Том 1 · Глава 19. День хлеба

Я поднимаюсь наверх, размышляя над своей глупостью(беспечностью). Поднимаясь на верхний этаж, я замечаю её тень. Звук моих ботинок, должно быть, заставил её осознать моё присутствие, затем она обратила своё внимание на меня, и наши глаза встретились.

—Привет.

—Привет? В чём дело? Я не могу поверить, что ты здесь. Есть кто-нибудь, с кем ты обычно обедаешь?

Отводя взгляд от её взгляда, я сел на ту же ступеньку, что и она.

—Я занимаюсь своей рукописью(манускриптом).

—Рукописью?

—Рукопись романа. Завтра крайний срок подачи заявок.

Я обратил своё внимание на бумагу у неё в руке. Потом я понял, что она ещё ничего не написала.

—Я не уверена насчёт этого, но стоит ли мне пропустить обед сегодня?

—Не переживай, у тебя достаточно времени.

—Понятно. Итак, что привело Хокуто-сана сюда?

—Пожалуйста, раздели со мной свой обед.

Я сел на ступеньки и склонил голову вниз. Может, это была и пыльная лестница, но мне было на это наплевать.

К тому времени, как я понял, что не взял с собой обед, я побежал в кафетерий так быстро, как только мог, чтобы купить немного еды, но там ничего не осталось, всё было распродано. Я понятия не имел, что покупать ланч - это всё равно что идти на тотальную войну.

—Я знаю, что то, о чём я прошу, немного чересчур, но, пожалуйста, раздели со мной свой обед, подойдёт всего лишь рис.

Я полностью осознаю, что я ученик старшей школы, но не думаю, что смог бы прожить день, ничего не съев на обед.

—Может быть, Хокуто-сан, у тебя нет другого друга, у которого ты мог бы попросить о помощи?

—Прямо сейчас?

Не то чтобы я избегал людей, с которыми хотел бы дружить, но единственный человек, который достаточно близок со мной, чтобы попросить его разделить обед, - это Микинори.

—На этот раз я не могу положиться на Микинори, поэтому я пришёл положиться на тебя, Кисараги-сан.

—Не произноси так моё имя.

Она серьёзно относилась к этому, я видел это по её глазам. Я знаю, она хотела сказать мне, чтобы я не называл её имя умоляюще только в такие моменты, как этот, но я был не в том положении, чтобы высокомерно просить её разделить со мной обед.

Со вздохом она сказала.

—Ну, тогда ничего не поделаешь. Сегодня я принесла 3 булочки, так что поделюсь с тобой двумя.

—Ты собираешься дать мне две?

—Ты ведь старшеклассник, верно?

Она могла бы дразнить меня в будущем из-за этого, но при таких обстоятельствах, я думаю, у меня нет другого выбора, поэтому я выпрямил спину и посмотрел на неё.

—Тогда, пожалуйста, купи немного мандаринового желе в круглосуточном магазине по дороге домой.

—Конечно, я куплю тебе 10 пачек.

Отрицая очевидный факт, что она расслабила свои щёки, похлопав по ним, она потянулась за своей сумкой. Затем она достала дынный, шоколадный хлеб и...?

—Это панини.

—Панини.

Я никогда раньше ничего не слышал о хлебе под названием «панини».

—Я тоже не знаю, почему он называется «панини». Если тебе интересно, ты можешь посмотреть об этом позже в интернете или ещё где-нибудь. В нём есть ветчина, сыр и помидоры.

Итак, это что-то вроде бутерброда. Это, конечно, звучит интересно, но я не уверен, хочу ли я есть его или нет.

—Итак, какой бы хлеб ты хотел?

—В подобной ситуации Кисараги должна выбрать для меня.

—Мне они все нравятся, поэтому, пожалуйста, выбери что-нибудь, что Хокуто-сан сможет съесть.

—Дынный и шоколадный хлеб.

—Ты уверен, что не хочешь панини?

—Я раньше не пробовал панини, поэтому не хочу его, потому что не знаю, каков он на вкус.

—Тогда ладно. Вот, держи.

—Спасибо.

Затем я с благодарностью принял дынный и шоколадный хлеб. Булочки выглядели в несколько раз вкуснее, чем обычно, может быть, это потому, что я действительно был рад, что у меня есть что поесть на обед.

—Ах.

—Что такое?

—Я купила их вчера, так что они могут оказаться немного жестковатыми(сухими).

—Всё должно быть хорошо. Что ж, итадакимас(приятного аппетита).

—Итадакимас, — ответила она тихим голосом.

Вкусный. Это всё, что я могу сказать.

—Ты всегда здесь ешь?

—Да. Ты видел знак «НЕ входить»?

—Да, я видел его.

—На лестнице, преграждавшей путь, была вывешена табличка «ПОСТОРОННИМ вход воспрещён». Я с отвращением содрала еë и выбросила в мусорное ведро.

—Ты что, дура?

—Там также был знак «ОПАСНОСТЬ».

—Да, ты дура.

—Разве это не круто? — посмотрела она на меня и спросила с озабоченным выражением на лице.

Её лицо, её выражение, её глаза. Я не хочу, чтобы на её прекрасном лице было такое выражение.

—Мне жаль. Если ты думаешь, что это круто, то я не имею права это отрицать.

—О чём ты только что думал?

—Ты ведь знаешь, о чём я думал?! На твоём месте я бы не хотел углубляться в эту тему слишком глубоко!

—Ну, Хокуто-сан, в конце концов, старшеклассник. С этим ничего не поделаешь.

—Ах, это плохо, но я чувствую себя странно спокойным, когда ем шоколадный хлеб.

—Это не похоже на то, о чём ты подумала. Это просто из-за ситуации, хорошо?

—Я знаю. Хокуто-сан любит «послушных младших сестёр», верно?

Я действительно ненавижу её за то, что она так надо мной подшучивает, хотя, в конце концов, это моя вина. Ведь я забыл принести свой обед.

С завтрашнего дня я буду вставать, как только зазвонит будильник. Таково моё решение.