Том 1. Глава 22
Пока я думала, что он может навредить нам, Йохан отпустил меня и спрятал за своей спиной.
Иди вперед.
Он велел мне идти первой и медленно, широкими шагами пошёл следом, заслоняя меня собой.
Эй, герр Леннер. А топор сегодня дома забыл?
Йохан пятился, не сводя глаз с вооружённого офицера.
Смешно.
Я, запыхавшаяся от бега, оглянулась и увидела, что майор, выпуская клубы дыма, смеётся над нами.
Вот поэтому я не люблю вмешиваться в чужие отношения. Вечно используют невинного человека как злодея, мешающего «истинной любви».
Так он попрощался со мной, хотя еще недавно говорил, что не интересуется замужними.
Ещё увидимся, Лизе Айнеман.
Всё так же называя меня девичьей фамилией.
В тот день мы впервые крупно поссорились. Мы спорили об этом каждый день, и на третий день скандал достиг апогея.
«Лизе Леннер, вы обязаны являться по вызову майора Фелькнера в любое время».
Это произошло потому, что приходил солдат и передал приказ майора. Хоть мне и поручали только уборку, Йохан в это не верил. Чтобы защитить меня, он вызвался работать вместе со мной, но ему запретили вход в бункер.
Уезжаем отсюда, пока тебя снова не забрали. Сегодня же, немедленно.
Как только солдат ушёл, Йохан начал собирать вещи.
Йохан, подожди. Не надо.
Еще вчера этот мужчина прислушивался ко мне, но теперь он меня не слышал.
Ты правда хочешь уехать?
А ты хочешь остаться, получив такой приказ?
Йохан, давай мыслить рационально. Если мы уедем, то умрём с голоду.
Значит, с твоей «рациональной» точки зрения лучше подвергнуться насилию, чем умереть с голоду?
А ты считаешь, что лучше нам обоим умереть с голоду?
Лизе... Я не хочу, чтобы ты жертвовала собой.
Я не собираюсь жертвовать своим телом. Если мы уедем зимой, голод и холод неизбежны. Но если останемся, это не значит, что он обязательно сделает со мной что-то плохое.
Как ты можешь быть в этом уверена?
В прошлый раз ведь ничего не случилось. Я правда только убиралась. В его кабинете постоянно кто-то входит и выходит. В бункере полно свидетелей.
Конечно. Пока он будет заставлять тебя только убираться. Пока ты не потеряешь бдительность.
Думаешь, он пытается усыпить мою бдительность, чтобы напасть? Но если бы он хотел изнасиловать, зачем ему эти сложности?
Ему достаточно было бы наставить на меня пистолет. Зачем тратить время на усыпление бдительности?
Возможно, он хочет сломить твою волю.
Несмотря на серьёзность ситуации, я рассмеялась над нелепым предположением Йохана.
Думаешь, меня можно сломить? Йохан, ты что, боишься, что я посмотрю на другого мужчину?
Надо же, Йохан ревнует. Редкое зрелище.
Лизе, если бы он пытался соблазнить тебя как обычный мужчина, я бы не волновался.
Верно. Волноваться не о чем. У меня есть только ты.
Я прижалась к нему, и Йохан крепко обнял меня, поцеловав в лоб. Поцелуй был долгим, с тяжёлым вздохом, чего обычно не случалось. Затем он отстранился, крепко сжал мои плечи и посмотрел мне в глаза. Его взгляд был решительным.
Лизе, я не сомневаюсь в твоей любви. Но то, что ты любишь только меня, не решает проблемы. «Сломить волю»
А что же тогда?
Шантаж.
Шантаж?
Йохан объяснил. То, что майор Фелькнер никого не насиловал, формально было правдой.
Я навел справки. Женщины действительно ложились с ним добровольно, но во многих случаях это была, по сути, проституция.
Кто-то продавал себя за пару лишних продуктовых карточек или освобождение от работ. Но были и те, кто продавал себя за то, от чего невозможно отказаться.
За жизнь.
Как только штаб обосновался в этой долине, они прочесали окрестные деревни в поисках дезертиров. Арестованных отправляли на передовую как пушечное мясо или заставляли минировать территорию вокруг бункера, по сути, превращая в смертников.
И то, и другое означало верную смерть.
Но говорят, трое или четверо избежали этой участи. И, по слухам, у всех этих дезертиров сестры или дочери имели тайные связи с майором. Думаешь, эти женщины правда хотели с ним спать?
А...
Если он обещал сохранить жизнь их близким, у них не было выбора.
Он коварный дьявол. Создаёт ситуации, когда у женщины нет другого выхода, кроме как лечь с ним, а потом говорит, что не принуждал.
«Я не насилую». Это была всего лишь игра слов.
Йохан, видя мой страх, подчеркнул:
Лизе, он найдёт, чем шантажировать и тебя, чтобы ты сама пришла в его постель.
Оставив меня, лишённую аргументов, в оцепенении, Йохан снова принялся паковать вещи.
Поэтому мы должны уехать. Твоя безопасность для меня важнее всего.
Но человек, для которого моя безопасность важнее всего, предлагал отправиться в самое опасное место.
Нам нужно вернуться в родной город.
Что?
Надо было сразу возвращаться... Там бы тебе не пришлось так мучиться, я ошибся.
Йохан закрыл лицо рукой и простонал:
Я, должно быть, ненадолго сошёл с ума.
Нет, я думаю, он сошёл с ума сейчас.
Наш родной город уже захвачен Фолклендом. Туда невозможно вернуться.
Но Йохан настаивал, что мы должны, рискуя жизнью, отправиться на вражескую территорию. Ради моей безопасности и комфортной жизни.
Это не имело смысла.
«Этот человек не в себе».
Мне нужно было сохранять рассудок за двоих.
Ты предлагаешь пойти на минное поле, потому что боишься собаки? Ты хочешь меня убить?
Я упёрлась и отказалась ехать. Заявила, что останусь здесь одна и выживу, а если он хочет умереть — пусть едет один. В конце концов, Йохану пришлось уступить.
Возьми.
Вскоре вместо побега Йохан предложил другое решение.
Йохан, это...
Револьвер.
Откуда у тебя пистолет? За эти деньги можно было купить муки и дров...
Я его не покупал.
То есть он был у нас всё это время?
Йохан кивнул. Оказалось, раньше их было два, но один мы продали в прошлом году, и остался только этот револьвер.
Но я никогда не стреляла...
Возьми в руки, и всё поймёшь.
Йохан был прав. Видимо, прежняя я умела обращаться с оружием, потому что, стоило начать тренировку, как руки сами сняли предохранитель и взвели курок.
Патронов было мало, достать новые было трудно, поэтому стрелять по-настоящему мы не могли, только целились из незаряженного оружия. Но благодаря мышечной памяти ко мне вернулась уверенность.
Конечно, тело помнило, как стрелять, но голова — нет.
Чтобы он не подвёл в нужный момент, нужно регулярно смазывать...
Поэтому Йохан объяснил мне, как пользоваться оружием и ухаживать за ним. Похоже, он тоже хорошо разбирался в оружии.
Он ведь уже служил в армии. Конечно, он знает.
Ты правша, так что всегда держи пистолет в правом кармане пальто или юбки.
Для наглядности Йохан сунул пистолет мне в карман юбки. Рукояткой вверх, чтобы можно было выхватить в любой момент. И показал, как прикрыть его носовым платком, чтобы снаружи не было видно очертаний оружия.
Представь, что эта дверь
Я выхватила пистолет так быстро, как только могла, взвела курок и нажала на спуск, целясь в дверь. Я думала, что все сделала идеально, но лицо Йохана помрачнело.
Не так?
Не так.
Зачем обязательно вынимать пистолет, чтобы выстрелить?
А?
Но ведь обычно так и делают.
Йохан велел мне снова сунуть пистолет в карман и на этот раз не вынимать его, а прицелиться и выстрелить прямо через ткань. Видя моё недоумение, он объяснил:
Пока будешь доставать, тебя скрутят.
А...
Я не самый быстрый стрелок на Диком Западе. Пока я буду рыться в кармане и доставать оружие, противник поймёт, что у меня пистолет, и бросится на меня, чтобы отобрать его. Или выстрелит первым. Пытаясь убить, я погибну сама.
Значит, бах! Вот так?
Юбка была широкой, места в кармане хватало, чтобы направить ствол на врага. Юбка будет продырявлена, но зато в моем теле дырок не прибавится.
«Дырки будут в теле того мерзавца».
Тренируясь с револьвером в кармане, я невольно представляла ситуацию, когда мне придётся стрелять в майора Фелькнера.
Не только момент выстрела, но и то, что будет после.
Если я застрелю майора...
Я достала пистолет, посмотрела на него и озвучила мысль, пришедшую с опозданием.
Меня посадят в тюрьму?
Йохан не стал лгать, что этого не случится.
Если повезёт.
В тюрьму — это если повезёт. Если не повезёт — меня казнят за убийство офицера в военное время
P.S. Переходи на наш сайт, там больше глав (до 90 главы)! boosty.to/fableweaver