Том 1. Глава 197
Ах, ну правда. Что это вообще такое?
Тот день не стал исключением.
В последнее время она постоянно твердила, как она занята, но стоило ей заглянуть в гости, как разговоры заводились об одном и том же.
По её словам, ей удалось получить отдельную поддержку от Магической башни и добиться отправки дополнительных магов на Северный фронт.
Благодаря этому на севере стало чуть свободнее, и теперь можно будет высвободить часть военных сил — она вываливала на слушателей сведения, которые, честно говоря, вряд ли стоило разглашать посторонним.
Это ведь к лучшему, верно? К тому же я слышала, что поведение Трансцендентных на севере сильно изменилось.
Изменилось?
Сильверна была особенно рада приходам принцессы Клариссы. Новости с севера, которые та приносила, были для неё крайне ценными.
Казалось бы, раз так, Сильверне стоило просто вернуться назад, но она, похоже, пока не собиралась этого делать. Должно быть, она и сама чувствовала, где её место в данный момент.
Говорят, они больше не бросаются в бездумные атаки. Напротив, теперь они склонны отступать, даже если появляются внезапно.
Это значит…
Что они собирают все силы воедино,
Остальные при этих словах подумали о том же: ситуация на севере была подобна затишью перед грядущей бурей.
В любом случае, на душе как-то неспокойно. С одной стороны, хочется, чтобы всё это поскорее закончилось, а с другой
Слова Клариссы отзывались в каждом. Как она и сказала, всех мучили схожие сомнения.
Предвкушение того, что финальная битва с Трансцендентными уже на пороге. И в то же время — растущая тревога, ведь даже если преимущество на их стороне, неизвестно, на что решатся враги в последний момент. Всех объединяли одни и те же чувства.
Что ты думаешь, Исаак? Как считаешь, мы сможем победить?
После вопроса принцессы Клариссы взгляды всех присутствующих устремились на него.
В каком-то смысле он знал больше всех и имел самый тесный контакт с Трансцендентными. Учитывая его уникальный опыт регрессии, они надеялись, что он сможет дать хоть какую-то зацепку. Однако…
Теперь я уже ничего не могу вам подсказать.
Знания о будущем стали бесполезны. Причина была проста.
В те времена люди не могли загнать Трансцендентных так далеко.
Его слова означали отсутствие информации, но для остальных они стали поводом укрепиться в своей решимости. Это было подтверждением того, что они прижали врага к краю и конец уже близок.
Исаак верил, что впереди их ждёт результат, в корне отличающийся от прежнего.
…
Это была редкая ночь, когда сон никак не шел.
Исаак сидел в своей комнате, отрешённо глядя в небо, и чувствовал, как многочисленные думы тянут его вниз, словно за ноги.
Это всё из-за сегодняшнего разговора.
Обычно в такие моменты лучше было чем-то заняться. Если просто сидеть сложа руки, мысли поглотят тебя целиком.
Поэтому Исаак взял в руки мечи и вышел наружу.
«Надо подвигаться».
С этой мыслью он спустился на первый этаж и увидел на кухне человека.
М-м?
Это была Шарен. Вид у неё был сонный, она была в пижаме, а волосы, вопреки обыкновению, не были завязаны. Должно быть, спустилась попить воды. Потирая глаза, она спросила:
Исаак, ты куда?
Хочу немного потренироваться.
…Тренировка ночью? Это то, о чём говорили сестрицы?
«И что они ребёнку наплели?»
Я собираюсь помахать мечом. А ты иди спать. А то не вырастешь.
Ну ладно-о.
Шарен поплелась в гостевую комнату. Из-за того, что людей стало неожиданно много, она жила в одной комнате с Рианной.
Исаак вышел в сад.
В тот миг, когда среди прохладного воздуха и ветра он обнажил свой меч…
…Хм?
Вместе с ночным ветром кожу обожгло ледяное чувство. Холодная жажда крови, словно заявляющая о своём присутствии.
Исаак перевёл взгляд на вход. Там стоял мужчина в тренировочном костюме, сжимающий в руках огромный одати. На голове у него была соломенная шляпа-саккат, словно скрывающая его от взора небес. На лбу выделялся рог. Кулаки были сжаты с непоколебимой решимостью.
Исаак знал, что этот момент настанет. Знал, что нужно быть готовым. Что всё к этому шло.
Он каждый день думал об этом, укреплял дух и ждал. Но когда этот миг настал, он показался слишком внезапным, и нахлынуло мимолётное сожаление: «Может, стоило подготовиться лучше?»
«Нет, не думай об этом».
Всё, что можно было подготовить, уже сделано. Большего он совершить не мог.
Исаак выровнял дыхание и сделал шаг вперёд.
Даже для Демона меча прийти сюда в одиночку
Он подумал, не Кан У ли это, которого называют отцом Демонов меча, но это был не он. Трансцендентный, которого он видел впервые.
Тем не менее, незнакомец невозмутимо положил руку на эфес.
Да, отец велел мне не действовать опрометчиво.
…
Так что мой приход сюда
Твой эгоизм?
Я хотел сойтись в поединке один на один с тем, кого признал мой отец.
Исаак подумал, что эти существа, Демоны меча, в каком-то смысле очень похожи на него самого. В конце концов, этот пришелец хотел испытать пределы своего мастерства и, даже глядя в лицо смерти, желал узнать, какой высоты достиг его клинок.
Я Ман У, Демон меча из мира Нараки. Человек, я желаю скрестить с тобой мечи.
Исаак Логан.
Исаак спокойно назвал своё имя и положил руку на меч.
В тот миг, когда их взгляды столкнулись, воздух между ними словно раскололся. В тишине ночи даже звук вынимаемого из ножен клинка казался затаившим дыхание.
Одати Ман У обрушился в мощном ударе техники иай, но встречный удар Исаака, последовавший мгновением позже, сокрушил атаку противника.
Нет, разрушился не только сам удар.
∗Хрусть! Хруст-хруст!∗
Одати Демона меча, не выдержав мощи и твердости Мукхёльдо, начал покрываться трещинами. Вскоре он рассыпался на осколки, которые опали, подобно лепесткам цветов.
…!
Глаза Ман У широко распахнулись.
Это не было просто столкновение искр и звон стали о сталь. Несмотря на то, что произошёл всего один размен ударами, Ман У было трудно осознать случившееся.
Ты… намеренно ударил медленнее?
Иай — техника, идеально подходящая для упреждающей атаки. Сам факт того, что ты бьёшь, одновременно выхватывая меч из ножен, означает переход в наступление, минуя лишние движения. Но именно из-за своей скорости и мощи у этой техники неизбежно есть уязвимые места. Это искусство, доведённое до крайности в одном направлении.
Единственная причина, по которой техника казалась безупречной, заключалась в том, что до сих пор никто не мог её сокрушить.
Но для Исаака, владеющего тем же искусством, всё было иначе.
Раз у нас одна и та же техника, я решил, что разрушить её слабое место будет проще, чем идти на лобовое столкновение.
…
Услышав это, Ман У покачал головой.
Не думаю, что мой меч сломался бы только из-за того, что ты разгадал технику.
Ман У тоже был Демоном меча, и он, кажется, что-то понял. Уголки его губ слегка приподнялись в выражении высшего удовлетворения.
Это был твой собственный иай. Отличный от того, как рубим мы, Демоны меча…
Оставлять слабые места без внимания
В этом ударе, ушедшем на несколько шагов дальше мастерства Демонов меча, виделся почерк великого наставника и чувствовалась форма Хельмута. Это был, в прямом смысле слова, иай Исаака.
Ха.
Ман У понимал. Физически он был несравненно сильнее. Как бы усердно Исаак ни тренировался до сих пор, существовал врождённый предел человеческого тела.
Впервые я терплю столь сокрушительное поражение.
Только что произошедшая схватка не была просто битвой Трансцендентного и человека. Это был поединок двух мастеров меча, и Ман У, имея преимущество в силе, проиграл исключительно в мастерстве фехтования.
Исаак бесстрастно смотрел на него. Его холодный взгляд выражал потерю интереса к мечнику, лишившемуся оружия.
Ман У горько кивнул.
Теперь я понимаю, почему отец признал тебя. Ты достиг уровня владения мечом, недоступного обычному человеческому телу.
Именно потому, что это тело несовершенно, я и смог зайти так далеко.
Для Исаака, который, зная о своих слабостях, трудился с удвоенным упорством, такая оценка была неприемлема.
…
Ман У, будучи побеждённым, не мог ничего возразить и просто принял слова Исаака.
Продолжим?
Вопрос, заданный безоружному Демону меча, теперь нёс иной смысл. Поединок мастеров закончился его победой. Теперь Исаак спрашивал: хочет ли тот сразиться как Трансцендентный против человека? Грязная, вязкая битва без правил, где остаются только жажда выжить и ненависть к врагу.
Однако Ман У покачал головой и развёл руки в стороны. Тот факт, что он пришёл сюда, нарушив приказ, означал, что для него не было ничего важнее пути меча.
Для меня было честью закрыть глаза, увидев столь прекрасный клинок.
В тот миг, когда Мукхёльдо вновь прочертил диагональ, Ман У рухнул, захлебнувшись кровью.
Как только тело врага коснулось земли, на плечи Исаака навалилась тяжесть ночного воздуха. Горький, обжигающий воздух ворвался в его лёгкие.
Кх… ап?!
На мгновение дыхание перехватило, но, сделав усилие, он вскоре приспособился. Этот воздух был ему знаком — он уже вдыхал его раньше.
«Мир Нараки?»
Ощущение было точь-в-точь как от вязкого, отравленного воздуха Нараки.
И в тот же миг голову Исаака осветил серебряный свет.
Неужели…
Словно заворожённый, Исаак поднял взгляд.
Луна, мягко сиявшая в ночи, бесследно исчезла. Теперь в небесах одиноко и величественно горела лишь одна серебряная звезда, озаряя землю своим холодным светом.