Том 1 · Глава 6. 5. Святая терпеть не может магов.
Хотя формально это считалось командировкой, для Франца это было первым за почти год выходом в свет.
Он наконец-то выбрался из мрачного и душного логова помешанных на магии безумцев, и теперь мог вблизи рассмотреть пейзажи, которые целый год видел лишь из окна.
Из-за своего положения главы Магической башни он не мог подать виду, но, разумеется, был в приподнятом настроении.
Конечно, по возвращении в башню ему придется принять на себя весь гнев Ариан.
Но это дело будущего, так что он решил пока об этом не думать.
«Просто наслажусь этой свободой»,
Однако культисты взяли и испортили Францу всю прогулку.
Целый год. Пусть это и не сравнится с тем парнем, который в тюрьме питался одними лишь жареными пельменями, но для человека это достаточный срок, чтобы сойти с ума.
Поэтому неудивительно, что настроение у Франца было паршивым.
Да и накопившегося стресса было слишком много, чтобы просто так закрыть на это глаза.
Работал без выходных, только собрался отдохнуть, а тут эти мешают?
«Вы сегодня покойники».
Франц, у которого между бровей пролегла глубокая складка, поднялся.
Затем он осторожно открыл дверцу кареты и вышел наружу.
Будь его воля, он бы выбил дверь с ноги, но карета принадлежала Церкви Богини, так что пришлось сдержаться.
Разве мало было случаев, когда отправленные им маги творили беспредел, а потом приходили жалобы?
Как говорится, рыба гниет с головы, и чтобы подчиненные вели себя достойно, начальство должно подавать пример.
Или нет?
Станут ли они вести себя лучше, если он будет вести себя хорошо?
Франц на мгновение усомнился, но решил не забивать этим голову.
Добро порождает добро, да и, по крайней мере, не придется выслушивать нотации от Ариан.
В любом случае, пришло время разобраться с этими проклятыми культистами.
Франц быстро оценил обстановку.
Два десятка типов в черных плащах, которые всем своим видом кричали, что они культисты.
И примерно такое же количество паладинов Церкви Богини, стоящих с ними лицом к лицу.
«Слабаки».
Как ни странно, если судить исключительно по силе, культы занимают довольно высокие позиции.
Конечно, многое зависит от личных навыков, но в целом это так.
Ведь если маг верит в Церковь Богини, он не обязательно становится священником, а вот если маг начинает верить в культ, то он сразу становится культистом.
По сравнению с ними, паладины — это действительно возвышенная группа, состоящая лишь из людей с очень, очень глубокой верой.
Поэтому, не говоря уже о силе веры, их нельзя было назвать особо сильными.
Если отбросить предрассудки, разве у культистов вера не глубже?
Они ведь, в буквальном смысле, близки к безумию.
Проигрывают по силе веры, проигрывают по мастерству.
С орденом паладинов Церкви Богини вообще всё в порядке?
Пока Франц предавался этим праздным мыслям, он внезапно ощутил движение маны.
Шесть потоков со стороны паладинов, восемь со стороны культистов.
В общей сложности четырнадцать магов одновременно пытались использовать магию.
Потоки маны, исходящие от кончиков пальцев, чертили причудливые фигуры, те собирались в формулы, а несколько формул вместе образовывали магический круг.
Семь заклинаний второго круга, семь заклинаний третьего круга…
Три огненных, четыре ветряных, два земляных, пять водных…
В тот самый момент, когда магические круги были почти завершены, а поток маны готов был стать разрушительным.
Щелк.
Франц щелкнул пальцами.
И четырнадцать магических кругов, которые были почти готовы, в одно мгновение рассеялись в воздухе.
Антимагия.
Заклинание, превращающее магию противника обратно в чистую ману.
Францу потребовалось всего несколько секунд, чтобы проанализировать четырнадцать заклинаний и выпустить поток маны, соответствующий каждому из них.
Это был настоящий подвиг, граничащий с чудом, невозможный для того, кто не держит в памяти тысячи магических фигур и формул.
Э-э…?
Ч-что?!
П-почему?!
Среди магов поднялся ропот.
Некоторые попытались использовать магию снова, но Франц с насмешкой развеял их усилия Антимагией.
В этот момент со стороны культистов раздался крик:
Э-это Франц!! Великий маг Франц здесь!!
Надо же, нашелся среди культистов тот, кто запомнил лицо Франца.
На самом деле, это было неудивительно.
Ведь для культа, поклоняющегося Демоническому богу, отряд героя, победивший Короля демонов, был злейшим врагом.
Взгляды культистов в одно мгновение устремились на Франца.
Как и подобает фанатикам, исходящая от них жажда убийства была довольно жуткой.
Однако это длилось лишь мгновение.
Франц слегка взмахнул рукой в воздухе, и головы почти двух десятков культистов разом покатились по земле.
Убийство человека.
Конечно, для обычного человека подобные действия были бы неприемлемы, но для Франца, прошедшего через бесчисленные кровавые бойни, это было в порядке вещей.
Обезглавленные тела рухнули на землю, и хлынувшая алая кровь пропитала почву.
При виде столь ужасающего зрелища священники дружно отвели взгляды.
Некоторые из них, обладавшие слабым желудком, даже начали порывисто дышать, сдерживая тошноту.
Среди них лишь один человек молча наблюдал за происходящим.
Это была Святая, которая, подобно Францу, повидала на своем веку немало смертей.
Ее острый взгляд медленно переместился на Франца.
Она подошла к нему широкими шагами и, словно выплевывая слова, бросила:
Тебе обязательно было доходить до такого?!
В этот момент между Францем и Святой возникло привычное окно.
Это окно было видно лишь Францу, но не Святой.
Внутри него вскипел гнев.
Он изо всех сил пытался предотвратить гибель мира, а сама виновница торжества, Святая, даже не видела системных уведомлений и вела себя как вздумается.
К тому же, ее лицемерное поведение уже давно действовало ему на нервы.
Франц смахнул окно в сторону и выплеснул чувства, копившиеся долгое время.
А что я должен был сделать? Культистов в любом случае ждет костер, если их поймают. Разве я не избавил их от лишних мучений? К тому же, если бы не я, их бы все равно прикончили святые рыцари. Вместо того чтобы благодарить за то, что я испачкал руки вместо ваших верующих, ты еще и злишься?
Но это же жизни! Неужели ты не почувствовал ни капли жалости, отнимая столько жизней?! Ты всегда был таким! В каждый момент ты без тени раскаяния лишал людей жизни!
Это был спор между тем, кто стремится воплотить идеалы в реальность, и тем, кто очерствел от суровой действительности.
Проблема была лишь в том, что участниками спора оказались Святая и глава Магической башни, поэтому никто не осмеливался вмешаться и выступить посредником.
Ты, умоляю, начни уже смотреть на вещи…
Франц хотел было продолжить, но, заметив, что на них устремлены взгляды окружающих, осекся.
Он не мог позволить личным эмоциям мешать общему делу.
Даже в эту секунду были люди, ожидавшие помощи, и он не мог допустить задержки графика.
Когда Франц отвел взгляд, Святая поняла, что это значит, и тоже замолчала.
А перед тем как подняться в карету, она тихо добавила:
Твои подобные черты… я с самого начала их терпеть не могла.
Чья бы корова мычала.
Франц с тяжелым вздохом, заменяющим ответ, забрался в карету.
Тр-р-р.
Почувствовав легкую вибрацию, экипаж тронулся с места.
Франц, не мигая, смотрел на системное окно и снова тяжело вздохнул.
Минутная вспышка гнева свела все усилия к нулю.
Впрочем, был и своего рода результат.
Он выяснил, что процент может падать.
Хотя знать об этом ему совсем не хотелось.
Ну, если подумать, то потеря пяти процентов — это еще дешево отделался.
«Может, если извинюсь, показатель вернется?..»
Францу было досадно терять эти пять процентов.
Да и ссориться со Святой было невыгодно только ему самому, так что ситуацию стоило исправить.
Это что, отношения господина и слуги?..
Франц чувствовал себя ущемленным.
Караван карет прибыл в деревню, и началась полноценная спасательная операция.
Состояние деревни было таким, что даже с натяжкой нельзя было назвать удовлетворительным. Как это часто бывает с глухими деревушками на окраине, здесь последствия нападения монстров оказались особенно тяжелыми.
Здания были разрушены до основания, а поля, которые должны были зеленеть, оказались истоптаны следами чудовищ.
Поскольку ситуация была критической, стоило спасательному отряду прибыть, как к ним тут же хлынули местные жители.
Священники завертелись в хлопотах, и привезенные припасы начали стремительно расходиться.
Количество пострадавших от монстров было огромным, так что Святой тоже пришлось действовать без промедления.
Пока все были заняты делом, Францу поручили ремонт разрушенных построек.
В обычных обстоятельствах он должен был охранять Святую, но священники, ставшие свидетелями их недавней ссоры, проявили некое подобие заботы и освободили его от этой обязанности.
Однако сидеть без дела, глядя на плачевное состояние деревни, он не мог, поэтому сам вызвался заняться починкой зданий.
Из-за этого Франц упустил момент для извинений и теперь чувствовал лишь досаду.
С этой мыслью я тяжело вздохнул и взмахнул рукой, заставляя строительные материалы послушно вставать на свои места.
О-о… мастерство у тебя, маг, просто невероятное… Да ты хоть сейчас в главы Магической башни меть…
Аха-ха… благодарю.
На самом деле, я и есть глава Магической башни, почтенный.
Сколько же времени утекло с тех пор?
Франц закончил ремонт всех зданий как раз в тот момент, когда солнце начало клониться к закату.
Внезапно к нему подбежал мальчуган и проговорил:
Дяденька маг, со Святой что-то не так.
Ох, ну надо же, «дяденька».
Мне ведь всего двадцать с небольшим, так что называть меня «братом» было бы куда уместнее.
Впрочем, неважно.
Со Святой что-то не так?
Да…
Франц почувствовал, как у него внутри всё сжалось от мрачного выражения лица ребенка.
Он немедленно направился туда, где находилась Святая.
Святая… этот человек уже…
Но ведь он был жив еще минуту назад! Должен, точно должен быть какой-то способ! Пожалуйста, умоляю…!
Идеализм Святой разбился о холодную, непреодолимую стену реальности.