Том 1 · Глава 84. Легендарная священная реликвия, итальянская мочалка
Кха! Кха-кха!..
Небольшая часовня притаилась на самой окраине Срединного континента. Заходясь кашлем и захлёбываясь кровью, перед статуей богини рухнула жрица.
Звали её Сесилия.
Когда-то в Священном королевстве её выбрали кандидатом в святые, пророча молодой девушке блестящее будущее.
Ха-а... Ха-а...
От пропитавших пол кровавых пятен поднимались чёрные миазмы. Её жреческое одеяние давно покрылось грязью и кляксами крови, а некогда светлая кожа, лишаясь последних сил, становилась пепельно-серой.
Отравление демонической энергией. Причём в тяжелейшей форме.
Проведя больше двадцати лет в неустанной заботе о поражённых скверной, она и сама постепенно пропиталась этой пагубной силой.
Сесилия устремила затуманенный взор на статую богини. Сквозь её потрескавшиеся губы прорвалась горькая усмешка.
«Хе-хе... Какая же я бесстыжая. Неужели я думала, что смогу искупить грехи, просто умерев вот так?»
В её сознании замелькали далёкие воспоминания о прошлом.
Сесилия тоже претендовала на роль святой, но на фоне невероятной божественной силы и благородства Люсии она всегда оставалась лишь блеклой тенью. Ослеплённая завистью, она страстно желала низвергнуть соперницу.
Я слышала, Люсия бросила ребёнка прямо перед монстром, а сама сбежала!
Говорят, она каждую ночь гуляет под ручку с мужчинами и ходит на свидания!
Мерзкие слухи со скоростью лесного пожара разнеслись по всему королевству, и никто даже не подумал проверить их правдивость. Люди просто упивались сенсационной историей о падении непорочной девы. Другие влиятельные семьи поспешили воспользоваться моментом, подливая масла в огонь.
В конце концов Люсию лишили статуса кандидата в святые. Но и саму Сесилию вскоре исключили из числа претенденток за распространение сплетен и очернение священного сана.
Так обеих женщин фактически сослали в Империю под благовидным предлогом «распространения милости богини по всему миру».
«Люсия... она сияла, куда бы ни направлялась».
Даже в полуразрушенной часовне нищей деревушки она ничуть не изменилась. Вместо того чтобы таить злобу на Сесилию, которая завидовала ей и обрекла на изгнание, Люсия молча помогала страждущим, полностью посвятив себя людям.
На её лице неизменно сияла яркая улыбка. Порой она без малейших колебаний бросалась на монстров, стремясь защитить простых жителей. Она оказалась полной противоположностью тем грязным слухам, что распускала Сесилия.
Проведя бок о бок с Люсией несколько лет и помогая ей во всём, Сесилия в какой-то момент поймала себя на том, что тоже начала меняться. Следуя за ней, она лечила больных и раздавала хлеб беднякам. Пускай её собственная душа давно сгнила и покрылась язвами, внешне она старательно подражала святой.
В тот день, когда Люсии исполнилось двадцать шесть лет, она сжала руки Сесилии своими бледными пальцами и мягко улыбнулась:
Сесилия... Спасибо тебе... за то, что была рядом.
Это были последние слова Люсии, покинувшей этот мир в самом расцвете сил.
«Глупышка... За что? За что именно ты была так благодарна?»
С самой её смерти Сесилия не знала ни единого дня спокойного сна. Желая понять, почему Люсия поблагодарила её, она больше двадцати лет продолжала жить в этом притворстве. В глухой приграничной часовне, где никто не знал её имени, она посвятила остаток дней тому, что выдавливала гной из ран несчастных, отравленных демонической энергией.
Но ответа на свой вопрос она так и не нашла.
«Я... тоже очень устала».
Перед глазами постепенно сгущалась тьма. Даже разрывающая всё тело боль понемногу притуплялась.
«Люсия...»
Если бы она только могла попросить у неё прощения на небесах, то с радостью согласилась бы гореть в адском пламени целую тысячу лет.
И в тот самый миг, когда она уже медленно опускала веки...
Ветхая дверь часовни с грохотом распахнулась, и внутрь влетел мужчина.
Госпожа Сесилия!..
Сесилия с трудом заставила себя приоткрыть глаза. Перед ней стоял Том — безнадёжный больной с тяжелейшим отравлением демонической энергией, от очищения которого отказался даже сам архиепископ. Он подбежал к ней, сияя радостным, живым взглядом.
Том?.. Ты... снова прикоснулся к чёрным камням маны?..
Только так умирающий от скверны мог на короткое время вернуть себе былую бодрость. Сесилия заговорила с ним, преисполненная жалости.
Однако приблизившийся Том вовсе не походил на безумца, бредящего под воздействием наркотического дурмана.
Всё совсем не так, госпожа Сесилия! Я исцелился! Посмотрите на моё лицо!
Зрачки Сесилии мелко задрожали. Демоническая энергия действительно бесследно исчезла. Его впалые, обтянутые кожей щёки округлились, а лицо буквально светилось здоровьем. Кожа была нежной, словно у младенца!
Как... как тебе это удалось?..
Кто мог исцелить больного, перед которым оказалась бессильна даже божественная магия архиепископа? На подобное чудо была способна разве что святая... Только Люсия.
Нам нужно поспешить на пилинг, госпожа Сесилия! Вы не должны умирать в одиночестве в этой полуразрушенной дыре!
Что?..
«На какой ещё пилинг?»
Она растерянно уставилась на парня, ошеломлённая столь нелепым заявлением. Но Том, словно не желая тратить драгоценное время на пустые объяснения, бесцеремонно взвалил её себе на спину.
Том!.. Прекрати... Кха! Я же!..
Сесилия в знак протеста слабо заколотила кулаками по его спине, но её силы не шли ни в какое сравнение с мощью Тома. Что бы он ни съел и где бы ни побывал, парень изменился до неузнаваемости.
Отправляйтесь со мной на Север!
Отпусти меня! Я заслужила смерть!..
Госпожа Сесилия! Пожалуйста, живите! Только так смогу выжить я! Хе-хе-хе.
Широко улыбаясь, Том выбежал из часовни с Сесилией на плечах.
Она пребывала в полнейшем замешательстве. Она должна жить, чтобы жил он? Не могло быть и речи о том, чтобы этот юноша питал к ней какие-то особые чувства.
«Отлично... уже трое!»
«Даже под страхом смерти я не признаюсь ей, что всё дело в реферальной системе!..»
Счастливый Том во весь опор помчался вперёд, неся на спине купон на один золотой... то есть свою спасительницу Сесилию.
Кх!.. Ха-а!..
Из груди Первого принца, Людвига фон Вальдемара, вырывалось тяжёлое, прерывистое дыхание. Его некогда великолепные доспехи оказались наполовину разбиты, а из раны на плече сочилась тёмно-алая кровь.
Проклятье!..
Он огляделся по сторонам. Алтарный зал лежал в руинах, разрушенный до неузнаваемости. Половина имперских рыцарей безжизненно растянулась на каменных плитах, да и среди священников со святыми рыцарями потери составляли не меньше тридцати процентов.
Людвиг перевёл взгляд на чудовище, возвышавшееся в самом центре главного зала.
Ха-ха... Похоже, ты совсем не знаешь усталости.
Император, превратившийся в покорного слугу Короля Демонов, не просто окреп — он окончательно утратил человеческий облик. Всё его тело покрывала иссиня-чёрная чешуя, а из острых костяных шипов, прорвавших кожу вдоль позвоночника, непрерывным потоком струилась зловещая демоническая энергия. Он выглядел точь-в-точь как древний злой демон, когда-то терзавший весь мир, — то есть как Черный Дракон, принявший человеческий облик.
По сравнению с этим зрелищем трансформация Максиона казалась детской забавой.
Стоило Императору небрежно взмахнуть своим двуручным мечом, как одна лишь взрывная волна начисто отсекла конечности стоявшим поблизости святым рыцарям.
Неужели... это конец?..
В глазах Людвига промелькнуло отчаяние. Дорогие свитки Освещения ночи, которые они закупили ранее, давно закончились. Да и последнее Искусственное солнце, пронзённое багровой молнией Императора, бесследно растаяло в воздухе.
Мы должны уничтожить... останки Короля Демонов!.. Этот меч! Иначе раны Императора будут исцеляться бесконечно!
Людвиг едва не выл от бессильной злобы. Если даже лучший клинок Империи, напитанный божественной силой архиепископа, не смог оставить на этом оружии ни единой царапины, то как они вообще должны его уничтожить?
Безумно расхохотавшись, Император устремил свой двуручный меч к сводам зала. Сгустившаяся на острие клинка демоническая энергия превратилась в «чёрное солнце», медленно поднявшееся под самый потолок.
Стоило чёрному солнцу пролить свой зловещий свет, как прямо сквозь каменные плиты алтаря начали прорастать тёмные деревья — Треанты, объятые чёрным пламенем.
О-окружите клинки аурой!
Их древесина прочнее стали!
Но прежде чем рыцари успели хотя бы взмахнуть мечами, вырвавшиеся из-под пола чёрные лозы мгновенно обвили их лодыжки.
А-а-а-а-ах!..
Лозы безжалостно высасывали жизненную силу из тел воинов. Всего за несколько секунд могучие рыцари превратились в иссохшие мумии, безжизненно покатившиеся по полу. Лишь высокоранговые жрецы с мощной божественной силой едва удерживали защитные барьеры, в то время как даже рыцари уровня Эксперта с трудом отбивались от наседавших побегов.
Архиепископ! Немедленно укройте моих рыцарей барьерами!..
Однако побледневший архиепископ Люмен лишь безнадёжно покачал головой:
Всё не так просто! Вы хоть представляете, сколько божественной силы требуется, чтобы сдерживать атаки подобного демона?!
Если падёт авангард, вы всё равно будете следующими! Расширяйте барьер немедленно!..
Людвиг кричал, наливаясь яростью, но жрецы Священного королевства были слишком заняты спасением собственных шкур, чтобы заботиться об имперских рыцарях.
«Это конец...»
Обрубая наступающие со всех сторон чёрные лозы, Людвиг окончательно смирился с неизбежным. Он потратил столько лет на накопление сил и укрепление репутации, тщательно выстраивая шахматную партию ради императорского престола. Но перед лицом столь сокрушительного могущества ни коварные интриги, ни союзы не имели ровным счётом никакого значения.
И в этот отчаянный миг, когда чёрные побеги уже готовы были окончательно опутать ноги рыцарей...
О боже... дорогой братец.
Нежный женский голос, совершенно неуместный в этом филиале преисподней, эхом разнёсся над алтарём:
Ты так редко выглядишь столь растерянным. Может, мне немного помочь тебе?
Людвиг в изумлении резко обернулся.
Р-Руруйен?!
Перед ним стояла Третья принцесса, Руруйен фон Вальдемар, — безупречно элегантная, без единой пылинки на роскошном платье. Позади неё выстроились верная служанка Серия, рыцарь-хранитель Дерек и... орк-джентльмен Крок, облачённый в строгий костюм.
Десятки чёрных лоз, подобно хлыстам, устремились в сторону Руруйен. Это был сокрушительный удар, отразить который с трудом удавалось даже самому Людвигу.
Однако...
Крок. Разберись с ними.
Слушаюсь, Ваше Высочество.
Повинуясь властному приказу Руруйен, Крок шагнул вперёд. В его руке была зажата золотистая ткань... Особая итальянская мочалка Винтервальта!
Крепко сжав её, Крок напитал ткань багровой аурой. От вида этого свечения у имперских рыцарей глаза полезли на лоб.
Стоило Кроку взмахнуть итальянской мочалкой, как чёрные лозы, разлетаясь на щепки, были отброшены прочь.
Э-это же!..
Дрожащие внутри барьера святые рыцари, завидев ослепительный сполох, разразились криками:
Неужели это священная реликвия?..
Как магия солнца может окутывать руки этого грязного демона!
Не глупи... разве он похож на демона? Это наверняка посланник, ниспосланный самой богиней!
Не сомневайтесь в предначертании богини!
Пока жрецы, принявшие итальянскую мочалку за священную реликвию, истово крестились и проливали слёзы, Руруйен неторопливо извлекла из-за пазухи свиток. Этот свиток, излучающий мягкое золотое свечение, разительно отличался по качеству от тех, что она втридорога продала Людвигу.
Смотри внимательно, дорогой братец! Вот оно
Руруйен без колебаний сорвала печать со свитка и подбросила его вверх.
В то же мгновение грозовые тучи и демоническая энергия, застилавшие своды главного зала, были рассеяны одним мощным ударом. Ввысь поднялось огромное, ослепительно пылающее солнце, не имевшее ничего общего с теми жалкими искусственными светилами, что запускали над дворцом ранее!
Чёрное солнце Императора и золотое светило столкнулись лицом к лицу. Какое-то мгновение они словно боролись друг с другом, но силы оказались слишком неравны.
Золотое солнце одним махом поглотило чёрное светило. Тьма, сковавшая дворец, мгновенно рассеялась, и на поле боя хлынул тёплый, слепящий свет.
Император глухо застонал и впервые за всё время попятился назад. Его чешуя обугливалась и осыпалась, а демоническая энергия стремительно испарялась.
Тем временем в телах рыцарей и жрецов начали происходить настоящие чудеса.
М-мои раны затягиваются!
Демоническая скверна очищается!..
Какая священная и тёплая сила!..
Находившиеся на волосок от гибели воины, исцеляясь на глазах, начали подниматься на ноги.
И пока все вокруг — и враги, и союзники — застыли в оцепенении перед лицом этого чуда, Руруйен, не теряя времени, достала следующий свиток.
Так, посмотрим... а, вот этот. Магия иссушения древесины.
Стоило ей разорвать свиток, как по главному залу пронёсся сухой, обжигающий ветер. На людей он почти не подействовал, но для призванных Императором чёрных деревьев оказался смертоносным.
Напитанные скверной чёрные деревья иссохли, скрючились и в мгновение ока рассыпались горсткой пепла. Непобедимая армия Императора была столь жалко уничтожена силой всего лишь двух свитков.
Т-ты... Всё это время ты скрывала подобную силу?..
Она изящно раскрыла веер и сладко улыбнулась брату:
О боже, скрывала? Но разве не ты сам говорил, дорогой братец, что у Империи сейчас трудные времена с финансами?
Тебе ведь придётся за всё это заплатить позже, ты же понимаешь?
От столь внезапного предъявления счёта Людвиг лишь беззвучно открывал и закрывал рот.
Тем временем святые рыцари начали опускаться на колени, заливаясь слезами.
Святая!.. Хнык!.. Святая Люсия!..
Как же сильно вы, должно быть, страдали, покинув родину!..
В глазах тех, кто ещё мгновение назад испуганно жался за барьерами, теперь горел неистовый огонь веры. Их боевой дух взлетел до небес.
Мы победим в этой священной войне!!
Во имя богини и святой, в атаку!!!
Ура-а-а-а-а-а!!!
Позабыв о страхе, святые рыцари и жрецы дружно вскинули оружие и, словно безумные, ринулись на Императора.
Какое безумие, честное слово.
Посреди этого хаоса Людвиг тоже бросился вперёд. Как ни крути, а последний удар должен нанести именно он.