Том 3 · Глава 37. Хочу вернуться с Саотоме-сан

—Не может быть...

Из правой руки Мио-сан выпали палочки.

Я, Матсутомо Юдзи, работал в торговой компании, пока меня не переманила соседка Саотоме Мио-сан, и вот я уже полгода по работе говорю ей «с возвращением».

За это время нам довелось играть всю ночь в Уно, вернуть памятную игрушку Мио-сан, съездить на море, играть всю ночь в Уно, присматривать за моей сестрёнкой, играть всю ночь в Уно, воссоздать вкус омлета Мио-сан, съездить в поход и сфотографировать приведение. Довольно насыщенное время получилось. Такой вот и была наша жизнь.

С тех пор, как стал взрослым, ничего в моей жизни не происходило, а время текло быстрее, чем когда я учился... Я об этом в какой-то статье читал. У меня же получается, что сейчас жизнь более насыщенная, чем когда я учился.

За столом во время ужина внезапно стало напряжённо.

—Вы же не врёте?..

—Думаете, я бы стал врать о таком?

Стоило мне подтвердить, из её глаз пропал огонёк, на краях глаз можно было увидеть слабый блеск.

—Почему, почему вы так говорите?

—Мио-сан...

Под небесами, точнее под лампочкой не согласная Мио-сан была готова заплакать.

—Вы же говорили, что будете ждать меня дома...

—Это.

Ожидаемый вопрос.

Как и ответ.

—Я просто домой еду, конец года всё-таки. Почему вы выглядите так, будто это конец света?

—У-у, было бы такое раз в миллион лет...

—Миллион лет.

—Веселее было бы, если с предками раз в миллион лет встречаться. Получилось бы увидеть ниндзя или аристократа периода Хэйан.

—Скорее с неандертальцами, вот только получится ли с ними поладить?

Мио-сан выглядела так, будто Земля в опасности, хотя это не так.

Я просто пришёл поговорить по поводу возвращения домой.

Уже была вторая половина декабря. Пора было определиться с концом года. И я заговорил за ужином.

—Но до новогодних праздников ещё неделя, а потом ещё неделя...

—Простите, что так внезапно. Хотя не так уж и внезапно, но простите... Вы ведь тоже отдыхаете, потому в этом ничего удивительного.

—Знаю, я знаю. То же летом было.

Когда я вернулся летом, она сидела одна в тёмной комнате и ролики смотрела. Мы решили, что на новый год сделаем что-нибудь значимое, но кто ж знает.

Уже полгода прошло. Никогда не считал себя взрослым, но похоже я взрослею.

—Ещё ведь много времени!..

—Так только дети говорят, которые домашнее задание делать не хотят. Обязательно составьте расписания. Зимние каникулы короткие, вдруг не успеете.

—У меня нет домашнего задания... А, нет ведь?

Кажется такой разговор уже был.

Куда-то мы не туда зашли. Речь идёт о том, что я собираюсь домой, и что в это время будет делать Мио-сан одна.

—Мио-сан, вы домой не собираетесь?

—Нет настолько, что даже «нет» не говорят.

—Нет настолько, что даже «нет» не говорят?

То есть нет.

Её дом находится в префектуре Канагава.

До её подруги детства Ватарасе Микако около двух часов на поезде добираться. То есть вполне можно на выходные съездить.

—Близко ведь, так что это не обязательно.

—Понимаю.

Это как со мной: сейчас, живя в Токио, я сильнее хочу домой, чем когда жил в своей префектуре и учился.

Такое иррациональное существо человек.

—Вернуться в любое время можно, потому я не поеду.

—Это из категории «имея не ценим, потерявши плачем».

—И ещё.

—Да?

—Все родственники спрашивают: «Нашла хорошего человека?»

—Давление со стороны родни?..

—Почему тёти, дяди, братья и сёстры все об одном и том же спрашивают?.. Почему?..

—Так как поступите в конце года? Летом море, осенью были горы, а зимой небо?

—Небо.

—Да, небо.

Мне такое не чуждо. Когда-нибудь и мне скажут: «Хотим внуков увидеть».

И хоть пока про внуков речи нет, невесту все точно увидеть хотят. И потому возвращение домой становится бременем.

—Да, небо — это здорово. Воздух вкусный.

—Скорее почти безвкусный. Это концентрированный кислород.

—Так бы и приправить.

—Так вы не думали, чем заняться?

Так.

Надо что-то решить. Иначе... Конечно может и не как в тот раз, но она так и просидит в комнате... В телефоне будет залипать.

—Но что бы я ни решила, пока вас не будет, я останусь одна... Дома одна... Есть одной, кино смотреть одной, в Уно играть одной...

—Не думаю, что в Уно получится в одиночку играть, Мио-сан.

—А?

—А?

—Можно же одному по кругу идти?

—Это ритуал какой-то?

Не смотрите на меня так, будто просите «сыграем вместе». Кстати, когда мы только встретились, у неё уже были карты, конечно игра не для одного, но неужели она и сама играла?

Кажется я узнал то, чего знать не хотелось, но сразу же вернулся в нужное русло:

—Есть много вещей, которыми можно в одиночку занимать. Можно в путешествие отправиться.

—Поехать куда-то было бы здорово.

—Точно.

—Но когда время наступает, в итоге так никуда и не соберёшься...

—Точно.

—В итоге я так и просижу за телефоном...

—Мы об одном и том же подумали.

Вот так.

Скорее всего всегда так и было. Наверное все шесть лет самостоятельной жизни именно такими и были.

—Такой уж новый год. Сонный.

—Соглашусь.

Что-то не клеится разговор, хотя кое-что имелось. Я всё думал об этом.

Вообще этот разговор случился ещё когда я летом вернулся из дома.

—А... Мио-сан, не хотите со мной в Фукуоку на новый год съездить? Шучу, конечно.

—А-ха-ха...

—... А-ха-ха.

Тут поднимался один вопрос.

Как я его называл «проблема еды через полгода».

Если ты много общаешься с кем-то, может возникнуть ощущение близости как от семьи. Возникает неловкость и смущение, а любовь и грусть ослабевают.

Сразу думаешь: «А он помнит то обещание?»

Через полгода наступает время, когда ты говорить, что ездил туда-то и ел то-то, и слышишь «пошли в следующий раз вместе», и ты отвечаешь «да». И вот настаёт время. И звучит: «Кстати, а помнишь, мы говорили».

Обещание надо сдерживать. Можно было обронить, а другой человек забудет, ему просто не интересно, и потом неловкость будет. А можешь и сам забыть, а человек запомнил, и тоже некрасиво как-то.

Скорее всего это мука японцев «а помнит ли он это обещание», приправленная «проблемой еды через полгода». Тут надо вдумчиво подходить к делу. Поспешишь — только хуже сделаешь.

—Кстати, как вам мисо-суп сегодня?

—Вкусный.

—Вот и хорошо.

Будь ещё она человеком, которому через социальную сеть можно было спокойно написать «что делать будем?» Тут вопрос скорее не в близости, а в том, какая между нами атмосфера. Если заговорю, а окажется, что она не помнит, странно получится. Хотя я сомневаюсь, что такое может быть.

Помнит или нет? Если помнит, то считает это обещанием? Пока не знаю, стараюсь не касаться темы.

—Кстати, вы другое мисо использовали?

—Нет, то же, просто кое-что добавил.

—Добавили?

—Кинако.

—Кинако. То есть жёлтый порошок.

—С ним можно расширить вкус.

—Расширить способности сои...

Ну и что мне делать?..

∗∗∗Прозвучал удар молотка. Правда в голове.

—Начнём совещание Саотоме, — сообщила председатель Мио, и все мы зааплодировали.

Да, это воображаемое совещание.

Такое скорее в кино бывает, но помогает мысли в порядок привести. Это симуляция собрания в собственной голове.

Используются все лики меня самой, что расширяет привычный образ мыслей.

—Я, ответственная за ужин, продолжай в том же духе. Нельзя, чтобы Матсутомо-сан что-то заметил.

—Есть. Всю душу вложу в дело.

Пока ужинала, мой мозг работал на полную. Все я в моей голове занимались одним делом.

Обсуждением разговор между мной, Саотоме Мио, и Матсутомо-саном, случившийся летом.

—А... Мио-сан, не хотите со мной в Фукуоку на новый год съездить? Шучу, конечно.

—А-ха-ха...

—... А-ха-ха.

Ранее этот вопрос уже несколько раз всплывал в моей голове.

Да, вопрос о том, помнит ли он обещание. Вопрос «в следующий раз, когда пойду есть, обязательно позову». Я называю это «вопрос еды через два года».

Рядовая я сказала:

—Масутомо-сан наверняка помнит и сдержит обещание.

Несколько других я закивали. Матсутомо-сан не из тех, кто обещания не сдерживает. Если что-то говорит, всегда выполняет. Вопрос в другом.

—А это точно обещание было?..

Такое себе. Довольно неуверенное. Можно сказать, что шутка, а можно, что приглашение.

Каким-то канатоходцем себя ощущаю. Ощущение такое, будто я на мелкие куски тофу разваливаюсь. Будет неловко, если Матсутомо-сан скажет, что это просто шутка была.

Безопаснее считать это никаким не обещанием. Ну просижу я новый год в телефоне, не умру же.

Но маркетолог Саотоме Мио была решительна:

—А если Матсутомо-сан считает это обещанием.

—И-и правда.

Да, вопрос в том, что он сам думает.

—Вот что значит маркетолог. Ты обязана знать, о чём человек думает.

—Ну так что?

—Хм... Но если это обещание, он должен сказать...

—Точно? На сто процентов? Это ведь то, о чём Матсутомо-сан думает.

—Думаю, это обещание, но поехать вместе...

—А-ба-ба-ба-ба.

—А-ба-ба-ба-ба.

—А-ба-ба-ба-ба.

Ну да. Вряд ли Матсутомо-сан хочет со мной домой возвращаться. Не просить же его в командировку в праздник ехать.

Что же делать?..

—Это, — руку подняла Мио, отвечающая за финансы.

—У тебя есть какая-то идея?

—Предлагаю отложить вопрос о том, делать ли это командировкой в отпуск, думаю, для начала стоит проверить имеющийся бюджет...

—Понятно, про самое важное забыли.

—И надо название для надбавки придумать.

В итоге мы перешли к обсуждению, стоит ли назвать это «надбавкой Фукуоки».

∗∗∗— ... Будете ещё мисо-суп?

—... Будьте столь любезны.

—Почему так официально?

—А, простите. С другой собой перепутала.

—С другой собой перепутали?..

Такое ощущение, что ужин каждый в себе провёл.

Но в любом случае проблема, помнит ли она обещания, получила неожиданное развитие через четыре дня.