Том 1 · Глава 419. Показания Фэн Буцзюэ
«Погодите». — «Ваших безответственных выводов я уже наслушался». — «Каждого человека здесь вы назвали убийцей?» — «Прежде чем вы выдвинете очередное ложное обвинение, я бы хотел, чтобы вы объяснили, как сами-то собираетесь очиститься от подозрений? Откуда нам знать… Что вы, прикрываясь именем детектива и помощью полиции, не валите с больной головы на здоровую?»
«Пф… Хороший вопрос».
После короткого молчания, брат Цзюэ повернул голову и сказал двум полицейским: «Инспектор Скофилд, офицер Денпарди, присядьте, поешьте, глядите, на вас я тоже приготовил, все уже подано на стол».
«Э… Это…»
Эти двое, действительно, были голодны, к тому же, за длинным столом было еще много места, поколебавшись несколько секунд, они без лишней скромности расселись.
«Эй! Не меняйте тему! Отвечайте на мой вопрос!»
«Верно». — «Я тоже хотел спросить вас, откуда вы, в конце концов, взялись? Как докажете, что вы не убийца? Ранее в библиотеке, вы, при помощи лживых обвинений, ушли от темы, но сейчас, перед лицом всех присутствующих, можете сказать четко?»
В такую напряженную атмосферу вернулась с кухни тетушка Олиф, в этот раз, она привезла суп.
В такой решающий момент, никто не стал ей помогать, глаза всех собравшихся за столом были устремлены на Фэн Буцзюэ, в ожидании его ответа.
Брат Цзюэ принял от Олиф тарелку супа и с удовольствием сказал: «Видимо… Вы до сих пор не поняли, в чем был смысл моего допроса. Не важно, я вам продемонстрирую».
Затем он начал потрясающее повествование: «Я считаю… Что преступник, убивший Дениса Лавкрафта - это я, Фэн Буцзюэ!» - Он сказал эту фразу точно таким же тоном, каким обвинял других людей…
«Эй… Так в этом был подвох?... И почему я не удивлен…»
Другие люди в столовой разделяли его мнение, даже тетушка Олиф, которая на другом конце стола разливала суп, замерла и, как на сумасшедшего, посмотрела на брата Цзюэ.
«Мисс Олиф, холодный суп невкусный». — «Не обращайте внимания на мои слова, продолжайте подавать».
«Э… Хо… Хорошо».
«Мотив убийства…» — «Возможно, я получил задание от какого-то человека…» — «Хм… Послевкусие средиземноморья, хух-хух…»
«Ми… Мистер Фэн…» — «Вы же шутите, да?»
«Очень любопытно, не так ли?» — «Если человек невероятно невозмутимым тоном обвиняет вас в чем-то, то посторонний сразу попадет в ловушку недопонимания». — «Инспектор, кто убийца, вы уже имеете об этом некоторое представление, не так ли? Прошу вас, не нужно ставить под сомнение свои выводы из-за нескольких сказанных мною фраз».
«Э… Хорошо». — Действительно… Мистер Фэн всегда, как ни в чем не бывало, несет всякую чушь, по выражению его лица и голосу невозможно определить, говорит он правду или врет, знаменитые детективы такие крутые, правда и ложь, высота и глубина совершенно неизмеримы…
«О чем я говорил… Ах, да, мотив». — «Есть кое-что, что совершенно невозможно отрицать, я и Денис, до сегодняшнего дня, совершенно не были никак связаны. Даже если этот момент подвергнуть многократной проверке, результат не изменится.
В таком случае… У меня может быть несколько мотивов, достаточных для убийства. Во-первых, я невзлюбил Дениса с первого взгляда, беспричинно он вызвал во мне антипатию. Он проявил доброту и подобрал меня на дороге, однако я затаил желание убить в сердце и хотел уничтожить его любой ценой». – Он съел несколько ложек супа и продолжил. – «Во-вторых, я могу быть маньяком-убийцей, который убивает людей без причины, из интереса или для самоудовлетворения, или это то, чем я занимаюсь после еды». – Он окинул взглядом людей вокруг, наслаждаясь выражениями их лиц. – «Видимо, первые два варианта вас не убедили, однако, возможно, третий понравится больше».
Фэн Буцзюэ откинулся на спинку стула и развел руками: «Возможно, я – профессиональный убийца». – Ложкой он указал на блюда на столе. – «Как вы могли убедиться, я – разностороннее развитая личность. По сравнению с кулинарией, ремесло детектива и убийцы тесно связаны… Уже лучше, правда?» - он усмехнулся. – «Нужна лишь подходящая физическая форма, лучшие детективы, многие из них становятся преступниками. Хотя, я из тех людей, которые предпочтут консультировать преступников, но профессиональный убийца… Почему бы и нет?»
«Да, чрезвычайно жестокий».
«Ха…» — «Раз уж я профессиональный убийца, то заранее выяснил местонахождение Дениса, устроил засаду в горах и ждал его на единственной дороге.
Как вам план ‘встав посреди дороги и, воспользовавшись тем, что он остановился, надеть маску и просто выстрелить’? Нет! Я не мог поступить так просто, я решил прикинуться жертвой аварии, приблизиться, а потом действовать.
Затем, скажите, что мне следовало сделать? Надеть фальшивую бороду и спрятать пистолет в карман, воспользоваться тем, что он выйдет из машины, чтобы поговорить со мной и просто застрелить его на дороге? Это было бы слишком просто, и я бы оскорбил свое звание профессионального убийцы.
Я последовал за ним сюда… В место, где многие меня видели, показал свое лицо максимальному количеству людей, все запомнили мое имя, а потом выбрал неизвестно в какое время представившуюся возможность, чтобы его…»
«Достаточно!» — «Ваша точка зрения понятна, нет необходимости продолжать».
«Вы меня перебили и не дослушали». — «Изначально я, возможно, смог бы закончить разговор, когда принесут салат с ломтиками теста жареного во фритюре посыпанного кунжутом и заправленного малиновым уксусом, а так же с жареной ветчиной, рулетками из молодой курицы и инжиром, а сейчас… Ха… Даже когда принесут десерт, я еще не закончу».
Внешне, брат Цзюэ очень заносчиво отчитывал отца и сына, а в действительности, в душе он их очень их благодарил.
«Действительно… Человеку не обойтись без парочки врагов… Премного благодарен, что вы помогли мне наполнить еще одну главу».