Том 2 · Глава 39. Шедевр, обратившийся в лохмотья
«Сценарий готов».
Такое сообщение от Котоно пришло ровно через неделю после нашей с ней поездки в кинотеатр под открытым небом.
Получив его, мы решили не откладывать и собраться на производственное совещание в доме у Касуми.
Изначально мы планировали пойти в семейный ресторан, но передумали. Во-первых, хоть Касуми и научилась неплохо скрывать свою ауру, риск, что её узнают, всё ещё оставался. А во-вторых, она сама пожаловалась, что ей одиноко сидеть одной в такой большой квартире.
Хотелось бы сказать: «Тогда съезжай», — но, по её словам, из соображений безопасности это не вариант. Тяжёлая у неё жизнь.
Мы с Котоно договорились встретиться на станции возле элитного жилого комплекса, где живёт Касуми, и пойти вместе. Я-то думал, что она будет поражена видом высотки, но её реакция оказалась настолько сдержанной, что я даже немного расстроился.
Всё-таки госпожа из высшего общества. Видимо, я тут единственный простолюдин. Я и так это знал, но всё равно было немного обидно.
Зато, в отличие от её реакции на дом, то, как она напряглась, когда Касуми пригласила нас войти, было чем-то невероятным. Похоже, для Котоно сам факт пребывания в личных апартаментах её кумира был куда важнее любой высотки.
Так или иначе, мы прошли в гостиную и расселись вокруг стеклянного стола.
Простите, что так задержалась с текстом,
Да брось. Я всё равно домашкой занимался. Наоборот, спасибо, что так быстро справилась.
Это точно. Миру бы ни за что не смогла написать историю за десять дней. Да что там, я бы и за год, наверное, не справилась.
После этого мы сразу же приступили к совещанию… вот только у самой Котоно вид был мрачный.
Я хочу сразу извиниться.
За что?
Сценарий, на самом деле, готов только наполовину. Я застопорилась на финале, не могу решить, как лучше развернуть события. Но для начала я бы хотела, чтобы вы прочитали.
С этими словами Котоно положила по одному экземпляру сценария передо мной и перед Касуми.
Её произведение называлось «Доброе утро, Призрак». Это была летняя история о дружбе между девочкой-призраком и одинокой девушкой, которая начала её видеть.
Сюжет был такой: главная героиня решает помочь призраку, не знающему, как попасть на небеса. Поначалу она методом проб и ошибок ищет способ помочь ей упокоиться. Но, сблизившись с призраком, она начинает привязываться к ней и, не желая терять подругу, уже не так усердно помогает. И именно в этот момент способ упокоения находится.
Значит, я играю призрака, а Котоно-тян — спросила Касуми и с улыбкой добавила:
Честно говоря, я до последнего сомневался, стоит ли привлекать Касуми как актрису.
Конечно, если бы она сыграла, это было бы потрясающе, но были и проблемы: её бешеная популярность и слишком яркая харизма.
Из-за инцидента на культурном фестивале сама Касуми тоже сомневалась. Но когда я предположил, что «исполнение чужой роли может стать своего рода реабилитацией, которая поможет избавиться от въевшегося образа „Касуми Миру“», она ответила, что хочет попробовать.
Признаться, я и сам хотел взять реванш за фестиваль, так что был безумно рад.
Мы договорились, что Касуми будет участвовать при условии, что её лицо будет скрыто. Услышав это, Котоно тоже решила присоединиться: «Тогда, если я сыграю вторую роль, нам не придётся никого просить со стороны, верно?». Таким образом, мы решили снимать фильм втроём, от начала и до конца.
Я просто в неоплатном долгу перед Котоно за то, что она написала историю с учётом всех наших условий: сюжет строится вокруг двух персонажей, которых могут сыграть они с Касуми; тот факт, что лицо Касуми скрыто, не выглядит странным; а для реквизита не требуется больших затрат.
И самое главное, сценарий получился чертовски интересным!
Котоно, твой сценарий и в этот раз просто на высоте. У меня аж руки чешутся начать. Да, финал ещё не готов, но какие-то идеи наверняка появятся в процессе съёмок, так что всё отлично!
П-правда?
Ага. Так что нечего делать такое виноватое лицо. Это приказ режиссёра.
Есть! А я использую полномочия главной актрисы!
Поэтому не… Стоп, и сценарист, и актриса
По сути, всё, что остаётся мне — это съёмка и монтаж. Моя самая тяжёлая работа только начинается, но если подумать, то я пока сделал гораздо меньше.
Ничего подобного. Наоборот, я рада. Рада, что могу помочь в том, чем ты так увлечён, Касиваги-кун.
Котоно сказала это с доброй улыбкой, а затем, запинаясь, добавила:
К тому же, если я буду так стараться, то, может, когда-нибудь я тоже…
Тоже что?
На мгновение её лицо стало таким, будто она о чём-то очень глубоко задумалась. Я переспросил, но Котоно ловко ушла от ответа.
Ничего. Ладно, теперь нам нужно получить разрешение на съёмку в школе!
А! Об этом Миру уже поговорила с учителем! И получила чёткое встречное условие!
Какое же?
Мы должны почистить школьный бассейн. За это нам разрешат использовать любой свободный класс!
Я, конечно, догадывался, что монстр коммуникабельности вроде Касуми сможет получить разрешение, но, похоже, совсем без условий не обошлось.
Условие какое-то сомнительное… Непонятно, выгодное оно или нет… Ладно, я сам всё сделаю, а вы…
Эй, так не пойдёт. Мы будем делать это все вместе! Ради воспоминаний, ради воспоминаний!
Вот именно. Касиваги-кун, ну зачем ты от нас отдаляешься? [1].
…Спасибо.
Что же делать, мне слишком повезло с друзьями. Иметь сразу двух человек, которые готовы вот так помогать мне в том, что я хочу делать, — это настоящее счастье.
До сих пор я в основном всегда был один. Да, я иногда помогал разным кружкам, но это было лишь временное участие постороннего в уже сложившейся команде.
А вот так, когда смотришь с кем-то в одном направлении, — такого у меня не было ни разу.
Тогда договорились! Встречаемся в школе в удобный для всех день!
Конец июля. Пройдя через школьные ворота, наполненные шумными голосами учеников, усердно занимающихся в своих кружках, мы сразу направились к бассейну.
Ух, ну и жижа тут…
Похоже, его забросили с прошлого лета. Ладно, для начала давайте переоденемся в то, что не жалко испачкать.
Да. Если не начнём, то никогда и не закончим…
С этими словами, стараясь не смотреть на удручающее состояние бассейна, которое оказалось куда хуже, чем мы представляли, мы принялись за уборку.
Э-э, а почему это вы двое в одинаковой одежде?!
Да это просто наша форма со средней школы.
Классно, классно, завидую!
Правда? Среди нас эту форму за её убогость называли «тюремной робой».
Если это чтобы быть как вы, то Миру и в тюремной робе походит.
Нет, спасибо, не стоит,
И то верно. Даже для Касуми этот дизайн… хотя, есть чувство, что она бы и его смогла носить с шиком.
Сама же Касуми сказала, что как ни старалась, так и не нашла дома одежды, которую было бы не жалко испачкать, и начала уборку прямо в школьной форме. С синим шлангом в руках она была похожа на девушку из рекламы кисломолочного напитка. [2]
Ай!
Пока я любовался этим «счастьем для глаз», кто-то неожиданно обнял меня сзади.
Э?
П-п-прости! Просто… пол под ногами такой скользкий, если я сейчас двинусь
Это была Котоно. Я попытался обернуться, повернув лишь голову, и краем глаза заметил, как качнулись её блестящие чёрные волосы. В этот момент до меня вдруг как-то странно дошла вся реальность происходящего.
А, всё нормально. Держись.
Я кое-как сумел ответить, сохраняя спокойствие, но ощущение её изящных рук, крепко обхвативших мою талию, было таким волнующим, что по спине пробежали мурашки.
Спасало лишь то, что я не видел утончённого лица Котоно.
Чем это вы там занимаетесь?! Следуйте примеру Миру и убирайтесь как следует!
Пока я, сгорая от смущения, ждал, когда Котоно восстановит равновесие, с другого конца бассейна, где усердно тёрла пол Касуми, наконец донёсся её голос.
О-ой, прости. Котоно, ты как, сможешь идти?
Нет, дело в том, что…
Котоно-тян, нечестно! Это просто нечестно! Ты же просто захотела обнять Рен-куна! Читерство! Это же был мой коронный приём! [3]
Так она это осознавала. Ну да, «расчётливая милота» — это своего рода визитная карточка Касуми. Хотя гордиться тут, по-моему, нечем.
Да быть такого не может. Котоно, в отличие от тебя…
…А если бы и так, что бы ты сделал?
Её руки на моей талии сжались ещё крепче, и я почувствовал, как что-то твёрдое упёрлось мне в спину. Наверное, это была голова Котоно. От места, куда она склонила голову, по телу начало медленно расползаться тепло.
…Котоно?
Её непривычное поведение застало меня врасплох, и я…
Уня-я-а?!
Касуми?!
Милый вскрик моментально вернул меня в реальность.
Котоно, похоже, тоже испугалась крика Касуми, и её руки тут же разжались.
Я перевёл взгляд и увидел ошарашеную Касуми. Похоже, поскользнувшись, она шлёпнулась на попку и теперь сидела, уперевшись в пол руками.
Ты в порядке?!
Я поспешно подбежал и протянул ей руку.
Касуми вяло улыбнулась.
А-а, угу. Наверное.
Она взяла мою руку и поднялась.
Травм вроде нет, но форма вся промокла.
Точно. Тогда, пока не высохнет…?!
Я собирался продолжить: «отдохни у бортика бассейна». Я правда собирался.
Эм. Что вы делаете, Касуми-сан?
Что? Раздеваюсь. Мокро и неприятно.
И, как и сказала, она начала раздеваться. Прямо на месте.
Эй, подожди!
Когда задранная рубашка достигла её груди, я в панике отвернулся и встретился с абсолютно холодным взглядом Котоно.
Подождите. Это же не по моей вине.
Я не мог вымолвить ни слова и лишь беспомощно жестикулировал руками, пытаясь оправдаться, как вдруг краем глаза заметил всполох вишнёвого цвета.
Рен-кун, ты такой милый, когда смущаешься!
А-а-а-а-а?!
От её голоса по моей спине снова пробежали мурашки.
Похоже, стоящая сзади Касуми провела пальцем по моей спине снизу вверх.
Хе-хе. Уже можешь смотреть.
Я вопросительно посмотрел на Котоно, и та, не меняя выражения лица, подняла большой палец вверх. Я со страхом обернулся.
Передо мной стояла Касуми в чёрно-белом бикини.
Та-да-ам. Ну как? По-моему, я довольно милая, да?
Какое там «довольно»!
Стройные, белоснежные ноги, здоровые бёдра. Я знал, что во времена айдол-карьеры она снималась для гравюр-журналов [4], но её фигура, стройная, но с округлостями там, где надо, была просто идеальной.
Д-думаю, н-неплохо?
Я постарался ответить как можно быстрее, чтобы не показаться странным, но, похоже, от «полиции Касуми» это не укрылось.
Хм-м-м…
Что?
А что «неплохо»?
Э?
Что именно тебе понравилось? Объясни, пожалуйста.
Э-э…
Думай, думай, ну же, я! Какой ответ не будет звучать мерзко и принесёт мне проходной балл?
Я молился небесам о помощи, отчаянно пытаясь сосредоточиться на поиске ответа, чтобы отвлечься от вида стоящей передо мной Касуми.
Э-эм, Рен-кун?
………………
Может, сказать про дизайн купальника? Но тогда она может обидеться, подумав, что я считаю, будто она сама по себе не милая.
Э-это… ну… ты слишком пялишься, что ли… — Я, конечно, милая, но… н-не могу! Всё, забудь! Хватит! Так что больше на меня не смотри!
Э?
Я не до конца понял, что произошло, но, кажется, я был спасён.
«Как-то это всё совсем не так, как на фотосессии для журнала…»
Мне стыдно, так что не смотри больше, ладно? Но… всё-таки хочу услышать хоть одно слово.
…О-очень мило и тебе идёт.
Угу. Тогда ладно.
С этими словами Касуми решительно поднялась, накинула сверху белую рубашку — она почти не промокла — и вернулась к уборке.
Хоть открытых участков тела и стало меньше, низ остался в бикини, так что для моего сердца и то и другое было одинаково опасно.
Кстати, почему ты вообще в купальнике под формой?
А, учитель сказал, что после уборки можно будет поиграть. Я вроде вчера писала об этом в групповой чат LIME… Стоп. Неужели я отправила сообщение только Котоно-тян?
Сообщение, которое пришло мне, было личным,
Э, серьёзно? Прости. Рен-кун, тогда веселись в том, в чём есть.
Да не собираюсь я веселиться. И хоть она извинялась, я и не планировал переодеваться, так что в итоге всё сложилось как надо.
Однако, это значит…
П-перестаньте молча на меня смотреть!
Котоно-тян, ты ведь тоже надела, да? Какой цвет в итоге выбрала?
Я не собираюсь переодеваться! Ни за что!
Так, ладно, тогда я сейчас оболью тебя водой.
Касуми-сан?!
Ну мне же одной стыдно! Так что ты будешь со мной за компанию!
Ты же вчера вечером говорила, что тебе совсем не стыдно позировать в купальнике, потому что снималась для гравюр-журналов!
Я не думала, что будет так неловко, когда смотрит кто-то другой!
Ну и заявление! Ты хоть представляешь, каким тиражом разошёлся твой фотобук?! Тебя видели как минимум сотни тысяч человек, а ты пытаешься утащить меня за собой!
Девочки схватили шланг и начали играть в догонялки. Какая идиллия.
Глядя на то, как Котоно, которая поначалу так нервничала, теперь так свободно общается, я подумал, что она, видимо, всё больше стала воспринимать Касуми как одноклассницу, а не как айдола.
Я с улыбкой смотрел на них, а потом вернулся к работе.
В итоге, примерно через десять минут, Котоно, пойманная Касуми и переодетая в спошной чёрный купальник, вернулась к уборке.
Этот купальник с лямками-ленточками очень шёл её нежному и скромному образу.
Она сама скромничала, но, как и хвалила её Касуми, у неё была настолько сногсшибательная фигура, что хотелось спросить, почему она никогда не снималась для журналов.
Опасаясь, что нас могут убить, если одноклассники увидят нас в такой ситуации, мы закончили уборку, и, поиграв с водяными пистолетами и надувными кругами, которые принесла Касуми, отправились домой.
Вкус мороженого с сиропом, которое мы все вместе ели по дороге домой, я, наверное, никогда не забуду.
Первое августа. В пустом классе, который нам удалось заполучить, Касуми произносила свои реплики. На ней был костюм призрака — белое платье и белоснежная маска, скрывающая глаза и нос.
Съёмки, начавшиеся без промедления, шли не так гладко, как я себе представлял. Мы столкнулись с трудностями.
Вот здесь, мне кажется, реплику нужно произнести с более лёгким чувством.
«Ведь меня никто не видит».
Эээ… что-то не то.
Проблем было две. Первая — это моя несостоятельность как режиссёра.
В голове у меня была картинка, но не хватало знаний и опыта, чтобы выразить её словами. Из-за этого я постоянно повторял «что-то не то», но при этом не давал никаких точных советов. Худший режиссёр на свете, я знаю.
Несмотря на это, обе девушки очень старались, но тут возникала вторая проблема.
Касуми, ты слишком выделяешься.
Выделяюсь?! Я же наоборот стараюсь стать «пустотой», после того как ты сказал что у меня слишком экспрессивные движения?!
Проблема была в слишком сильной харизме Касуми.
За долгие годы в шоу-бизнесе она до кончиков ногтей впитала в себя умение быть самой яркой, и в результате невольно выделялась в любой сцене.
Это было не столько актёрское мастерство, сколько особый навык айдола — всегда и везде быть для кого-то номером один. И из-за этого Касуми на экране выглядела не как девочка-призрак, а как «Касуми Миру».
В плане исполнения роли Котоно была куда талантливее.
Конечно, если бы мы снимали фильм, где Касуми всегда должна быть в центре внимания, это было бы только плюсом. Но в этот раз она играла призрака, в образе которого упор делался на прозрачность и хрупкость. Так что её харизма только мешала.
Как бы сказать… если так пойдёт, у нас получится «призрак Касуми Миру». А здесь нужен призрак, который хоть и весёлый, но одинокий и будто вот-вот исчезнет.
У-у, это точно. Мой призрак и правда совсем не выглядит так, будто может исчезнуть.
Да, — Не то чтобы исчезнуть
Вот именно,
«Вот именно»?! То есть я и правда со стороны выгляжу такой полной жизненных сил?!
Она с задумчивым видом уставилась в экран.
…Похоже, я и правда ничего не умею, кроме как быть айдолом.
Сказано это было скорее с грустью, чем с досадой. Словно она сожалела о привязанности, которая осталась к той себе, которую она решила оставить в прошлом.
Вечером, по дороге домой.
После того как мы попрощались с Котоно, Касуми сказала, что ей нужно зайти в магазин, и пошла вместе со мной.
«Касуми Миру»
…Что?
Ты был прав, Рен-кун. Помнишь, ты говорил, что игра других ролей может стать реабилитацией, чтобы перестать быть «Касуми Миру»?
С этими словами Касуми с силой пнула камень, валявшийся на обочине.
Мне страшно. Я хочу стать собой, но «Касуми Миру», айдол, настолько слилась со мной, что я не могу её отделить.
Она продолжила с мрачным лицом:
Но главное даже не это. Думаю, главная причина в том, что я просто боюсь, что у меня не получится. Ведь до культурного фестиваля у меня ни разу ничего не получалось, если я не была «Касуми Миру». Поэтому я инстинктивно пытаюсь сбежать и выбрать тот путь, где у меня больше шансов на успех.
Сбежать?
Ну, смотри. Например, даже если я плохо сыграю, люди, которые пришли посмотреть на Касуми Миру, всё равно будут довольны, понимаешь? Все дорамы, в которых я снималась в айдол-период, я вытягивала именно этим.
Услышав это, я всё понял.
Я и раньше об этом догадывался, что Касуми до сих пор живёт, полностью полагаясь на воспоминания о своём айдол-прошлом, когда «Касуми Миру» была успешна и любима всеми.
Поэтому она считает этот образ единственно верным, и даже когда пытается от него уйти, страх неудачи бессознательно возвращает её обратно.
Наверное, это то же самое, что и у меня. Пусть и в разной степени, но это как тогда, когда я делал вид, что ничем не увлекаюсь всерьёз, и лишь без конца заводил поверхностные знакомства, чтобы увеличить число друзей в LIME.
Быть тем, кем тебя хотят видеть, — это просто, но очень тяжело.
Вот бы поскорее избавиться от этого потрёпанного платья…
Прежняя Касуми никогда бы не поделилась со мной ничем подобным.
Наверное, она рассказала мне, потому что верила: вместе мы сможем это преодолеть.
Я тоже подумаю. Поищу, как давать тебе такие указания, чтобы тебе было проще вжиться в роль. Буду учиться.
Вот это точно надо. А то твои указания, Рен-кун, никуда не годятся. Я потом посоветую тебе хорошие книги. Вот господин Теракадо, например, был мастером давать указания!
Кто это вообще?
Режиссёр дорамы, в которой я снималась.
Ну не сравнивай меня с настоящим профессионалом!
Ой, Рен-кун разозлился!
Касуми рассмеялась и побежала вперёд по дороге к магазину.
Я погнался за ней, размышляя о том, что зацепило меня в её словах.
Касуми утверждала, что впервые у неё получилось что-то, кроме образа «Касуми Миру», только на недавнем школьном фестивале. Но ведь, даже если она с детства была в шоу-бизнесе, айдолом она стала только в двенадцать.
Интересно, почему она вообще решила стать айдолом, если начинала как детская актриса?
Примечания:
[1] В оригинале фраза ближе к "Не будь таким чужим" (今更水くさいです - imasara mizukusai desu): Выражение 水臭い (mizukusai) означает поведение, которое создаёт дистанцию, излишнюю официальность или сдержанность между близкими людьми.
[2] Вероятно, имеется в виду реклама популярного японского кисломолочного напитка "Calpis" (カルピス). Его фирменная упаковка — белая с синими кружочками, а в летних рекламных роликах часто снимаются жизнерадостные школьницы с водой или на фоне бассейна, что создаёт атмосферу свежести и прохлады. Продается и у нас.
[3] Коронный приём (十八番 - ohako): Дословно "восемнадцатый номер". Выражение пришло из театра Кабуки, где 18 пьес считались коронными для актёрской династии Итикава.
[4] Гравюр-журналы (グラビア - gurabia): От "gravure printing" (глубокая печать). В Японии это жанр фотосессий (и журналов/фотобуков), где модели, актрисы или айдолы позируют в бикини или другой откровенной, но не порнографической одежде.