Том 1 · Глава 9. В Министерство наказаний?

Мрачная, пронизывающая до костей аура тайной стражи распространилась по всему павильону. В одно мгновение сад погрузился в гробовую тишину.

Юные благородные дамы, присутствовавшие на приёме, одна за другой побледнели. Дома они, конечно, грызлись с наложницами и единокровными сёстрами, устраивали мелкие интриги, но вот такой пугающей, смертоносной сцены ещё не видели. Почтение и восхищение к наследному принцу в их глазах тут же перемешались со страхом и тревогой. Не сговариваясь, они отступили назад.

Императрица, с того самого момента, как Е Цинжань вмешался, не проронила ни слова. Теперь она и вовсе заняла позицию наблюдателя.

—Ха-ха, не думал, что за семь лет брат-наследный принц стал таким решительным, — спустя мгновение поднял голову и усмехнулся молодой человек. — Эти тайные стражи — первоклассные воины! Я так давно не дрался, что у меня руки чешутся испытать их силу.

Лицо Е Тяньцина помрачнело, и он предупредил:

—Тебе следует хорошенько подумать. Нельзя шутить со всем подряд.

—Эх, так неинтересно. Я думал, что мог бы попробовать себя в роли героя, спасающего такую прекрасную и нежную красавицу, как сестрёнка Юэ. Тогда, разочаровавшись в наследном принце, она могла бы обратить свою искреннюю любовь на меня, чтобы я тоже мог почувствовать, каково это — быть любимым до безумия. Но я не думал, что ты, брат, не дашь мне такого шанса. Это действительно очень разочаровывает.

На его обычно беззаботном лице на миг мелькнула «обиженная» гримаса. Он печально взглянул на наследного принца, словно упрекая того за разбитую мечту.

Е Тяньцин слегка смягчился, но отвечать не стал. Лишь махнул рукой — и стражники двинулась, поведя Ли Юнь прочь из павильона.

—Мухань, — обратился Е Цинжань к молодому человеку, который всё это время сидел у нефритового стола, не отрывая взгляда от доски и рассыпанных чёрно-белых камней, — твою родную сестру прямо сейчас в тюрьму уводят, а ты сидишь, будто ничего не происходит. Прямо-таки пример хладнокровия! Не знающие люди могли бы подумать, что я её брат, а не ты.

Ли Юнь была ошеломлена и, проследив за взглядом Е Цинжаня, посмотрела на мужчину. Неужели этот человек — её родной брат?

Наследный принц тоже бросил взгляд в ту сторону, и его лицо слегка изменилось.

—Верно, — поддержал четвёртый принц. — Мы тут изо всех сил защищаем сестрицу Юэ, а её собственный брат сидит себе преспокойно.

Услышав это, молодой человек медленно поднял голову, посмотрел на них — всего на мгновение — и отвёл взгляд. Его голос был лишён эмоций:

—Если учесть, что император — её дядя, императрица — тётя, а мой дед, хоть и прикованный к постели, всё ещё в здравом уме, то поступок Юэ'эр — всего лишь незначительное преступление. Зачем поднимать такой шум, да ещё и призывать тайную стражу наследного принца ради её ареста? Это явное раздувание из мухи слона. Дело не в том, что я не хочу вмешиваться, а в том, что в этом нет никакой необходимости. Она всего лишь маленькая, хрупкая женщина. Кто из присутствующих убил меньше людей, чем она? Разве все они не виновны?

Услышав это, Ли Юнь мысленно воскликнула: «Ах, так вот кто здесь по-настоящему крут».

Е Цинжань на миг опешил, а затем громко рассмеялся. Весёлый, дерзкий, раскатистый смех наполнил весь павильон. Он с нескрываемым восхищением посмотрел на Юнь Муханя:

—Верно, чертовски верно! Кто посмеет запугивать сестру Юэ? Мухань, брат мой, раньше я тебя недооценивал. Ха-ха-ха!

При виде серьёзного Юнь Муханя и беззаботно болтающего Е Цинжаня лицо наследного принца мрачнело с каждой минутой всё больше.

Е Цинжань, не обращая внимания на наследника, казалось, становился счастливее с каждым словом. Он махнул рукой Ли Юнь:

—Сестрёнка Юэ, просто иди и поживи в темнице! Можешь не переживать, тюрьма Министерства наказаний — это хорошее место, куда не каждый может попасть. Брат-наследный принц делает это ради твоего блага — он арестовал тебя, чтобы пресечь слухи. Поиграв некоторое время, ты выйдешь и будешь такой же, как раньше. Пока императорский дядя, императрица и семья Юнь не пали, никто не сможет по-настоящему убить тебя.

Вдруг его глаза загорелись.

—А если тебе вдруг будет там скучно, я могу составить тебе компанию! Вместе веселее. Точно — так и сделаем! Ты умеешь играть в кости и маджонг? Драться на сверчках и строить Великую стену? Или может быть...

—Е Цинжань! — прервал его зловещий голос наследного принца.

—Пошли, пошли, — не обратил на него внимания Е Цинжань, — прямо сейчас отправимся в тюрьму. Чем больше думаю, тем интереснее кажется эта идея! Не переживай, со мной ты точно не заскучаешь!

Он подошёл к Ли Юнь в три стремительных шага, смахнул хватку стражника, и, взяв девушку за руку, потянул за собой. Не забыв при этом весело помахать наследному принцу:

—Старший брат, не утруждайся, не нужно посылать провожающих! Я хорошо знаю дорогу к тюрьме, бывал не раз. А… с тех пор прошло много времени, интересно, сменился ли там начальник? Узнает ли меня? Может, выпьем по чашечке…

Ли Юнь не удержалась, чтобы не рассмеяться про себя: действительно маленький дьявол — никого не боится!

Телохранители с тревогой посмотрели друг на друга и перевели взгляд на наследного принца в ожидании дальнейших указаний. Тот больше не мог сидеть спокойно. Он резко встал, громко бросив в сторону парня:

—Е Цинжань, довольно! Не думай, будто можешь творить, что вздумается и игнорировать меня из-за того, что я снова и снова потакал тебе. Теперь ты снова смеешь создавать проблемы?

Молодой человек остановился. В его взгляде на миг промелькнула острая, как лезвие, угроза, но он тут же вновь изобразил беззаботную улыбку. Медленно обернувшись и глядя на полное ярости лицо принца, он сказал:

—Как бы я посмел игнорировать старшего брата? Ты ведь сегодня при полном параде — в ярко-жёлтом наряде наследника. Во всей империи Тяньшэн, кроме дяди-императора, носить его дозволено только тебе. Хоть десять жизней дай — и то не осмелился бы не признать!

Но несмотря на его слова, мрачный гнев Е Тяньцина так и не рассеялся. Он лишь пристально, не отрываясь, смотрел на парня. А затем медленно шагнул вперёд, неторопливо приближаясь к Е Цинжаню и Ли Юнь. Его шаги были просты и ровны, но с каждым его движением воздух будто сгущался — от него веяло настоящей жаждой крови.

Ли Юнь тут же отвела взгляд в сторону, предпочтя смотреть на пейзаж — она не хотела больше видеть этого мужчину.

Е Цинжань слегка сощурился, глядя на приближающегося наследного принца. Под широким рукавом его пальцы незаметно сжали ладонь Ли Юнь чуть сильнее — и тут же отпустили. Он снова нацепил своё беспечное выражение лица, весело глядя в глаза брату.

Тот подошёл к ним вплотную, задержал взгляд на брате и с лёгкой тяжестью в голосе спросил:

—Мне вот интересно… как это сестре Юэ удалось тронуть нашего маленького дьявола, княжеского наследника Жаня, и заставить его так старательно защищать её?

—Что значит «старательно защищать»? — Е Цинжань закатил глаза. — Я вообще не старался, разве нет? Если бы я действительно прикладывал усилия, её бы здесь уже не было — спала бы в своей спальне в поместье Юнь.

—Так постарайся как следует, — сузил глаза Е Тяньцин.

Е Цинжань тоже прищурился. Похоже, упорство принца начало действовать ему на нервы. Он лениво протянул:

—Раз старший брат так настаивает, что ж, я и правда попробую. Но если из-за этого все твои стражники полягут, не жалуйся потом дяде-императору, будто я тебя обидел.

Взгляд Е Тяньцина стал ещё холоднее, губы сжались в тонкую линию. Он молча смотрел на парня.

Пальцы Е Цинжаня вдруг едва заметно шевельнулись — похоже, он и впрямь собирался действовать. Но в этот момент Ли Юнь, до сих пор молчавшая, неожиданно выдернула руку из его хватки и равнодушно сказала:

—Хватит. Всего-то тюрьма Министерства наказаний? Я пойду.

Она не верила, что древняя тюрьма может её удержать.

Е Цинжань опешил и повернулся к ней. Е Тяньцин тоже посмотрел на Ли Юнь.

Но та не обратила на них внимания, а просто развернулась и пошла прочь. Она была вовсе не глупа — напротив, невероятно умна. Пусть девушка и оказалась в этом мире недавно, но за всё время, что прошло с момента пробуждения, она успела собрать немало информации. Если сегодня из-за неё эти два кузена вступят в открытый конфликт, то её маленькое «поджоговое» дело обернётся настоящей катастрофой. Тогда уж не просто выбраться — выжить будет невозможно. Даже если она сумеет сбежать из тюрьмы, она не сможет избежать неустанного преследования императорской семьи. Игра не стоила свеч.

—Что встали? Отведите Юнь Цяньюэ в тюрьму, — бросил Е Тяньцин, по-прежнему готовый в любую секунду встретить атаку.

Е Цинжань, провожая Ли Юнь взглядом, вдруг рассмеялся. Он даже не рассердился — в уголках его губ промелькнула улыбка: эта девчонка стала куда интереснее, чем прежде.

Получив приказ, стражники двинулись вперёд, чтобы схватить девушку.

Императрица отвела взгляд и тихо вздохнула. В её глазах застыли тревога и непередаваемая печаль. Даже её величественный и сдержанный наряд теперь казался тусклее, будто утратив свой блеск.

Девушки, прежде испуганные, вновь пришли в возбуждение: «Юнь Цяньюэ, на этот раз даже наследник Жань не смог тебя защитить — посмотрим, кто теперь за тебя заступится. Попав в темницу Министерства наказаний, не мечтай, что сможешь выйти оттуда живой».

Четвёртый принц бросил взгляд на Е Тяньцина — и его лицо заметно изменилось. Он, похоже, понял что-то важное.

Сад снова погрузился в тишину, были слышны только шаги Ли Юнь: уверенные, в них не было ни намёка на панику.

И вдруг в дальнем конце сада появился пожилой мужчина лет пятидесяти на вид в форме главного дворцового евнуха. В руке он держал буддийский ритуальный венчик. Хоть его бег казался медленным, но на деле он двигался удивительно быстро — и вот уже оказался прямо перед ними, встав на пути стражи, уводившей Ли Юнь.

Е Тяньцин нахмурился, увидев его, а Е Цинжань вдруг радостно воскликнул:

—Евнух Лу, сколько лет, сколько зим! Скучал по мне?

—О, молодой господин Жань, как же старый раб мог не скучать? Вот уж семь лет прошло с тех пор, как вы уехали, а я всё думал о вас: и днём, и ночью, и только мечтал — когда же вы вернётесь! — Старик с сияющими глазами посмотрел на Е Цинжаня, а затем, как положено, низко поклонился императрице и принцам: — Этот старый слуга приветствует императрицу, Его императорское Высочество наследного принца, княжеского наследника Жаня и четвёртого принца…

—Евнух Лу не рядом с отцом? Что за дела заставили вас прибыть лично? — смягчившись, спросил Е Тяньцин.

—Отвечаю Его Высочеству: именно потому, что дело важное, пришлось прийти лично. Этот слуга боялся, что если поручить это кому-то другому — задание молодого господина Цзина будет провалено, и тогда мне не сдобровать, — евнух Лу мельком взглянул на Ли Юнь, а затем, не обращая ни малейшего внимания на исходящую от телохранителей смертоносную ауру, ласково обратился к ней: — Госпожа Цяньюэ, княжеский наследник Цзин велел, чтобы я лично сообщил вам: он знает, что вы сегодня прибыли на поэтическое собрание. Сейчас он играет в шахматы с Его Величеством, и партия почти завершена. Господин просит вас немного подождать у дворцовых ворот — он скоро подойдёт, и вы вместе отправитесь в поместье Юнь, чтобы навестить старого князя.