Том 9 · Глава 218. Оставайтесь таким, какой вы есть
«И всё же мы до сих пор партнёры.»
Я уж думал, он скажет, что из-за моей некомпетентности нам стоит пересмотреть отношения. Нет, пожалуй, он как раз для этого меня и позвал. Он ведь не выходил на связь с тех самых пор, да и сегодня за целый день не проронил ни слова.
В голове всё смешалось. Стараясь не думать об этом, я отправил ответ: «Понял, куда идти?».
Я могу только раз за разом наносить свежие слои краски. Если я едва справляюсь с покраской, так что с меня взять?
Мне нужно ненадолго к гильдмастеру Юпитера.
Юхён скривился. Подойдя, он осмотрел моё лицо.
Не перенапрягайся. Даже если мы рассоримся с гильдией Юпитер, это не конец света. Сейчас мы сможем им противостоять.
С чего бы нам ссориться? Зачем гильдмастеру Юпитера отказываться от ездового монстра и кузнеца? Незачем беспокоиться.
Да, что такого может случиться. Просто я в себе не уверен. Положа руку на сердце, перед Сон Хёндже кто угодно почувствует себя не в своей тарелке. Дело не в том, что я какой-то не такой, я просто обычный.
Мы с Юхёном вышли из номера. Сон Хёндже позвал меня в бар на последнем этаже отеля. Похоже, весь этаж освободили для нас – выйдя из лифта, я не встретил ни души. Внешняя стена широкого коридора оказалась стеклянной. За ней в свете ламп голубоватым сиянием переливалась вода бассейна на крыше.
Я подожду снаружи.
Не стоит. Если у гильдмастера Юпитера есть совесть, он проводит меня.
Вместо ответа брат сел на один из стульев, расставленных вдоль коридора. Я так и думал.
Если что, зови, хён.
Хорошо.
Как же на него можно положиться. Я открыл дверь со старинным узором. В баре царил полумрак, а стена со стороны бассейна вновь, разумеется, оказалась стеклянной. Интерьер в целом западный, но на внешней клумбе рос низкий бамбук, а на стенах висели картина с женщиной в японской традиционной одежде и украшения в том же стиле. Выбрали бы что-то одно. От этого рябит в глазах.
Сюда.
Сон Хёндже стоял за длинной барной стойкой. За его спиной сияли огни и поблёскивали бокалы. Я подумал, что с таким лицом он бы преуспел в этом бизнесе, если бы только его напитки не были ядовитыми. ...Хотя, судя по реакции японцев, они выстроились бы в очередь, даже если бы это их убило.
При воспоминании об этих преувеличенных репортажах на душе полегчало. Коктейль бога грома, вкус, от которого всё покалывает. Нет, так я и рассмеяться могу. ...А Юхёну – холодный, льдисто-голубой, с огоньком? Такое подойдёт? А Ёрим... нет, хватит глупых мыслей. Нельзя поддаваться влиянию японского телевидения.
По-видимому, у гильдии Юпитер совсем плохо с деньгами, раз уж вы, гильдмастер, подрабатываете.
Я тут же понял, что ляпнул лишнего, но слово – не воробей. Хорошо хоть не назвал его богом грома. Я готов поднять вам выручку, так что будьте добры, налейте мне чего-нибудь бодрящего, о бог грома. И фоновую музыку, пожалуйста, сами обеспечьте.
Настроение у тебя и впрямь улучшилось.
Сон Хёндже предложил мне сесть. Я сел на стул у стойки. В такой обстановке и впрямь нужно что-то заказать, да только я в этом ничего не смыслю. Здесь только коктейли? Арахис не подают?
Местное телевидение весьма забавное. И гильдия Аматэрасу тоже народец весёлый.
И Король Лев, и Японский Воин меня повеселили. А как представлю, что Ёрим воина раздавит, так и вовсе впору сдерживать очередную волну довольного фырканья. Надо и мне плакат сделать.
Сон Хёндже поставил передо мной пустой бокал. Словно проработав здесь много лет, он ловко достал какие-то ингредиенты и смешал их в шейкере. Движения серебристого стакана невольно приковали мой взгляд. Ярко-салатовый напиток бесшумно и плавно наполнил бокал, в котором тут же очутилась декоративная трубочка.
На вид – обычный сок, и на вкус он оказался таким же сладким. Вкусно.
Вы позвали меня не для того, чтобы я это пил, так в чём дело?
Во рту сладость, а на языке – горечь. Кнут и пряник, да?
Хочу кое-что предложить.
Рядом с бокалом легла карта. Чёрная, кредитная.
Старая, должно быть, больше не работает.
Предлагаете покончить с ролью коллег по бизнесу и вернуться к прежним отношениям?
Я этого ожидал, так что не удивился.
Статус «партнёра» аннулирую, но карту не возьму.
Просто гильдмастер и директор питомника. Этим и ограничимся. В конце концов, в партнёрстве нет нужды. Врагами мы теперь едва ли станем. И хоть какое-то содействие он, пожалуй, окажет.
Для всеобщего блага стоит составить простенький договор. Вы ведь, Сон Хёндже, не хотите, чтобы мир рухнул?
Внезапно я вспомнил нашу первую встречу. Уже тогда он вёл себя так, словно я – товар. Я отшутился, и остальные, вероятно, тоже восприняли это как шутку. С тех пор прошло три месяца. Не так уж и долго.
Я думал, что сблизиться с ним выгодно. Прежде всего, стань он нашим союзником, мы получили бы невероятно сильную поддержку. Сон Хёндже – охотник номер один в рейтинге, а возможность делиться Боевым Предвидением через навык Учителя всё ещё слишком ценна, чтобы от неё отказываться. Не говоря уже о его широком влиянии за рубежом.
И ещё. Ну, и прочее, и так далее.
Вспоминая об этом, я немного приуныл. Но что поделать, если я сам виноват.
...А у вас терпения, оказывается, меньше, чем я думал.
В итоге я не сдержал колкости, и Сон Хёндже заговорил.
Напротив. Я всё это время сдерживаюсь.
Всё это время? Прошу прощения за то, что я, некомпетентный F-Класс, постоянно вас разочаровываю.
Не знал, что вы так мучаетесь. Пожалуй, стоит на коленях вымолить прощение за то, что доставляю столько хлопот.
Я мог бы силой выпытать всё. О твоём непонятном поведении. Обо всём, что ты, Хан Юджин-кун, скрываешь.
Он мягко улыбнулся, добавив, что обычно не сдерживает своего любопытства.
Однако я дорожу тобой, Хан Юджин-кун.
И что вы предлагаете?
Моё предложение
Сон Хёндже пошёл вдоль длинной стойки.
Покажешь свою суть
Он обогнул стойку и подошёл ко мне. Я хотел встать, но потом просто развернул стул. Его тихие шаги замерли передо мной.
Так вы, значит, хотите стать этой самой опорой?
Но почему вы? У меня есть родной брат, есть дети, которые мне как семья, есть друзья.
Полагаться на других — это «я». Если не можешь удержать самого себя, то и всё вокруг легко рассыплется.
...Это вы мне предлагаете заняться самосовершенствованием?
Хан Юджин-кун, ты и так уже достаточно себя загоняешь и принижаешь. Тебе нужен отдых, а не тренировки.
У меня на это нет времени.
Я создам тебе условия для отдыха. Идеальные и продуманные до мелочей.
Ласково, словно утешая, Сон Хёндже добавил:
Если ты примешь моё предложение.
Он опустился ниже, встав на одно колено, и его взгляд оказался на уровне моего. Так взрослый смотрит на ребёнка, чтобы тот не чувствовал угрозы.
Я, конечно, в последнее время на него полагался, но чтобы до такой степени...
Если вы забыли, то мне двадцать пять. Возраст не большой, но я уже взрослый и рано начал самостоятельную жизнь. Так что жизненного опыта у меня побольше, чем можно судить по внешности.
На самом деле мне тридцать. Совсем не ребёнок.
Не нужно обращаться со мной как с беспризорником.
И взрослые, и дети
На то мы и взрослые.
Разве можно назвать взрослым того, кто живёт как ему вздумается? В отличие от детей, взрослые лишены безоговорочной защиты и должны сами о себе заботиться, а для этого приходится многое терпеть. Не хочется вставать по утрам – заставляешь себя; хочется отдохнуть – идёшь на работу; видеть не можешь начальника – улыбаешься ему; хочется что-то съесть или купить – соизмеряешь желания с толщиной кошелька и отказываешь себе.
У меня всё это началось раньше, чем у большинства. Пришлось раньше повзрослеть, взять на себя ответственность и научиться терпеть.
Тебе не нужно ни за что отвечать и ничего терпеть.
Его слова звучали так сладко, что, казалось, у меня вот-вот зубы сведёт.
Не думай ни о чём и следуй зову сердца. Делай что хочешь. Никто не будет вмешиваться. Не нужно оглядываться на других, не нужно нести ответственность. Можешь видеть лишь то, что хочешь видеть, и слышать лишь то, что хочешь слышать.
Э-э... вы просто предлагаете мне стать вашей собственностью?
Опекун и подопечный. Отношения, которые можно прекратить в любой момент, как только ты достаточно окрепнешь, чтобы стоять на своих ногах.
Я не понимал. Прежде всего, почему он так со мной поступает.
До чего же великодушное предложение, оно меня смущает. Какова цена? И не говорите, что её нет.
Когда ты, Хан Юджин-кун, будешь готов. Тогда, я надеюсь, ты мне всё и расскажешь.
...И это всё? Я ещё могу понять, почему вы сдерживаетесь и не заставляете меня говорить силой. Но ждать, исполняя при этом роль опекуна? Нет, серьёзно, почему?
Потому что я так хочу.
Простой ответ лишил меня дара речи. Не ради меня, а просто потому что ему так хочется. В его духе. Выходит, мне даже не нужно чувствовать себя обязанным.
...Признаться, звучит заманчиво.
Если Сон Хёндже решит стать моим опекуном и пустит в ход все свои ресурсы, то более идеальной заботы и представить невозможно. Настолько, что у меня в голове не укладывается.
Это будет в высшей степени приятная и счастливая жизнь.
Если бы я не прошёл через регрессию.
Но, Сон Хёндже, вы слишком поздно.
Нынешний я не может этого принять. И в то же время я понимаю, что именно потому Сон Хёндже терпеливо и протягивает мне руку. Будь я в состоянии всё бросить и выбрать отдых, он бы на меня и внимания не обратил. Забавная ирония.
Почему вы не связались со мной лет десять, а то и двадцать назад? Когда мне шесть-семь было. Я бы с радостью пошёл за вами. И брата бы с собой прихватил.
Прошу прощения. Я тогда и сам ещё был зелёным юнцом.
И всё же спасибо.
Я встал со стула и протянул руку. Сон Хёндже взял её и, хоть и не опирался на неё, всё же поднялся, не отпуская.
Раз уж вы так терпеливы, то и впредь на вас рассчитываю, партнёр.
Мне полегчало. Сон Хёндже смотрел на меня сверху вниз. Смотреть на него свысока тоже неплохо, но так привычнее. Он состроил преувеличенно огорчённую мину.
Стоит мне решиться на уступку, как от неё тут же отказываются.
Что значит «отказываются»? Вы ещё кому-то делали подобные предложения?
Не в такой степени, но однажды я предложил начальнику Сонг Тхэвону свою тайную протекцию.
И он вас отверг, надо полагать.
С тех пор я защищаю его открыто.
Разве это не то, за что ругают, – сговор власти и бизнеса? Хотя начальнику Сонг так, должно быть, спокойнее. Сказать тяжело, но он, судя по всему, и впрямь хорошо к нему относится. Крайне неоднозначная доброта.
А это я возьму в знак искренности гильдмастера Юпитера. На всякий случай.
Я взял карту, лежавшую у бокала. Тратить деньги бездумно, как раньше, я не планирую. Пусть будет просто сувениром.
Сказав, что меня ждёт брат и проводы не нужны, я уже хотел уйти, но перед выходом обернулся к Сон Хёндже.
Раз уж вы проявили такое великодушие, у меня будет одна просьба.
Говори.
Оставайтесь таким, какой вы есть. Не меняйтесь и не исчезайте. Просто будьте.
Слова «пока я не смогу занять ваше место» застряли у меня в горле. Мне всё ещё не хватает уверенности, чтобы с гордостью произнести их. Окажись я один на том круизном лайнере, и там мне было бы трудно сохранять самообладание.
И желательно не умирайте.
Договорились.
Он ответил с такой лёгкостью, будто мы договаривались об ужине.
Выйдя наружу, я увидел, что Юхён уже на ногах.
И чего ты не сидел?
Я услышал шаги и встал.
Надеюсь, он не слышал наш разговор. Хотя Сон Хёндже не мог не проверить звукоизоляцию, прежде чем позвать меня.
Как я и говорил, ничего особенного. Пойдём в номер, закажем что-нибудь? Я немного проголодался.
Хоть я и плотно поужинал, после долгой ванны снова захотелось есть.
У тебя... улучшилось настроение,
Ну вот, опять.
Снова к гильдмастеру Юпитера ревнуешь? Говорю же, не стоит. Для меня ты всегда на первом месте.
Всё, что я делаю, – ради брата.
Что бы кто ни говорил, что бы ни случилось, ты, Юхён,
Так что успокойся и пойдём ужинать. Брат кивнул и улыбнулся. Меню обслуживания номеров... на корейском его, разумеется, нет? Придётся звать гида.
Проснувшись утром, я сонно и долго зевал. Хоть в хорошем отеле и постель удобная, спал я мало. Попросил гида перевести программу телепередач и в итоге засмотрелся до поздней ночи.
Основной целью было узнать о японских охотниках, но...
«Между Юхёном и Ёрим, если их послушать, витают розовые флюиды.»
Скорее, иссиня-чёрные флюиды смертельной ненависти. Ладно, ненависть – это слишком. Но до розового им так же далеко, как и до зелёного цвета дружбы... К тому же Ёрим ещё несовершеннолетняя. Да и разница в пять лет – это много. Если уж на то пошло, Ной подходит ей куда больше.
«И эти двое ещё цветочки.»
Больше всего меня шокировала парочка из Сон Хёндже и Кан Соён. Да как эти психи вообще могли сводить ребёнка с аджосси? «Светловолосая красавица из Англии», «а не в близких ли отношениях она с гильдмастером?» – такую чушь несли, что мне самому захотелось подать в суд на телеканал. И почему она всё время англичанка? У Соён двойное гражданство, и состоит она в корейской гильдии!
«Даже если любовь преодолевает возраст, границы, расу и пол, его младшему партнёру должно быть хотя бы под тридцать!»
И то, это с большой натяжкой, а в идеале – за тридцать. Вот когда накопишь достаточно жизненного опыта и научишься сам за себя отвечать, тогда и можно говорить, что возраст – просто цифра! Совсем совести нет, с ребёнком-то.
В общем, я против этого союза! Даже с Мун Хёна он смотрелся бы странно. Или есть же ещё Эвелин. Хотя на самом деле Сон Хёндже смотрит на Кан Соён как на дитя. И сам он, разумеется, не её поля ягода, но ведь у него наверняка кто-то был. Даже любопытно стало.
Я хотел заказать обслуживание в номер, но решил, что лучше поесть всем вместе, и спустился к завтраку. Ёрим, Ной и Мун Хёна, которые ночью ходили по магазинам, вернулись с кучей всякой всячины. Среди прочего там оказались поддельные куклы Пакса и Чирика. Куклу Чирика мы решили передать юридическому отделу Бездны.
Там ещё и специализированный торговый центр охотников!
Рынок для охотников? Ты же вчера о нём говорила.
Нет, это товары для обычных людей. Там продают фотографии, постеры. Игрушечных львов целые горы.
...Что-то вроде постеров со знаменитостями? Я вспомнил кукол Юхёна и Ёрим, которых видел вчера. Милые, конечно. Интересно, это частное производство?
Смотри, аджосси. Это я специально! Ради тебя, скрепя сердце, принесла.
Ёрим с гримасой отвращения протянула мне что-то. Что же это такое, что она так... Ого.
Это же... фото Юхёна?
Да ещё и в школьной форме. Боже, откуда оно в Японии?
Продают из-под полы, потому что это нарушение личных прав человека.
Отдадим их юристам вместе с куклой.
Но эту я пока оставлю себе.
А это
...Что? А мои-то фото откуда?!
Потому что я брат Юхёна? Я в замешательстве посмотрел на снимок – это же фото из японского аэропорта. Ого, они уже успели их напечатать и продать? Мои фото и впрямь продаются? Или они идут в качестве бонуса к фотографиям Юхёна?
Их тоже передадим юристам... но серьёзно, почему и мои фото?
Просто в честь корейско-японского матча? Ёрим ответила «да» и бросила один из моих снимков Юхёну.
Скажи спасибо.
Спасибо.
Юхён послушно поблагодарил Ёрим. Ему правда... нужна моя фотография? В общем, странное это место.