Том 2 · Глава 32. Эпилог: Саотоме-сан хочет двигаться дальше

Вернёмся на три дня назад.

—Я слышала, если завести страницу в инсте, можно увеличить количество друзей.

—Чего это вы вдруг, Мио-сан?

Мио-сан сказала, что тоже хочет пойти за покупками к ужину, и, фотографируя камень на обочине, произнесла это. Камень такой хороший, что казалось, может поползти.

Но сколько бы он ни набрал подписчиков, чего вдруг её это заинтересовало?

—Неужели с Тсутией или Мурасаки что-то случилось?

—А, почему?

—Просто вы внезапно сказали, что хотите ещё друзей. Значит с имеющимися что-то не так?

—... Тсутия-сан и Мурасаки-сан хорошие друзья.

—Верьте в это, и всё будет хорошо, наверное.

—Наверное.

—Сирогане-сан рассказала, что со словами стоит быть осторожнее.

Она столько всего нарассказывала в раменной. Адвокатское дело пугает.

—Точность важна.

—Ста процентов в мире практически не бывает. Слова «я тебя никогда не оставлю» абсолютны только в драмах.

—Такое бывает. Достаточно имя в заявлении на брак вписать.

—Заявление на брак.

Желание нацепить кольцо на пальчик. А потом во время заката на набережной:

«Я люблю тебя. И никогда тебя не покину».

А тут просто печать в заявлении ставиться и всё, даже смотреть не на что.

—А, кстати Сирогане-сан вроде говорила. Сейчас уже дальше кольцо расценивается как договор. Кольцо приравнивается к помолвке.

—А? Сирогане-сан ещё и брачными делами занимается?

—Вроде нет.

Она изучала это для пополнения своих знаний или для личных целей?

Я вспомнил, как она смотрела вдаль при упоминании свадебного торта, завернул за угол и повернулся к женщине, которая была со стороны дороги.

—В жизни разное бывает.

—Разное.

Такое и у Мио-сан бывает, так что я решил не копать.

—Так что по поводу инсты?

—Точно, инсты.

Инстраграмм, или коротко инста.

Социальная сеть, где десять миллиардов пользователей по всему миру выкладывают фото. В Японии молодая женщина может, выкладывать интересные снимки, собирать подписчиков и заполучить статус. Популярным людям легче завести друзей, потому отчасти верно утверждение, что если у тебя есть инстаграмм, то число друзей увеличится.

—Я ничего против Тсутии-сана и Киран-тян не имею. Но они оба ваши знакомые.

—Да, оба мои бывшие коллеги.

—А я хочу своими силами завести друзей.

—Это влияние Юки?

След от укуса моей сестры, агрессивно ищущей друзей, оказался куда больше, чем я мог подумать.

—И всё же я думал, что вы не из тех, кто пользуется социальными сетями.

—Правда?

Как-то легкомысленно заводить отношения, используя социальные сети. Хотя до того, как она меня наняла, всё время была одна.

—Раньше я интересовалась. Никси и Die With We.

—Никси куда-то вылетел из трендов...

—Точно.

—Да.

—Я не смогла заполнить заявку на заведение друзей и просто бросила.

—Как-то так я и думал.

В Нуиттере это сделать легко, как говорят, но скорее всего у неё не было ни подписок, ни подписчиков.

—И ещё... Die With We? Впервые слышу. Это типа «мы мертвы»?

—Приложение, которое можно использовать, когда на телефоне меньше пяти процентов заряда.

—Социальная сеть, которую можно использовать, когда заряда меньше пяти процентов.

—Довольно популярная.

—А, и правда. Сразу же нашёл.

Ясно, Die — это про заряд телефона. Типа вместе те, у кого заряда не осталось.

—Только японский не поддерживается, потому японцев там почти нет.

—Если там все иностранцы, то с ними вообще не встретишься, села батарейка, разговор прервался, ну и чёрт с ним.

Рационально. Очень рационально. Только если упустить из виду основную цель завести друзей.

—От неё вы тоже отказались, и теперь инста.

—В этот раз я постараюсь. Потому, Матсутомо-сан, пошлите в кафе.

—Кафе?

—Я сниму там крем или ещё что-то. И использую.

Использует?

—Что?

—«Колонку о еде в кафе».

Один из пунктов устава семейства Саотоме.

Придуман в день, когда она познакомилась с Мурасаки. Они договорились ходить по кафе и писать всё, что повысит производительность. Это случилось после игры в Уно, они так увлечённо писали, получилось не хуже устава компании.

—... Тогда решено.

—Раз так решили, хотелось бы попробовать.

∗∗∗Три дня спустя в субботу.

Видя её дома, я забывал, что Мио-сан просто отличный маркетолог. Она знакома с разными отраслями, и просто разносторонний человек при желании. А в остальном дома у неё как после конца света, но да не буду об этом.

Мио-сан отлично умеет фотографировать. Она иногда снимает дома Фу-тяна и А-тяна, женщина отлично подбирает угол и освещение, чтобы подчеркнуть очарование плюшевых игрушек.

Так что и в этом модном кафе у неё должны отличные снимки получиться. Для инсты. Не спрашивайте.

—Матсутомо-сан.

—Что такое, Мио-сан?

—Может вернёмся и попьём кофе с молоком?

—Кафе перед нами, Мио-сан.

Вот так с тех пор, как мы пришли.

Она остановилась перед заведением и три минуты думала, стоит ли его сфотографировать. С уверенным выражением сказала «пошлите домой». Саотоме Мио-сан, двадцать восемь лет.

—Раз уж проделали такой путь, давайте подумаем здраво. Если собрались снимать, надо заказать модные блинчики или модный кофе.

—Я думала, что мне тут даже и говорить толком не придётся.

—Думать о смысле своим действий — значит думать об ответственности.

—Это скорее к президенту перед объявлением войны относится.

Чтобы сделать снимок, надо заказать еду, почти всё оставить и уйти, так поступает в инстаграмме.

—Так что я подумала. Дома есть что попить, и так будет лучше для Земли и кошелька.

—Ясно. Кстати, Мио-сан.

И даже так среди пользователей есть отдельная группа. Мы съедаем всё, что заказываем, и вообще серьёзно не задумываемся об этом.

Мио-сан тоже это понимает, значит вопрос в другом.

—Что такое?

—Я уже сделал заказ.

—...

—...

Мио-сан думала пять секунд.

—Тогда заходим внутрь, Матсутомо-сан. Время — деньги.

—Золотые слова.

Модное кафе, если бы ещё что-то с атмосферой сделать. Официанты не обращали на нас внимания, а для Мио-сан это был повод для побега. Вообще странно, в кафе возле дома она и одна ходит.

Хотя красотка, которая может даже на атмосферу здесь влиять. Прям чувствую, как на неё посматривают.

—Матсутомо-сан, сколько? — глядя в меню, спросила она. Что качается смысла.

—Сахар, молоко, взбитые сливки, шоколад, размер кружки... Около четырёхсот пятидесяти калорий.

—А это?

—Сахар, молоко, взбитые сливки, банан, клубника, зефир, сухари... Около семисот сорока.

—Спасибо.

Мио-сан снова посмотрела в меню, а официантка на нас. На нас во второй раз посмотрела девушка, которой где-то столько же лет, сколько и Юке.

Предпочитаю, чтобы во время работы на меня так не смотрели.

—Мио-сан, вы решили?

—Да, это и это...

Официантка слегка неуверенно смотрела на то, как женщина делает заказ, и вот через пять минут.

—О!..

—Я такое впервые заказываю, вот оно какое...

Светло-фиолетовая основа крема, взбитые сливки, апельсиновый соус, цветовая схема напоминала космос осенью. Не буду говорить, из чего состоит, но явно продукты не дешёвые.

Я был искренне впечатлён, а Мио-сан достала телефон, как изначально и планировала.

—Так, снимаю.

—Слышал, что в инстаграмме у людей прямо особая техника, а вы как снимать будете?

—Не переживайте, я всё изучила.

—Хо, и как?

Самоуверенно Мио-сан взяла чашку. Правой рукой она почему-то перевела камеру в режим селфи.

—Поставлю на грудь и выпью, не используя рук!

—Вы явно культурные обычаи напутали, Мио-сан.

Это про чай с тапиокой и молоком и его вызов.

—А, я где-то ошиблась?

—Думаю, что вы куда-то отклонились, возможно в сторону культуры Англии или Франции.

—Аж до Дурвского пролива?..

—Возможно подписчиков у вас станет больше, но насчёт друзей не уверен...

—А я столько тренировалась.

—Тренировались?

Похоже она тренировалась. Я всё думал, чем она одна дома занимается, так вот чем.

—Поставить легко. Вот.

—... Стоит!

И правда есть те, кто способен на это. Устойчивость впечатляет. Как и собравшиеся взгляды.

—То, что он стоит здорово конечно, но вот так снимать сложно...

—Снимите просто на фоне интерьера. Например перед тем букетом цветов.

—Но я так старалась...

Она не любит выделяться, и потому даже не понимает, когда это происходит. Правда ей для этого достаточно просто встать и пройтись, так что она просто невнимательная.

—Красиво сняла... Но как-то обычно.

—Обычно — лучше всего.

Она сняла, но на это ушло время, так что сливки осели, а стакан стал мутнее. Женщина сделала снимок и теперь взяла длинную ложку.

—А, вкусно.

—Казалось, что тут всё только для внешней красоты, но сделано на славу.

Мио-сан стала есть быстрее, пока лёд не растаял и вкус не ухудшился.

—Потом отправлю фото Киран-тян и Юке-тян.

—А, в инсту не будете выкладывать?

—Для начала надо сделать побольше снимков и первым выбрать лучшее.

—Понятно.

Вполне бывает такое, что пыл остывает. И я заметил ещё кое-что.

—Мио-сан.

—Что?

—Будем продолжать?

—Я подумаю.

Устали. Я и Мио-сан очень устали.

Кафе было модным, к тому же внешний вид людей едва уступал красоте высокого осеннего неба. Какие-то тут свои принципы.

—Ну эти кафе, может лучше цветы выращивать?

—Они высохнут, так что лучше алоэ взять.

—Понимаю.

Это не относится к уличным цветам, но красивые комнатные растения точно высохнут.

—А с ним можно выйти в социальные сети?

—Если честно, сомневаюсь.

—Ну да.

Есть те, кому алоэ нравится, но число подписчиков он не увеличит. Нужно что-то другое.

—Домашняя еда?

—Тоже не выйдет. А, слышал, что ночные бассейны популярны.

—Вечериночных людей дом[1]?

—Давайте заканчивать.

Есть ещё рукоделие, в котором хороша Мурасаки. Конечно есть те, кто намного лучше неё, но и Мио-сан не подходит выкладывать снимки, чтобы количество подписчиков увеличивать.

—В таком случае... Хм?

Мио-сан отпила семьдесят процентов напитка, когда завибрировал телефон.

—От Тсутии. Говорит, что выходные свободны.

—... Это.

—Спрашивает про ваши планы. Мало ли.

—Я свободна.

Вокруг весело люди, потому она сомневалась, стоит ли проверять сейчас свои средства на счёте.

—Похоже хочет знать, не хотим ли мы пойти вчетвером в поход.

—Поход.

—Как раз сезон.

И как раз недавно говорили об этом. И есть причина пойти сейчас.

—Матсутомо-сан, в смысле в поход?

—Вид гор, цветная палатка, готовка горячих сэндвичей.

—О.

—Будем делать памятные фото, жаря под осенним небом зефир.

—А смотреться будет?

—Будет.

Я вошёл в телефон.

∗∗∗Со съёмок в кафе мы переключились на поход, и вот настали выходные.

«Го...»

—Мио-сан, стоп.

—Мурасаки, стоять.

—А?

—А?

«Море!» — в таком же духе они хотели закричать «Горы!», но мы их остановили как раз когда начался наш поход.

—Матсу, к нам та семья повернулась.

—Наверняка они Ямада[2].

Для осенних листьев ещё рано, но в воздухе ещё ощущалась летняя пышность. Здесь было установлено много палаток. Много таких же семей, как те предполагаемые Ямады.

—Что ж, Матсу, палатку мы поставили.

—Потрясающие сейчас палатки.

В начальной школе были занятия... Тогда они назывались «лесной школой»... И я с тех пор помню, как устанавливать палатку. Если сравнивать с той старой тканью и всеми железяками, то за эти пятнадцать лет всё стало куда проще.

Всё было готово, и девушки с телефонами наперевес убежали к магазину, чтобы посмотреть, какие там народные поделки.

—Ну что, разожжём уголь?

—Уже? Вроде спешить некуда.

Еду для барбекю мы ещё дома заготовили. Осталось лишь развести огонь и приготовить. Мы только прибыли, так что спешить некуда.

—Нам надо бахнуть огонь, а тут надо подготовиться.

—Нам же спешить некуда?

—Некуда.

Между «разжечь огонь» и «бахнуть костёр» есть какая-то существенная разница.

—И как его бахнуть?

—А ты не знаешь, Матсу? — почему-то со вздохом он сказал это. — Чтобы быть популярными.

Похоже мужчины, умеющие разводить костёр хорошо, популярны среди женщин. Если есть такая статистика, то ладно. Но имеется одна проблема.

—Тсутия, ты уголь разжигал?

—Ролики смотрел. Знаю, как это делается.

—Ты говоришь как школьник, который смотрел видео для взрослых.

—Вообще-то я немного попрактиковался.

—Разводить огонь попрактиковался? Да ты прямо мужик.

Если сможешь разжечь быстро, будешь крут, и опозоришься, если не получится. Потому он и практиковался.

—А, прости, звонят.

Я помогал открывать упаковку с углём, когда телефон завибрировал. Вообще мне звонили не напрямую, а через приложение.

Это была «Юка!!! On Line». Раньше была просто «Юка». Но потом она начала постоянно менять имя.

—...

Я зажал на телефоне кнопку минуса и ответил.

«Почему?! Я ведь у тебя была! А ты!»

—А, прости, плохо слышу. Знал, что ты орать будешь, потому сделал тише.

Я вернул громкость и передал возившемуся с углём Тсутии старые газеты. Чтобы разжечь огонь, он использовал воспламенитель.

«Так вы правда отправились в поход?»

—Отправились. Сейчас огонь разводим.

«Поход!»

Снова закричала. Я убрал телефон от уха, а то даже больно, после чего задал сестре вопрос:

—Откуда ты знаешь, что мы пошли в поход? Я вроде не говорил.

«Я с Саотоме-сан переписывалась».

—А, значит от Мио-сан.

Хоть она была здесь недолго, но девушки успели сдружиться. Только теперь в жертву были принесены мои барабанные перепонки.

«Но я кое-чего не поняла».

—Что такое?

«Что за фото проклятой куклы?»

—Проклятой куклы?

«Саотоме-сан прислала».

—Кстати, девушки ведь пошли в сувенирную лавку.

«А вдруг этот лагерь проклят?»

Услышав неожиданную информацию, я повернулся в сторону магазина, где находились Мио-сан и Мурасаки.

∗∗∗Я и Киран-тян спорили.

—Она милая. Её создали, чтобы продать как сувенир.

—Нет, красивая. Куклы изначально для взрослых делали.

—Если есть деформация, отличающая от оригинала, это делает вещь милой. Это искусство и культура милоты Японии.

—В Японии понятие красоты сводится ко взрослой на манер Укиё-э. Традиции сохранены, а значит она красивая.

Мы спорили милая или красивая кукла в красном кимоно.

И теперь тема перекочевала в наши понятия красоты.

—Не ожидала, что ты будешь такой упёртой, Киран-тян.

—Как та, кто шьёт игрушки, я не проиграю.

—Так мы ничего не решим... Нам нужно мнение третьей стороны.

—Тсутии-семпая или Матсутомо-семпая?

Можно было спросить у них, но лучше бы у какой-нибудь девушки.

—В мире сейчас равноправие, но всё же мнения мужчин и женщин отличаются.

—Точно.

—Матсутомо-сан вряд ли сможет понять это.

—И на Тсутию-семпая можно не рассчитывать.

Спокойно. И серьёзно.

—Обычно добрый и дружелюбный, но иногда творит не пойми что, желая выглядеть мужественным.

—Мужественным?

—Приседал на кухне.

—Не очень понимаю.

Он не просто мышцы накачать хочет?

—И когда переест, слегка пугает. Как он может две порции обеда съедать? И на корпоративах я ем лишь то, что могу, а он всё.

—Так ведь он парень...

Много едят и много двигаются.

Ага, все парни такие.

—Давай Юке-тян отправим.

—Юке... А, сестре Матсутомо-семпая.

—Верно, его сестрёнке. Она маленькая и милая.

—Насколько маленькая?

—Этого вопроса я не ожидала.

Ведь и правда. Для меня они обе маленькие, но лоб Юки где-то у меня перед глазами. А Киран-тян...

—Пошли к палатке, пока Юка-тян не ответит.

—Это, так насколько?..

—Парни нас заждались уже.

—Мио-сан?

—... А?

Экран погас, странно. Я не нажимала на кнопку, но экран тёмный.

—Что такое?

—Телефон сел... Но я его заряжала.

—Может сломался?

Плохо. Я же взяла его, чтобы снимать, а успела только куклу сфотографировать.

—Что же делать?..

∗∗∗— Взбодритесь, Мио-сан. Мы огонь развели.

—Вкусно... Мясо вкусное... Кукуруза вкусная...

Девушки вернулись из магазина, и оказалось, что у Мио-сан перестал работать телефон, и она ничего не сняла. Мы ели мясо и овощи, насаженные на шампуры, но девушка сидела скрючившись и была не в духе.

Тсутия и Мeрасаки тоже переживали и держались слегка на расстоянии.

—А ты знаешь, Мурасаки?

—Что?

—Чтобы развести огонь, можно газеты использовать.

—Их ведь скручивают.

—А что будет, если слишком сильно скручивать?

—... Они сжимаются и снова становятся деревьями?

—Горячий воздух изнутри сильно обжигает.

—Понятно.

Тсутия говорил гордо, испытав это на себе, и все его руки были в пластырях. Поглядывая на них, Мио-сан понемногу ела.

—Всё не можете выбросить эту мысль из головы, Мио-сан.

—А, что?

—То, что телефон сломался.

—О том, что я могла так увлечься снимками, что просто забуду о тех, с кем приехала или буду идти, уткнувшись в телефон, и может случиться несчастный случай?

—Вы принимаете реальность. Понимаю.

Она тут же задумалась.

—Что понимаете?..

—То, какая вы позитивная.

—Спасибо. И почему?

Надо же.

Вроде бы об одном и том же говорим. К тому же так спокойно. Ну ладно.

—Раз телефон сломался, возможно проклятие рассеялось.

—Проклятие?

—Я слышал от Юки, что вы проклятую куклу сняли. Возможно дух овладел снимком, а это опасно, но раз телефон сломался, зла удалось избежать.

—Я не снимала проклятую куклу...

—А?

—А?

Мы посмотрели друг на друга и склонили головы.

Юка о другом говорила. О присланной фотографии проклятой куклы. Ей оправили зловещую красную куклу.

—Я и Киран-тян спорили милая кукла или красивая.

—Только эти два варианта?

—И решили спросить у Юки-тян.

—... Про эту куклу?

—Да, верно.

Кукла, которую сняли, с какой стороны ни посмотри, проклятая. А Мио-сан и Мурасаки считали её не страшной, а красивой и милой. Похоже люди по-разному воспринимают японских кукол.

—... Ради фотографий можете и моим телефоном воспользоваться.

—Правда?!

На лицо Мио-сан вернулась улыбка. Вот и отлично.

Уж камера точно безопасна, а нам лучше бы заняться нашими делами. Например поиграть в бадминтон.

—Подаю, сестрица!

—Да, давай!

—Хха!.. Хха!.. Хха!

—А ты знаешь, Мурасаки?

—Что, Тсутия-семпай?

—Если перья на ракетку нацепить и взмахнуть, её так трясти не будет.

—Всё в порядке. В следующий раз попаду.

Ещё мы решили приготовить горячие сэндвичи.

—Да, собираемся.

—Да.

—Ага.

—Угу.

—Я предупреждал. Кухонные принадлежности для всех мы взяли, но если надо ещё что-то, берите сами.

—Говорил.

—Тогда почему тут четыре аппарата для приготовления горячих сэндвичей стоят?!

—Хотелось сделать.

—Простите, мне тоже.

—Ладно ещё Тсутия и Мурасаки, но мы же вместе собирались, так зачем было брать, Мио-сан?..

—Сделать хотелось...

Я думал, почему вещи такие тяжёлые, а там четыре крупных куска металла, а между тем настал вечер.

Мы готовили кофе и какао, а ещё жарили зефир. И жарившая Мио-сан внезапно посмотрела на меня:

—Матсутомо-сан, я поняла нечто ужасное.

—Что такое, Мио-сан?

—Я не сняла, как играю в бадминтон.

—А.

Поняв, что она не оставила воспоминаний на камере, женщина схватилась за голову, а я протянул ей плитку шоколада. Теперь будет зефир в шоколаде в американском стиле. И Мио-сан создавала калорийный капитализм.

—Н-но ведь было весело. Ваши будущие друзья, которых вы не знаете, важны, но и то, что сейчас важно.

—Даже не знаю...

—Пожарьте зефир и сфотографируйте его. Вот телефон.

—А, ага.

Похоже и себя решила снять. Сменила камеру и стала вертеть.

—Матсутомо-сан, давайте ближе.

—Да, да.

Мио-сан потянула мою руку и положила на плечо. С гор дул ветер, нёсший запах травы и листьев, который перемешивался с запахом женщины.

—... Это наверное первый раз.

—Что?

—Я делаю селфи с кем-то. К тому же с тремя людьми.

—Уверен, таких возможностей будет ещё больше. Вы заведёте инсту и у вас будет много друзей.

—Думаете?

—Да.

—... Ну тогда.

Она подняла камеру чуть выше.

—Вначале снимемся вдвоём.

Естественно. Так естественно сказала, что слегка смутила.

Хотя неплохо быть для Мио-сан чуть более особенным.

—Хорошо. Зефир тоже в кадр вставить?

—Можно, но в инстаграмм я это фото заливать не буду.

—Вот как?

—Да.

Таймер составлял три секунды.

Две.

Одна.

—Сыр.

Должен был прозвучать щелчок, но чьё-то сердце так сильно стучало, что я его не услышал.

∗∗∗«Братик проклят».

—С чего вдруг?

«Фотки Саотоме-сан жуткие».

—М?

Следующая неделя после поездки. Мне позвонила сестра, и я стал переспрашивать, о чём она говорит.

—Мио-сан про куклу меня всё рассказала. Она показалась ей красивой, потому и сняла.

Хотя согласиться я всё же не могу. Эта кукла... Когда находилась в гостиной, выглядела жутко, потому я попросил Мио-сан забрать её в спальню.

«Я не про эту, а про ту, что в инстаграмме».

—Это про которую?

«Когда вы вместе жарили зефир».

—А, эту.

Мы снялись вчетвером, и Мио-сан выложила её. Остальные разрешили выложить снимок, сразу видно, что доверяют.

—Обычная фотография ведь. Где она проклятая?

«Справа сверху...»

«Пим-пом».

Когда я думал, о чём говорит Юка, позвонили. Как раз время хозяйке вернуться.

—Прости, Мио-сан вернулись, потом поговорим.

«Что, братик, будь осторо...»

Я повесил трубку и пошёл в коридор. Уж прости, сестрёнка, но у меня работа, а то если не открою сразу же, она начнёт переживать, что никого нет.

—Так.

Я протянул руку, и тут дверь открылась и заглянула Мио-сан...

—Матсутомо-сан, Матсутомо-сан!

—С возвращение... Близко, экран близко, Мио-сан.

Быстро. Резко. Она двигалась быстро и резко. Не так как обычно.

Я слегка отстранился от экрана телефона и посмотрел на страницу в инстаграмме. Снимок с поездки, про который говорила Юка.

И в подписи снизу было что-то странное.

—Здорово, тридцать тысяч.

—Завирусилось! Вирусный маркетинг!

—Какой маркетинг, вы что-то продали, Мио-сан?

—Завирусилось!

Завирусилось. Фото четырёх человек вокруг костра завирусилось. Оно разошлось из инстрграмма по другим социальным сетям.

Так обрадовалась первой завирусившейся фотографии, что прыгает как кот, поймавший голубя.

—Поздравляю... Но там есть что-то, что могло принести такую славу?

—Потому что нам весело было?

—Так ведь обычные люди на природе отдыхают. Не знаете, что всем так понравилось?

—Я на работе занята была, потому даже комментарии не прочитала.

Она полезла в телефон читать комментарии. Их было много, но суть одна.

—«Впервые такое вижу», «жуть», «смерть», «спасите». Что это?

—«Тьма справа сверху»?..

Я посмотрел в то место, про которое говорили. Там, где должно быть темно, можно было увидеть нечто красное.

—Это же.

—Кукла. Та, которую Мио-сан купила. Это фото с привидением.

Фото с привидением.

Бум появления призраков прошёл, но и сейчас подобное привлекало внимание. И если снимок любительский, то ещё лучше.

—Неожиданно, но здорово ведь, что такая популярность пришла. Теперь у вас много подписчиков.

—Матсутомо-сан.

—Почему вы выглядите так, будто сейчас умрёте?

—Я эту куклу ни разу из сумки не доставала.

—Как купили ни разу?

—Ни разу.

—Может Мурасаки... Нет, она бы не залезла в сумку без разрешения.

—И я так думаю.

—Она что, в воздухе парит...

Никакого постамента нет, ей просто не на чем было стоять. Сомневаюсь, что Мио-сан отредактировала так, чтобы скрыть его.

А значит.

—Мио-сан.

—Да.

—Давайте удалим.

—Вместе с аккаунтом.

Решительная Мио-сан кивнула. Решив забыть обо всём, она отказалась от этого плана по поиску друзей.

—Жаль конечно.

—Нет, всё же не стоит на социальные сети полагаться. Надо видеть друга лично.

—Мио-сан!..

Это влияние Юки или проросли чувства стараться ради себя после случая с омлетом, а может всего сразу. Не знаю, и всё же это к лучшему.

—И когда-нибудь я постараюсь!

—... Когда-нибудь?

—Что сегодня к мисо-супу?

—Тофу со вкусом помелы, Мио-сан.

—Я переодеваться.

—«Когда-нибудь» — это когда, Мио-сан?

Мне показалось, что речь не про короткий период времени, и я проводил взглядом женщину до шкафа.

—Ну и ладно.

Я подогрел мисо-суп и поставил на стол.

Когда я закончил хозяйничать на кухне, то прошёл мимо ванной. И подумал, что когда за этой раздвижной дверью веселились Мио-сан и Юка, для обеих это был большой шаг вперёд.

Примечания переводчика:

1. Вообще не уверен, но из всех трёх слов, правда в другом порядке, есть группа Home Party People. Может есть какой-то намёк, а может я ошибаюсь.

2. Девушки пытались крикнуть «Яма да».