золотисто-зелёном свете стало ещё суровее.
Чего?!
Ли Гон уставился на сообщение. Может, он всё-таки прочёл не то?
Нет. Смерть тоже всё поняла и немедленно взвыла.
Обе Власти принялись наперебой доказывать, что именно они полезнее Змееносцу.
Ли Гон слушал их и не понимал одного: почему ему опять достались две отборные ебанашки?
Ответ пришёл со стороны наблюдавших богов.
У Ли Гона дёрнулась бровь.
Впрочем, боги могли болтать что угодно. Главное, что обе стороны его силы продолжали развиваться. Если довести их до предела, он получит сильнейшую атаку и лучшую защиту.
Но система тут же разрушила эту приятную картину.
Ли Гон заинтересованно прищурился.
«Значит, в конце всё равно придётся выбрать одну».
Теперь было ясно, почему Жизнь и Смерть так яростно перетягивали его каждая на свою сторону.
И тут под ногой что-то шевельнулось.
...!
Ли Гон опустил взгляд. Крошечное существо, едва различимое на земле, старательно ползло прочь.
Это был Монарх Изобилия.
Чревоугодие превратило прежнего исполина в жалкую мелочь. Он терпел невыносимую боль, но куда сильнее его пугало другое.
«У меня отняли Власть. Это уже не просто поражение».
Изобилие плодило монстров Неизвестной цивилизации с такой скоростью, что Двенадцать богов-покровителей давно отказались от наступления. Оно в считаные сроки доводило детёнышей до зрелости, а взрослых — до древнего ранга. Бесконечные подкрепления ломали волю противника ещё до решающей битвы.
Без Власти Рождения всё менялось.
«Люди и их боги решат, что теперь могут победить».
До сих пор они прятались под куполами не из трусости, а потому, что численное превосходство монстров невозможно было преодолеть. Армия Изобилия постоянно пополнялась, и у этой войны не было конца.
Но если подкрепления однажды иссякнут, человечество увидит перед собой не бездну, а дорогу к победе. Люди сами распахнут купола, в которых жили словно в клетках, и полезут отвоёвывать землю.
Допустить это Монарх не мог. Ему требовалось выбраться отсюда любой ценой.
Хрясь!
Ли Гон придавил беглеца подошвой, будто блоху.
Куда пополз, гнида? Хотя хорошо, что ты ещё жив.
Силы Жизни и Смерти взметнулись вверх двумя столбами.
Монарх Изобилия яростно оскалился.
Едва сообщение исчезло, над Сеулом вспыхнул барьер.
Барьер ещё держится!
Он трещал и дрожал, но так и не рухнул. Изобилие торжествующе рассмеялось.
Хьюго побледнел. Из всех бойцов ранга SS Ли Гон отправил туда только Гоута.
Хьюго уже хотел связаться с Гоутом, когда свет барьера внезапно исказился.
Ли Гон широко ухмыльнулся.
В это же время несколько сотен адептов, вошедших в Сеул ради охоты на Изобилие и подношений своим богам, застыли посреди улицы.
Это же Стрелец, да?
Ага... Вроде бы.
На просторном перекрёстке кишели монстры. Среди них сражались пятеро лучников: Гоут, Ли Джэвон и трое молодых адептов, которые боготворили Ли Гона.
Но люди застыли не потому, что встретили редких и славившихся красотой адептов Стрельца. Пятеро делали работу, для которой обычно потребовалась бы целая армия.
Монстры падали один за другим, будто по ним били из тяжёлого орудия.
Они же никогда не были настолько сильными!
Да там твари просто исчезают!
Гоут имел ранг SS, Ли Джэвон — S, однако даже для них такая разрушительная мощь выглядела ненормально.
Джозеф, один из Десяти Звёзд Тельца и командир прибывших боевых адептов, нахмурился.
«Благословение покровителя не даёт такой прибавки за одну неделю».
Он видел их совсем недавно и прекрасно помнил прежний уровень.
Разгадку заметили почти сразу.
Оружие!
На новых луках Гоута и Ли Джэвона горела отметка SS.
Точно! Оба лука высшего ранга!
Адепт, носивший реликвию в виде очков, едва не подавился воздухом.
Оружие SS, не считая престольных регалий, можно было пересчитать по пальцам. Во всём мире таких предметов набралось бы едва ли десять.
На такие вещи у Мастерской Гения монополия! Только Козерог умеет делать оружие такого класса!
Даже там подобные заказы стоили безумных денег и требовали долгих уговоров. Мастера Козерога задирали нос так высоко, что перед ними унижались даже Святые.
И вдруг два таких лука появились у беднейшего Храма.
Смотрите, у остальных оружие ранга S!
Да им раньше даже на снаряжение ранга B денег не хватало! Откуда они взяли такие вещи?
Кто-то неуверенно кашлянул.
Кажется, я слышал, что господин Ли Гон сделал им новое оружие...
Это изготовил Ли Гон?!
Слух прежде вызывал только смех. Все решили, что нищие из Стрельца от безысходности отдали заказ человеку, который не имел никакого отношения к Храму Козерога.
Теперь смеяться никому не хотелось.
По-моему, эти луки сильнее изделий Мастерской Гения.
Не неси чушь! Ты хоть понимаешь, с кем их сравниваешь?
Мастерская Гения снабжала оружием всё человечество. Каждое изделие там проходило проверку самого бога-покровителя Козерога.
Да вы посмотрите! Он луком клык отбил! Это какая, мать его, прочность?!
Тем временем Гоут изучал Заповедь — писание Неизвестной цивилизации, которое передал ему Ли Гон.
«Забавно. Почти наше Писание, только всё устроено иначе».
Заповедь раскрывала слабости врагов. Упускать такую возможность Гоут не собирался.
«Добьём всех».
Он натянул тетиву.
Трах!
Стрела угодила в уязвимое место, и барьер Изобилия рассыпался по всему городу.
Монарх почувствовал это мгновенно.
Ли Гон посмотрел на него сверху вниз.
Похоже, твой последний козырь тоже накрылся.
Монарх дёрнулся, а Сонджэ вдруг хлопнул себя по лбу.
Дядя! Внутри этой твари была душа Святой Рыб!
Что?!
Ли Гон лишь кивнул, будто услышал ожидаемое.
Я и сам почувствовал знакомый след. Собирался распороть ему брюхо и проверить.
А я думал, ты просто хотел сделать сумку.
Монарха передёрнуло.
«Я слишком легко отнёсся к людям».
Для открытого вторжения было ещё рано, поэтому Монарх явился тайно. Чтобы посеять в человеческих землях семена для будущего урожая и обмануть защиту купола, он запер себя в человеческом теле.
Ему казалось, такой оболочки хватит.
Теперь она превратилась в клетку.
«Если я здесь погибну, весь план вторжения полетит к чёрту».
Изобилие лихорадочно искало выход и наконец нашло, чем отвлечь Ли Гона.
Ли Гон замер.
Монарх торопливо продолжил:
Ли Гон мгновенно схватил его за горло.
Кулак Ли Гона оборвал сообщение.
Хрясь!
Монарха Изобилия размазало по земле бесформенной кашей.
Так человечество добилось первого настоящего успеха на пути к победе.
(Продолжение следует)