Том 11 · Глава 259. Чаепитие
Что? Юджин!
Ной не просто удивился – он подскочил на месте. Сигма замер, не донеся вилку до рта. А вот Юхён и Мун Хёна, напротив, переглянулись с недоумением, явно не понимая причины переполоха.
Ты же говорил, что не хочешь делать гравировку.
Я не хотел ту, что связывает меня с ним. Ной, вы ведь знаете, о чём речь?
...Да. Не полную, конечно. В Медсене часто наносят гравировку на треть тела. У меня она тоже есть: от затылка до лопаток. Но для обычного человека это предел. Даже если привлечь стражей-целителей, всё, что свыше, грозит смертью.
Хён!
Мун Хёна тоже нахмурилась:
Поберёг бы ты себя, директор Хан. Видишь, брат волнуется.
На такой шаг я иду только потому, что у меня есть запасные жизни. Юхён, эффект сохранится даже после того, как мы отсюда выберемся. Упускать такую возможность просто глупо. Да, сейчас нагрузка на организм ляжет колоссальная, но с улучшенным контролем магической энергии я смогу лучше защитить себя в будущем. Эффективность навыков возрастёт, а может, даже удастся поднять их класс. С моими характеристиками развить навыки высокого класса обычным путём практически невозможно.
Если постоянно использовать навык, привыкая к нему, его класс растёт. Но с моим жалким показателем Магии не освоить даже навыки среднего класса. Я попросту не чувствовал ни как действовал сам навык, ни потоков магической энергии.
Представь, насколько проще станет прятаться в случае опасности, если навык скрытности поднимется на ступень выше.
И всё же...
По-прежнему недовольный Юхён повернулся к Ною:
Насколько велики риски? Есть ли побочные эффекты?
Одна треть абсолютно безопасна. Случалось, пробуждённые с навыками самоисцеления выдерживали нанесение гравировки до середины спины. Но дальше в Медсене ещё никто не заходил. Юджин, даже треть даст ощутимый эффект. Ваш контроль возрастёт почти до D-Класса.
D-Класс. Для меня немало. И всё-таки.
Юхён, позволь мне настоять на своём. В этот раз. Обещаю, в последний.
Даже приняв решение нанести гравировку, я колебался. Мысль о том, чтобы отказаться ради спокойствия брата, не покидала меня. Слова Ирин, юркнувшей защищать меня, а не оставшейся с Юхёном, тоже заставили помешкать.
Но желание обрести силу, способную защитить меня самого, перевесило. Я хотел выжить. Не только сейчас, но и в далёком будущем.
После долгих споров мы сошлись на компромиссе: гравировка покроет спину только до поясницы, а не целиком. С условием, что я потрачу только одну запасную жизнь.
Поток маны сохраняется в теле в среднем тридцать минут после смерти. Как только он остановится, процедура станет невыполнимой. Поэтому, если с вами что-то случится, мы закончим всё за двадцать минут. Даже если гравировка не будет завершена до желаемого уровня.
Остаётся надеяться, что моё тело продержится как можно дольше.
Воскрешение запланировали в интервале между двадцатью пятью и тридцатью минутами после смерти.
Подготовка началась немедля. Анестезия подействовала, сознание померкло. Сколько времени прошло?
Казалось бы, одного визита сюда хватило бы за глаза.
Тьма перед глазами рассеялась, сменяясь неясным светом, и в поле зрения возникло знакомое лицо. Сон Хёндже смотрел на меня сверху вниз.
Он протянул руку в перчатке. Немного поколебавшись, я ухватился за неё и поднялся.
Выходит, я умер. И что, теперь каждый раз после смерти буду попадать сюда?
Твоя нынешняя смерть проходит системную обработку, Хан Юджин-кун. Если быть точным, я вошёл в это пространство.
И правда, в прошлый раз он не мог появиться без зова. Теперь, значит, может? Взгляд скользнул по фигуре Сон Хёндже и зацепился за руку. Тогда он говорил, что потерял её.
Глаза целы? Вы ведь не поставили зрение на кон просто так, когда ничего серьёзного не происходит?
Я помахал рукой перед его лицом. Пара золотых глаз проследила за движением. Вроде бы видит, но кто знает, вдруг притворяется? От этого типа всего можно ожидать.
Закройте один глаз. Сколько пальцев?
Два.
А теперь другой.
Пять.
К счастью, зрение в порядке. Надеюсь, он не лишился чего-то другого. Уши на месте, уцелевшая рука функционирует, ноги две, говорит складно – значит, язык тоже цел. Сон Хёндже с лёгким недоумением наблюдал, как я нарезаю круги вокруг него, проводя инспекцию. Непривычное выражение на его лице.
Вообще-то, беспокоиться сейчас стоит о Хан Юджин-куне, а не обо мне.
У меня-то все конечности на месте. И пусть тело не настоящее, но сейчас им пользуетесь вы, так что извольте его беречь. Взрослый мужик, а за собственной тушкой уследить не можете.
Возвращаю эти слова тебе.
Сон Хёндже развернул меня спиной к себе. Его рука коснулась обнажённой кожи, подготовленной для процедуры.
Гравировка уже добралась досюда.
Область сердца. В памяти всплыл давний разговор.
Ах да, вы же забронировали это место. Прошу прощения. Мне спросить, не повредится ли гравировка при физическом воздействии?
Наверняка он хотел, чтобы я вырастил для него ездового монстра. Сон Хёндже не ответил, лишь убрал руку, пейзаж тут же переменился. Пустота обратилась садом, где гулял лёгкий ветерок. Под сенью глицинии стоял стол с чайным сервизом. Фиолетовые лепестки медленно опадали вниз.
Присаживайся,
...Что это на вас нашло?
Решил угостить чаем.
А я вообще могу пить в таком состоянии?
Сродни еде во сне.
Логично. Скептически хмыкнув, я всё же сел, гадая, к чему этот внезапный приём. Сон Хёндже, стоя у стола, поднял заварочный чайник. Напиток полился в чашку, распространяя нежный аромат. Я не особо разбирался в чаях. Одно дело – цитроновый, из бусенника или ячменный, но этот наверняка из дорогих сортов.
Если вам так не нравилась идея с гравировкой, могли бы прислать квест. Я бы попросил не трогать область над сердцем.
Если бы я думал, что ты послушаешь, так бы и поступил.
Сон Хёндже поставил передо мной чашку. Словно ему не привыкать, хотя вряд ли ему часто приходилось кого-то обслуживать. Чай я не признал, но аромат манил, и я сделал глоток.
...В-вкусно.
Можешь говорить честно.
...Скажем так: я оценил ваши старания.
Что за гадость? Вкус странный. Хотя пахнет приятно, да и цвет красивый. Я посмотрел на чай и рискнул попробовать ещё раз. Брр. Заметив мою гримасу, Сон Хёндже протянул печенье. Едва я отправил его в рот, как оно тут же растаяло на языке. Смешавшись со странным привкусом чая, сладость стала насыщенной и мягкой.
Вкусно, но слишком приторно.
Тогда запей чаем.
В сочетании будет лучше? Я поднял чашку, глотнул... Тьфу!
Вкус испортился окончательно!
Сон Хёндже рассмеялся. Я поспешно схватил предложенное печенье, чтобы перебить послевкусие. Ох, а выпечка и правда божественная.
Нельзя прислать немного через квест? Хочу угостить ребят.
Пришлю. Но без чая вкус будет иным.
Значит, этот вкус раскрывается только после той гадости? Я хотел было снова потянуться к чашке, но передумал. Если вкус станет ещё противнее, меня точно вывернет.
Пожалуй, хватит издеваться над моими рецепторами.
Рад слышать.
Сон Хёндже передал мне вазочку с печеньем и сел напротив. Сладости были хороши и сами по себе. Не обязательно страдать, чтобы...
Погодите. Это что, якобы намёк? Мол, не стоит истязать себя ради награды?
Всего лишь перерыв перед пробуждением.
Что-то не верится.
Под моим недоверчивым взглядом Сон Хёндже отпил из своей чашки. Чёрт, до чего же элегантно. Будь он недосягаемой звездой с телеэкрана, я бы искренне восхитился.
Я долго думал, прежде чем решиться. Это не было безрассудством. И впредь я постараюсь подобного избегать.
Даже при угрозе для молодого господина?
Я ненадолго умолк, но затем ответил:
Оказывается, Юхён может быть счастлив только рядом со мной.
Разумеется. Так и есть.
А я просто хотел, чтобы брат был в безопасности.
Я мечтал, чтобы он больше никогда не рисковал ради меня... и не покидал меня. Но...
И всё же счастье важнее.
Если прошлое повторится, я этого не вынесу. Лучше уж я сам. Хотелось взять с него слово, почти угрозой заставить пообещать: не смей меня защищать, ведь если ты умрёшь, спасая меня, я тоже не жилец.
Но как это сделать? В голове крутились слова Рин о том, что она «не знает». Я хотел и дальше оставаться в неведении. Не знать, почему брат улыбался тогда.
В общем, мне нужно прожить хотя бы дольше брата. ...И с чего я вдруг разоткровенничался? Короче, надо беречь здоровье. У S-Классов продолжительность жизни большая, так что придётся постараться. Сесть мне, что ли, на диету?
Чай остыл.
Мм? Вроде ещё тёплый. Но передо мной уже стояла новая чашка со свежим напитком. На этот раз аромат был слабее. Вкус оказался приятным, с лёгкими ореховыми нотками, без горечи. Напоминает ячменный чай, но куда изысканнее.
Сон Хёндже, вы хоть и S-Класс, но тоже следите за здоровьем. Вам нужно жить долго.
Постараюсь пережить Хан Юджин-куна.
Ну, это само собой разумеется.
С каждым глотком внутри разливалось приятное тепло. Но время уходит, а мы болтаем о пустяках. Я ведь столько хотел спросить при встрече.
Насчёт Сигмы. Он правда стал настоящим? Квест ведь прислали вы, Сон Хёндже?
Настоящим его признал ты, Хан Юджин-кун. Квест отправил я, но больше ничего о нём сказать не могу.
...Разве можно стать настоящим только потому, что я так сказал?
Ясно одно: этот мир пытается его уничтожить. И это только начало.
...Нашествие монстров – только начало? Не слишком ли высока сложность?
Эм, а если Сигма умрёт, что будет? Провал зачистки и мы застрянем здесь навечно?
Если установить все диски, выход откроется. Однако...
Сон Хёндже замолчал и просто улыбнулся. Значит, об этом говорить нельзя. Информация, скрытая квадратиками.
Он
Обычно за особые Основные Квесты полагается особая, щедрая награда.
Наградой был всего-то ключ к зачистке подземелья. Или намечался ещё скрытый бонус?
А что ещё вы можете рассказ...
Грохот. Внезапно всё кругом содрогнулось. По голубому небу с треском побежала огромная трещина. Сон Хёндже поднял взгляд.
Началось.
Что началось?
В этом мире, естественно, сохранилась информация о неблагодарных отступниках и почитателях сыновнего долга. И среди них...
Треск, скрежет. Трещина расширилась, и небесный свод начал рушиться. Осколки посыпались отовсюду, в том числе и на меня. Сон Хёндже снял пальто и несильно взмахнул им, сметая падающие обломки. Тяжёлая ткань накрыла меня с головой.
Мой тебе совет: найди маленькую мисс.
Ёрим?
В этом мире она сейчас сильнейший пробуждённый.
Ёрим? Наша Ёрим и так была сильна, но чтобы «сильнейшая»? Да ещё из уст Сон Хёндже.
ГРОХОТ!
Дыра в небесах разрослась. За осыпавшейся лазурью колыхалась тьма. Ночь. Сквозь пролом просачивался бледный лунный свет.
Из-за грани донеслись слова. Низкий тон, отдающийся эхом голос. Отступник или почитатель сыновнего долга? От давления, исходящего из небесного разлома, меня затрясло.
Надеюсь, это наша последняя встреча здесь.
Наполнив пустую чашку, Сон Хёндже исчез. Расколотое небо и сад мгновенно растворились. Остались лишь чашка в руке, стул и пальто.
Посидев немного в оцепенении, я отпил чаю. Всё ещё тёплый.
...И что он тут делает один, серьёзно?
Надеюсь, с ним всё будет в порядке. Судя по всему, он вселился в тело кого-то из противоборствующих сторон. Вечно он в одиночку что-то мутит. Потерял руку, а ведёт себя как ни в чём не бывало. Пусть тело и не его, и умереть он не умрёт, но как тут не волноваться?
Я пил чай в тишине. Как-то сиротливо, тоска одолевает. Когда же я вернусь? Чай давно остыл, прошло ещё какое-то время, и наконец окружение сменилось. Процедурная, которую я видел перед наркозом...
Цель приблизилась на пятьсот метров!
Приготовиться к скоростному перемещению.
Есть!
Но людей прибавилось. Стражи Медсена в форме суетились кругом, а посреди хаоса возвышался Ной. Юхён, – видимо, его корректировка гравировки уже завершилась, – сидел рядом со мной в больничной одежде. Он знал, что я очнусь, но лицо его оставалось мрачным.
Я сразу же нажал на сообщение о воскрешении.
Что за...
Хён!
Слова застряли в горле. По всему телу пробежали мурашки. Не то чтобы я раньше совсем не чувствовал магию или ману, но сейчас эти потоки ощущались пугающе отчётливо. Каждая клеточка тела вибрировала, воздух давил тяжестью. Ощущение, как при погружении в воду. Или в эпицентре тайфуна.
Особенно яростно мана бурлила вокруг Ноя.
Ты как?
Ощущения... странные.
Привыкну, конечно. Ого, я чувствовал присутствие стражей, даже не глядя на них. Теперь понятно, почему S-Классы такие дёрганые. Опираясь на брата, я сел.
Что стряслось?
Из Мана-Дыры в Ахате появился монстр SSS-Класса.
Чего?
Вступать в бой там было нельзя
Юхён кивнул на огромный монитор в углу. Там двигалось нечто настолько колоссальное, что не помещалось в кадр.
Он послушно следует за нами, так что мы уводим его как можно дальше.
Монстр SSS-Класса. У нас несколько стражей SS-Класса, так что шансы есть, но ситуация всё равно паршивая. Так вот что имел в виду Сон Хёндже, говоря «это только начало». Надеюсь, L-Класс следом не вылезет?
Ной, Хёна!
Они обернулись на мой зов.
Где сейчас может быть Ёрим?
Последую совету и найду её. ...Надеюсь, хоть в этот раз меня встретят любезнее.