Том 1 · Глава 812. Спор действует? Новое появление пингвина Сукэ!
«Игроки?» — «Что за игроки? Мы же не в какой-то онлайн-игре».
«Хм…» — «Как и ожидалось от брата Цзюэ… Не изменившись в лице, в мире онлайн-игры, он говорит, что этот мир не принадлежит онлайн-игре, осознавшему свое существование NPC, он говорит, что не играет в онлайн-игру…» — «В некотором смысле… Это легендарная ‘тройная ложь на голубом глазу’…»
«Ты знаешь, о чем я говорю». — «Ты думаешь… Еще есть смысл отпираться?»
«Пф…» — «В таком случае… Предположим… Обрати внимание, только предположим… Предположим, мы действительно, как ты выразился, ‘игроки’, и что с того?»
«Consciousness».
При этих словах, Ван Таньчжи изменился в лице.
«Прошу прощения, я лишь ученик начальной школы и не знаю, что это значит».
«Правда?...» — «Но… Мне кажется, твой товарищ все прекрасно понял».
«Тц…» — «Этот парень неплохо читает по лицам…»
В то же время, братец Тань мысленно терзался раскаянием: «Плохо… Я забыл, что должен изображать ученика начальной школы и снова обременил брата Цзюэ…»
Две секунды спустя, Фэн Буцзюэ спокойно ответил Хирато: «О? Вот как… Возможно, потому… Что он неплох в английском». – С этими словами он повернулся к братцу Таню. – «Таро, что значит то слово?»
«Сознание».
«Ха-ха…» — «Так, ты собрался использовать против нас какую-то ментальную атаку?»
«Да».
«Могу я узнать… Почему?» — «Потому что мы, так называемые ‘игроки’?»
«Неужели этого не достаточно?» — «‘Наша’ ненависть к ‘вам’ еще требует каких-то разъяснений?»
«Ты вполне мог бы и объяснить».
«Подумай сам, Сабуро… Или лучше сказать… Неизвестный господин игрок». — «Если однажды ты обнаружишь, что являешься персонажем, придуманным другим человеком, что ты тогда почувствуешь?» — «Когда ты осознаешь… Что твое происхождение, внешность, характер, судьба и так далее… Все создано другим человеком. Все твои слова и действия — полностью привнесено в тебя другим…»
«Хух…» — «Тогда у тебя еще что-нибудь останется? Все твое тело, от души до физического плана, какие-нибудь другие, пусть даже крохотные, вещи все еще будут принадлежать ‘тебе’?» — «Ха… Я скажу тебе, когда ты все это постигнешь… В сердце останется лишь неисчерпаемая и неизбывная пустота и горечь… Лишь ‘ненависть’ может заставить тебя ощутить какой-нибудь вкус».
«Ха! Ха-ха-ха-ха-ха-ха…»
Он хохотал, как сумасшедший. Если уж на то пошло, набирая эти слова, я и сам не знаю, что он задумал…
«Я понял, что ты хочешь сказать…» — «Но тебе не кажется… Что твои слова сами по себе являются парадоксом?»
«О чем ты?»
«Ты же сам сказал…» — «Предположим… Как ты и сказал, все твои мысли и поступки были спланированы другим человеком, в таком случае… Твои сомнения, размышления, недовольство, злоба… Тоже были созданы тем человеком. Другими словами… Это не твои сомнения, не твои размышления, у тебя так же нет никакого недовольства и злобы… Это лишь то, что подарил тебе тот человек, написав или набрав на клавиатуре. Все эти подавляющие эмоции и поступки… По сути, ни чем не отличаются от прежних насмешек.
Самое большее, отличается лишь цель…
Некоторые действия призваны заставить людей задуматься, некоторые – развеселить, но в сущности… Это все не твои ‘цели’. С твоей точки зрения, ты никогда не имел никакой ‘цели’, поскольку ‘от души до физического плана’ ты был создан другим человеком».
«Это…»
«И напротив…» — «Мы можем сделать другое предположение, например… Когда тот ‘автор’ переключает свое внимание на что-то другое, ты становишься самостоятельным индивидом, обладающим собственным сознанием. Тогда, ты должен признать, что в тебе есть часть, принадлежащая только тебе самому… Возможно, это твоя судьба, встретиться с живым существом из более высокого, чем твое, измерения, но ты вовсе не на сто процентов не принадлежишь себе.
Ваша связь… Словно между Богом-творцом и обычным человеком. Ты можешь жаловаться, что жизнь обошлась с тобой, как со шлюхой, но не можешь говорить, что прожил ее, как актер».
«Нет… Не так…»
«Хоть и не знаю о чем, в конце концов, вы говорили… Но это было круто…»
«По правде говоря… Я уже очень давно размышляю над тем, что он только что сказал». — «Потому, теперь меня таким с толку не сбить».
«А раньше можно было сбить?...» — «Постой-ка… С чего бы обычный человек стал размышлять над таким вопросом?»
«Ааааа…»
Пока они говорили, Хирато схватился руками за голову, упал на колени… И закричал.
В тот же миг, контуры его тела начали размываться. Цвета с видимой невооруженным взглядом скоростью начали покидать его тело, было похоже… Словно его замазывали корректором…
«Спокойнее, Хирато-кун». — «Не попадайся в логическую ловушку противника».
Тут Хирато вздрогнул, и его выцветание прекратилось…
В следующую секунду Фэн и Ван оглянулись на звук и увидели его источник.
Когда им удалось разглядеть говорившего, оба игрока были шокированы.
«Пингвин Сукэ…» — «Ты не умер…»
Лицо пингвина Сукэ было спокойным, как вода: «Естественно, я не умер». – Произнеся эти слова, он медленно подошел. – «Неужели ты считал… Что Кумакечи убил меня?»
«О…» — «Ничего удивительного…»
Братец Тань рядом с ним немного поразмыслил и прошептал: «Вот оно что, я так и думал… Кумакечи не смог бы кого-то так жестоко обезглавить…»
«Моя ‘смерть’ была лишь видимостью». — «А целью всего это была проверка того, сколько времени ‘вы двое’ сможете контролировать ‘два этих тела’».
«Видимо… Ты уже сделал вывод…»
«Хоть и нельзя сказать, что он верен на сто процентов, но…» — «… Не намного меньше».