Том 1 · Глава 70. Ловушка

—И снято, — остановил их режиссер Е.

Лю Мань и Ян Хуаюэ многому научились, наблюдая за двумя опытными актерами на площадке. А то, как ярко Чэн Фэнлань передала язвительное выражение лица Гу Цзюань, их особенно впечатлило.

Лю Мань восхищалась ею от всей души.

В следующей сцене ей предстояло играть наряду с профессиональными актерами, из-за чего она сильно нервничала. Девушка вновь просмотрела сценарий. Сейчас реплик у нее было больше, чем в остальных.

Лу И знал, что до этого фильма она нигде не снималась, поэтому провел ее по сцене.

—Поскольку Цзи Нин жила богато и мирно, она выросла более наивной, чем Цзи Ань. Настолько наивной, что не ведала про обман и по глупости высказала свои мысли о Цзи Лиго. Из-за своей глупости она позволила ему и Гу Цзюань убедить себя купить садовую виллу. Тебе не нужно намеренно выдавливать из себя эту «глупость». Просто играй обычно и естественно.

Под обсуждаемой «глупостью» Лу И не имел в виду отрицательное прилагательное. Он говорил о наивности, присущей девушкам, которые почти не разбирались в том, как устроен мир. В столь алчном и меркантильном нынешнем мире такая наивность весьма ценилась. И Лу И чувствовал, что Лю Мань, как и Цзи Нин, несла в себе частичку этой простоты. Теперь он понял, почему Е Цзыань на данную роль выбрал именно эту студентку.

Сам режиссер тем временем хлопнул в ладони и обратился к Лю Мань:

—Теперь и ты будешь в этой сцене. Играй так, как играла до этого. Давай постараемся отснять все с первого дубля.

Девушка кивнула. С возложенными на плечи ожиданиями она сделала глубокий вдох.

—Мотор!

Гнев Цзи Нин чуть отступил. Она отперла дверь, куда сразу ворвалась Цзи Ань. Последняя вытолкнула из комнаты сестру, захлопнула за ней дверь с громким «БАХ!», вслед за чем послышался щелчок замка.

Опешившая Цзи Нин стояла в коридоре. Гу Цин хотел утешить ее, однако в их доме были тонкие стены. Любые его слова тут же услышала бы Цзи Ань и родители. Парень не знал, когда они выйдут из спальни. Он стоял в узком пространстве без понятия, что делать.

Тем временем Гу Цзюань открыла дверь в их с Цзи Лиго комнату. Она выглянула наружу и увидела, как близко друг к другу находятся подростки. На краткий и незаметный момент ее брови нахмурились, прежде чем женщина подошла к падчерице со словами:

—Ох, твой отец наговорил тебе всякого лишь в порыве гнева. Но даже злость не является поводом, чтобы тебя ударить. Я уже все ему высказала, и он понимает свою ошибку. Теперь он хочет перед тобой извиниться.

Под конец последнего предложения, Гу Цзюань с очередным упреком повернула голову к мужу, который так и продолжал стоять в дверном проеме.

—Ну и чего ты застыл там, как истукан? Ты ведь хотел извиниться. Почему тебе теперь стыдно? Как можно стыдиться чего-то перед своим собственным ребенком? Если сказал или сделал что не так, нужно попросить прощения. Давай.

Гу Цзюань играла на превосходном уровне. Только недавно злившаяся Цзи Нин услышала эти слова и подняла взгляд. Ее глаза остановились на отце.

Было непонятно, то ли Цзи Лиго боялся разоблачения, то ли испытывал вину, но в любом случае девушка своими ясными глазами наблюдала, как он понурил голову и подошел к ней, не осмеливаясь смотреть ей в лицо.

—Это я виноват. Мне не следовало ругать или бить тебя. Прости меня, — сказал мужчина низким голосом.

Цзи Нин не могла вынести того, что кто-то старше нее извиняется перед ней со склоненной головой. Она тотчас сказала:

—Я тоже поступила неверно. У каждого есть свои трудности, мне не стоило тебя винить.

К разговору быстро подключилась Гу Цзюань:

—Вот-вот. Все просто разозлились во время ссоры и пустили в ход более скверные слова. Мы все семья, а вы двое — кровные родственники. Ни один конфликт не решается за ночь. Если ты больше не злишься, тогда мы можем отойти. У нас пятерых есть мирное будущее.

Женщина вложила руку Цзи Нин в ладонь Цзи Лиго.

—Ну все. Простите друг друга и забудем об этом небольшом конфликте.

Она подмигнула мужу. Тот замялся на мгновение, однако все равно сказал:

—Вас с Аньань разделили еще в детстве, тогда вам было всего по 5-6 лет. В том, что вы плохо уживаетесь сейчас, нет ничего необычного. Мы поселили вас в одну спальню, и, если так продолжится, вы наверняка будете ссориться друг с дружкой каждый день. Вы растете, и каждой нужно свое личное пространство. Мы хотим переехать в дом, который будет чуть побольше, но с тех пор, как меня уволили, я так и не нашел стабильную работу. Твоя тетя Гу никогда не устраивалась на обычную работу, а на всех подработках толком не зарабатывала. За эти годы мы в лучшем случае скопили всего пять тысяч юаней. Даже продав текущий дом и доложив их к полученной за него сумме, ничего получше мы не найдем. Разве что в деревне. Но оттуда тебе, Цзи Ань и Гу Цину будет сложнее добираться до школы.

—Мне очень жаль парня. Он спит в гостиной уже три года, а личного пространства у него не было с самого переезда в наш дом. Такой чудесный ребенок вынужден жить в таких условиях.

Обсуждаемый Гу Цин не понимал, к чему вели его родители. Будучи чутким ребенком, он сказал:

—Дядя Цзи, мне нормально жить в гостиной, я привык. И я не считаю свои условия плохими. Вам с моей мамой не нужно переживать из-за меня.

Гу Цзюань вовсю подавала ему знаки, и Гу Цин их увидел. Парнем он был умным, только не понимал, к чему это было, пока не услышал следующие слова отчима.

—В Америке ты вела хорошую жизнь в особняке. А теперь вернулась и вынуждена жить в столь бедном месте с нами. Тебе наверняка очень неудобно? — спросил Цзи Лиго, якобы заботясь о дочери.

—Нет, совсем нет. Когда дела у мамы шли плохо, нам доводилось ютиться и в более бедном доме, — быстро ответила девушка. Она попала в ловушку, расставленную Цзи Лиго и Гу Цзюань.

Последняя кивнула.

—Честно говоря, не важно, в каком месте мы живем, главное, что мы — семья, — на этих словах женщина вздохнула и, подняв руку, вытерла несуществующую слезу в уголке глаза.

—Аньань — твоя кровная сестра, но она, как и Цинцин, живет неблагополучно. Все соседи хвалили то, как хорошо эти двое выглядят и вежливо разговаривают. Их даже приняли в Шанхайскую Экспериментальную Среднюю Школу по оценкам, не потребовав от нас ни единого юаня. Увы, мы не способны улучшить качество их жизни.

Цзи Нин перед Цзи Ань несомненно проявляла высокомерие и гордость. Тем не менее, в их жилах текла одинаковая кровь, они были родными сестрами. Она не смогла бы смотреть, как Цзи Ань живет в нищете. Да и Гу Цин, так сильно ею любимый, спал на сломанной кровати в гостиной.

Она ведь действительно проживала в двухэтажной садовой вилле, когда была в Соединенных Штатах Америки. Та вилла включала в себя гараж, бассейн, палисадник и сад за домом. Когда Цзи Нин сравнила их текущий дом с той виллой, то признала, что отличались они как небо и земля.

Если человеку кто-то западал в душу, то он желал для него хорошей жизни. Как минимум не хуже той, которой жил сам.

Цзи Нин была слишком доброй, одни только чувствительно приподнятые брови демонстрировали ее мягкость. Гу Цзюань и Цзи Лиго незаметно переглянулись. У них вот-вот получится!

К текущему моменту Гу Цин уже ясно понимал замысел своей матери и отчима, но не вымолвил ни слова, продолжая стоять в стороне. Он наблюдал за тем, как задумчивая Цзи Нин замешкалась и приняла решение.

Наконец прозвучал ее ожидаемый вопрос, адресованный отцу:

—Сколько вам нужно на покупку нового дома?

Тот ответил:

—Есть дорогие дома, а есть и подешевле. Зависит от самого здания.

Цзи Нин, разумеется, вспомнила тот дом, где жила в Америке. Она уточнила:

—А двухэтажная садовая вилла в центре города?