Том 1 · Глава 365. Старшая мисс
На прикроватной тумбочки трижды завибрировал мобильный, только тогда Ли Роюй лениво подняла руку взяла мобильный и взглянула на определившийся номер. В этот миг, на ее несколько болезненном лице мелькнуло выражение счастья.
«Как ты узнал мой номер?»
«Эээ…» — «Это… А ты как узнала, что это я звоню?»
«Это Косточка… ∗Сморкание∗…» — «Однажды, она случайно сказала, а я непроизвольно запомнила, потому сейчас я поняла, что это звонишь ты».
«Это же надо постараться, чтобы случайно сказать 11 цифр…» — «А ты еще оказывается «непроизвольно» запомнила…»
Обменявшись еще несколькими совершенно бредовыми фразами, каждый сам для себя понял следующее: Фэн Буцзюэ, несомненно, выспросил номер телефона у братца Таня; а Дождь Разлуки, на самом деле, уже давно узнала номер Фэн Буцзюэ у Скорбящей Души и прямо записала его в телефон.
Таким образом, встает следующий вопрос, откуда эти двое, братец Тань и Скорбящая Душа, все знают?
Очевидно, что они общаются довольно тесно, потому, часто связываются и вне игры. Что касается того, насколько далеко зашли их отношения… В ближайшее время лучше не поднимать эту тему.
«Так чего ты хотел?»
В такой момент брат Цзюэ, естественно, должен был уступить девушке, он усмехнулся и сказал: «Я звоню узнать о твоем здоровье (Я беспокоюсь о тебе)».
«Вчера вечером у меня была высокая температура, сейчас уже полдень второго дня, если бы действительно было что-то серьезное, то позвонив, ты узнал бы о моей смерти (Со мной все хорошо)».
«Я ничего не мог поделать, когда я увидел сообщение от братца Таня, была уже полночь. В тот момент этот парень был в сценарии, так что я не мог узнать твои контакты». — «К тому же… Даже если бы у меня был твой номер телефона, глубокой ночью звонить больному человеку, это неприлично (На самом деле, я уже давно хотел тебе позвонить, но боялся потревожить)».
«О, вот как (Ты слишком предусмотрительный)».
«Хм…»
Затем два человека погрузились в короткое, но довольно неловкое молчание. Заодно упомяну, что текст в скобках выше – это подтекст, который вкладывали люди, с проблемами в общении.
«Раз уж с тобой все хорошо, то выздоравливай, увидимся в сети».
«Хорошо». — «Спасибо за заботу… Пока».
«Пока».
Два человека почти одновременно повесили трубки.
«Хух…» — «Что это еще за странная атмосфера… Устал сильнее, чем после сражения с монстром в сценарии».
Как только он положил трубку, зазвонил домофон.
«Хм? Я не заказывал доставку еды». — «Кто?»
Из динамика раздался голос молодой девушки: «Здравствуйте, я ищу господина Фэн Буцзюэ».
Этот голос был совершенно не знаком парню.
«Это я, а вы кто?»
«Моя фамилии Ань, я ваш новый редактор, хотела бы обсудить некоторые рабочие моменты».
«Новый редактор?» — «А Лао Чэнь (прежний редактор Фэн Буцзюэ) он…»
«Могу я войти?»
«О, простите, минутку».
Две минуты спустя, мисс Ань поднялась на лифте.
Фэн Буцзюэ ждал ее у дверей, оглядывая коридор в дверной глазок, потому он не стал дожидаться звонка, а сразу распахнул дверь.
«Здравствуйте, Поневоле. Я — Ань Юэцинь посмотрела материалы на Фэн Буцзюэ в редакции и знала, что человек перед ней
Фэн Буцзюэ пожимал ее руку и оценивающе оглядывал.
Эта мисс Ань выглядела лет на 25, плюс-минус, красивое личико, на носу очки в черной оправе, длинные волосы собраны в пучок сзади. Она выглядела женственно, но была ростом более 170 сантиметров. На ней был офисный костюм и белая рубашка под ним. Не смотря на то, что в ее костюме было глубокое декольте и короткая юкка, выглядела она очень прилично.
«Здравствуйте-здравствуйте…» — «Проходите». — «Располагайтесь, только не наступите на кота».
Ань Юэцинь сначала оглядела обстановку в комнате и только потом присела на диван.
«Будете что-нибудь пить?»
«Не беспокойтесь…»
«Вот и прекрасно!» — «Кстати, что случилось с Лао Чэном?»
Ань Юэцинь ответила: «Он уволился».
«А? Да, вы что? В чем причина?»
«Слишком большое давление».
«Как можно было подать в отставку и даже не предупредить меня?»
Ань Юэцинь посмотрела на него: «Потому что источник давления – это вы».
«Ха? А, что я?»
«Это как раз то, о чем я хотела с вами сегодня побеседовать».
Тон Ань Юэцинь был очень серьезным, весь ее облик был пронизан некоторой властностью. Хоть она по возрасту была близка Фэн Буцзюэ, но ее харизма и давление намного превосходили по силе прежнего редактора Лао Чэня.
«Однако… Прежде, то, что касается меня, я считаю, что должна вам сообщить». — «Как вы можете видеть, я
Название Сы Руй Групп Фэн Буцзюэ, естественно, слышал, как слышал и названий Майкрософт или Найк. «Сы Руй», в двух этих словах был целый мир, они символизировали бизнес империю. А сейчас Фэн Буцзюэ смотрел на страницу поисковика, с результатами запроса «внучка главы совета директоров Сы Руй Групп.
Фэн Буцзюэ проговорил: «Хо… И правда. Другими словами, меня можно считать… Представителем главной компании вашей семьи… Издательство - ваше дочернее предприятие… Редакция журнала подчиняется ему… А я ее сотрудник, все верно?»
«Более того, не забывайте, что большая часть опубликованных ранее произведений было издано, как вы сказали, через эту ‘дочернюю компанию’».
«Ха-ха… Похоже, что я ем, прислонившись к большой горе Сы Руй». — «Тогда должен ли я вас называть… Старшая мисс?»
«Как раз наоборот, я сразу сказала вам о своем положении, чтобы вы не воспринимали меня так».
«Хм… Тоже верно, если бы вы не сказали мне об этом, то из-за своего характера я бы все равно очень быстро выяснил этот факт и тогда… Мое к вам отношения, определенно, изменилось бы». — «И вместо этого, вы выложили все сразу».
«Верно, потому, прошу вас воспринимать меня так же, как и моего предшественника, в качестве обычного редактора».
«Я буду стараться изо всех сил». — К чему это все? Третье поколение богатой олигархической семьи направляют учиться всему с самых низов?
«Хорошо, в таком случае…» — «Поговорим о делах».
«Э… Это же не значит, что вы собираетесь прокомментировать мою рукопись за прошлый месяц?»
«Естественно, нет». — «Я лишь хотела спросить, вы покупаете или просматриваете наш журнал?»
Фэн Буцзюэ ответил честно: «До того, как заключил контракт с издательством, и какое-то время после начала публикации в нем, я покупал, но последние полгода не читал».
«Тогда сначала прочитайте».
Фэн Буцзюэ без лишних слов взял журнал и принялся читать, страницу за страницей. Он хоть и владел техникой скоростного чтения, но все равно не мог так быстро прочесть несколько десятков страниц. А Ань Юэцинь было неудобно прерывать его, в конце концов, это она предложила Фэн Буцзюэ прочесть журнал.
Так пролетели 20 минут…
Фэн Буцзюэ положил журнал: «Я прочел».
Действительно «прочел». - Подумала Ань Юэцинь, однако вслух сказала обычным тоном. – «Можете рассказать о вашем впечатлении от этого журнала?»
Фэн Буцзюэ, словно бы понял замысел собеседницы, он чуть подумал и заговорил: «Бумага и качество печати хорошие, можно считать, что это первоклассный продукт. Цена разумная, нельзя сказать, что неподъемная. С содержанием нет никаких серьезные проблем, разве что реклама занимает почти половину издания, это неизбежно заставляет людей чувствовать, что это лишнее».
«Хм, все верно». — «У меня почти такое же мнение. У печатного журнала объем продаж в разы меньше, чем у электронной версии, это потому, что рекламы слишком много, из-за этого читателям кажется… Что они покупают целый журнал, но читают только половину».
«Однако в данный момент, так со всеми печатными изданиями… Не будет рекламы и расходы на печать не окупятся».
«Потому нужны изменения».
«Это работа маркетингового отдела… Для чего нам с вами все это обсуждать?»
«Другие даром едят свой хлеб, если бы они взглянули на проблему с той позиции, что это их семейное предприятие, то не вели бы себя, как сторонние наблюдатели».
«Хоооо…» — «Тогда чего вы хотите?»
«Не чего ‘хочу’». — «Сегодня я ‘уже’ положила доклад на стол главному редактору». — «Он уже согласился, с мая месяца, наш еженедельный журнал, станет выходить дважды в месяц».
«А вы подумали…» — «Какой был бы результат… Если бы вы, будучи действительно обычным сотрудником, только войдя в компанию и перепрыгивая через уровни руководства, положили бы доклад на стол самому главному руководителю?»
Ань Юэцинь знала, на что намекает Фэн Буцзюэ, потому прямо ответила: «Главный редактор одобрил мое предложение, а мое положение не имеет значения». – Ее тон действительно был очень уверенным.
«Ха-ха… Студент, «Даром едят свой хлеб», на самом деле, это довольно непопулярное выражение». — «Однако ‘Самообман’… Мы часто используем в повседневной жизни».
Ань Юэцинь всем телом подалась вперед и с недовольным выражением лица уставилась на Фэн Буцзюэ: «Поневоле, я читала ваши статьи, слово ‘самовлюбленность’ написано у вас на лице… Вы, определенно, считаете себя особенно авторитетным, верно?»
«Верно». — «Я очень авторитетен». — «Мастерски танцую на камне луны, колени скользят по струнам цитры. А ныне выбравшись из горлышка кувшина, свободно не мое сердце». — «Сочинил для вас экспромт, что скажете?»
Брат Цзюэ обескуражил Ань Юэцинь, в этот момент она потеряла дар речи. За всю жизнь, никто не писал в ее честь стихов.
Три секунды спустя, Фэн Буцзюэ рассмеялся и сказал: «Ха… Не думайте, это «Пить вино в одиночестве» - Ли Бо (известный китайский поэт времён династии Тан, прим. пер.)».
Ань Юэцинь была смущена и зла, на щеках проступили красные пятна: «Аргументировать цитатами, размахивать выжимками из наук очень удобно?»
«Отнюдь-отнюдь». — «В наши дни, хорошее происхождение и блат намного удобнее». — «Вы требуете от других не обращать внимания на ваше происхождение, такой образ мысли очень хорош, но вам сначала лучше подкорректировать собственный стиль и поведение.
Если вы действительно хотите ощущать себя обычным редактором, как Лао Чэнь, то добросовестно делайте вашу работу. Не отбирайте заплату у агентов по продажам, нахождение в родстве с главой совета директоров дает вам право на власть? Сохранение старого убьет вашу семью, сохранение современного иссушит вас, как сушеного кальмара.
И еще, прежде чем говорить слова вроде ‘люди из другого отдела даром едят свой хлеб’, подумайте, даже если это правда, не следует так говорить, иначе разве это не будет равносильно тому, что ваш руководитель идиот или слепой? Что тогда?»
Заносчивость Фэн Буцзюэ не знала границ: «Напоследок дам вам дружеский совет, как только вы приблизились, я учуял дорогие духи, этот запах будто говорит вашим коллегам – «катитесь». Если вы не хотите стать объектом игнора на работе, то мой вам совет, одевайтесь попроще, покупайте духи подешевле, приезжайте на работу на не самой лучшей машине, и самое важное… Не доносите за спиной на других».
Пока Ань Юэцинь слушала слова Фэн Буцзюэ, выражение ее лица менялось несколько раз. От силы, что лилась из нее, когда она пришла, уже не осталось и следа, сейчас она была похожа на стажера, что слушает наставления мастера.
«Вы закончили?»
«Почти… Вам не стоит злиться, вы сами велели мне относиться к вам, как к обычному редактору». — «Если вы сейчас измените свое решение, и попросите меня заботиться о вас, как о старшей мисс, я вас пойму».
Ань Юэцинь проигнорировала его и начала говорить по делу: «С мая журнал будет выходить дважды в месяц, число страниц удвоится, реклама уменьшится. Поэтому, включая вас, все подписавшие на данный момент договор на публикацию авторы, должны увеличить сдаваемый материал на 30%, к тому же, необходимо…» - она сказала каждое слово отдельно. – «Своевременно! Сдавать! Рукопись!»
Фэн Буцзюэ сглотнул, и его лицо мгновенно побледнело, эти три слова были для него словно печать смерти.
Сказав это Ань Юэцинь, поднялась: «Ваши рукописи весьма хороши, а истории очень популярны, ваша единственная проблема – сдача работы. Однако с этого месяца строго сдавайте работу в соответствии со сроком, указанным в договоре». – С этими словами он направилась к выходу и открыла дверь.
Фэн Буцзюэ побежал за ней и со звуком «бах», упал на колени: «Старшая мисс! Давайте еще раз обсудим! Договоримся! Я – маленький человек…»
Ань Юэцинь в это время уже шагнула за порог, поглядела на дешевую мелодраму брата Цзюэ и почувствовала странное удовольствие, ей захотелось улыбнуться, но она всеми силами сохраняла каменное лицо и на полном серьезе сказала: «15 мая я снова приду, прошу подготовить рукопись, что пойдет в печать в июне. В дальнейшем, по всем делам будем связываться по почте, адрес не изменился». – Она поколебалась немного, но потом все же сказала. – «Хм… Спасибо… До свидания». – Повернулась и ушла.